6.2

— Соберись, принцесса. Или опять кувыркнёшься. — Наставник протянул руку, помогая мне подняться.

Я выпрямилась и, потушив затлевшееся платье, хватанула воздух ртом.

— Легко сказать «соберись». Мне, между прочим, больно.

Эльф чуть заметно улыбнулся.

Раздетый по пояс, Он стоял напротив и сводил с ума идеальным полуобнаженным телом, отчего я нет-нет, да и поглядывала на широкие плечи, массивные грудные мышцы, мускулистые руки в огненных орнаментах. А после, желая отвернуться, все же мимолетно скользила взором по твердому, словно у каменной статуи животу, где точечно вспыхивали и гасли узорные змейки.

— Пробуем еще раз. — Сурово распорядился мужчина. — Внимательнее.

Он протянул ладонь с закрутившимся над ней огненным вихрем.

— Отбрось страх. Задача слиться со стихией, а не отторгать ее природу. Приручить, подчинить, впитать мощь.

Я подобралась. Вообразила процесс слияния с обжигающей плазмой. Даже потянулась коснуться потрескивающего язычка, но едва жар опалил кончики пальцев, инстинктивно прикрылась.

«Огонь» расценил мои неумелые замахи за попытку атаковать и перешел в наступление.

Перед лицом яростно полыхнуло, тело ожгло, крутануло, подбросило и вот я опять сижу в сугробе с полыхающим и изрядно потрепанным подолом и не могу отдышаться.

— Не получается, Вэн!

— Потому что не пытаешься.

— Пытаюсь!

— Плохо, Белла! Шаг первый. Установить доверительные отношения с Огнём. Шаг второй. Показать полную готовность к взаимодействию. Шаг третий. Физическое соприкосновение.

На энергетическом уровне от наставника веяло такой угрозой, что я непроизвольно вжала голову в плечи.

— Вставай! Пробуем снова.

Начну с того, что занятия продолжались третий день. Полигоном была выбрана равнина близ незримой Солнечной Башни, о наличии коей сообщала лишь длинная узкая тень, пересекавшая соседнее снежное поле наискосок.

Обычно мы закруглялись с закатом, но сегодня маг был мной недоволен и решил «помучить» ученицу подольше. Надо признать, за прошедшие дни я освоила теоретический курс по магии Стихий, проглотила книги по боевым и защитным заклятиям и ознакомилась с трудом Тэо Ри «Создание, формирование и воплощение заклятий на практике». Разок даже удержала в ладони крохотную крупицу огня. Тем не менее речи о передаче магической силы на данном этапе не шло.

— Твое тело все еще очень хрупкое, — морщился до безумия красивый учитель, стоя у окна накануне утром. — Попытаемся, выгоришь изнутри.

— Нет никакой надежды? — Голос срывался от обиды, но я всячески храбрилась; хотя догадывалась — Агарвэн знает. Чувствует мои боль и горечь не хуже своих. Откуда? Ума не приложу.

— Есть, — обнадеживающе кивнул мне мужчина. — Дня через три получишь накопитель, попутно защищающий носителя от ожогов.

— Почему не сейчас?

— Иримэ надо подпитать артефакт от Источника.

Имя возлюбленной Вэна неприятно кольнуло в сердце и, вынырнув из воспоминаний, я всплеснула обожженной рукой и сфокусировалась на эльфе.

Вокруг засиял охранный контур, охватывая равнину золотистой стеной.

— Не покидай пределов защитного круга, — сказал он.

Кивнула. Стараясь дышать размеренно и не глубоко. Выровняла учащенный пульс, разогрела ладони и приготовилась «сливаться» с эльфийским огнём.

Принц на всякий случай оценил мой внешний вид и, видно решив, что впрямь готова, окутался пламенным ореолом.

— Держи эмоции под контролем, — повелел требовательно, поднимая руку. — Боятся глаза, не тело.

Я повторила за ним, отмечая, что наши ладони не соприкоснулись, а будто бы застыли против друг друга. Кожу сильно опалило и между ними заколыхался красный огонек. От испуга ойкнула и хотела отпрянуть, но он запретил:

— Не двигайся, Белла.

Скованная ледяным голосом, зажмурилась, чувствуя мягкое касание мужских пальцев к запястью. Белый маг развернул мою руку ладонью в небо и провел пальцем по линии жизни, вызывая чувство щекотки (даже хихикнула).

