Глава 21

«Сантор перед угрозой разорения!

Печально известная в последнее время академия получила от речного народа требование о выплате компенсации за моральный ущерб. Стоимость выходки студенток (выясняем!), по приблизительным подсчётам её речного высочества принцессы Леюшки, составила половину бюджета Арратора за год.

Ректор Кранстон ведёт переговоры.

Студентки живы. По крайней мере, пока.

Следите за новостями Столичного Вестника.

Искренне ваша, фифа Лин Акройд».

— А вот и наши злодейки! — выдал ректор Кранстон, обернувшись. — Ди Рекст, наверное, пожертвовал фамильное поместье богине Эйри на радостях, когда вы перевелись.

Глаза мужчины светились тёмным золотом, а ноздри раздувались так, что я бы не удивилась, превратись он в дракона.

— А что мы сделали? — тут же выступила Таяна, уперев руки в бока. — Велено было прийти к стоянке — мы пришли, притом первыми! Даже всё подготовили для остальных. Что не так? Какие претензии?

Девушка бесстрашно наступала на разъярённого мужчину, и тот сбавил обороты.

— Вы зажарили десяток русалов!

Ой, лишь бы не сказала, что только двоих!

— Кто? Что мы сделали? Они вам лгут! Пересчитайте по хвостам, все на месте!

— Мои люди вернулись обожжёнными, с температурой и красные как варёные раки! — заверещала Леюшка на пределе громкости. — Это всё они! Накажите их, ректор Кранстон! Сколько лет запугиваем студентов, полезное дело делаем, учим коммуникации с разными расами! Но никогда, никогда такого не было! Я буду жаловаться! Я напишу королю! Нет! Королеве! Мы вымирающий вид! Нас беречь надо! И требую письменного ответа на нашу претензию! И чтобы подписался весь педагогический совет! И приложили по подарку! И из казны чего-нибудь эдакого!

Она кричала и кричала, да так пронзительно, что все девчонки лишь сильнее втягивали головы в плечи, искренне завидуя черепахам.

Меня мутило от истеричного визга, и когда он вдруг исчез, на мгновение подумала, будто лишилась слуха.

Оказалось, Эйнар заколдовал принцессу истеричек, затем посмотрел в нашу сторону. Мы же потрясли головами, избавляясь от звона, и дружно огляделись, оценивая ситуацию. Таяна даже взгляд от «любимого мужчины» оторвала!

Отряд Эйнара базировался на нашем берегу, Морта и Тляна — на том. Интересно, своей команде хитрый боевик тоже дал фору? И чем откупился от русалки? Очередной заколочкой? Не думаю. С его мерзопакостным характером, он бы скорее подпалил хвосты всему рыбьему царству.

Так, может, не одни мы виноваты?

Я сжала заколку в кармане и впитала ещё немного чужой энергии. Мой немаленький резерв уже почти восстановился после серьёзного истощения при работе со стихией огня. Невероятно! Не пожалел энергии, ничего не скажешь.

И, кажется, почувствовал, что я делаю. Или догадался. Не знаю. Но на миг опустил взгляд на мою спрятанную в кармане руку. Удивительно, насколько хорошо он всегда меня просчитывает. Опасно.

— Таяна, Серена, расскажите теперь, как было дело, — спокойно произнёс Эйнар. — Бри, переведи остальных, и направляйтесь к лагерю, уже темнеет.

— У русалки инфаркт случится, — пробурчал ректор. — Ни с кого ничего не получила.

Леюшка завелась ещё сильнее, покраснела, заорала пуще прежнего. Только мы, слава Великой Эйри за подаренную нам магию, ничего не слышали, а выплёвываемый ею словесный яд не разрушал магический кокон.

Бри кивнула и в два счёта заморозила приличный кусок реки, превратив его в настоящий зимний тракт. Идеально ровный — хоть на коньках катайся. На том берегу долго не думали — вмиг перебежали, посмотрели на злого ректора и решили последовать совету Риварда — скрылись в ближайшем лесу.

Лишь Айрина на секунду подошла ко мне и тихо произнесла: «Истеричка уже давно требует вашей крови, немного выдохлась».

Выдохлась? Это она выдохлась?! Да мы едва не оглохли! Опытным боевикам хорошо: они звук приглушили заклинанием и всё. Подозреваю, после контакта с жадными до чужого добра русалками это заклинание и изобрели!

