Глава 14

В Академии все будто замерло. Никто не понимал, что происходит. Нет, кабаны, конечно, стайные животные и то, что они решили три ночи луны провести все вместе – это нормально. Но зачем задерживаться дольше необходимого? Если кто-то думает, что для оборотня это такое блаженство – постоянно быть зверем, то он ошибается. Мы – люди в первую очередь. Трое суток ходить на четырех лапах и жить в грязи – удовольствие ниже среднего. Хорошо, когда можно обернуться в ту или иную сторону в любой удобный момент. Например, у нас в городе для оборотней была специальная роща, в которую можно было пойти тогда, когда это нужно. Она располагалась как раз за моим домом и была полностью стерта с лица земли в момент прорыва. Так что в то, что кабаны решили еще немного остаться побегать на природе, так сказать, никто особо не верил. Но в чем тогда дело, было абсолютно неясно. Куда они могли деться? Тут я некстати вспомнила туман и свой неожиданный подъем. Что меня тогда разбудило, я ведь так и не поняла, но что если именно в этот момент что-то произошло с кабанами? А теперь внимание вопрос: стоит ли сейчас идти и кому-то об этом говорить? Причем, не совсем понятно кому, вероятно, к Оделису. Не воспримет ли он это как попытку сблизиться или просто выдумку? В итоге, я решила подождать. Поскольку к обеду кабаны так и не появились, как я слышала, собирается спасательная экспедиция и их лес. Вот вернутся, тогда и пойду к Оделису. Да, да, я знаю, я трусиха, но уж очень не хочется в его глазах выглядеть прилипалой. Но с другой стороны, вдруг это важная информация? Однако победила все-таки трусость – не люблю я все эти щекотливые моменты. Наверное, это недостойно воина и стража, но показываться на глаза заместителю ректора не хотелось совершенно. В конце концов, могут у девушки быть недостатки? Я же не свехчеловек какой-нибудь, которому все по колено! В общем, от всей этой ситуации я порядком переволновалась, поэтому не сразу заметила, что за мной внимательно наблюдают. Альберт догнал меня в тот момент, когда я зашла за один из корпусов общежитий – после занятий мне хотелось побыть одной, а я знала, что у меня в комнате сейчас никого нет, поэтому направлялась к себе. Схватил за запястье довольно резко. – Что? – раздраженно посмотрела я на куратора и вырвала руку. – Надо поговорить, – ответил он, нахмурившись, видимо, от моего тона. “Что, непривычно, когда тебе отвечают? Ничего, привыкай”, – злорадно подумала я. Потом пару раз вздохнула, чтобы немного успокоиться. – Я тебя слушаю, – сказала уже более ровным голосом. – По поводу того, что произошло в лесу… – Я уже поняла, – криво усмехнулась я, перебив. – Ты ведь никому ничего не сказала? – А что и кому я должна была сказать? Заместитель ректора в курсе ситуации. Он был в лесу главным и, думаю, именно он будет разбираться. – Алисия не будет выдвигать никаких обвинений. – Не сомневалась даже, – фыркнула. – Однако вряд ли ты сможешь убедить Оделиса, что это незначительный инцидент. – Я никого ни в чем убеждать не буду, это сделают другие люди. Хм… Ну, вряд ли они будут ему угрожать, но ситуацию попытаются замять – это ясно. Интересно, что это за магистр, который их прикрывает? Если он занимает достаточно высокое положение, то, возможно, им это даже удастся. С чего бы Оделису впрягаться, если сама пострадавшая не хочет наказания преступника? Конечно, я думаю, с ней поговорили, но все равно. – Если будет разбирательство и если меня спросят, я скажу правду. А там уж пусть решает руководство. – Слушай, – Альберт поморщился, – это в любом случае замнут. Максимум, что ему грозит, что теперь пристально будут следить за приемом настойки, но это все. Зачем тебе портить отношения со всеми? – Это ты мне сейчас угрожаешь? – хмыкнула я. – Нет, но подумай вот над чем: он – парень несдержанный, и у него тут много друзей. Он и так на тебя очень зол, а я не хочу неприятностей. – О, как! Если не хочешь неприятностей, сделай так, чтобы меня не вызвали на разбирательство, и чтобы мы случайно с этим типом не пересеклись. Надо будет, кстати, узнать, что хоть это за кошак и как его зовут. А то получается, что я сейчас в очень уязвимом положении – не знаю, кого опасаться. Можно, конечно, спросить у Оделиса, но по очевидным причинам я этого делать не буду. – Риса, – Альберт покачал головой, – эти оборотни тебе не по зубам. – Они даже тебе не по зубам. Я это поняла, но решения не изменю. – Я могу приказать? – Как приказал Алисии? Ну, можешь попробовать, – я