Глава 4. Ничтожество – это я

Дождь кончился только к утру. Мы с Дженной чуть не опоздали на первую лекцию, полночи обсуждая всё подряд. Меня и впрямь поселили к ней в спальню. Комната оказалась меньше, чем наша с Энн спальня в Райтоне, зато на последнем этаже башни. Должно быть, днём отсюда открывается красивый вид на бескрайние поля, а ночью можно будет наблюдать за звёздами – когда разойдутся тучи. Проспав, я хотела было пропустить завтрак, но Дженна меланхолично повернула в сторону столовой. Пришлось идти следом, хоть я всё время нервно посматривала на часы. – Успокойся ты, мы успели, – с усмешкой говорит Дженна, когда я первой прибегаю к двери в аудиторию, едва дав соседке поесть. – Это же практика по контролю. Тебе, наверное, и вовсе можно не ходить. Я с сомнением хмыкаю. Мы оказываемся в просторной зале без парт. Одна стена закрыта зеркалами, в углу притулилось фортепиано, вот только танцы и музыка нам сегодня не светят. Кажется, здесь собрались все ученики средних и старших классов. – Мисс Хантер, мисс Маршалл, проходите скорее, – поторапливает нас низенькая пухлая преподавательница, миссис Петерсон. Мы берём по мягкому коврику и пробираемся в дальний угол, где ещё есть свободное место. Украдкой я оглядываю собравшихся студентов. Лиама нахожу не сразу. Он сидит в противоположном углу залы, близко к профессору, выглядит так же болезненно, как и вчера. Услышав мою фамилию, Лиам вздрагивает, как от удара, но не поворачивается, лишь ещё сильнее вжимает голову в плечи. Надо с ним поговорить – пока его мерзкого братца нет поблизости. – Итак, начнём, – хлопает в ладони миссис Петерсон. – Сядьте в удобной позе, расслабьте руки, покрутите головой, чтобы размять шею. Закройте глаза и сосредоточьтесь на Источнике внутри. Свет под потолком становится тусклее, мягче. За окнами всё ещё хмурятся тучи, и я боюсь, как бы не задремать в такой умиротворяющей обстановке. Послушно прикрываю глаза, чувствуя, как под кожей бегут заряженные потоки магии. За всеми нервами последних часов я даже не сразу обратила внимание, как искрится силой мой Источник. – Почувствуйте, как он наполняется снаружи, а потом найдите собственные резервы. Откуда они исходят? Насколько они стабильны? О, мистер Мейсон, поторопитесь, вы отвлекаете других. Мы уже начали. Из расслабленного состояния меня выдёргивает знакомая фамилия. Приоткрываю один глаз и вижу перед собой ноги в безупречно отглаженных брюках. Если Дэмиан намерен доставать меня при всех, то пусть не надеется, что я буду молчать. Однако провоцировать его не собираюсь. Демонстративно выпрямляю спину, чуть запрокидываю голову. Тень парня исчезает, но я слышу, как Дэмиан усаживается за моей спиной. Пытаюсь снова поймать ощущение спокойствия, но всё внутри так и ждёт подвоха. – Зачем ты сюда явилась? Я вздрагиваю от его внезапного шёпота. Дэмиан сидит за моим левым плечом, подальше от Дженны и остальных студентов. Его дыхание щекочет шею, когда он наклоняется ближе. – Тебе здесь не место. Поведя плечами, я отбрасываю волосы, собранные в привычный хвост, надеясь попасть по нахалу. Увы, парень отодвигается ровно настолько, чтобы избежать удара, но продолжать вторгаться в моё личное пространство. – Тебе-то какое дело? – слегка повернув голову, отвечаю я. – Боишься? Мои губы едва шевелятся, но слова Дэмиан услышал. Скрипнув зубами, он нагибается к моему уху. – Я не виноват в том, что случилось с твоей сестрой – если ты об этом. И никто не виноват. Девчонка полезла туда, где одной с нестабильным Источником находиться крайне опасно. От этих слов я вся холодею, хотя его