Когда на берегу остались лишь ректор, профессор Тлян, тренер Морт, Ривард, мы с Таяной, а в воде — целое войско русалов и русалок, я в два счёта описала произошедшее, исключив шуточки про уху, заклинание «кастрюлька» и наши язвительные рассуждения. Ни к чему это, ни к чему. Девчонки языки почесали, не более того. Лишний раз позориться нет ровным счётом никакого желания.

— Так всё и было, — подтвердила Таяна. — Они хотели нас съесть. Леюшка приказала изловить, обобрать и доставить на ужин. Не в качестве гостей, как вы понимаете. Ещё сетовала, что нас профессор Куантро специально ядом пропитала.

— Куантро-то здесь при чём? — возмутился ректор. — Вы к нам в Сантор уже такими прибыли.

— Они такие от рождения, — кротким голосом молвил Эйнар де Ривард. Гад гадский, негодяй негодяйский. Вон, как широкие плечи трясутся. Едва сдерживается, чтобы не расхохотаться в голос.

Мы с Таяной переглянулись. Они уже что, объединяются против нас? Раньше только Эйнар позволял себе неподобающие замечания, теперь в стане врага пополнение — ещё один ядовитый язык.

Главное, не выдать, что мы знаем, кто он. В роли ректора он, учитывая наше положение, частично уязвим. А вот в истинной роли… Хотя о чём это я? Ему в любом случае достанет опыта нас всех выдрессировать, это дело времени. Тигр не может долго играть роль воробья.

— Ректор Кранстон, нас хотели съесть! И это не было шуткой! — произнесла Таяна чопорно, даже отступила от него на шаг. — Мы в состоянии отличить прямую угрозу нашим жизням и здоровью. Мы как могли пытались перевести разговор в шутку, наладить контакт, откупиться; нас же хотели обмануть, хитростью заманить в реку, обобрать и… сожрать! Нет, я, конечно, давно не была на праздничном ужине, но вы не находите, что посещать речное королевство в качестве главного блюда — это перебор?

— Уверена, они бы слегли с отравлением, мы ведь насквозь пропитаны ядом. По вашей версии, — мстительно дополнила я. — А затем вы бы получили претензию о ненадлежащем качестве мяса студентов. Боюсь представить, что бы написала Лин Акройд в Вестнике…

— «Невиданная наглость! Аристократки даже умереть нормально не могут»? — предположил Эйнар.

Вот уж кто веселится на славу. Как хрюкать ещё не начал? У него даже лицо немного покраснело от сдерживаемого хохота.

Кранстон задал пару вопросов, попросил снять родовые артефакты и дать ему доступ к нашим воспоминаниям. Мы же, переглянувшись, отступили поближе к родному и надёжному боевику, такому своему, хорошему, опытному, полезному. Взяли его под руки с двух сторон.

— Эйнарчик, а ты не мог бы на нашего любимого ректора тоже это заклинание тишины навесить?

— Нашли, когда шутить! — строго сказал Кранстон. — Дайте слово, что всё сказанное вами — правда.

Мы ещё раз переглянулись, не переставая липнуть к боевику — мало ли, вдруг ректор запустит в нас каким-нибудь коварным заклинанием, а тот отразит. В общем, воспользовались и тем, что девочки, и тем, что наглые… Хотя ну какая наглость? Кому хочется, чтобы в его голове поковырялись всякие подозрительные личности?

Я тщательно проанализировала сказанное и подтвердила, что мы говорили правду, только правду и ничего кроме правды. И пообещала самой себе, что непременно поблагодарю родителей за науку. Умение тщательно подбирать слова и следить за языком — огромный плюс для любого человека. Вот и сейчас лишь благодаря этому умению мы избежали профессионального допроса, на который был готов пойти уже не Ормод Кранстон, нет. Оганер де Луар. Тайный советник его величества собственной персоной.

Ректор просканировал нас недовольным взглядом, затем без усилий снял заклинание Эйнара, сковывающее болтовню Леюшки, и принялся за неё.

— Лея, мы с тобой о чём беседовали? Никаких людей! Вам регулярно очищают воду, высаживают растительность, разводят вкусные, полезные и питательные сорта рыб. Это что вы здесь удумали? — суровым тоном начал диалог с русалкой ректор. Та сразу вся поникла, сжалась, даже хвост опустила в воду, не била им, как прежде, но позиций своих не сдала, попыталась отстоять.