— Смотри.

Оказалось, в глубине ладошки, потрескивая и стреляя частыми искрами, клубилось крохотное пламя. Оно дико жглось, разливаясь по кисти едкой кислотой, но, стиснув зубы, я заставила себя вытерпеть.

— Прикажи ему подрасти.

— Как? — Растеряно посмотрела наставнику в глаза.

— Ментальным заклинанием.

— Просто подумать, чтоб подросло?

— Ты читала прикладную магию, не я, — хмыкнул беловолосый, и сжалился, объясняя, — если вложишь в посыл достаточно заряженной энергии, да.

Собрала волю в кулак и аккуратно «потянула» к огоньку мысленный мостик. Сложно описать состояние, схожее с надобностью проникнуть в ипостась инородной стихии, да еще при этом отдать четкий приказ. Но то ли звёзды были сегодня благосклонны, то ли огонь был рад подчиниться, пламя дрогнуло, преодолело сопротивление ветра и увеличилось в размерах.

— Теперь придай форму.

Я нахмурила брови.

— Примени заклинание формы, — подсказал мужчина.

— Помню!

Сия магическая формула — одна из первых, какую наставник велел вызубрить наизусть, и ныне при необходимости я легко могла сплести ее, хоть зажмурившись, хоть спящей. Дело в другом. Чем угодно могла поклясться, что на ее создание мне совершенно точно не хватит резерва. Поскольку в данный момент я расходовала силы собственного организма, а никак не магические.

Поняв ученицу по выразительной мимике лица, Вэн переплел наши пальцы:

— Воспользуйся моей.

Из мужской ладони хлынул заряженный магией поток. Мгновенно напитал моё тело, вынуждая содрогнуться. Сгустился в области кистей беловатым сиянием.

Я сосредоточилась на танцующем в ладошке огоньке. Применила нужное заклятие, потянула тонкие нити. Свила, усилила, закрутила и… сформировала свой первый корявенький шар.

Пусть он был надкушен с одного края и выпуклым, словно яйцо с другого, обрадованная полученным результатом, покосилась на принца в надежде получить похвалу.

Но он молчал. Озаренный красноватыми бликами, просто смотрел одним из своих многозначительных взглядов, от каких обычно моё сердце замирало в груди.

Я ожидаемо смутилась и… упустила Огонь из подчинения. Задрожавший шар принялся стремительно расширяться, втягивая остатки магического вещества, наливаясь насыщенно алым, пульсируя, грохоча и, наконец, взрываясь с оглушающим «пухх».

«Фонтан» плеснул в стороны и если бы не окружавший равнину защитный контур (по которому он стек пламенными ручейками), наверняка, стал бы виновником лесного пожара.

— Ой! — Вздрогнула я, справедливо ожидая упрёка.

Но эльф поступил иначе.

Молча накрыл мою ладонь своей, погасил остаточный огонек. Затем сжал и сразу отнял; страшный кроваво-красный ожог уже было начинавший расползаться по коже — пропал, и я восхищенно выдохнула.

Все-таки здорово, когда в наставниках не только повелевающий огненной стихией маг, но и целитель. Уже сбилась со счёту, сколькими жизнями ему обязана, а о излеченных им мелких ссадинах и ожогах — вообще промолчу.

Высмотрела перчатки и, подхватив, поинтересовалась дальнейшими действиями, но стоило поднять голову, мой язык разом отнялся.

Агарвэн смотрел на меня в упор. Не мигая.

Манил переливающейся синевой ясных глаз, и то, как голову населил целый ворох шальных мыслей, я упустила. Очнулась от зацветшего без предупреждения румянца. Начала отворачиваться, как вдруг мужчина прижал ладонь к моей щеке, запрещая движение. И перевел откровенный взгляд на припухшие от мороза губы.

От макушки до пят прокатилась волна бесноватых мурашек.

Пришло время обещанной платы!

Я с горечью подалась назад, но тут же была перехвачена магическими силками и прижата к горячей груди.

Идеальная мужская бровь играючи изломилась:

— Поцелуешь?

Бесчестный искуситель! Соглашаясь платить поцелуями, я искренне полагала, он будет сам их «взымать». Тогда, когда посчитает нужным. А вот эльфу этого оказалось недостаточно.

