Глава 36

Эйнар очнулся на третьи сутки. Полностью здоровый, энергичный, собранный, деловой и… отстранённый, даже безэмоциональный.

Допросил нас, будто мы не спасли его, а вмешались куда не следует, и отправился в кабинет арха. Один.

— Нет, ну нормально! — злилась Бри. — Мы, значит, мчимся ему на помощь, сметая все препятствия на своём пути, а нам ни спасибо, ни пожалуйста, ни слабой улыбки! Серена, зачем тебе этот кусок льда? Давай мы тебя выдадим замуж за кого-нибудь получше. Вот, например, хозяин замка. Обалденный ведь мужчина! Могущественный!

— Выключи сердечки в глазах, — посоветовала Таяна, лежащая на диване с книгой. — Серена не хочет замуж. Точнее, она хочет, но только за одного человека — и это как раз та самая глыба льда.

— Не представляю, что делать, — призналась я. — Так всё странно. Мы ведь истинная пара — как можно разрезать эту связь? Неужели она не нарастёт снова?

— Знаешь, как по мне, Эйнар выпил уже столько зелий, что одним больше, одним меньше — особой роли не играет. Давай его опоим, — предложила законопослушная и примерная Мира, вызвав наши удивлённые взгляды. От неё мы подобного никак не ожидали. — А что? Здесь ингредиенты со всех миров! Я выберу что-нибудь без негативных последствий…

— Мира, ну где ты видела зелье без побочных эффектов? — вздохнула я.

Девчонки поддерживали как могли, но легче мне не становилось. День тянулся за днём, ночь сменяло утро, а я печалилась и не знала, что и думать. Эйнара мы больше не видели. О нас вообще словно забыли.

Я закрыла глаза.

Стоит мне разгадать одну загадку, как тут же появляется ещё десяток. Только видится прогресс, как тут же на пути становятся непреодолимые препятствия.

Казалось бы, мы заручились поддержкой архов, предупредили их, рассказали всё, что знали; почти воскресили Эйнара, который может рассказать куда больше и тем усилить позиции против фурии. Осталось лишь дождаться спасения Арратора и дальше заниматься положенными по статусу делами — помогать восстанавливать репутацию власти, учиться, выходить замуж, рожать детей и радоваться жизни.

Так нет же! Обязательно нужно всё испортить!

Теперь, даже если я стану женой Эйнара, это будет классический политический брак из разряда «потому что так нужно», а не по любви.

Утешаю себя тем, что он выжил и уже только одно это должно греть сердце. Но увы, я оказалась не настолько благородной.

Я хочу, чтобы он меня любил, как и прежде! Или даже сильнее!

Призраком слоняюсь по удивительному дворцу, изредка встречая заинтересованно разглядывающих меня архов, но не нахожу себе ни покоя ни собеседников.

На двенадцатый день заключения мы вновь явились в знакомый кабинет, где нас ждал настоящий сюрприз.

Оганер де Луар собственной персоной.

Он пил земляничный отвар из полупрозрачной голубоватой чашки и беседовал с нашим безымянным хозяином, словно они давние знакомые. Я с интересом посмотрела на Таяну. Как ей де Луар в настоящем обличье?

Таяна прищурилась. Втянула воздух, расщепляя его на малейшие фракции, вычленяя знакомый аромат ректора. А затем, уверившись в подозрениях, села в кресло напротив и не моргая уставилась на него.

Она как чувствовала, что нужно произнести впечатление — надела тёмно-синее, почти чёрное платье и жутковатый комплект украшений с чёрными бриллиантами, дополняющий образ колючий ледяной взгляд.

Удивительно, но тёмные тона не столько сделали её устрашающей, сколько подчеркнули молодость и невинность. Кожа Таяны казалась бледно-голубой, словно та чашка в его руках; глаза мерцали, губы напоминали спелые вишни.

Недоступная фарфоровая красота.

Де Луар не мог отвести взгляда. Всё же невозможно оставаться совсем безразличным к настойчивой красивой девушке, даже если ты сам — скала.

Я бы посоветовала ему особо не сопротивляться. Наша леди Феар — буря, сметающая всё на своём пути, её обаянию невозможно противостоять. Она изумляет, выводит из себя, бесит, завораживает, но никого и никогда не оставляет равнодушным.

