Глава 15

До общежития я так и не дошла. У ворот начался какой-то шум, очень подозрительный, кто-то кричал, отдавал команды. Так что мне стало дико интересно, что же там происходит. Чуть не доходя до главного входа на территорию, я завернула за здание приемной комиссии, во время учебы оно использовалось как склад инвентаря и сейчас в нем никого не было. Так что я прокралась вдоль него, а потом, прячась за кустами, которые росли по обеим сторонам центральной дороги, я приблизилась к самой площадке у ворот. Там стояло человек двадцать преподавателей и сотрудников, а Оделис отдавал какие-то приказы. Это его командный голос разносился над окрестностями, именно его я слышала издалека. Хотя временами примешивались и другие голоса, особенно когда начали подходить старшекурсники, по виду, с заплечными мешками. Интересно, у них что, боевой выход? Да не похоже, вроде. К тому же мы только из леса, смысл делать что-то через сутки после прихода? Людям надо дать отдохнуть, прийти в себя. В принципе, парней, а там были только они, подошло не очень много, может, человек тридцать, но все сплошь незнакомые, за исключением Диего. А потом я с удивлением поняла по повадкам, что в этой группе большинство, если не все, волки. Хотя точно не скажешь, а мои навыки определения магии на таком расстоянии не работают, так что остается только делать выводы по косвенным признакам. И что это все значит? Большая группа волков-старшекурсников, пара десятков магистров и их помощников, и все куда-то идут. Кстати, а Оделис случайно не должен был выяснять, куда делись кабаны? Или он выяснил и вся эта возня началась после выяснения? Может, там у них в лесу что-то случилось и тем нужна помощь? Вот только ни одного кадета-целителя я тут не вижу. Есть один младший целитель, я его видела, когда нас водили на знакомство с лекарней на первом этаже. Но на этом все. А значит, там вряд ли какой-то несчастный случай. – Наблюдаешь? – как Мэлори крадется за кустами, тем же маршрутом, что и я буквально пять минут назад, я слышала. Точнее, я слышала, что кто-то крадется, а то, что это альфа-волчица определила только что, когда она подошла достаточно близко. Особенно я не переживала, что кто-то ко мне подойдет незаметно, потому что делать что-то плохое практически на глазах у двух десятков сотрудников Академии – это верх идиотизма. А вот в то, что нашелся еще кто-то любопытный, выбравший для наблюдения те же очень удобные кусты, в это верилось больше. – А ты какими судьбами здесь? – Да вот, кралась по задворкам к общежитию, увидела тебя, тоже крадущейся. Решила посмотреть, куда крадешься, вдруг мне тоже туда надо, – ухмыльнулась та. – Ты не в курсе, что происходит? Там, вроде, только ваши. – Не только, несколько кошек есть и еще пара крыс, но в большинстве да, волки. А что происходит, точно не знаю, но вроде как что-то там случилось у кабанов. – Значит, все-таки случилось… – Ты не выглядишь удивленной. – Ну, кабаны не вернулись, Оделис ходил днем их искать, а теперь вот вернулся и собирает группу. То ли для поисков, то ли спасательную. Явно ведь это все неспроста и как-то связано, – я пожала плечами. – Что это они делают? Прямо на наших глазах еще одна группа любопытных, в количестве пары парней и стольких же девушек, кралась по центральной аллее. Только в отличие от на с Лори, перебегали они между кустами не за ними, а перед, хоть и по обочине. Но их все равно было видно со всех ракурсов. И единственная причина, по которой на них до сих пор не обратили внимания – все были заняты последними приготовлениями перед выходом. – Мастера маскировки! – прокомментировала волчица. – Странно, что больше никто не пришел понаблюдать. – Потому что большинство шатающихся без дела кадетов только что собрали и отправили на общественные работы. Эти же те, кого не успели выловить. – Чего это вдруг всех озадачили? Всех же, не только провинившившихся? – Насколько я видела, всех гребли, кто на глаза попадался. Наверное, чтобы без дела не шатались… – Не собирались в компании и не обсуждали отсутствие кабанов, – закончила я за нее. – Да, я тоже об этом подумала. – Что делать будем? – спросила я через пять минут, наблюдая как в ворота втягивается вся группа уходящих. – В смысле? – В том смысле, что я не хочу попасться кому-нибудь из магистров, чтобы меня припахали к работе. В общежитие идти