Эпилог

– Нет, я сказал! – Ну, пап! – Нет! – Мама, скажи ему! Ну, пожалуйста! Наша с Лэнсом восемнадцатилетняя дочь Тея сложила руки в просящем жесте и посмотрела на меня таким умоляющим взглядом, что я растерялась и попыталась избежать ответственности. – Я тут при чем? Разбирайся со своим отцом. – Он только тебя слушает! Скажи ему, что я уже не маленькая! Уговори его! Тея пустила в ход свои большие красивые глаза (один в один как у Лэнса), и я вздохнула. Повернулась к нему, а он сразу же замахал на меня руками. – Нет! Даже не думай! Я сказал, нет! – Лэнс… В самом деле, пускай едет? – Да вы спелись! Нет уж. Не пущу! – Но она очень хочет… – Мало ли чего она хочет? Ливи, вспомни, что творилось в академии, когда мы там учились! Ты серьезно считаешь, что нашей дочери там место? – Сейчас уже многое изменилось. В академии учатся девушки. – Ага! По одной девушке на сотню парней! Я развела руками, показывая дочери, что спорить бесполезно, но Тея одними губами прошептала: «Пожалуйста». – Лэнс, – вздохнула я. – Я же как-то справилась, а я там была единственной на две тысячи. В академии сейчас все предусмотрено для студенток женского пола – отдельная башня и все удобства. К тому же персонал следит за дисциплиной. Студентки чувствуют себя там вполне комфортно, я сама лично ездила с проверкой. – Вот и пускай учатся там сколько им влезет! А свою девочку я туда не пущу! Прямо в лапы к голодным волчарам. Ты с ума сошла?! – Пап, – встряла Тея. – Только там я смогу добиться успеха, как мама! Я хочу участвовать в финальных боях! – Луна, за что мне это? – Лэнс устало провел ладонью по лицу и шумно выдохнул. – Значит так… Поедешь в женскую академию. – Ну, пап! – Все, я сказал. Там такая же подготовка. Мы с Теей переглянулись. Естественно, мы обе понимали, что женская академия, которую открыли через два года после моей победы в финальных боях, была лишь жалким подобием Боевой Академии Оборотней. Изначально планировалось создать альтернативное учебное заведение для женщин, но с преподавателями там было туго, да и выбор мест службы после выпуска был очень сильно ограничен. Из-за этого девушки, которые были настроены решительно (а после моего примера таких появилось довольно много), с упорством участвовали в отборочных, чтобы суметь попасть именно в «мужскую» академию. А поскольку правила там не менялись вот уже тысячу лет, руководство академии было вынуждено их принимать и постепенно студенток там прибавилось, хоть их до сих пор было гораздо меньше, чем парней. В отличие от Лэнса я не так сильно переживала за Тею, даже если бы она отправилась туда учиться. Во-первых, потому что действительно убедилась в положительных переменах в устройстве академии, а во-вторых, потому что Тея была только с виду хрупкой, а на деле могла надрать задницу почти любому парню. Что было неудивительно, учитывая, что она была в прямом смысле слова смесью меня и Лэнса. Данные у нее были отменные, и с моей подачи она тренировалась уже с раннего детства, поэтому имела все шансы на победу в финальных боях. Вот только Лэнс продолжал видеть в ней маленькую девочку, которая нуждалась в его защите. – Иди, – сказала я дочери и добавила шепотом: – Твоего отца я беру на себя. Тея засияло от счастья и мгновенно убежала, а Лэнс нахмурился. – На этот раз ничего не выйдет, Ливи. Даже не надейся. Я улыбнулась и пожала плечами. – Помнишь, как точно так же двадцать пять лет назад ты не хотел пускать на финальные бои меня? Что бы тогда случилось, если бы ты не изменил свое решение? – Это другое! – И чем же это другое? – Тебя мне пришлось пустить, иначе ты бы меня бросила! И я все равно за тебя боялся! А Тея моя дочь, и я имею полное право… – Она совершеннолетняя, Лэнс. Не имеешь ты уже никаких прав, забудь. Лэнс ошарашенно застыл, будто только тогда осознал, насколько выросла наша девочка. А я добавила уже мягче: – К тому же по закону она все равно должна участвовать в отборочных. И что-то мне подсказывает, что она там всех сделает. Просто поверь в нее. Я уже не говорю о том, что ей важна твоя поддержка. Лэнс смерил меня недовольным взглядом, а потом выругался. – Проклятье, каким образом ты умудрилась родить свою точную копию?! Нет, чтобы в куклы играть! Бои ей подавай! Я рассмеялась, а Лэнс подошел и заграбастал меня в свои крепкие объятия. – Ладно, – прорычал он. – Там сейчас учатся с десяток отпрысков моих подчиненных. Поставлю их всех ее стеречь. Головой будут за нее отвечать! – Она тебе за это спасибо не скажет. – Обойдусь. Главное, что целее будет. А то знаю я этих… студентов. Я закатила глаза, но спорить не стала, понимая, что Лэнсу так будет спокойнее. – Пойду обрадую ее, – сказала я. – Я сам. Лэнс, с едва сдерживаемой легкой улыбкой, выпустил меня из объятий. Он пошел к выходу из комнаты, но вдруг остановился и насмешливо спросил: – Скажи мне, как так получается, что из нас двоих я – генерал, а ты – капитан, но последнее слово всегда за тобой? Я усмехнулась и пожала плечами. – Просто я знаю, чем подкупить генерала. Подмигнула ему и заметила, как многообещающе загорелся его взгляд. Лэнс вышел, а уже через минуту я услышала радостный визг Теи и не смогла сдержать широкую улыбку. Подождала немного, пока вновь не услышала шаги мужа, и тихо сказала: – Как же я тебя люблю. – Это я и так знаю, – усмехнулся Лэнс, обнимая меня сзади. – А что там насчет подкупа? Я повернулась к нему и с готовностью подставила губы для поцелуя, который незамедлительно последовал. Одурманенная самым любимым запахом на свете, я прижалась к своему истинному и повисла на нем, позволяя ему взять инициативу в свои руки. – Пойдем в спальню, – хрипло прошептал Лэнс, с трудом оторвавшись от моих губ. – Слушаюсь, мой генерал. Я игриво подмигнула ему и сразу же рассмеялась, потому что Лэнс резко подхватил меня на руки и понес в соседнюю комнату. Швырнул меня на кровать, навалился сверху и шумно втянул ноздрями мой запах. Его взгляд загорелся золотыми искрами, а следом загорелись и метки истинности на наших руках. Как и множество раз во время учебы в академии меня с чудовищной силой потянуло в его объятия. Но в отличие от тех времен, я и не думала противиться этому притяжению…