Обольщая меня, Он снова и снова добивался, чтобы я целовала его первая!

Правда, стоило нашим губам встретиться, суровый воин перехватывал инициативу, вторгаясь в мой рот с такой неистовой жадностью, будто каждый раз наслаждался мной, как в последний.

Вот и сейчас, он вкушал мои ласки, вбирал стоны, запах, тепло до последней капли. Сминал мои губы с ненасытностью голодного хищника, и болезненно прикусывал, если только смела не подчиниться мужской власти.

Поцелуй был коротким, но страстным и закончился быстрее, чем я рассчитывала. Зато я уже точно знала, что огненная магия будет покалывать губы до самого рассвета. А заодно греть в холодной постели Академии, куда совсем скоро я вернусь в одиночестве.

Пока об этом размышляла, мужской язык ласкающе прошелся по моей нижней губе и, покинув рот, позволил, наконец, перевести дыханье и унять мельтешащие перед взором мушки. Жаркие эльфийские руки взвились по спине и легонько встряхнули ученицу за плечи.

— Очнулась? — Усмехнулся наставник, ловя мой рассеянный взгляд. — Тогда возвращаемся.

* * *

Мы вошли в столицу с севера.

Минули несколько улиц и, срезав проулком, вышли к центральной площади. Агарвэн шел чувственной скользящей походкой, которую сложно было не заметить. Неспроста дамы так и замирали при одном его появлении.

Высокий, с идеальной осанкой, окруженный ореолом властности, Он всегда выделялся из толпы. Стянутые в хвост белые волосы слепили глаза. Полурасстёгнутая рубаха на голом торсе была не в состоянии скрыть великолепной мускулатуры, к коей страстно хотелось прикоснуться и исследовать не только пальцами, но и языком… и, да, собственным обнаженным телом.

Я не сдержала улыбки.

И краем глаз заметила двух девиц у ювелирного магазинчика. Судя по тому, как томно они вздыхали глядя на эльфийского принца, столь же откровенные мысли будоражили не только мое вольное воображение.

А ведь эльфы вроде равнодушны к женщинам из народа людей. Прожив в Затмаре две недели, я ни разу не заметила пару: эльф — человеческая девушка. Перворожденные держались с сородичами, люди с людьми из чего следовало слова служанки Мирры — абсолютная истина.

Но если так, отчего в последнее время Агарвэн не отпускает меня ни на шаг?

Это я такая особенная или у него свои причины?

— Сюда, — вполголоса произнес мужчина, вырывая из мыслей и обхватывая мою рукавицу пальцами.

Пройдя площадью, мы взобрались на холм, ведущий к княжескому замку, и свернули в сторону темных проходов — к каменной лестнице, охраняемой эльфийской стражей.

— В подземелье расположен природный Источник силы, — Агарвэн указал подбородком на убегавшие вниз ступени, отчего-то не внушавшие ни малейшего доверия. — Входить сюда не магам очень опасно, поэтому не отпускай моей руки, поняла?

Меня окутало защитой, после чего принц минул первый охранный круг и, войдя в следующий, обратился на родном наречии к охране.

Первый страж с почтением склонился, незамедлительно давая дорогу. Касаемо второго. Присмотрелась и сердце кольнуло волнение — вторым, одетым в плотный блистающий в лунном свете доспех, оказался Вэон. Одарив визитёров враждебным взглядом, рыжеволосый зло перекинулся с наставником хлесткой фразой, но тоже посторонился.

— Почему из всех твоих воинов, этот ненавидит меня больше других? — Оглянулась я через плечо, когда мы удалились вглубь лестницы на достаточное расстояние.

Разве нет? Остальные эльфы относятся ко мне вполне терпимо. Не дружелюбно, конечно, но и такой откровенной ненависти в их глазах не возникает. Но Вэон Минадаль…

— Твой отец повинен в гибели его Дома, — холодно выцедил беловолосый. Мужской голос эхом откатился от каменных сводов, придав тембру леденящей суровости. — Только не говори, что этого ты тоже не знаешь.

До боли в груди захотелось крикнуть — НЕ ЗНАЮ! Открыться, что к Дому Зимнего Утра не имею ни малейшего отношения! Но что-то внутри пресекло эту попытку.

