ГЛАВА 3

— Совсем потерял голову от счастья, посыльный? — прорычал Деймон, глядя на меня с плохо скрываемой неприязнью. Я отпрянула от него в испуге. Во-первых, я не ожидала, что кто-то окажется так близко за моей спиной. Он что, следил за мной? Во-вторых, я резко натолкнулась на Деймона. Не мог ли он что-то почувствовать от нашего соприкосновения? Что-то… не совсем мужское? Но Андервуд продолжал стоять и пристально смотреть на меня. Я сделала вывод, что он ничего не заметил. На будущее я решила перевязывать грудь на людях. Она и так не была предметом моей гордости, но в нынешних обстоятельствах лучше перестраховаться. — А ты настолько проникся ко мне уважением, что решил даже на рынок сопровождать? — не осталась в долгу я. — Что? Ноздри Андервуда раздулись, и я запоздало подумала, что не стоило его раздражать. И хотя я никогда не видела настоящих драконов, в тот миг мне показалось, что Деймон — один из них. Но судьба и провидение снова оказались на моей стороне. — Мистер Андервуд! — как родному, обрадовался студенту Дигрон Дойт. — Вам понравилась предыдущая партия тетрадей? Пришли еще за одной? Чтобы не портить о себе впечатления, Деймон успокоился за несколько вдохов. С шипением он прошел мимо меня. Я поняла, что самое время скрыться, и шмыгнула в переулок, начинающийся рядом с рынком. Мне совсем не хотелось, чтобы самый успешный студент академии отважных ловил меня. Характер Андервуда был под стать его способностям. Огневик — что с него взять? Заводился с полоборота. Мне следовало вести себя осмотрительнее. Так, неровен час, я действительно попаду на дуэль. Мысленно дав себе оплеуху, я продолжила путь домой, размышляя о том, что только рядом с Андервудом становлюсь такой несдержанной. Я же была со всеми, как вода. Послушная, приятная и дружелюбная. Только этот невыносимый студент будил во мне темные начала. Решено — пересекаться с ним мне категорически запрещено. Так что буду избегать встреч, сколько получится. И вот в день приливов я стояла перед дверями академии. Они были наглухо закрыты, и я не знала, как достучаться и проникнуть внутрь. За плечами я держала рюкзак мадам Хтун, в который сложила все свои нехитрые пожитки. В руках у меня находился указ Ричарда Первого. Погода стояла жаркая, и я проклинала все на свете, находясь на палящем солнце. В голову закралась мысль обойти высокую стену по периметру. Возможно, где-то мог бы оказаться подкоп или спрятанный ученический ход. Но почти сразу я одернула себя. Это же была приличная академия, я не раз доставляла сюда заказы. Но вот что было странным: когда я приходила в качестве посыльного, ворота всегда были открыты. Не было ни дня, чтобы я вот так натыкалась на глухую стену. Это была какая-то магия? Или сегодня у ворот не было сторожа? Указ, который я держала в руках, начал постепенно нагреваться. Это значило, что три дня, отведённые мне королем, подходили к концу. Если бы указ начал гореть, это бы означало начало моих неприятностей, которые могли бы быть как незначительными, так и серьёзными. Я не хотела испытывать на себе последствия невыполнения указа, поэтому подошла к воротам и стала настойчиво стучать по ним: — Эй! Есть кто-нибудь? Впустите меня! Однако изнутри не доносилось ни звука. Я помнила, что от ворот до академии было добрых десять минут пути, а ещё нужно было пересечь глубокий ров, наполненный водой. Через ров был перекинут навесной мост, по которому я всегда ходила с опаской, несмотря на его основательность. Просто я не любила высоту, хотя внизу и плескалась моя родная стихия. Я прислонилась головой к воротам и выдохнула. Никогда раньше я не видела их под таким углом. А там было на что посмотреть! Вся поверхность ворот была испещрена магическими символами. Я подумала, что это одна из степеней защиты академии, и принялась их разглядывать. Моё внимание привлекла звезда, которую я точно уже где-то видела. Где же я могла её