— Но, ректор Кранстон, они такие сильные! Вкусные! Да я бы помолодела лет на семьсот точно! И вы же видели, что происходит, никогда такого не было! — жалобно заныла она. — Одни запугали наше войско, вторые заморозили реку почти до дна. А у них ведь есть вон он, мощный, с телепортами! — Леюшка едва ли не со слезами на глазах посмотрела на Эйнара. — Зачем жадничать? Мог бы и поделиться силой, а мы бы ему…

— Половину девиц из отряда перекусали бы, напугав до смерти, ещё и заразив чем-нибудь, — закончил за неё боевик. — Ректор Кранстон, поскольку все обвинения надуманы и безосновательны, позвольте, я проведу девушек к лагерю? У них практика, а не поход в театр на выступление плохой актрисы.

Мы с Таяной как два голодных волка посмотрели на этого нелюбопытного. Взял и испортил нам урок обращения с речной нечистью. У ректора явно есть чему поучиться. Вон как речная принцесса лебезит и заискивает перед ним! Хоть и не раскаивается. Но это пока. А что дальше будет — это ведь самое интересное! Мы тоже так хотим научиться.

Не лебезить, конечно. Запугивать. Без неприличных угроз сварить, зажарить и так далее. А то мы всё-таки сегодня немного перегнули палку.

Но, как и Леюшка, не раскаиваемся совершенно!

Что ни говори, а женщины — в любом обличье женщины. Есть у тебя хвост или нет, суть одна — боремся за своё до последнего.

— Идите. Но по возвращении — ко мне в кабинет! — сощурив глаза, приказал ректор.

— А я бы хотела перемолвиться с вами словечком сейчас, — произнесла Таяна нежным голосом и взяла мужчину за локоть, освободив Эйнара с одной стороны. Я тоже сразу отошла в сторону. Не хватало ещё! Если королевской чете неугодно, чтобы мы были вместе, лучше не рисковать и держаться друг от друга подальше. А уж то, как окружающие умеют манипулировать фактами, я прекрасно знаю. И сама умею.

Представила, что Столичный Вестник со своими неясно откуда взявшимися (и часто правдивыми) сведениями напечатает: «Былая любовь вернулась! Два сильнейших рода Арратора…», а здравый смысл закончил: «… исчезли с лица земли. СОВЕРШЕННО СЛУЧАЙНО. И королева со своими интригами здесь СОВЕРШЕННО ни при чём!»

Вздрогнула. Нет уж. Никаких любовей. Эмоции можно и нужно держать в узде. Мне не привыкать. Вон, сколько времени саму себя обманывала. И дальше смогу.

— Идите, леди Феар. Друзья вас ждут, — не соблазнился Кранстон на сладкое пение обольстительницы.

— Таяна, — напомнила девушка правила Сантора, легонько погладив ректорское предплечье.

— Идите, Таяна, — процедил ректор.

Его удостоили недовольным взглядом, но дальше спорить не посмели.

— Ну спасибо, — прошипела я не хуже Леюшки, когда мы зашли в лес. Обернулись, загородив дорогу Эйнару, заставили смотреть своими бесстыжими глазами в наши возмущённые лица.

— Всегда рад, леди, — хмыкнул он. — Серена, почему вы просто не отдали ей заколку? Я ведь специально её зарядил, чтобы вы ничего не учудили. Отпустил первыми, пока русалки не так требовательны и относительно добры, предвкушая ещё подарки.

Я услышала, как подруга протянула букву «о» — сообразила, откуда подарочек, и активно что-то себе домысливала.

— Таяна! — посмотрела на подругу многозначительно.

— Я — могила! — ответила она любимой фразой учащихся Сантора.

— Учитывая, что ты теперь некромант и можешь воскресить кого угодно? — пошутила я, хотя спину сковало напряжением. Не люблю свидетелей. Ну не люблю. Не умею доверять полностью.

— Серена, обещаю! — серьёзно проговорила Таяна.— Эйнар, почему ты дал нам эту заколку?

