Глава 79

Самым сложным в забеге была его длина. Нам предстояло пробежать огромную дистанцию и показать свою выдержку и выносливость, которые после двух первых испытаний уже заметно уменьшились. Когда мы стартовали, я бежала в первой тройке рядом с Лэнсом и Дарсом, но постепенно расстояние между нами начало увеличиваться. Лэнс какое-то время держался подле меня, но я зарычала на него, и он нехотя ускорился. Вскоре он обогнал Дарса, и я, успокоившись, продолжила забег. Довольно долго мне удавалось оставаться на третьем месте, но постепенно мои силы начали иссякать и сразу несколько волков обогнали меня. Конечно, мне хотелось занять более высокую позицию в таблице, чтобы стало меньше соперников, но это было не так страшно. Куда важнее мне казалось хотя бы просто добежать. Чувствуя, что устала, я намеренно замедлилась, чтобы не тратить лишнюю энергию. Тренер учил меня беречь силы и восстанавливать их, вот я и надеялась, что удастся немного отдохнуть, снизив скорость. На удивление, за это время меня никто не обогнал, а я действительно почувствовала прилив новой энергии. Вновь начала ускоряться и спустя какое-то время вернула себе третье место. Впереди я видела фигуры двух огромных волков – Лэнса и Дарса. Добежать до них у меня не получалось, но я и не собиралась тратить зря свои силы. Третье место меня вполне устраивало. Бежала в комфортном темпе очень долго, пока наконец не увидела обрыв. Он был последним препятствием перед финишем. Я ускорилась, чтобы как следует разбежаться перед прыжком. Заметила, что и Лэнс, и Дарс уже перепрыгнули его и теперь бежали наперегонки к финишной линии. А я сконцентрировала свое внимание на задних лапах. Оттолкнулась изо всех сил, чтобы совершить прыжок, но вдруг почувствовала пронзительную боль. Рядом со мной пронеслась фигура волка. Я успела понять лишь то, что моя задняя лапа в крови. Из-за высокой скорости я не успела притормозить. По инерции понеслась дальше и едва не свалилась в обрыв. Я повисла на краю, пытаясь выкарабкаться из него, но земля лишь осыпалась под моими когтями и мне не удавалось зацепиться. Мешало то, что задняя лапа была ранена, и я теряла равновесие. В какой-то момент вовсе перепугалась, что упаду и расшибусь к чертям. Паника охватила меня, но уже через мгновение я почувствовала на холке челюсти. По запаху узнала Лэнса и с облегчением позволила ему вытащить меня. Как только вновь оказалась на поверхности, увидела, что Дарс пересек финишную черту, а за ним и тот оборотень, что укусил меня за лапу – его приспешник. От досады хотелось выть. Обернувшись человеком, я закричала Лэнсу. – Беги! Лэнс, скорее! Волк не сдвинулся с места. Он посмотрел на мою кровоточащую лодыжку и так яростно и свирепо зарычал, что я вздрогнула. Место укусу у меня очень сильно болело, но при этом я еще ощущала странное покалывание на руке. Но понять, что это было, не успела. В одночасье на месте волка предстал уже Лэнс в человеческом обличии. Он быстрым движением закатал мою штанину и оглядел рану. Отметины от клыков были такими четкими, что не было сомнений, как именно она мне досталась. – Его дисквалифицируют, – пробормотала я. – Жаль только, что мне это не поможет. Придется сидеть здесь, пока не заживет. А ты беги. Без него ты будешь вторым. А значит, у тебя с Дарсом равные шансы попасть в финал! Беги же! Лэнс плотно сжал губы. Я видела, что он был в бешенстве, но понимала, что эта ярость направлена не на меня. Он молча подхватил меня на руки и увел в сторону. Посадил возле поваленного бревна и уселся рядом. – Лэнс, беги уже! – Ливи, заткнись, черт возьми. Не беси меня. Зря я тебя послушал, надо было стеречь! – Да откуда я знала, что он так подло поступит? Я бы перепрыгнула, если бы не он! Чертов трус! Еще и не сам, а чужими руками… Лэнс лишь мрачно смотрел перед собой, а я вздохнула. Перед нами проносились волки, которые перепрыгивали обрыв и пересекали финишную черту. Вскоре мы с Лэнсом были единственными, кто еще не закончил испытание. Мне было жутко обидно, что Дарс все-таки попал в финал. Судя по всему, Лэнс собирался сидеть со мной до последнего, пока я не смогу снова бегать и прыгать. А на регенерацию уйдет не меньше двух часов. Лэнс сел и положил мою ногу на свои колени. Вновь оглядел мою рану и осторожно коснулся ее пальцами. Вид у него был при этом такой, как будто ему конечность отрезали, не меньше. Было заметно, что ему в прямом смысле слова больно за меня. Я смотрела на его руки и вдруг удивленно выдохнула, увидев на тыльной стороне ладони золотую отметину. Почти такую же, как у тренера! Только узоры немного отличались. – Лэнс… – пробормотала я. – Что это у тебя? Он непонимающе уставился на свою руку и нахмурился, будто впервые видел метку. Да ведь ее и не было раньше! Мне ли не знать, когда я каждый день с ним ночевала в одной постели! Лэнс перевел взгляд на меня и нахмурился еще сильнее. – У тебя тоже. – Что? Он кивнул на мою руку, и только тогда я почувствовала, что она все еще покалывала. Увидела на тыльной стороне своей ладони такую же золотую отметину. И узоры на ней точь-в-точь повторяли те, что были на метке Лэнса. – Что это такое? – спросила я. – Понятия не имею. Он взял мою руку в свою, чтобы получше разглядеть метку, и в этот момент они обе вдруг засияли ярче. Казалось, будто метки тянулись друг к другу, и это выглядело очень странно и завораживающе. Мы с Лэнсом застыли, глядя друг другу в глаза. Я не понимала, что происходило, но какая-то сила словно толкала меня в его объятия. Казалось, сам ветер шептал мне: «Доверься ему». Лэнс посмотрел на меня так, будто видел впервые. А потом притянул к себе, обхватил ладонями лицо и крепко поцеловал в губы.