дыхание обжигает шею. Врачи, директор Бэнкрофт, миссис Рид, профессор Бэйли, а теперь и Дэмиан говорят, что произошедшее с Кэти – случайность. Но почему я никак не могу в это поверить? – Тогда чего ты дёргаешься? – собрав всё спокойствие в кулак, спрашиваю я. – Дай мне поговорить с братом… – Только подойди к нему, – перебивает Дэмиан. В его голосе неприкрытая угроза. – Почему? Я просто хочу узнать… – Не смей, я сказал. Не заставляй портить тебе жизнь. – Думаешь, это может меня напугать? – Думаю, что если не дура, то будешь держаться от моего брата подальше. А если умная – попробуешь вернуться в свою престижную школу. Не успеваю ничего ответить: миссис Петерсон грозно смотрит в нашу сторону. Приходится прикусить язык, оставив за Дэмианом последнее слово. Остаток урока я прилежно пытаюсь сосредоточиться на Источнике, но то и дело возвращаюсь мыслями к парню, сидящему позади. Он тоже больше не пытается меня задеть, лишь за секунду до звонка встаёт и быстро, пока я ничего не успела сделать, догоняет брата. – Ты моим телохранителем заделался? – слышу я обречённый вздох Лиама, когда они проходят мимо. – Просто хочу проводить с братом побольше времени, – непринуждённо отвечает Дэмиан. Они скрываются в коридоре, а меня догоняет Дженна. – Что он хотел? – любопытствует она. – Да так, ерунда. Я уклоняюсь от ответа, не желая говорить о своих планах, которые всё ещё не оформились, но понимаю: помощь Дженны мне наверняка понадобится. Уроки тянутся один за другим. История магической науки, теория и практика алхимии, магическое право. Не могу сосредоточиться, и Дженна то и дело пихает меня локтем в бок, когда я совсем уж неприлично подвисаю взглядом в пространстве. К счастью, профессора не проявляют ко мне интерес: то ли намеренно игнорируют, то ли дают освоиться. Когда мы после обеда идём на урок по преобразовательной магии, я готова взвыть от тоски. С учениками средней школы мы не пересекаемся, поговорить с кем-то из класса Кэти даже на переменах я так и не смогла. Однокурсники меня тоже сторонятся – все, кроме Дженны, за что я ей очень благодарна. Когда мы входим в аудиторию, нас встречает мистер Бэйли. – Разве он не ведёт географию? – негромко спрашиваю я у Дженны, пока мы усаживаемся за партой. – Здесь часто так, – пожимает плечами она. – Преподов мало, поэтому они совмещают предметы и классы. Профессор Петерсон ведёт практику по контролю Источника, анатомию и управление стихиями. Миссис Рид даёт уроки этикета и практику диагностики. Мистер Бэйли вот – географию и преобразования. Она умолкает, когда звенит колокол и профессор требует тишины. С преобразовательной магией я хорошо знакома. Развоплощать предметы и пересобирать их заново в новых формах даётся мне легче контроля стихий или диагностики ауры. Я без труда выполняю задание: сделать из стеклянного графина отдельные стакан, ложку и блюдце, – за что получаю отличную оценку и похвалу мистера Бэйли. – Такой душка, не правда ли? – с усмешкой спрашивает Дженна, когда профессор отходит к другой паре учеников. – Не представляю, как он уживается с Дэмианом летом вне академии. – Они родственники? – удивлённо оборачиваюсь я, и подруга дёргает меня за рукав, заставляя повернуться обратно. – Харви Бэйли – младший брат Гвендолин Бэйли. Они вроде как аристократы – древний род, но потеряли всё состояние, – шёпотом рассказывает Дженна. – Его сестра два года назад вышла замуж за отца Дэмиана. Теперь Мейсоны имеют связь со знатью, а Бэйли наконец-то при деньгах. – Могу только посочувствовать, – шепчу я в ответ. – Породниться с Дэмианом – всё равно что пустить бешеную