Сердце заколотилось сильнее. Что же он скажет? Может, он давно не принимал антидот и сейчас влюблён в меня, как и прежде? Может, волнуется? Может…

— Остальные группы шли под крылом опытного руководителя, вам же досталась Зоя. Я ничего не имею против леди Формайт, но год практики — это ни о чём. Русалки — коварный и вредный народ: они бы вас действительно покусали и утащили к себе, потом требовали бы выкуп. Я вчера получил данные по вашей практике, легко не будет.

— Ясно. Спасибо. Кстати, Зоя отлично нас от всего защитила и сообщила про характер русалок, — вступилась я за девушку.

Таяна непроизвольно потёрла пострадавшую часть, но промолчала. Если даже Корделия с Мирой едва не умерли от смеха, Зоя-то откуда могла догадаться, что раньше мы крапиву в глаза не видели?

Эйнар протянул руку, и я вложила в его тёплую ладонь заколку, опустошённую до самого последнего грана энергии.

— Спасибо за помощь, — произнесла Таяна. — Серена смогла быстро восстановиться и не лежать пластом сутки после работы с огнём.

— Кстати, девочки, один из важных уроков полевой практики — беречь силы, — поделился боевик, направляясь по протоптанной дорожке к лагерю. — Выбирайте всегда самые эффективные методы, не теряйте время и будьте бдительны.

Я поджала губы. Он прав. Если бы мы не болтали с русалами, а быстро взяли их в кольцо, можно было бы спокойно перейти брод и снять барьер. А я бы не истратила почти весь резерв. Бестолочь.

— Запомню. Спасибо.

Я говорила коротко. Как бы ни желала я взять под контроль чувства, внутри притаилось разочарование. И маленькая, забитая-затюканная, призрачная идея — что он не сказал о чувствах из-за присутствия Таяны. Даже думать о том стыдно, но искоренить — никак невозможно.

Когда мы вышли к лагерю, начали сгущаться сумерки. Вот только было светло, лишь небо изменило цвет с голубого на красивый розовато-оранжевый, да солнце подошло к горизонту. Считанные мгновения — светило спряталось за тёмной полосой земли, и нас накрыло тёмное бархатное небо, укутав со всех сторон, точно одеялом. Однако темнота эта не уютная и загадочная, а страшная, зловещая, непривычная.

Девчонки разожгли костры и, радостно потирая руки, позвали нас для допроса.

Эти женские разговорчики! Тайный советник нас не допросил, хотя планировал; девчонки же выпытали всё в мельчайших подробностях. Даже про заколку я прокололась, хотя Таяна стоически молчала — держала слово.

— Девушки, а у вас есть ещё один такой мешок? — спросил Эйнар, закончив наполнять защитный контур энергией.

— Конечно! Мы много взяли! — Бри тут же засуетилась, устраивая друга с комфортом.

Преподаватели не возвращались, и Эйнар, предупредив, что защитный полог ставит до завтра, а входить и выходить до его самораспада могут только здесь присутствующие, ушёл на проверку.

— Это что сейчас было? — спросила Корди, округлив голубые глазищи.

— Это было: спокойной ночи, мои дорогие, на всякий случай: прощайте! — произнесла я, глядя в спину уходящего боевика.

Его плечи дрогнули — подслушивает. Но в этот раз мысль о том, что он хотя бы так присматривает за нами, не пугала, а вызывала лишь приятные чувства. Я впервые оказалась ночью в лесу и не испытываю ни малейшей радости по этому поводу.

— Давайте быстро приведём себя в порядок, пока мужчины не вернулись! — вскричала Бри и едва ли не по пояс нырнула в свой походный рюкзак.

Зоя давно скинула куртку, очистилась и привела себя в порядок заклинаниями. Теперь же она с упавшей челюстью наблюдала, как семнадцать девиц накрывают надувные мешки-кровати шёлковыми простынями, переодеваются в кружевные рубашки, наносят ночной крем, заплетают волосы в косы и укутываются в дорогущие и никак не уместные в диком лесу пуховые шали известной мастерицы.

Ну а что делать? Платки огромные, лёгкие, компактные и вполне могут сойти за одеяла. А выданные Сантором тряпочки страшно кололись и весили как четверть анкилота. Почему нет?

— А бигуди? — пискнула Зоя и закашлялась. Хотела по обыкновению подколоть, но не справилась с голосом и телом, плюхнулась на свою надувную кровать, хлопая глазищами в нашу сторону.