— Итак, леди, — обратился к нам арх. — Настало время прощаться.

Мы вздрогнули. Новость прозвучала как гром среди ясного неба, и мы не были готовы. По крайней мере, Бри обиженно поджала губы. Я представляю, как она расстроена, что именно сегодня не надела свою любимую шубу, в которой даже иногда дремала, сидя на балконе в удобном кресле.

— Но у меня идёт опыт, — ахнула Мира. — Я не хочу уходить!

— Мира, — изумилась я, — ты что?

— Серена, ты не понимаешь. Здесь есть всё! Всё для моего счастья! — выдохнула подруга в сердцах. — И я варю такое зелье… мне нужно ещё две недели, всего две недели!

Она обратила несчастный, полный надежды взор на единственного арха, с которым нам было позволено общаться в огромном, красивом, но негостеприимном замке.

— Я остановлю время в лаборатории, — любезно предложил арх. — А вы возвращайтесь, прекрасная Мира. Совсем скоро у вас будет такая возможность.

Де Луар поджал губы, но промолчал.

Справедливо. Мы сами виноваты — влезли, показались архам. Естественно, они будут требовать нас к себе. Точнее, не меня, на мне браслет. Не Таяну, она некромант. А вот Бри и Мира, скорее всего, обречены.

А ведь у меня есть одно желание. Точнее, архи должны мне за вызов и лечение. Пусть пострадавшего я готова лечить даже ценой своей жизни, но уговор есть уговор.

Только вот… что потребовать?

Я надеялась, они восстановят нашу с Эйнаром связь. А теперь что? Спасать подруг?

Арх ухмыльнулся, и я беспомощно закрыла глаза. Оплошала! Забылась в его присутствии. Зря.

«Не зря, Серена, — прошелестел его голос в моей голове. Хотя я не настраивалась и не пыталась уловить его мысли, как это было с отцом. — Я дам тебе время на раздумья. Примешь решение, когда Арратор освободится».

«Благодарю вас. Премного благодарю».

Оганер де Луар отставил чашку и поднялся.

— Девушки, пройдёмте.

— Нет уж, минуточку, — заявила Бри, повернувшись к арху. — Итак, извольте объясниться, господин арх. Вы желаете забрать к себе Миру, раз оставляете за ней лабораторию в своём доме?

— Бриджит! Как ты смеешь, — де Луар до того разгневался, что перешёл на «ты», — так обращаться к императору!

— Я же говорила, что он император, — театральным шёпотом возвестила Таяна. Разумеется, её наверняка услышали все присутствующие, включая мимо проходящих архов.

— Его это не спасёт, — ответила Бри. — Итак, ваше императорское величество, я вас слушаю.

Я закрыла глаза. Совершенно невыносимо видеть такое поведение. Надеюсь, де Луар не донесёт родителям нашей отчаянной леди о недопустимом поведении. Или пусть донесёт?

Нет, как подруга я решительно не имею права быть на вражеской стороне в такой момент. Пусть наша первая красавица делает что хочет, Нарну Первому это нравится. А задыхающегося де Луара я подлечу в Санторе. Надеюсь, обойдётся без инфаркта: там так долго нужно всё восстанавливать…

Его императорское величество бросил на меня многозначительный взгляд, напоминающий, что он всё прекрасно слышит и лучше бы мне воздержаться от подобных мыслей. А затем подошёл к Бри и взял её за руки.

— Перенести лабораторию в её новый дом мне ровным счётом ничего не стоит, — мягким и даже нежным тоном произнёс Нарн Первый. — Ты довольна моим ответом, дерзкая девчонка?

Бри округлила глаза. Затем ещё сильнее расправила плечи, повыше задрала подбородок и придала лицу прохладно-светское выражение.

— Держите себя в рамках приличий, ваше величество, — произнесла она с достоинством и, высвободив руки, чтобы сделать восхитительно изящный реверанс, присоединилась к нам. — В следующий раз мы с вами поговорим, когда у власти будет вот эта очаровательная леди, — кивок в мою сторону. — И кстати, я вам ничего не обещала.

Император сделал шаг в её сторону, но остановился. Мы же во все глаза следили за представлением.

— За тебя сказали твои глаза, Бриджит. И твои мысли.