опять усмехнулась. Когда я занималась сексом с Оделисом, я поняла, что даже его приказы на меня действуют лишь частично. И то это, наверное, из-за красной луны. В полнолуние все оборотни становятся более подвержены внушению альф. Альберт же намного слабее заместителя ректора. Если захочу, я могу полностью игнорировать его приказы. Если бы дело касалось какого-то другого вопроса, я бы не стала этого делать, потому что тут уже тонкий политический момент – нельзя подрывать власть альфы в глазах более слабых оборотней. Но в этом случае я не готова идти на уступки. – Мне не хотелось бы до этого доводить, – поморщился он, видимо, понимая, что я могу не подчиниться и это подорвет к нему доверие, как к куратору курса. – Я тебя услышала. – Так мы договорились? – Альберт, я, кажется, уже все сказала, – с этими словами я резко развернулась и пошла к себе не оборачиваясь. Теперь предстояло еще и с этой проблемой разобраться. Придя в свою комнату и удобно расположившись с учебником на кровати, я задумалась. Надо было срочно выяснять, кто эти люди, но у кого? У Алисии? Да она не скажет, побоится, и не факт, что знает. Ее могли и так запугать, ничего не объясняя. Остается только Оделис, но мне не хочется к нему идти. Нет, если насчет тумана я еще раздумывала, то тут дело личное, так что придется разбираться самой. У кого еще можно спросить? У Альберта – не вариант, во-первых, это надо было сразу делать, а во-вторых, не факт, что скажет. Но ведь в этом замешаны многие. Кто-то наверняка что-то знает, кто-то что-то видел, а кто-то и пострадал. Может, пойти поинтересоваться в лекарне? Не в том смысле, что идти расспрашивать целителей – они никогда не скажут, но есть вариант посмотреть в документах. Правда, тут имеется загвоздка: если этот парень реально кого-то изнасиловал, то жертва вряд ли заявит. Все физические повреждения снимет оборот, если там, конечно, не пытки какие-нибудь. А психологические… Психологические? Что если поискать среди самоубийц или тех, кто пытался покончить с собой? Вот только оборотни – устойчивые ребята, вряд ли кто-то из нас даже из-за изнасилования полезет в петлю. Но проверить надо, да. Еще момент: возможно, они, если у них там целая группировка, кого-то избивали на регулярной основе. Но оборотни дерутся постоянно, чтобы выявить закономерность, надо очень постараться, а мне никто не даст сидеть в архиве лекарни часами. Вернее, меня туда вообще не пустят, придется пробираться самой. И на закуску, есть еще один вариант: попробовать все выяснить не через кошек, а через других оборотней. Понятное дело, что во время полнолуния они в других лесах обитают, но дело в том, что мы между собой общаемся. Как я дружу с Мэлори, пострадавшая кошка может дружить с кем-то из волков, крыс, кабанов или медведей. Однако тут надо быть аккуратной, потому что… Кто сказал, что эта их группировка состоит только из кошек? Я поднялась с кровати, нервно заходила по комнате. Что если вообще озадачить этим вопросом подругу? Она может спросить у куратора волков – он должен быть в курсе. С другой стороны, он может быть не только в курсе, но и участвовать. И тогда я Мэлори подставлю. Но рассказать ей в любом случае надо, чтобы и она сама была аккуратна, и чтобы держала ушки на макушке. Вдруг услышит что-то интересное? Стоп! Я бросила взгляд в окно и даже остановилась посреди комнаты от пришедшей в голову неожиданной мысли. Зачем просить подругу, если я сама знаю куратора волков и можно поговорить с ним напрямую? Диего вроде нормальный парень. Впрочем, и Альберт казался нормальным, да. Я даже больше скажу, он наверняка в курсе, потому что мне кажется, что это все как-то связано с подпольными боями. Не знаю, как и почему, но есть у меня просто такое чувство. Там же кучкуется народ, все должны друг друга знать, да и то, что там почти все подставное… Выскочив из своей комнаты, я побежала разыскивать Диего. Это гораздо безопаснее, чем рыться в архиве целителей, хотя и тут я могу найти себе оправдание. Выпрошу какое-нибудь задание, связанное со статистикой, например, по количеству тех или иных травм. Но, естественно, это потребует времени, которого у меня не очень много. Конечно, может ничего и не случится, но лучше быть готовой ко всему. Куратора волков я нашла недалеко от полигона. У них как раз закончились занятия, и он и еще несколько парней остались потренироваться. Старшим такое разрешалось. Это нам, первокурсникам, тренироваться без преподавателей нежелательно. Однако мешать им я