— Заклинаниями завьём завтра! — отмахнулась Майя, передав Айрине тюбик с кремом для рук. Мы разделили общественно полезные вещи, поскольку один пространственный карман на семнадцать девиц никак не мог закрыть все наши потребности.

— А как вы будете ходить в кусты ночью? Здесь ведь и мужчины есть, — спустя время спросила она уже нормальным голосом.

— В халатах, конечно! — сообщила Фредди, приподняв свою подушку, которая и оказалась сложенным предметом одежды.

— А-а, ясно.

Зоя выжидающе смотрела на лес, и глаза её были полны надежды. Я заподозрила, что мы делаем что-то не то, но что именно, никак не могла сообразить.

Да, разумеется, эти вещи неуместны в лесу.

НО!

Мы сегодня ночуем на оборудованной и защищённой стоянке, можем позволить себе привычный уровень комфорта. Вот будем где-нибудь в горах, среди настоящей опасности, — там поспим в мягких спортивных костюмах с капюшонами. Они лежат у меня в пространственном мешке, как и прочие необходимые вещи.

Мы успели привести себя в порядок, поделиться новостями, по очереди сбегать в ближайшие кустики, испугаться змеи, поверещать вдосталь; с ужасом увидеть, как Катарина отважно хватает змею и профессионально сцеживает яд в неизвестно откуда взявшийся пузырёк для зелий… А мужчин всё не было.

— Катарина, ты всё? — спросила Таяна, подойдя к ней. — А эта змея быстро генерирует яд? И может она пожить три дня без еды? Я бы хотела забрать её с собой.

— Не думаю, что ректор боится змей, — со смешком заметила Катарина.

— Всё равно ведь неприятно. А яда мне потом дашь?

— Для чего тебе? — подозрительно спросила она.

— На перчатки нанесу и пожму руку ректору. Он у реки нас обозвал пропитанными ядом, вот пусть отдувается!

— Ты лучше у папы попроси договориться с отцом Кранстона о браке, — посоветовала я. — Тогда с полным правом будешь отравлять ему всю оставшуюся жизнь.

— Думаешь, отец Кранстона может принять такое решение без согласования с сыном? — совершенно серьёзно вопросила Таяна. Определённо, она присмотрелась к мужчине, и игра перестала быть игрой. По крайней мере, за рамки шуточек её отношение уже вышло.

— Уверена. Но допрос отложим до более удобного времени, — подмигнула я ей.

Память восстанавливалась с каждым днём, и я с удивлением осознала, что с Кранстоном, точнее, с Оганером де Луаром была лично знакома и виделась неоднократно. А он при встрече и вида не подал. Значит, знает, что я ничего не помню.

Информация интересная, но вместе с тем меня тревожит сама ситуация. Какие дела связывали отца и тайного советника короля? Что я такого узнала, что папа принял решение стереть собственной дочери память? Каков был мотив?

Пока я не нашла ответа. Некогда было подумать: в академии я редко оставалась одна, да и мозг вечно был занят учёбой. А здесь страшно уйти в себя и отвлечься. Мало ли что.

Мы напряжённо вглядывались в темноту, и прибытие наших руководителей практики не стало неожиданностью. Более того, они заранее сообщили о приближении.

— Какие реверансы, — фыркнула на это Зоя.

Мужчины неторопливо вышли из темноты ночного леса и замерли на границе света и тени.

— Кхе-кхе, — прокашлялся Эйнар.

— Это что за… — непристойно выругался Морт.

Профессор Тлян тоже прочистил горло, но наш внешний вид не прокомментировал. Первым пришёл в себя, сделал шаг к пологу.

— Сними, — скомандовал он нашему боевику.

— Проходите, — сообщил тот через пару мгновений и тоже направился в сторону костра, но уже вовсю улыбаясь.

— Бри, надень халат! — велел Эйнар строго, заметив подругу детства в неподобающе открытой ночной сорочке. Мы и сами удивились такому выбору, ведь договаривались взять самые плотные, скромные и традиционные, даже заранее их заказывали. Для маленькой шалости.

Конечно, халаты мы взяли, но на самом деле щеголять перед мужчинами в таком виде никто не собирался. Майя научила нас шикарному заклинанию, так что переодеться мы можем за пару мгновений. Главное, чтобы одежда была в поле видимости, именно потому мы и положили в ногах свои чёрные дорожные костюмы.