— Мысли? — удивилась Бри.

Арх не ответил. Он молча улыбался, наблюдая, как стремительно краснеет наша подруга.

— И всё же я к вам не вернусь! — изрекла она, справившись с эмоциями. — Жду вас в гости с официальном визитом. До новых встреч!

— Ариавираль, Бриджит. Ариавираль, — загадочной произнёс арх, удостоив нас лишь кивком.

Мы переместились в свои комнаты. Де Луар с интересом прошёлся по помещению, затем вышел на балкон и так же, как недавно Бри, поднял руку над бескрайними зелёными водами. Но вместо водоворота мы увидели прозрачную стену высотой с три дворца, в которой, как на развороте учебника, были представлены все виды местной фауны.

— Хорошо, мы не пошли купаться, — еле слышно промолвила Бри.

— Впечатляющие образцы, ничего не скажешь, — спокойно произнёс де Луар, вернув живность в море. — У нас когда-то водились такие же огромные. Хорошо, давно вымерли.

— У него зубы с мою голову, — восхитилась Мира и тут же обернулась, чтобы деловито уточнить у единственного в нашей компании мужчины: — Как думаете, архи могут предоставить мне несколько зубов для экспериментов? Может, они придают зельям интересные свойства, как зубы василисков?

— Дома поговорим, девочки, — многозначительно заявил лже-ректор. — Собирайтесь, я пока вас проинструктирую. Итак, архи вернут вас стандартным телепортом. В Арраторе будет тот же вечер, но пройдёт около часа или чуть больше, и по возвращении вы не попадёте в ловушку. Утром как обычно выйдете на пробежку и на тренировку, сделаете вид, что ничего не произошло. Теперь о поведении. Возмущаетесь и всем рассказываете, как вас заперли в какой-то пещере, потом вы прошли в эту вот комнату, просидели чуть ли не целый день, затем вернулись домой, никого не увидев. Удивлены, что дома прошло так мало времени. На всякий случай. Сами понимаете, мы не можем быть уверены в неосведомлённости её величества о мире архов.

— То есть шубу я всё-таки могу забрать? — задала Бри главный вопрос дня.

— Да берите что хотите.

— Вы подкорректируете нам память? — уточнила я.

— Разумеется, как только сам отойду от телепорта и вы перестроитесь. Вас обязательно проверят, поэтому ведите себя немного легкомысленно. Произошло и произошло, но обидно, что ничего не увидели. Включите обычное своё ужасное поведение, — де Луар слабо улыбнулся. — Можете ходить и всем ябедничать на архов, какие они нехорошие, даже не поздоровались, хвала Эйри, ушли из нашего мира, об этикете не имеют представления, ужас и кошмар.

— Это мы запросто! — с энтузиазмом воскликнула Таяна, снимая драгоценности и складывая в шкатулку.

Я вспомнила, что на мне также надеты местные изумруды, и поспешила их положить на комод. Хватит с бедных архов Бриджит с её страстью к мехам. Она отобрала три самые любимые шубы помимо той, что и так не снимала, и теперь бегала, открывая все полки, шкафы, комоды в поисках защитных чехлов.

Миру не слышно и не видно — она заперлась в лаборатории и носа оттуда не казала. Отчасти именно поэтому я не торопила и не подшучивала над Бри. Пусть задерживает наш отъезд, если можно так сказать.

— Леди, — раздался голос из-под потолка, — спешу вам сообщить, что одежда, обувь и украшения принадлежат вам, их создали для вас. Пожалуйста, заберите всё понравившееся. Мы предоставим вам портативный сундук, куда поместится всё необходимое.

— Он устроен как пространственный карман? — уточнила я.

— Не так примитивно, — оскорбился голос, — но суть вы уловили.

Мы поспешили поблагодарить хозяина замка и нашего контролёра, быстро упаковали восхитительные наряды в подарочный сундук, который больше напоминал чемодан, а затем с сомнением посмотрели на драгоценности. Наш визит и так был сплошным недоразумением, куда уж делать его ещё более неприличным?

— Леди, наденьте все драгоценности или положите в карманы, тогда при переходе они превратятся в отличные артефакты, — «голос» нашёл убедительный аргумент, и мы беспрекословно последовали совету, с боем вытащив из лаборатории Миру и надев на неё килограмма три драгоценностей.