нельзя, там мимо коменданта вряд ли удастся проскользнуть. – Ну да, я наслышана про вашу вздорную старуху, – хмыкнула Лори. – Но в волчье тоже нельзя, там другим оборотням лучше не появляться. – Логично. – Можно попробовать проскочить в библиотеку и там сделать вид, что мы занимаемся. – Или в чей-нибудь кабинет. Я знаю, где сидит парочка магистров, которые сейчас ушли. – А это идея! У тебя есть что-нибудь поесть? – Найдем, – ухмыльнулась я, прекрасно понимая, что такой вопрос – лишь дань вежливости, а пирожки с джемом, которые я сегодня захватила из столовой, волчица давно учуяла. – Но жевать придется всухомятку. – У меня есть чай. – Эта фляга на чайную не похожа, – я покосилась на вполне обычного вида армейскую флягу, только в таких сроду чай не носили. – Ну а куда я еще налью? Она хотя бы тепло немного держит, – скривилась Лори. – Обвинят еще в распитии крепких напитков, если случайно застукают, накажут. – Ой! – она отмахнулась. – Если нас незаслуженно обидят, вернемся и заслужим. У меня есть чем. Я рассмеялась, но потом прикрыла рот рукой, потому что нас могли услышать. А быть застуканной в кустах и потом драить полы в каком-нибудь тренировочном зале как-то совсем не хочется. – Ладно, давай двигаться к центральному корпусу. Только осторожно, за кустами. Мы обе тихо хихикнули и, пригибаясь, покрались в сторону главного здания. Только его придется обойти, чтобы проникнуть с черного хода. Не через плац же и центральные двери идти, если ты прячешься, верно? Нам с Мэлори надо становиться диверсантами, потому что мы успешно преодолели все препятствия, ловко уклоняясь от встречи с дежурными патрулями старшекурсников. Нет, так-то они всегда были, но сегодня их особенно много. – Ну так что, библиотека или свободный класс? – шепнула я. – Библиотека – рискованно. Нашего душевного порыва позаниматься могут и не оценить, а драить полы или таскать стулья со столами мне категорически не хочется. – Тогда можно сюда, – я указала на кабинет нашего магистра по зельеварению и травничеству, как мы называли этот предмет. На самом деле, звался он магической фитохимией. Да, был у нас такой бесполезный курс лекций. Но вдруг страж окажется где-нибудь в лесу один и раненый? Вот тогда он должен уметь сварить себе магическую заживляющую настойку из ближайших растений. Ну или как минимум знать, что можно разжевать, чтобы остановить кровотечение или унять боль. Особенно это для меня актуально, ага! Но у нас не получилось. В этом кабинете трудились аки пчелки человек десять-двенадцать – намывали мензурки, оттирали стены от потеков и копоти, драили полы. – Может, к Оделису? Его точно нет. Я поморщилась, но в итоге мне пришлось согласиться. Надеюсь только, что он в ближайшие пару часов не заявится, и мне не придется оправдываться. А то выглядеть это все может очень некрасиво – будто я за ним волочусь, даже в кабинете поджидаю. Но поскольку нам срочно надо было где-то прятаться, потому что, судя по звукам, с лестницы на этаж уже вошли очередные дежурные, еще буквально пара мгновений и они попадут в общий коридор с кабинетами, я решительно открыла дверь и заскочила в уже практически темный класс. Верхний свет мы не стали включать, лишь забрали со стола настольную лампу, благо она была переносная, и уселись за самую дальнюю парту у стены, чтобы даже такой минимальный свет нельзя было заметить с улицы. – Так что думаешь насчет кабанов? – спросила Лори, когда я разложила на столе пирожки, а она поплескала у меня перед носом содержимым фляги. Я уж прям сомневаюсь, что там действительно чай. Да, не пахнет алкоголем, но убрать запах не так уж сложно. Нужно просто кое-какие целительские техники знать. Ну, или определенные травы. – Насчет кабанов? Не знаю… – я пожала плечами, посмотрела в окно, обдумывая, стоит ли говорить Мэлори про туман. С одной стороны, не стоит – перебдеть тут лучше, чем недобдеть, хотя ничего плохого я про нее сказать не могу. Но с другой стороны, вдруг она что-то подскажет? – У вас же лес там рядом находится, это мы далеко. – Я тебе точно могу сказать, что я ничего не слышала. А вот насчет видеть… – и я рассказала про туман и его странное поведение, про то, что меня что-то разбудило и что кто-то на меня смотрел с того берега. – А это не может быть какой-то газ? – задумчиво спросила Лори. – Понимаешь, если бы эти все три эпизода – туман, взгляд и резкое пробуждение – были отдельно, я бы подумала, что ты преувеличиваешь, но если смотреть на ситуацию в комплексе… – И что получается? У меня тоже есть кое-какие мысли, но мне нужен взгляд со стороны. – Ты не похожа на паникершу и истеричку, – волчица покачала головой, как бы подтверждая свои слова. – А значит что? Значит, у тебя сработало предчувствие. – Либо меня действительно кто-то или что-то разбудило. – Или так. Может, ты услышала, как по лесу кто-то идет, как-то не так хрустнула ветка… не знаю. Не так, как если бы шел кабан. Ну, ты поняла. – Поняла. Какой-то посторонний, не вяжущийся с ситуацией звук. – Да, да, именно. Не обязательно громкий. Или все же запах? – Нет, запаха точно не было. Значит, думаешь, газ? – Я такого газа не знаю, но как вариант. Вот только с равной долей вероятности это может быть и туман. Я слышала от кабанов, что их лес в низине и там достаточно сыро. – Да, низкий берег. Мы, кошки, были на высоком. А что ты еще знаешь об их лесе? – Что знаю? – Лори опять задумалась, а потом начала будто кого-то цитировать. Наверное, их, волков, кто-то просветил в местной географии: – У кабанов совершенно небольшой клочок рощи в месте слияния двух рек, той, что между вашими участками, и большой, за которой находится волчий лес. С одной стороны от них, получается, вы, кошки, а с другой крысы, дальше, за небольшой еще речушкой, почти ручейком, медведи. Поэтому кабанья территория с нашей стороны реки видна только в месте слияния рек, то есть только угол. – Выходит, что о странностях надо спрашивать кошек и крыс? – Выходит, что да. Мы, волки, если что и видели, то вряд ли много. Одно могу сказать точно, над большой рекой, даже в месте слияния, никакого тумана не было. Может, был где-то там у них, за деревьями, но я не видела, хотя как раз рассвет провела именно там. – А что ты там делала? – Наблюдала за восходом солнца, конечно. Это же так красиво, когда над лесом за большой рекой всходит солнце! – И так романтично! – хмыкнула я. – Не без этого, – хитро усмехнулась Лори. – Ого, и кто он? – Давай лучше выпьем… чаю. – Не пытайся сменить тему! – Да ты его не знаешь, – отвела глаза волчица. А я подумала, что наверное все же знаю, раз она так себя ведет. Так, кого я знаю из волков? Диего? Но нет, он не подходит, он тоже альфа. Может, кто-то из наших сокурсников? – Можешь не гадать, все равно не скажу, – надула губки Мэлори. – Ладно, давай и правда выпьем… чаю, – сменила тему я. А с какой стати мне допытываться, если она не хочет говорить? Надо уважать права других на личную жизнь и не лезть, куда не просят. Я вот тоже, например, не хочу, чтобы о нашем с Оделисом кувыркании в кустах кто-то узнал. Но у них хотя бы романтика, встреча рассвета! А у меня?.. Даже завидно немного. Посидели мы с Мэлори хорошо, подкрепились, чаю попили. И правда был чай, кстати, даже немного теплый. Обсуждали помимо кабанов еще какие-то забавные вещи, новости. А я все думала: сказать ей, чтобы смотрела в оба или не стоит? С одной стороны, она тут вообще ни при чем, а с другой, она может пострадать как моя подруга. И мне, честно говоря, очень не нравится такой вариант. В итоге, я решилась и общих чертах посвятила в свою проблему. – И что планируешь делать? – спросила она, когда я все рассказала. – Ничего. Я просто тебе рассказываю на всякий случай, чтобы ты держала ушки на макушке. – Это я всегда, – хмыкнула она. – И я пойму, если ты пока будешь держать дистанцию. – Вот еще! Я понимаю, ты думаешь, что мне из-за нашей дружбы может угрожать пусть не опасность, но неприятности, но я – альфа, тут очень мало людей, которые смогут со мной соперничать. – Не в этом дело… – А в чем? – Он же там не один. – И что? Думаешь, они из-за мести тебе накинутся на альфа-волчицу группой? Сомневаюсь, как-то это слишком. Но даже если так… Ты вот смогла бы их всех раскидать, видела я твои тренировки, но я-то даже сильнее. – У меня опыт, я с фронтира. – Я тоже не комнатный цветочек, – фыркнула она. – Не волнуйся по этому поводу. Диего тоже не лыком шит, с ним просто так связываться никто не захочет. – Альберт, наш куратор, отказался меня прикрывать. – Диего не такой. Он о нас правда очень заботится, да и тебе помог, хотя был не обязан. Он у нас что-то типа старшего брата, ведь. К тому же он самый старший альфа-волк в Академии. – В смысле? – Нет в