видеть? Закрыв глаза, я пыталась вспомнить, какие магические символы были мне знакомы. Что я могла видеть не так давно? Что? Внезапно ответ пришёл ко мне, и я быстро раскрыла свиток с королевским указом. Ну, конечно! Молния оставила знак в виде точно такой же звезды, которая была изображена на воротах. Что, если поднести звезду на указе к её сестре-близнецу? Стоило мне сделать так, как я планировала, как звезда на свитке вспыхнула золотым светом. Тем же оттенком отозвалась звезда на полотне ворот. И раздался скрипучий звук открываемой двери. Всё ещё не веря, что мой проход в академию отважных открыт, я осторожно шагнула внутрь. Оглядевшись, я увидела, как на мосту через ров стоит одинокий высокий мужчина в мантии. Чутье подтолкнуло меня к нему. Я ускорила шаг, подумав, что все красоты академии успею оценить позже, и оказалась права! Когда я поравнялась с незнакомцем, то ощутила исходящую от него волну недовольства. Впрочем, он быстро взял себя в руки. Однако не удержался от замечания: — Поздравляю, студент. Вы наконец-то справились с простейшим заданием для первокурсника. Рис Коэн, правильно я понимаю? — Всё верно, это я. — Добро пожаловать в Академию Ричарда Первого. Меня зовут Октаниус Кларион, я ректор этого учебного заведения. Настоятельно рекомендую вам стараться на учёбе, чтобы оправдать возложенные на вас надежды. Король просто так указы не раздаёт, а боги их просто так не подтверждают. Будем надеяться, что из вас выйдет толк. Следуйте за мной. Я отведу вас в канцелярию, где вам выдадут копию приказа на зачисление. Коменданта найдёте сами. В общежитие заселитесь тоже сами. — Спасибо, уважаемый магистр Кларион. — Похвально, что вы знаете ученические степени. — Я несколько раз приходил в академию с заданиями. Слышал, как о вас говорили студенты. — Вот как? — развернулся ректор и задумчиво посмотрел на меня. — Интересно, кто мог позволить себе подобную дерзость. — Разговаривать о вас? — наивно предположила я. — Заказывать в академию посыльного, студент Коэн. Это академия, которую в народе прозвали академией отважных. Пользоваться сторонней помощью, когда мог бы дойти и сам, — это крайне возмутительное мероприятие. Узнаю, кто это был, лишу стипендии, если она есть. — Простите, магистр Октаниус. Я не хотел никого подставить. — Вы и не подставили. На первый раз я оставлю эту новость без хода. Но на будущее обязательно проверю, кому понадобился посыльный в учебное время. — Я всё понял, магистр Октаниус. Мы прошли через ров и направились к дверям академии. Они были высокими и сводчатыми, сделанными из дерева. Глядя на них, я ощутила благоговение. Раньше я никогда не заходила дальше ворот, а теперь словно становилась частью чего-то основательного и вечного. По пути ректор кратко рассказал мне об академии. Здесь юноши обучались контролю над своим даром, ведь обузданная магия могла принести огромную пользу королевству. Моя водная магия уже давно не встречалась среди мужчин, и я удивленно взглянула на ректора: — Вы уже все знаете обо мне, магистр Октаниус? — Когда указ о вашем зачислении был одобрен богами, новость об этом сразу же пришла в нашу канцелярию, студент Коэн. Весь наш мир пропитан магией, и ожидание, пока новости доставят в академию с помощью магического вестника или, что еще хуже, бумажного указа, может быть подобно смерти. Поэтому обо всех новых студентах заранее сообщается в канцелярию, и мы начинаем процесс подготовки к обучению. Ваша группа будет на первом курсе. Сегодня на занятия вы уже не успеете, но завтра обязательно должны прийти. Расписание также получите в канцелярии. Вот, кстати, и она. По всем вопросам будете обращаться к вашему старосте — Дигори Бусту. Познакомитесь с ним завтра. Оставляю вас в надежных руках нашего секретаря, мадам Сесилии Огюстин. Мадам Огюстин оказалась очаровательной женщиной около сорока лет, чья располагающая улыбка сразу же завоевала мое сердце. — Ах, какой