— С ума сошли, — фыркнула она.

— Дома спасибо скажешь, — не согласилась с ней практичная Бриджит. — Такой шанс выпадает раз в жизни, глупо его упускать. Может, мы ведём себя не совсем прилично, зато представьте, какая польза для наших семей! Это ведь настоящие драгоценности архов! Которые в нашем мире станут артефактами!

— Я уже молчу, что такой красоты вообще ни у кого нет. — Таяна бережно погладила чёрные бриллианты и прикрыла глаза, шумно втянув воздух. Наслаждалась.

— Девушки, наденьте-ка всё же шубы, — посоветовал де Луар. — Вы выглядите как… не могу придумать приличное слово. Будто воришки обчистили королевскую сокровищницу.

Мы посмотрели друг на друга и расхохотались. Сравнение жутко бестактное, но отражает суть на все сто процентов. Руки увешаны браслетами от запястий до плеч, на шеях красуется по несколько колье сразу. У Таяны в волосах сверкает диадема, при виде которой половина наших дам точно хлопнулась бы в обморок от зависти — а ведь её «голос» выдал на классическое «мне нечего надеть к ужину, волосы от вашей влажности ни собрать, ни украсить». Кольца, броши, серьги, изящного плетения цепочки оттягивают карманы.

— Это позор, — изрекла я, когда золотая лихорадка нас отпустила.

— Серена, Бриджит права. Артефакты архов сейчас могут здорово нам помочь. Во имя великой цели, сколь бы пафосно это ни звучало, — де Луар в два счёта переключил меня на рабочий настрой и вложил в руки Миры огромную шкатулку с заколами для волос и шпильками. — Всё, надели шубы — и на выход, пока не передумали. Дома будете скромничать.

— Великая цель — это теперь ни с кем не поделиться от душевной щедрости, — вздохнула Бри.

— А подарки девочкам? — возмутилась Мира.

— По браслетику! — сразу уточнила она. — И по колечку.

Говорю же: с кем поведёшься, от того и наберёшься. В семейном древе нашей первой красавицы нет драконов, но поведение выдаёт её окружение на сто процентов.

Мы направились к призывно мерцающей стене, еле передвигая ногами.

— Они такие тяжёлые, — простонала Бри.

— Хорошо, что мы усиленно тренировались. Пару месяцев назад я бы и шагу не сделала с таким грузом, — озвучила Таяна общую мысль.

— Академия Сантор — лучшее учебное заведение и точно знает, что может пригодиться изнеженным аристократкам, — с гордостью заключил Оганер де Луар, без усилий подняв наш чемодан.

Уже в знакомой всем пещере, когда укутанные в шубы и нагруженные драгоценностями девочки прошли в телепорт, я задала мучающий меня вопрос.

— Что с Эйнаром?

— Он пока останется здесь, Серена. Так нужно.

Я кивнула и ушла в телепорт.

Девчонки уже вовсю притоптывали ногами в ожидании нас и, завидев лучший в мире чемодан, едва не с визгом отобрали его у де Луара, принявшего ректорское обличье. И под ошарашенные взгляды дежурных принялись упаковывать в него драгоценности и шубы.

Я последовала их примеру, оставив на себе один особо полюбившийся браслет из разноцветных минералов.

— Таяна, сними тиару, — напомнила Мира.

— Ни за что! Пойду вот так!

— С ума сошла? Тебя вороны унесут, — хихикнула Бри.

На этом шуточки и закончились. Едва мы успели упаковать чемодан, как в телепортационную ворвалось десятка два человек. Точнее, так показалось от неожиданности и страха. Там и было-то всего ничего — Варн, Роальд, его высочество собственной персоной и взбешенная Корделия с невозмутимой Айриной, на поводе у которой шли два десятка зомби, создавшие массовку.

— Откуда? — спросила Таяна с недоумением.

— От нервов, — ответила спокойная как скала Айрина. — В Санторе, знаешь ли, множество тайн, так что нам будет чем заняться в свободное время. Например, исследовать стены.

Таяна взглядом указала на чемодан, воспользовавшись тем, что Роальд с Варном всматривались в наши лица в строгой очередности и до неё пока не добрались. Один из зомби выступил вперёд, без труда поднял ношу-сокровище и унёс её, надеюсь, в женское общежитие.