Но рассказать об этом Зое или преподавателям? Не-е-е-ет!

— А ты мне не указывай! Ты мне не сват и не брат, — недовольно произнесла Бри, ещё больше оголив плечико.

— Или ты сейчас надеваешь халат, или я одену тебя в нормальную одежду, в которой вы и должны были ночевать, — не сводя с девушки пристального взгляда, сообщил Эйнар. — Отцу доложу.

— Эйнар! — тут же испугалась она. — Отвернись!

В два счёта нацепила халат, ещё и по подбородок укуталась в шаль, только затем обиженно попросила ничего не говорить родителям.

— Извини, Бри, дал слово.

— Серена, — тихо позвала подруга и посмотрела умоляюще, но я только глаза на неё вытаращила. Нашли защитницу ото всех невзгод! Сдают меня и не краснеют.

Таяна, в нарушение всевозможных норм и правил поведения, укрыла нас непрозрачным куполом.

— Серена, ты должна ей помочь! Пожалуйста!

— Как?

— Давай отберём у него все антидоты или усилим влюблённость, а он даст тебе другое слово! Отец её убьёт, Серена, если узнает, что она ставит репутацию под угрозу!

— Да не убьёт он её. Ну чего ты? Откровенно сказать, шуточка с ночными сорочками — так себе идейка. Я вам говорила.

— Убьёт. Он хочет выдать её за отца Эйнара, — ошарашила меня Таяна. — Представь, как нашей красавице Бри жить рядом с ворчливым стариком, которого даже король побаивается? Ещё не известно, сколько он протянет. Запрёт Бри в родовом замке и будет выводить в свет дважды в год. Она загнётся там с горя! Это тебе можно выдать лабораторию и десять лет оттуда не выпускать, ты только счастлива будешь, а то и не заметишь. А Бри чем утешаться? Книжками эротическими? Уверена, он и это ей запретит! У портальщиков почти неограниченный доступ к энергии, он её так запрёт, что никто никогда больше и не увидит. А характер у него в сто раз хуже, чем у Эйнара.

— Зачем ему Бри?

Мозг лихорадочно искал выход из ситуации. Мы можем сколько угодно пикироваться внутри коллектива, но своих поддерживаем. Это не относится ко всем семнадцати в полной мере: кто-то был ближе, кто-то оказался в нашей компании волей случая и удачно влился, но своим до конца не стал. И тем не менее! Бри — своя. Мы её в обиду не дадим.

— У соседей есть спорная территория. Сама понимаешь, брак — самый простой способ урегулировать разногласие, и о нём даже заводили разговор. Но Эйнар наотрез отказался, повздорил с отцом и, когда их едва насильно не связали, сбежал в военную академию. После с ним уже сложно было спорить: он гораздо сильнее герцога, ещё и работает на тайную канцелярию. У его светлости руки, конечно, длинные…

— Я поняла твою мысль.

Этого про Эйнара я не знала. Они всегда замечательно общались с отцом, я своими глазами видела. Но в высшем свете всё не так, как кажется. Мы с девчонками — редкое исключение. И неизвестно, продлится ли наша дружба после окончания академии.

— Много лет всё было хорошо, Бри посещала балы и искала подходящего жениха. И вот вчера папенька написал ей, что её ждут на каникулы домой — она почти помолвлена с герцогом Ривардом.

Подруга рассказывала так быстро и сумбурно, что я едва успевала соображать, что к чему. Бри должна выйти замуж за старика ради клочка земли? Но ведь… это обычная практика. И Эйнар, как настоящий друг, мог бы и спасти подругу, взяв на себя почётную миссию жениться.

Сердце пропустило удар.

Я спокойна, абсолютно спокойна.

Может, эта помолвка — фикция, и истинная её цель — заставить молодых людей пожениться по своей воле?

— Да уж. А Эйнар почему докладывает обо всём её отцу?

— Думаю, это давняя договорённость. Он всегда за ней присматривал. Может, слово дал когда-то. В любом случае, нужно что-то делать, и срочно!