— Ах, да, — шепнула чуть слышно. — Вылетело из головы.

— Мой принц. — Мурлыкнул сбоку женский голосок. Она! — Вы вовремя.

От Источника — каменного котла в центре залы с чистой энергией, плыла… Иримэ. На ладони бесподобной красавицы поблескивал каменный амулет с красно-малиновым цитрином на цепочке из крупных звеньев.

— Накопитель заряжен и готов к ежедневному использованию, — передав артефакт, женщина мазнула по мне равнодушным взглядом.

Ревнует? Но виду не подаёт. Сильна.

— Превосходная работа, леди Шелейн, — осмотрел медальон Агарвэн.

Затем развернулся и одной рукой повесил мне на шею. Цепочка царапнула кожу и тяжелая вещь легла в выемку между грудей, прокатываясь по телу резкой вибрационной волной. Я пошатнулась. И, если бы не державший за локоть эльф, сто процентов растянулась на каменных плитах.

Что за фигня?!

— Не волнуйся. Это нормальная реакция не Одарённых на накопители всех уровней сложности, — пояснила с холодным прищуром Иримэ. — Через день-два адаптируешься.

— А пораньше никак?

Чувство такое, словно шею опутали тяжеленой проволокой, а грудь стянули железным корсетом. Не вздохнуть, не шевельнуться.

— Завтра без практики, — прикрыл глаза Вэн, будто тоже ощутил тяжесть «надетого» на меня камня. — Привыкай к артефакту, больше отдыхай.

Дернула плечом.

— Слушаюсь и повинуюсь.

* * *

На окраине, куда мы завернули спустя десять минут, царила тишина.

Озираясь справа налево, так как в эту часть столицы мадам Оливия нас еще не приводила, я с удивлением отмечала, что в это время вечера весь город, похоже, собрался на нескольких центральных улицах. Там, где круглосуточно работают алкогольные лавки, уютные чайные, сытные трактиры.

Вэн намеренно срезал тут путь, надеясь ускользнуть от пристального внимания местных дам, но, когда впереди замелькали силуэты в темных плащах, зовущие на помощь, сообразила: задумка не удалась.

— Целителя сюда! — Вопил кучерявый детина в меховой шапке и распахнутом камзоле, мечась у распластанного на перекрестке неподвижного тела.

Из-за неестественной позы и вывернутых суставов сложно было определить навскидку, от чего пострадал человек. Полушубок темнел подпёкшейся кровью, зато на асфальте кое-где еще виднелись свежие лужицы.

— Скорее!

По мере приближения к перекрёстку в нос ударил отвратительный могильный смрад, перемешанный с металлическим запахом крови и самое странное — остаточными нотками мокрой псины. Будто совсем недавно тут пробегала стая бездомных собак.

— Целитель? — С надеждой подскочил к Агарвэну детина, пока другие люди сговаривались о необходимости бежать с вестями в Городскую управу и Бюро дознавателей. — Молю, помоги.

— Жди здесь, Изабелла, — не пустил меня дальше Вэн. Удалился с просителем, быстро просканировал ауру застывшего изломанной куклой парнишки и, выпрямившись, отрицательно качнул головой. — Мертв.

Спав с лица, детина рухнул на колени.

— Сынок, кто же тебя так изуродовал?

А, раны, надо признать, показались странно знакомыми. Оторванные на живую кисти рук, обглоданные до костей ступни, изгрызанная верхняя одежда и снятый с черепа скальп.

Я всмотрелась в невозмутимое лицо вернувшегося обратно наставника, опустила глаза и… вздрогнула.

- Анимаги? Да?

Эльф дернул губами, не подтверждая и не опровергая моей догадки, и под оглушительный гвалт подъезжающих экипажей чиновников всех рангов, повлёк в сторону Академии.

— Уходим.

Правда, сделав всего несколько шагов, мы пораженно замерли. Равно как и все те, кто в данный момент находился на перекрёстке.

С окраины донесся протяжный, заунывный и полный предвкушающего торжества волчий вой. Которому, чуть позже, ответил другой, с противоположного края столицы. За ним третий, четвёртый, пятый.

Я похолодела от макушки до пят и, в ужасе вцепившись в Вэна, поняла одну простую истину.

Волки меня нашли.