собаку в палисадник. Дженна прыскает со смеху, и мы обе тут же делаем вид, будто невероятно заняты заданием: профессор смотрит в нашу сторону. Урок заканчивается разбором ошибок. Мистер Бэйли подробно объясняет, как нужно было направить поток магии, сколько силы черпать из Источника, чтобы произошло преобразование. Он долго хвалит меня – так долго, что я аж краснею. – Безупречный расчёт используемой магии! Невероятная точность! Вы не потеряли ни крупицы, мисс Хантер. Великолепно! Когда раздаётся звонок, и мы с Дженной покидаем класс, кто-то толкает меня в спину. – Не все считают тебя великолепной, мисс Заучка. Нас обгоняет высокая блондинка. Школьная форма только подчёркивает женственную фигуру, огромные голубые глаза умело подкрашены – так сразу и не заметишь, что есть косметика. Прищурившись, девушка окидывает меня оценивающим взглядом. – Легко быть лучшей на фоне ничтожества, – бросает она, и убегает вперёд по коридору, только каблуки цокают по каменным плитам. Её сопровождают ещё две девушки: рыжая и брюнетка. Обе морщатся, проходя мимо. За ними тянется шлейф сладковато-горьких духов. Вспоминаю, как эта троица поглядывала на нас с Дженной весь урок. – И что это было? – Изумлённая, я поворачиваюсь к соседке. – Реджина Стивенс, – чуть сгорбившись, отвечает та. – Она была лучшей в классе преобразований. До тебя. – И останется ею, – фыркаю я, поправляя перекрутившийся ремень сумки. – Учёба интересует меня в последнюю очередь. Дженна неуверенно улыбается, но я вижу, как испортилось её настроение. Она нервно сжимает книги в руках, а когда я предлагаю пройтись по женскому крылу – урок преобразований был последним на сегодня, и мне хочется узнать, в какой комнате жила Кэти, – вдруг начинает нести нелепицу. – Знаешь, мне нужно прогуляться… Ты иди, встретимся за ужином. Не успеваю я ответить, как Дженна разворачивается на каблуках и убегает. Налаживание дружеских отношений – не мой конёк. Энн всегда подтрунивала, что не заговори она со мной первой, мы бы так и жили в тишине общей спальни все следующие годы. И это правда: после приюта, где мы с Кэти держались друг друга, я приехала в Райтон-Хоув одичавшим котёнком, выдернутым из привычного мира. Вот только мне больше не тринадцать, а Дженна – единственная, кто знает обитателей Нотингейла и при этом не шугается меня. Сделать вид, что всё нормально? Нет уж. Вздохнув, я иду следом. Найти Дженну удаётся только с помощью поискового маячка. Она забралась в пустующую залу пространственных перемещений: что лет назад тут наверняка работало несколько сотрудников, принимая и отправляя послания. Но с появлением магбраслетов, отправляющих сообщения путём концентрации магии, нужда в таком ненадежном способе общения отпала. Не всякую информацию хочется пропускать через чужие руки, а потому зала с бесконечными стеллажами теперь пустует, и в открытые окна врывается холодный осенний ветер. Подняв ворот пиджака повыше, я поднимаюсь на балкончик, куда ведёт меня маячок. Ступени скрипят под ногами, и Дженна замечает меня даже раньше, чем я вижу её. – Наверно, здорово уметь вот так применять магию, – с кривой усмешкой говорит она, украдкой вытирая щёки. Я подхожу ближе, кидаю сумку на пол и сажусь сверху – ни одного стула или скамьи здесь не осталось. – Наверно, не знаю – отвечаю спокойно. Поймав её удивлённый взгляд, поясняю: – Всю жизнь я учусь рассчитывать силу использования Источника, экономить резерв. Но только здесь я дважды за сутки применила поисковую магию, хотя делать такое без точной цели – верный способ истратить Источник досуха. Эти стены