— Айрина, ты не могла бы отпустить свою небольшую армию? Здесь не все столь нежно любят умертвия, — намекнула я на необходимость дополнительной защиты чемодана.

— Конечно! Как вы, девочки? — спросила она, неосознанно играя нам на руку. — Какие они, эти архи?

— Если бы мы их видели, Айрина, — вздохнула Мира. — Не путешествие, а сплошное расстройство. Мы просидели целый день взаперти, а потом нас просто выставили назад в наш мир.

— И не представили императора! — обиженно поделилась Бри. — Это вообще несправедливо! Зря сходили. Ощущение, что нас кто-то глупо разыграл. Вы бы, господин ректор, разобрались… Мы, может, уже мысленно свадебные платья примерили!

— Бри, — укорила я подругу. — Не стоит рассказывать о нашем позоре. Завтра вся академия узнает, как мы опростоволосились.

— Ник, мы можем отдохнуть? У нас был очень тяжелый день. Два телепорта за одни сутки — перебор, да и сидение взаперти не способствует бодрости духа. Бри, наверное, вообще скоро замертво упадёт от истощения. Держится до последнего, но это напускное.

Я подключила актёрский дар, как только мы вышли из телепорта, и выглядела по-настоящему серо. Даже волосы заставила чуть потускнеть, чтобы никто не усомнился в моих словах.

Да и Бриджит подыграла.

— Я не устала! Всё хорошо, Серена. Просто я, когда нервничаю, много болтаю и не могу усидеть на месте. Сейчас вернёмся в свои комнаты, и девочки мне дадут снотворных травок, а то я…

Она тарахтела с такой скоростью, что в какой-то момент я перестала разбирать слова.

— Корделия, уведите девушек, — распорядился ректор. — Думаю, до завтра они никуда не денутся, все желающие смогут расспросить их потом.

Сыграно не безукоризненно, но в целом неплохо. Надеюсь, де Луар позаботился о безопасности и стёр память дежурным, иначе у нас будет ещё больше проблем.

Забрав чемодан у зомбиков, терпеливо ожидающих нас у крыльца общежития, прошли к себе, где, выдержав очередной допрос и раздав девчонкам по браслету и кольцу, смогли наконец лечь спать.

Сразу после тренировки Таяну вызвали на задание, а нас с Бри и Мирой — к ректору. Мы не успели переодеться и выглядели не лучшим образом, хоть и пригладили внешний вид магией. Но велено было явиться не медля.

Леди Бон любезно провела нас в кабинет руководства, где, как мы ожидали, де Луар заблокирует часть памяти и подкорректирует воспоминания. Однако в кабинете ждал неприятный сюрприз.

Её величество с тремя неизвестными мужчинами.

Ректор выглядел несколько напряжённо, но в целом держался довольно. Успел отправить Таяну в другой мир — уже хорошо. А мы попробуем справиться.

Изольда не стала ходить вокруг да около и размениваться на мелочи вроде вежливости. Как только мы вошли, она велела рассказать, по какой причине мы сбежали от охраны и отправились на задание в другой мир.

В кабинете воцарилась настолько идеальная тишина, что когда Мира втянула воздух, на неё посмотрели абсолютно все присутствующие. Она смутилась и потупила взор, однако королева уже выбрала жертву и не собиралась выпускать её из хищных когтей.

Тихая и скромная, выросшая вдали от дворца, Мира кажется лёгкой добычей, однако на самом деле не такова. Скорее, она кот в мешке. Может, на фоне остальных девушек она не проявляет себя достаточно ярко, но сейчас это играет на руку всем нам.

— Итак, леди Ройс, — поторопила её королева.

Мира покраснела, сделала ещё один глубокий вздох и только после этого подняла взгляд.

— Мы… мы не знали, что от кого-то сбегаем, — пролепетала она. — Кто-то пошутил про ведьм… что они бы в два счёта прилетели на мётлах к телепорту… ну, и…

Её величество посмотрела на одного из мужчин — тот кивнул, подтверждая слова девушки. Ещё бы он не подтвердил! Мира — актриса. И если мой дар, довольно сильный, можно использовать даже на сцене, то у лучшей подруги он выглядит куда менее внушительно. Однако имеется важный и крайне полезный нюанс — её дар никто не может вычислить даже при использовании! Как по мне, это куда более удачный его вариант.