не стала, пристроилась с учебником на скамейке неподалеку. Ну а что, я же никого не трогаю, сижу читаю. Впрочем, парни меня увидели и начали зубоскалить. Они же красивые, развитые, полуголые, чего бы симпатичной кошке на них не запасть? Тем более что она сама пришла и села поблизости, наверняка ведь, чтобы на них поглазеть. В общем, старались выставить себя только с лучших сторон, в прямом смысле. Когда они закончили выделываться и, соответственно, тренироваться, Диего подошел ко мне. – Ты сорвала нам тренировку, – хмыкнул он. – Вас так легко отвлечь? Не верю! – Когда рядом такая красивая девушка… – Ты же ко мне не подкатываешь? – сузила я глаза. – Может быть, – он беззаботно пожал плечами. – Но на тебя ведь положил глаз Альберт. А с ним я ссориться не буду даже из-за тебя. – Альберт? С чего ты взял? – это и правда было неожиданно. Никаких намеков с его стороны не было – это точно. Более того мне казалось, что я ему не особенно нравлюсь, а привлекает он меня к их делам по необходимости, потому что иначе просто не получится. Не дай боги я сама случайно куда-нибудь влезу, а тут вроде и при деле. – Слухи ходят. – Ложные слухи. – Как скажешь. Я о чем ты хотела поговорить? – спросил он. – Я ведь правильно понял?.. – Правильно. Хотела спросить у тебя кое-что. – Валяй. Если смогу – отвечу. Я сделала себе пометку, что не смочь ведь можно по-разному, можно не знать, а можно и не захотеть ответить. – Ты знаешь, что произошло в красную луну у кошек? – Ну, думаю, то же, что происходит последние четыре луны, – поджал губы он, потом обеспокоенно меня оглядел. – Ты не пострадала? – Я-то нет, но мне нужны имена. – А ты что, не знаешь? – Так получилось, – не стала вдаваться в подробности я. – И что ты намерена делать? – Ничего. Пока. Но мне надо знать, откуда ждать неприятностей. – Угрожали? – сразу понял он. – Есть немного. Так ты сможешь мне помочь? – Я не так много знаю. В курсе общей ситуации, но и только. Учти, всех, в первую очередь, кто их прикрывает из руководства, я не знаю. – Мне это и не надо. – Ну вот и хорошо. А имя того самого кошака – Линдон Риейра. – Это все, что мне нужно. Спасибо! – я благодарно улыбнулась парню. Хм… Такое ощущение, что я это имя уже где-то слышала… – И Риса… – Да? – вывел меня из раздумий волк. – Мы, кураторы курсов, не всегда можем как-то повлиять на ситуацию. – А если бы это был кто-то из волков, ты бы что сделал? – Не знаю, – Диего пожал плечами. – Наверное, присматривал бы за ним. – Вот в этом и дело, – вздохнула я. То, что Альберт решил иначе и не стал вмешиваться, так и повисло в воздухе. – Ладно, пойду я, – парень встал. – Спасибо, – еще раз сказала ему уже в спину, но он даже не обернулся. Наверное, ему было со мной общаться на эту тему тоже не слишком безопасно. Все оказалось даже проще, чем я предполагала. Я теперь знаю имя человека, которые может представлять угрозу, а значит легко вычислю и его самого, и его дружков. – И где же ты, Линдон, прячешься? – буркнула я себе под нос. Значит, второй курс. Он себя плохо контролирует, поэтому точно не может быть целителем или артефактором. Хотя нет, посыл неверный. Это не тот контроль, это контроль именно зверя. Он, конечно, влияет на человеческую сущность, но не так, чтобы сильно. И все же я не думаю, что он целитель. Нас мало, большинство из старшекурсников я знаю. В этом мне, кстати, очень поспособствовало приглашение на бои. И хоть я там была всего один раз, но уже успела поработать с несколькими старшекурсниками, а потом они, видя меня в коридоре нашего корпуса, здоровались и представляли своих друзей, тоже подрабатывающих на боях. Так что да, может я и не всех знаю, но этот Линдон точно бы участвовал, а значит нас бы представили друг другу. Значит, либо дистанционщики, либо пехота. А артефактор – это тоже пехота, по сути. Вот только нашего кадра прикрывает кто-то из преподавателей, и если тот не совсем слабак, то скорее всего искать его нужно именно в рядах дальнобойных магов. Уж если так получилось, что он сюда попал, его няньки сделают все, чтобы он и дальше подвергался как можно меньшим опасностям. А что может быть безопаснее, чем строить конструкты с большого расстояния. Хотя стоп… Дело ведь не в том, что будет потом. Ему точно найдут хорошее место где-нибудь в центральных провинциях, где вероятность встретиться с лакорами минимальная. А значит нужно ориентироваться в своих изысканиях на то, где менее напряженная учеба именно в Академии. И опять бы сказала, что у дистанционщиков. Хотя