расхолаживают. Дженна шмыгает носом, и я протягиваю ей носовой платок. – Что случилось? – спрашиваю, когда она как будто успокаивается. – Это всё из-за Реджины? Правда, показалось, что она хотела задеть меня… – Не только. – Выдохнув, Дженна прислоняет голову к стене. Закрыв глаза, она продолжает говорить, а я слушаю, не перебивая. – Это меня она назвала ничтожеством. Чем старше курс, тем меньше учеников остаётся в Нотингейле: со временем все учатся контролировать использование Источника и переводятся в обычные школы. Здесь остаются только те, у кого есть другие проблемы, кроме магии. У Реджины вот мерзкий отчим, не хочет оплачивать ей частную школу. У Дарена здесь сестра, на год младше. У кого-то просто друзья, и они не хотят до выпуска менять коллектив. А есть такие, как я. Дженна ненадолго замолкает. Не тороплю её, пока, собравшись с силами, она не продолжает: – Вне Источника Нотингейла мой резерв такой крохотный, что сил хватает только пользоваться магбраслетом. Я и спички не подожгу без нескольких накопителей, а они… Ну, знаешь, они же дорогие. Я незаметно поправляю рукав, под которым прячется подарок Энн. Для Дженны этот платиновый браслет мог бы стать бесценной подмогой, мне же он достался просто на всякий случай. – Пожалуй, я единственная, кто оказался в Нотингейле по своей воле. Папа и мама оплачивают обучение, просто чтобы я умела пользоваться магией. Мне не положены льготы, им приходится непросто. Когда-нибудь у меня получится заработать на нужное количество накопителей, и знания должны пригодиться. Только надеюсь, это случится не слишком поздно. – Дженна вздыхает, трёт лицо руками. – И из-за этого мало кто хочет со мной общаться. Даже в спальне я жила одна: после начала старших классов нас переселили в башню, моя соседка, Клара, уехала ещё весной, а новой компании так и не нашлось. Какое-то время мы сидим молча, слушая, как завывает ветер под крышей. Потом я беру Дженну за руку и тихо говорю: – Моя сестра проходила экзамен перед поступлением в Райтон-Хоув. Кэти всегда была старательной ученицей, она знала столько же, сколько и я, хоть у нас три года разницы. Теорию она сдала на пять баллов выше меня. Никто не сомневался, что она легко поступит в школу. Я сглатываю сухой комок в горле. От воспоминаний по рукам идут мурашки. – Целители потом говорили, что Кэти переволновалась. Она исчерпала Источник, но не хотела останавливаться. С тех пор прошло пять лет, её резерв только недавно восстановился полностью, а теперь и вовсе… Голос дрожит, я вздыхаю. Теперь уже Дженна ободряюще сжимает мои пальцы. – Я видела, как Кэти страдала, когда на летних каникулах я могла использовать магию, а она нет. Конечно, это не то же самое, что чувствовать подобное лично – или родиться такой, – но я немного тебя понимаю. Ты не посредственность, Дженна. – Спасибо, – шепчет она в ответ. – Мне жаль твою сестру. То, что с ней произошло… Это ужасно. Я киваю. Мы обе понимаем: произошедшее пять лет назад ни в какое сравнение не идёт с тем, что случилось месяц назад. Можно жить без Источника магии, но без энергии тела и души – нельзя. Прокашлявшись, Дженна робко спрашивает: – Ты перевелась, чтобы узнать про сестру? Чуть помедлив, я киваю. Если она тоже начнёт уговаривать меня поверить в официальную версию… Но Дженна лишь понимающе пожимает мне руку. – И какой у тебя план? Долго молчу, перебирая в уме варианты. Их немного: отчёт мне недоступен, Лиама защищает злющий брат. Так что же остаётся? Я выпрямляюсь, сжимая руку подруги. – Мне нужно поговорить с однокурсниками Кэти. И будет здорово, если ты мне кое в чём поможешь.