— Таяна, Эйнар из-за меня так пострадал, что я не вправе…

— Да как он пострадал? Думаешь, ему не на руку влюблённость в тебя? На него же ни одно из любовных зелий не действует. Может, он специально от заклятия не избавляется, — отмахнулась Таяна. — Удобно быть влюблённым в прекрасную и недоступную девушку, не сильно это скрывать и спать в относительной безопасности. За ним же весь прошлый год гонялась половина незамужних девиц и почти все вдовушки. Точно знаю несколько случаев, когда к нему пробрались в кровать, разыграли сцены перед якобы случайно подоспевшими родителями и потребовали замужество.

— И?

— И ничего. Он сказал, что давно опоён зельем и не может ни на ком из них жениться, таким образом прервав славный и древний род Ривардов.

— Но ведь честь девушки…

— Твой Эйнар…

— Не мой! — упрямо возразила я.

— Эйнар всегда устанавливает в спальне магофот, который фиксирует всё происходящее со звуком. Сама знаешь, где наш боевик работает и насколько доверчив, — справедливо заметила Таяна. — Быть пойманной на горячем куда хуже, чем просто скомпрометированной. Да и кто там подставляется? Родители промолчат, дочь — тем более.

— Тогда всё ясно. И с отцом Риварда тоже. Если эта отговорка правдива и Эйнар не может продолжить род, выходит, это должен сделать его отец. Хотя бы про запас. Или во имя поддержания легенды.

Я внесла в список задач ещё один пункт — узнать о заклинаниях с интересным побочным эффектом. Если отговорка Эйнара работает, значит, они точно есть. Это значительно сужает круг поисков. И, надеюсь, упрощает мою задачу.

— В общем, он защитился по максимуму. А нашу Бри никто кроме нас защитить не сможет.

— Таяна, пожалуйста, ничего ему не подливайте, не подсыпайте и так далее! Мы только научились с ним общаться по-человечески.

— Ещё немножко, и до свадьбы доучитесь, — пошутила подруга с улыбкой.

— Исключено. Нас развела в стороны королева, не рискнём.

— Мы с тобой ещё поговорим на эту тему, но в безопасном месте, — изменившись в лице, пообещала она.

— Сколько тем накопилось, — с улыбкой ответила я, хотя весёлого в ситуации нет ничего. Тут вопрос выживания в условиях высшего света.

— Это точно. Я рада, что мы с тобой подружились. И с девчонками тоже.

— И я!

Мы определились с планом — найти Бри такого мужчину, чтобы даже её отец обрадовался замене жениха. Однако поговорить с Эйнаром я пообещала тоже. Вдруг сработает?

Признаюсь, дала слово лишь для того, чтобы девчонки под предводительством Таяны не нахулиганили. Любое безобразие нужно контролировать!

Только вот на душе жутко тяжело и неприятно. Если девчонки ещё не догадались, мне придётся вовсе не просить его не рассказывать отцу Бри ничего компрометирующего. Придётся уговаривать его… жениться на Бри. Ведь достойных женихов у нас в стране не так много. По крайней мере, равных герцогу Риварду — точно. Амбициозный герцог Ларс всегда предпочтёт надёжный брак хорошему соседству.

Итак, мне необходимо: вытрясти из Эйнара правду о зелье, найти или разработать антидот (Великая Эйри, помоги!), заставить его жениться на Бри…

Всё моё существо противится этому, но у нас с ним всё равно нет шансов. Да и Бриджит действительно нужно спасать. Выйти замуж за друга куда лучше, чем за ненавистного старика.

Да, мы прекрасно понимаем, что браки по любви особой популярностью среди аристократии не пользуются.

«Долг, долг, долг», — твердили нам всем с самого детства.

Но мы ведь молодые девушки и склонны к мечтам. А ещё мы дружим. И судя по всему… Я ещё сомневаюсь, но где-то в глубине души уже почти верю, что это надолго. Значит, у нас есть шанс изменить мир под себя.

По крайней мере, мы сделаем всё, что в наших силах.

Я оглядела наше «воинство» и решила, что Зою тоже нужно привлекать в наши ряды. И вывести всех на откровенный разговор тоже нужно. Собрать все данные в одну копилочку, обмозговать их и согласовать действия.

— Спать! — распорядился Тлян недовольно.

Я быстро закрыла глаза. Что-то в виде профессора мне не понравилось, но что именно, обдумать не успела — меня окутало заклинание крепкого восстановительного сна.

Знала бы, чем обернётся эта доверчивость, — замоталась бы в сто защитных слоёв.