прекрасный новенький студент Коэн! — закудахтала она заботливо. Ее грудь при этом забавно покачивалась, и я заметила, что это не осталось незамеченным для ректора. Я сразу поняла, что здесь, кажется, был или тайный роман, или молчаливое воздыхание. Такие вещи я чувствовала с первого взгляда. Тем более интересным был тот факт, что мадам Огюстин была работающей аристократкой. О её происхождении говорила длинная фамилия. У простых смертных обычно было два слога, а знать имела более внушительное имя рода. Знать женского пола предпочитала вообще не работать. Женщине достаточно было удачно выйти замуж, чтобы все заботы по её обеспечению пожизненно перешли к мужу. Мадам Огюстин была интересным исключением из правил. Одета она была довольно строго, значит, не стремилась найти здесь воздыхателя. Возможно, просто чувствовала свою признательность в том, чтобы помогать студентам в учебе. Впрочем, это были только мои предположения. Мадам Огюстин мне очень понравилась. Меня снабдили копией приказа, о которой говорил ректор, а также выдали расписание моей группы с первого курса. Попутно я узнала, что групп в этом году стало больше на одну, и в новой как раз предстояло обучаться мне. — Там собрались маги с удивительными для мужчин способностями, — поведала мне по секрету мадам Огюстин. — Да? — заинтересовалась я. Похоже, она уловила моё искреннее участие. А может, ей просто было скучно сидеть в канцелярии одной. Глаза мадам Огюстин блеснули предвкушением, и она принялась рассказывать. — О, да, дорогой юноша! В этом году в академии произошло столько изменений! Я даже не говорю о том, что вы первый водный маг за последнее столетие, который, к тому же, спас короля. В вашей группе есть уникальный маг земли, обладающий поистине необычными способностями. Обычно маги земли обладают недюжинной силой, способной поднимать и обрушивать на врага землю. От таких магов все разбегаются в страхе! А этот студент выращивает цветы и лианы — представляете? Дар? Конечно, дар! Но как его использовать, если он такой миролюбивый? Наш король Ричард лично просматривал списки абитуриентов и распорядился укомплектовать необычных магов отдельно. Зато теперь у нас такая красивая оранжерея, вы себе не представляете! И это всего за три недели обучения! Не знаю, как остальные, а я в полном восторге! Кстати, этот необычный студент — ваш староста, Дигори Буст. — Спасибо, мадам Огюстин. Я обязательно запомню это, — поблагодарила я добрую женщину. Видимо, она нашла во мне благодарного слушателя, потому что вызвалась проводить меня сначала в библиотеку, а затем к коменданту общежития. В библиотеке мне выдали комплект учебников, часть из которых я уложила в рюкзак, а часть библиотекарь разрешил довезти на тележке. Правда, он строго-настрого запретил пользоваться инвентарем в личных целях. Мне пришлось пообещать вернуть тележку сразу после того, как я заселюсь в комнату и освобожу её. Комендант не поддался обаянию мадам Огюстин. Возможно, это было связано с тем, что она была женщиной из простолюдинов. Индия Борк, как представила её мадам Огюстин, осмотрела меня тяжелым взглядом и сказала, обращаясь к секретарю: — Или к Андервуду, или на чердак. — На чердак! — одновременно произнесли мы с Сесилией Огюстин. А затем, не сговариваясь, улыбнулись. — Ты только не подумай, юноша Коэн, — как бы извиняясь, пояснила свою реакцию мадам Огюстин. — Деймон Андервуд отличный человек. Но его стихия порой делает его невыносимым. Ему нужен кто-то, кто будет его уравновешивать. — Коэн водник, — напомнила мадам Борк, разглядывая нас с секретарем и как бы намекая, что не видит проблемы. — Прошу прощения, мадам Борк. Мы со студентом Андервудом не поладили в выходные, — призналась я. — Я не хотел бы быть причиной новых конфликтов. — Дело говоришь, — по-другому взглянула на меня комендант. — Значит, на чердак! Но приводить его в порядок будешь сам. И я кивнула, соглашаясь.