40. Полина

—Нам пора, — шепчу в шею Дами.

—Никуда не убегут твои пары, жужелица, — он только плотнее прижимает меня, заставляя ноги разъезжаться по подоконнику.

—Мы пропустили слишком много, — веду носом по его щеке и мягко целую в уголок губы, который тут же растягивается в ухмылке.

—Еще минуту, — его руки упрямо ныряют под фирменный свитшот Академии.

Пускаю его поцелуй в себя, охотно распахивая губы.

—Хватит сосаться уже! — бурчит Марк, врываясь в комнату общаги. Замечает нас и прикрывает глаза рукой. —Кренделёк, тебе пора к нам четвертой заехать.

—Не завидуй, — не теряется Дамиан.

—Я выбираю более укромные места для своих потребностей, — фыркает он.

Они с Марком уже вторую неделю живут вместе и значительно сблизились, и их словесный пинг-понг носит безобидный характер.

—Мы уже уходим, — спрыгиваю с подоконника и потягиваю юбку вниз.

Беру с кровати свой рюкзак, вкладываю свою руку в ладонь Дамиана и, смущенно улыбаясь, мы выпрыгиваем в коридор.

—Что-то я волнуюсь идти к Малиновскому, вдруг он передумал быть моим руководителем…

—Думаю, за такую умницу с провокационной темой преподы драться должны, не ссы, Пчелка.

После инцидента с Илоной я еще не видела Романа Александровича. Признаюсь, что безгранична счастлива отсутствию Илоны в стенах Альдемара, но боюсь, что она могла настроить отца против…

Всыпаем в аудиторию вместе с другими студентами и сразу же натыкаемся на острый взгляд Малиновского, будто только нас и ждал. Сердце гулко падает в желудок, и я сжимаю руку Дамиана.

—Вы двое, подойдите, — легким кивком головы он указывает на свою кафедру.

Бушар идет уверенно, я же плетусь сзади, оглядывая суетящихся студентов. Замечаю, что вожделенное Майей и Илоной место за первой партой теперь пустует. А как сражались…

Заступаем на преподавательский пьедестал и подходим к его столу.

—Полина, Вы слишком долго отсутствовали, проясните мне ситуацию с работой?

—Я…я… — властный голос в сочетании с требовательным взглядом заставляют меня забыть все заготовленные ответы разом.

—Она пишет, — Дамиан подталкивает меня в спину. —Уезжала из-за проблем со здоровьем отца. Да, Поль?

—Все верно! Готова сегодня же показать наработки…

—Хорошо, надеюсь, что Вашему отцу уже лучше, — произносит чуть мягче. —Сегодня вечером жду файл на почту.

—Есть! То есть, будет. То есть, я скину! — тараторю от радости.

Глупо, но я боялась, что он может передумать.

—Можете садиться, Полина, — говорит мне и переводит взгляд на Дамиана.

Ухожу, но очень-очень медленно.

—Прежде не было возможности, — начинает он мрачно, —хотел поблагодарить Вас за то, что не дали делу ход. Моя дочь поступила отвратительно, и у Вас были все причины…

—Проехали, — отбивает Дами. —Других забот подвалило. Похлеще.

—Больно падать с пьедестала?

—Типа того. Рейтинги тоже в задни… плохие. Так что, пропускать не буду, — пожимает плечами Дамиан.

—За рейтинги по моему предмету можете не переживать. Евдокия Львовна сказала, что Вы настояли на моем возвращении. За мной неподъемный долг.

—Скажите спасибо Полине, это она настояла, а я поддержал. Родители не должны нести наказание за поступки детей, как и дети за поступки родителей, — добавил совсем уж грустно.

Бушар ни за что не признается, но ссора с родителями до сих пор сидит глубоко внутри него. За тишиной прячется большая боль.

А еще он переживает из-за Софи. Теперь участь «управления бизнесом», наверняка, ляжет на ее хрупкие плечи, и родители ее сломают.

Дамиан поклялся встать на ноги как можно скорее и при необходимости взять на себя опеку над сестрой.

Мой беззаботный и нагловатый монстр совсем очеловечился, пройдя через мясорубку. По крайней мере я больше не слышу от него слова «отбросы».

Когда беседа с преподавателем заканчивается, Бушар возвращается ко мне, и даже достает учебники.

—Не смотри на меня так, — хмурит брови.

—Я горжусь тобой, — кладу руку ему на бедро.

—Я тоже тобой горжусь, мон амор! — рядом выше крякает Марк.

—Я тоже горжусь! — шепчет Дашка, устраиваясь рядом с Искаковым.

—Идите в задницу, — беззлобно толкает Дамиан и принимается записывать тему лекции.

Странно, что здесь нет Ясногорской, куда подевалась дочь деканши? Да, подруги лишилась, но как же другие прихвостни и учеба в целом?

Я уверена, что на днях видела ее белокурую голову в библиотеке.

—Ты сегодня в кондитерской? — спрашивает Даша.

—Да, наверстываю часы. А что?

—Мне только что в коридоре Рената сказала, что у нее для нас новость. Ведьминский слёт на чердаке!

—Хорошо, — показываю ей палец вверх.

Нас прерывает голос преподавателя:

—Для кого я объясняю? — звучит раскатом грома.

Взвизгиваем и опускаем головы в конспекты.

Улыбаюсь, потому что впервые с момента поступления в Альдемар я чувствую себя студенткой. Той, которая болтает на парах, зубрит ночами, волнуется перед экзаменами и пытается совмещать любовь, дружбу, подработку и факультативы.

Я больше не кажусь себе случайной тенью в коридорах Академии.

Я знаю, зачем я здесь. Я иду своим путём, который выбрала, и впервые за долгое время мне… спокойно. Нам сообщили, что скоро папу выпишут, и он будет здесь, рядом, под нашим с Дами присмотром.

И еще: я постепенно позволяю себе чувствовать и доверять. Не ждать подвоха, несмотря на всех подонков мужского и женского пола, которыми изобилует Альдемар.

Среди ребят очень много классных личностей, стоит только сдвинуть в сторону маску, которую они цепляют на себя по привычке.

Может, я прошла все испытания, уготованные этими старинными стенами, чтобы наконец считаться своей?

Прикладываю руку к шее и задумчиво перебираю белоснежные жемчужинки чокера.

Не знаю, какие новости у Ренаты, но я точно дополню их своим сообщением о том, что Дамиан сделал мне предложение!

Вернувшись в Альдемар, мне пришлось экстренно наверстывать все пропущенные занятия, поэтому времени на общение особо не было, да и хотелось сначала прожить это осознание наедине с любимым.

После занятий по плану столовая, куда мы направляемся охотнее всего.

—Ты иди поешь, я найду тебя после, — отстает Дамиан.

Все это время он избегал визитов в общий зал. Причину он не называл, но догадаться не сложно: ему придётся открыто выбрать сторону.