Ума Мире тоже не занимать. «Кто-то пошутил про ведьм» — это было в мире архов, когда мы обнаружили свой ненадлежащий вид. Но она не уточнила. Сыграла смущение. Да и смущение, собственно, она вряд ли играет — Мира у нас скромная и хорошо воспитанная. Когда не слишком плотно общается с Бри, по крайней мере.

Сбиваясь и запинаясь, она всё же рассказала согласованную с де Луаром версию событий. Её величество задала ещё несколько вопросов, затем махнула рукой, отпуская нас.

Ректор и глазом не моргнул, никак не показал, что доволен. Мы же вышли, вместе с Бри поддерживая деревянную от напряжения Миру.

Впрочем, её скованность прошла, как только мы вышли на свежий воздух. Общаться не стали — знали, что за нами следят. И будут следить ещё пристальнее. Фурии — создания недоверчивые и часто верят своей интуиции, а не глазам, артефактам и специально обученным людям. А раз она прибыла лично, ещё и в столь ранний час, то интуиция её трезвонит не своим голосом, и идеальный рассказ Миры не сможет заглушить её до конца.

Ну что ж, переходим на военное положение.

В отсутствие Таяны мы являли собой образцово-показательных аристократок, которые замечательно учатся, без устали сидят по вечерам в библиотеке, и не затевают ровным счётом ничего серьёзнее мелких шалостей в отношении одногруппников.

В один из вечеров, когда в библиотеке остались только я, Бри и десяток ведьмочек, Монмар подлетел к моей парте и заглянул в учебник. После того как мы облачили его в порядочный костюм, призрак питает к нам явную слабость и всячески старается подружиться. Заодно и намекает, что пора бы уже заказать ему ещё пару костюмов — или, на крайний случай, несколько шейных платков, как у Зорга.

— И что это мы тут такое читаем? Про истинные пары? Неужели наша ледяная леди растаяла?

— Чего это она ледяная леди? — тут же возмутилась Бри. — Она у нас девочка с огоньком, вода и лёд — это моя стихия.40393c

— Если ты вода, Бри, то по меньшей мере водопад, — весело подколол её бывший торговец специями. — Но никак не сдержанный, хорошо воспитанный лёд. Я говорю про твою подругу. Её огонь невероятно сильный, но она заковала его в броню и никому не показывает, ведёт себя как классическая холодная вода. Да, девочка?

— Ты видишь нашу силу? — уточнила заинтересованно.

— Конечно. Я многое вижу, но не говорю. Знаю я вашу студенческую братию — только дай волю, даже меня доведут до умопомрачения.

Призрак подмигнул и сделал пару кругов вокруг люстры, затем уселся на стул рядом со мной.

— Монмар, — обратилась я к любимому библиотекарю, накрыв нас троих самым надёжным куполом из тех, что знаю. Бри понятливо добавила от себя что-то совершенно невероятное, снежно-мерцающее. Хорошо, мой верхний надёжно скрывает эту красоту. Лишнее внимание нам ни к чему. Ведьмочки увидят немного смазанные фигуры, но это всегда можно списать на усталость глаз. В конце концов, уже ночь, цифры и буквы давно плывут перед глазами.

А для самых любопытных у нас для таких моментов давно заготовлена отговорка — Бри выпрашивает книги из художественного фонда.

— Я весь внимание, мои прекрасные дамы.

— У нас два важных вопроса. Первый — можно ли восстановить насильно разорванную связь истинной пары? — произнесла, наблюдая, как расширяются глаза Монмара. — Второй — как ты видишь силу Никиаса?

— Про первое даже не слышал никогда. Я думаю, вам с Эйнаром стоит погостить у драконов. Только будь осторожна, Серена: без этой связи ты можешь оказаться в неловком положении. Драконы обожают невинных дев, не связанных прочными узами вроде тех, что защищали тебя прежде.

— Спасибо, попробуем. Если получится, конечно.