Академии преподавателей или сотрудников альф. Простые волки есть, но не альфы. Здесь нас вообще только трое: Диего, Ганс, еще один наш однокурсник, помнишь? Ну и я. – У кошек альф всего двое, Оделис и Альберт. – Ну так вас и меньше, хоть и ненамного. А что касается этой истории, то предлагаю этого гадского кошака проучить, чтобы головы поднять боялся. – Не слишком хорошая идея, – вздохнула я. Мне тоже хотелось втоптать его в грязь, но его прикрывает кто-то из магистров, а у того, наверняка, есть прикрытие и снаружи, если вдруг эта история выйдет за пределы Академии. Хотя может я себе уже просто навоображала ужасов? – Обещай, что не будешь ничего предпринимать, – теперь идея все рассказать Лори уже не казалась мне такой блестящей. Она натура деятельная, так что… – Ла-а-адно, – протянула она. – Но я по своим каналам постараюсь выяснить, что это за тип и кто с ним дружит. – Только будь аккуратна. – О, не волнуйся, никто ни о чем не узнает. Я же альфа. – И что? – не поняла я. – Каждый из нас – тот еще интриган и тихушник, без этого нам не выжить. Свои съедят без соли, потому что властью никому не хочется делиться. – Мне казалось, что тебя власть не очень-то интересует. – Нет, но всем и каждому это не объяснишь. А бывает, что и не успеваешь даже слова сказать, а тебя уже начинают давить по всем фронтам. Это наша реальность, – как-то грустно ответила она. – В общем, так: я никуда лезть сама не буду, только постараюсь прояснить ситуацию. Заодно, может и узнаю что-то об этом типе из-за стен Академии. – С чего ты решила, что получится? – У волков обширные связи. Наверняка ведь в его городе есть волки, возможно, они даже что-то о нем знают. Если у его семьи такие связи, что они даже в Академии нашли прикрытие, то вряд ли они тихие, незаметные и никому не перебегали дорогу. – Если будешь наводить справки, нужно обратить и еще кое на что внимание: кто-то из магистров или других должностных лиц Академии может быть из его города или из населенного пункта поблизости, – задумчиво откликнулась я. – Узнать бы только, откуда сам Линдон. – Думаю, смогу это выяснить. А кстати, может, в целительных архивах посидеть? В карте должна быть об этом информация, а учитывая то, что, как ты говоришь, он агрессивен, карта в лекарне у него точно должна быть. Не все же ему на бестолковых трусишек нарываться, другой ведь и ответить может. – У меня была мысль порыться в архиве, но чтобы туда попасть на законных основаниях, нужно задание от руководства. – Я слышала, – хитро усмехнулась Лори, – что в архиве сплошной бедлам и там надо бы убраться. Не в плане помыть полы, а расставить личные дела и карты согласно картотеке. Целители из-за большого количества травм первокурсников в начале каждого года просто не успевают это все делать, поэтому набирают нескольких добровольцев. – Я об этом не слышала. Сейчас набирают? – Сейчас пока нет, обычно это все происходит ближе к середине учебного года, но ведь можно напроситься. – Нет, это слишком подозрительно, – покачала головой я. – Вот представь, приходить ты к магистру Астерио и говоришь, что хочешь убраться в архиве. Что она об этом подумает? – Ты права, она подумает, что я либо что-то ищу, либо что-то замышляю. – И тогда тебе доступа туда точно не видать. Я хотела предложить сделать статистическую работу по травмам. – То же самое. Где это видано, чтобы студенты сами бежали собирать какую-то статистику, когда им это не поручают и не задают? – Я с фронтира, мне можно, – хмыкнула я. – Ну если только так. Тогда давай попробуем, если ты уверена. – Нет, давай я попробую, – не согласилась я, – а если не получится, подождем пару месяцев и ты запишешься добровольцем на уборку архива. Меня-то могут не взять, если я сама попытаюсь второй раз попасть в архив – это будет выглядеть точно подозрительно. – Ладно, давай пробовать. Тем более если история с кабанами затянется, нас могут быстрее к подобной работе припахать, чтобы времени на болтовню не оставалось. На этом мы закончили обсуждать план мероприятий, потому что до отбоя оставалось двадцать минут и выходить было уже безопасно. Сейчас нас точно ни к какой работе уже не припашут, так что можно возвращаться в общежитие. Завтра попробую попасть в архив. Чего откладывать? Ну и про подозрительный туман надо все-таки Оделису рассказать, когда он вернется. Не хочется, но надо.