Глава 83

Догадка Хэйдена не давала мне покоя еще три дня. Она терзала мысли, как попавший в туфлю камешек — тело. Снова и снова заставляла обдумывать услышанное, представлять Сельву в закрытом крыле академии и то, как насажденная тьма выдавливает частицу светлой души. Каково ей пришлось? А Эвис?

Эвис…

Камешек выпал из ботинка и с приглушенным стуком ударился о землю. Ну конечно! Эвис!

Я вскочила с кресла, уронив книгу по обрядам светлых, и поспешила в кабинет Виларда, где с самого утра глава Морроубранов и его наследник решали вопросы клана. Стук каблуков глушили ковровые дорожки. Мягкий свет ламп сопровождал, загораясь при моем приближении и затухая, стоило мне отдалиться на пяток шагов. Благодаря Эвелин, я запомнила расположение комнат и залов, поэтому до нужного помещения добралась без проблем. Остановилась у массивной двери из темного дерева и только собиралась постучать, как та распахнулась. На пороге стоял Хэйден.

— Ты читаешь мои мысли? — произнес он с улыбкой. — Я шел к тебе.

Жар смущения лизнул щеки. Я мотнула головой и, едва Хэйден посторонился и простер руку в приглашающем жесте, вошла.

— Прошу прощения, что побеспокоила.

— Не переживай, мы как раз собирались немного передохнуть, — заверил Вилард. — Составишь нам компанию за чаем?

— С удовольствием.

Ведомая под руку Хэйденом, я дошла до мягкого дивана с низкой спинкой, села. Улыбнулась опустившемуся рядом колдуну и снова посмотрела на Виларда.

— Тебя что-то беспокоит?

— Я… — бросила украдкой взгляд на Хэйдена, поймала его улыбку и продолжила уверенней. — Я хотела узнать, в курсе ли вы насчет Эвис и Сельвы?

Вилард кивнул.

— Да, Хэйден поделился предположениями.

— А есть способ узнать наверняка? И…

Стук в дверь заставил меня замолчать. С разрешения хозяина замка в комнату вошли две служанки с заставленными едой подносами. Проворными тенями скользнули к чайному столику и расставили на нем тарелки и чашки.

Едва девушки удалились, я продолжила:

— И возможно ли узнать, чья именно душа оказалась в Сельве?

Брови Виларда взметнулись в изумлении. Хэйден опустил ладонь поверх моих сжатых от волнения в кулаки пальцев.

— Что ты хочешь узнать?

— Кому принадлежит имя Эвис. Должна быть причина, почему кайрош с осколком светлой души выбрал именно это имя.

Хэйден нахмурился, вспоминая мой рассказ. Кивнул.

— Способ есть, — задумчиво протянул Вилард. — У светлых существует обряд — зов души. Не знаю, сработает ли он с разорванной душой, но попробовать можно. Я поговорю с Эйхолдом. Однако, если мы решимся, тебе, Хэйден, придется укрыть поместье пологом. Насколько я помню, обряд довольно мощный.

— Не проблема.

Не проблема?! Я с недоверием посмотрела на Хэйдена. Насколько же он силен, если ему по плечу перекрыть светлый всплеск?

— И как только в академии не поняли, что ты турмалин, — заметила растерянно.

Хэйден усмехнулся.

— Если не показывать больше, чем следует, никто ничего и не заподозрит. И кстати об этом, — он повернулся к Виларду. — Попросишь отца принести камни?

— Конечно. Хорошая идея.

***

Эйхолд Силлертон оказался таким же светловолосым, как Лорна. Льдисто-голубой, под цвет глаз, костюм выглядел строго, сдержанно. Пожав руку Виларду и крепко обняв сына, Эйхолд повернулся ко мне.

— Уверена, что останешься с Морроубранами? — спросил он вместо приветствия.

Я кивнула и неосознанно придвинулась ближе к Хэйдену. Тот столь же естественно приобнял меня за талию. Эйхолд, заметив наши движения, хмыкнул, однако, к счастью, никак комментировать не стал.

Следуя за Вилардом, мы прошли в ритуальный зал. Просторный, с большими вытянутыми окнами, за которыми начинала кружиться метель, и изрезанными символами стенами, он, казалось, едва не вибрировал от напитавшей его силы. Мы с Эйхолдом поморщились. Каково приходилось Сельве, принесенной сюда заранее и теперь дожидающейся своего часа, я даже не берусь гадать.

— Полог поставил? — уточнил Эйхолд у сына.

— Да, можешь не сдерживаться.

Заклинатель довольно кивнул. Запустил руку в поясную сумку — очень похожую на ту, в которых темные носят зелья, — и достал оттуда льняной мешочек. Развязав тесемки, с силой тряхнул им, и на пол посыпалась мелкая, белоснежная, словно мука, пыль. Потом заклинатель вынул из сумки пучок травы, четыре камня мутно-желтого цвета, склянку с прозрачной жидкостью и толстый кусок мела. Опустившись на корточки, Эйхолд принялся рисовать сложный узор: десятки линий — прямых и волнистых — переплетались, вились змеями и устремлялись к разложенным в определенном порядке элементам обряда.

Когда последняя черточка заняла место в общем рисунке, Эйхолд встал, отряхнул руки и придирчиво осмотрел проделанную работу. Потом жестом попросил меня принести метлу. А едва я подошла с зажатой в руках Сельвой, кивком головы указал в центр.

— Отлично. Теперь встань ближе к Хэйдену. Я не знаю, как пройдет обряд с неполной душой. Хорошо хоть твой кайрош согласился держаться подальше. Лучше не рисковать. Если он примет истинный облик…

Не договорив, Эйхолд откупорил пузырек и вылил прозрачную жидкость на Сельву. Потом начал читать заклинание.

Я внимательно слушала, стараясь уловить хоть одно знакомое слово, но тщетно. Казалось, светлый говорил на каком-то другом, незнакомом мне языке: мелодичном, тянущемся, грассирующем. С каждой новой фразой символы мерцали все ярче. Сначала оранжевым, потом алым, голубым и под конец — слепяще-желтым светом. А стоило Эйхолду выкрикнуть последнее слово, уводя интонацию вверх, как над Сельвой заклубился дым.