— По поводу второго вопроса — теперь, когда ты его задала, я понял, что меня всегда смущало в этом пареньке. Прежде я думал, это особенность его магии. У него их три: смерть, земля и королевский металл. Но иногда я чувствую в нём ещё одну силу, тёмную и древнюю, которой не знаю названия. С её помощью Никиас легко подчиняет людей, но работает она странно. Быстро пропадает.

— Так! Я поймала мысль! Монмар, подумай хорошенько. Когда принц возвращается от её величества, он начинён этой силой, но по мере её использования она полностью пропадает? Или с течением времени, если он ею не пользуется? — азартно спросила я.

— Серена, ты о чём? — Бри не сообразила, что к чему.

— Он не может ею не пользоваться. Эта сила управляет и им, — окончательно подтвердил мои подозрения Монмар. — А что это значит?

— А это значит, мои дорогие, королева поит его своей кровью. Потому Ник то ведёт себя как надменный, самовлюблённый и всемогущий, то вновь возвращается в амплуа милого мальчика. И запах! Запах, Бри! Помнишь, мы как-то обсуждали, что он то усиливается, то почти незаметен? А на балу у Фойтисов от него вообще не пахло этим ужасом.

— Ты хочешь сказать, королева держит его на расстоянии только под действием своей крови, и потому есть запах, а вблизи как-то убирает это? Я не могу сообразить. Объясни по-человечески. Это зелье или что?

— А я, кажется, понял! Королевские артефакты приняли Никиаса из-за того, что он — прямая родня и имеет королевский дар. Им без разницы, кто его мать, главное, что сильны магия королевского дома и родственная связь. Но вас, аристократов с разными уникальными дарами, обмануть сложнее. Кто-нибудь запросто может вычислить, что Никиас — не сын её величества.

— Всё верно. И вы оба правы: она напитывает его и зельями, и силой. Помнишь, Бри, о чём рассказывала Зоя? Ведьмы с чёрными венами источали ужасающий запах. Скорее всего, они пили больше зелья, чтобы с лёгкостью управлять окружающими. И оно даёт ощущение вседозволенности, может, даже всемогущества. Какой человек сдержится? Ник мог попасться на ту же удочку и чуть перебарщивать с дозировкой. Всё же он хоть и маг, притом сильный, но тоже имеет слабости. А её величество при каждой встрече корректирует его состояние, потому в свете никого и не знает о запахе. А мы голову ломаем.

— Почему же тогда его окружение не чувствует этот запах? Точнее, мужчины, — уточнила Бри.

— Скорее всего, особенность фурий. У них ведь нет своих мужчин, значит, и магия рассчитана по большей части на женский пол. В общем, всё логично.

— Расходимся, девочки, время, — вдруг сообщил Монмар.

Мы рассеяли купол и заторопились. Всё-таки ведьмам хорошо, занимайся хоть круглосуточно — их мётлы создают особое поле, которое пропускает охрана Сантора. Жаль, с любимой и так хорошо освоенной в последнее время левитацией это не работает.

Общая гостиная напоминала салон красоты. Через два дня должен состояться долгожданный турнир, так что «некрасавицы» готовятся поражать и восторгать, и для этого в ход пошло всё — маски, зелья, особые настои для волос…

— Вам бы тоже не помешало привести себя в порядок, особенно тебе, Серена. Завтра бал, — напомнила Полин.

— Какой бал? А, — протянула я, — перед открытием Турнира же! Совсем вылетело из головы, что его перенесли. Почему-то было ощущение, что я его уже пропустила.

Девчонки посмотрели на меня с сочувствием, которое уже порядком раздражает. Я не ныла, не жаловалась, не стенала, молча искала всю доступную и недоступную информацию об истинных парах у драконов. И не теряла надежды!

— Я вас умоляю, прекратите, — попросила их по-человечески. — Весь мир живёт как-то и без драконьей привязки. Ничего такого в этих истинных парах нет. А если есть, то нельзя просто взять и уничтожить её раз и навсегда. Восстановится.

Подруги натянуто заулыбались, и от этого стало ещё хуже.

Никто не верит в мой оптимизм. И тем более в то, что связь восстановится.

Я и сама не верю. Если уж отрезали, то отрезали. Могли бы восстановить — восстановили бы сразу. Наверное.

Но ведь никто не запрещает ему полюбить меня снова. Правда же?