она и сложнее в разы. Но с другой стороны, никто не говорил, что он дурак. И еще одно: парень довольно агрессивен, наверняка любит подраться. Знать бы еще, насколько он труслив, готов ли в качестве соперника выбирать достойных и сильных? И что мы в итоге имеем? А то, что быть он может в практически любой группе второго курса. Так просто его не найти. Если только у кого-то спрашивать… Но у Диего я уточнять больше не хотела, хватило и того, что он имя выдал. К тому же я ему сказала, что не собираюсь сама какие-то действия предпринимать. Я ведь и правда не собиралась, просто врага надо знать в лицо, в прямом смысле слова. И его приближенных тоже. Обдумав все это, я поднялась со скамейки и побрела в сторону общежития. Солнце уже клонилось к закату, а группа по поиску кабанов, как и они сами, еще не вернулась. Что ж, придется смириться с мыслью, что все же надо идти к Оделису и рассказывать насчет подозрительного тумана. Потому что тут что-то явно не то. А если пойду, то почему бы не спросить про этого Линдона? Тогда не надо было подходить к Диего, и это обидно. Вот только идти пока не к кому, значит надо возвращаться к себе в общежитие, обдумать все эти новые данные и поразмыслить, что же дальше делать. Может, нанести какой-нибудь упреждающий удар? Хотя нет, это глупо. Так от меня может отстанут, а если их тронуть, то они будут действовать в ответ. А значит я не буду выглядеть пострадавшей стороной. Конечно, я не допущу того, чтобы действительно пострадать, но вот прикинуть бедной беззащитной кошкой, на которую взъелись по какой-то непонятной причине – это было бы неплохо. Тем более что я там со всех сторон правая, если будет серьезное разбирательство. Вот и надо оставаться правой во что бы то ни стало. Лучше было бы, конечно, со всем этим не связываться. Но я себя знаю, если тут такое происходит, я бы все равно рано или поздно вляпалась. Обязательно бы сложилась такая ситуация, когда я не смогла бы пройти мимо. Например, что-то на боях. И да, я бы пошла и доложила Оделису. Кстати, вот интересно… Я уверена, что этот кошак как-то связан с боями. Но вот почему я так думаю? Ведь никаких убедительных доказательств нет, верно? Или же я все же что-то заметила, вот только не помню теперь, что именно? Я даже замедлилась, пытаясь пошагово вспомнить, что было на боях. И ведь когда Диего назвал мне имя, у меня мелькнула мысль, что я его где-то слышала. Но нас точно не знакомили, поэтому я выкинула эту мысль из головы. А вот теперь я уже не уверена, что это мне показалось. Линдон… Линдон… Может, так звали одного из бойцов? Но я подумала о его связи с боями еще до того, как мне назвали имя. И ведь имя тоже знакомое! – Ерунда какая! – в сердцах буркнула я. А ведь точно! Вот оно! Как только я почувствовала недовольство и злость к себе любимой и своей памяти, она тут же предложила мне разгадку. Как все оказывается просто, а надо-то было себе просто дать пинка! Два ягуара. На пуму Алисию напали два ягуара, верно? На боях тоже были два ягуара. Нет, они не дрались друг с другом, но меня зацепило их поведение. Один из них был бойцом, был крайне агрессивен, а его поддерживал другой парень и он беспокоился за него прямо как мамаша-наседка. Это не было похоже на беспокойство за друга, это было похоже на: если с ним что-то случится, то мне оторвут голову. Мне это показалось очень подозрительным, выходит. Но само по себе это ничего не значит. Было что-то еще. Может, движения, разговор? Не знаю… Он вроде кидался какими-то фразами. А ведь точно: голос мне показался знакомым! Нет, звериная форма, конечно, меняет голос, но все равно манера речи, ее тон, остаются узнаваемыми. Не так много он говорил, что во время боя, что в лесу, но, видимо, что-то схожее было. Имя же я действительно слышала, когда объявляли победителя. Он своего спарринг-партнера просто размазал. Это был один из непостановочных боев. И да, он был очень агрессивен. И мне теперь уж точно не верится, что он оставит меня в покое. Такие люди даже мелкие обидки не забывают. Альберт, видимо, пытался сгладить ситуацию, но даже если бы я отказалась что-то говорить, это бы не помогло. М-да, вляпалась, так вляпалась. И ведь не поможет ничего. Даже если я пойду и извинюсь, хотя мне в общем-то извиняться не за что, будет только хуже. Но зато я примерно помню, как эти парни выглядели. Может, портрет и не нарисую, но если встречу, то узнаю. А значит я могу узнать, где именно они учатся и какой у них круг общения. И это уже немало.