39

Да, он попытался блокировать…

Он попытался блокировать удар неумелой студентки, но вы же помните, что у меня был редкий дар к подобному заклинанию, поэтому блок разлетелся вдребезги, а сам маг приложился спиной к очередному комоду. Под его весом полки с громким хрустом сломались, черепа с горящими глазницами посыпались на мага вместе с щепками и непонятными флакончиками. Но это было не всё – когда он со злой физиономией попытался вскочить на ноги, то со стены сорвалась булава…

Я не знаю, чем заслужила сегодняшнее везение, возможно, когда-нибудь в прошлой жизни бабушек через дорогу переводила, или голубей подкармливала зимой хлебными крошками, но повезло мне очень сильно. Маг закатил глаза и аккуратно улегся между обломками и черепами, при этом крепко обняв ударившую его по макушке булаву. Наступила минута молчания, которую я неловко нарушила восклицанием:

– Плюшки-ватрушки, похоже я перестаралась…

От моего восклицания иглотыки сбросили с себя оцепенение и маленькими истребителями взвились в воздух. Острия вынутых иголок засверкали крошечными звездочками и вскоре должны были воткнуться в меня, если бы не вылезло то, что я увидела под платком.

– А ну разбежались! Крылья вверх, иглы на пол! Работает Борзян!!! – из пола белесым взрывом выскочил мой знакомый призрак.

Он одним движением вырвал из груди призрачный меч и раскрутил его наподобие лопастей у самолета. Иглотыков просто сдуло напором ветра. Борзян повернулся ко мне и подмигнул.

– Чего ты так долго? – буркнула я и вытерла пот рукавом мантии.

– Слышал о твоей дуэли с Джулией, вот и хотел посмотреть воочию.

– А как ты здесь очутился?

– Я был возле твоего платка, когда преподаватели пытались найти ваш след в магическом инфополе. А когда увидел, что платок начал таять, то ухватился за него и…

– Каком инфополе? – подняла я бровь.

– Магическом. Ну, чтобы перемещаться в пространстве, волшебники используют эти самые, как их… коридоры. Ну, ты видела такие синие овалы. Вот. А когда ныряешь с одного места и возникаешь в другом, то в магическом инфополе виден след, как будто дымок от костра. Но он почему-то уходил вверх и маги не могли разобрать – куда вы подевались, – наставительно закончил Борзян.

– Это потому, что Похотун сделал замок летающим, – хвастливо подал голос бородач-иглотык. – Нас теперь почти никому нельзя найти.

– А ну молчать! – гаркнул Борзян так, что черепушки на полках испуганно щелкнули челюстями, а иглотыки вжались в стены, как я недавно вжималась в дверь. – Будете говорить только тогда, когда я вам разрешу!

– Значит, ты тихо сидел и наблюдал, пока я тут сражалась, как Гарри Поттер в юбке? – я почему-то ощутила такую усталость, словно только что разгрузила вагон с углем. Одна.

– А кто это? – обернулся призрак.

– Это знаменитый мальчик из нашего мира.

– И чем же он знаменит? – не успокаивался любопытный призрак.

– Ну-у-у, он был магом, он выжил и… и потом семь книг подряд лысого гонял, – зевнула я.

– Хм, сомнительная известность. Странный у вас мир, если от этого становятся известными.

Я вздохнула. Сама поняла, что прозвучало очень двусмысленно, но рассказывать призраку о мальчике-волшебнике сейчас очень не хотелось. Хотелось лечь и поспать. Желательно часиков десять-двадцать.

Маг пока ещё лежал на полу, но надолго ли хватило местной анестезии в виде булавы? Вряд ли. Скоро он очнется и тогда… Тогда я вряд ли смогу ещё раз использовать дуэльное заклинание.

– Эй, Дримтиматин, – позвала я, и бородач тут же согнулся в угодливом поклоне.

– Я тут, молодая госпожа. Чего изволите?

Вот в этом весь род иглотыков – только что они меня ненавидели, а теперь готовы лететь за мной на край света. Ух, прямо как одна моя знакомая из прошлой жизни, тоже в глаза улыбалась, но не упускала шанса плюнуть на спину. Думаю, что и у вас есть такие знакомые. Но суть сейчас не в этом.

– Скажи, как маг попал в Академию?

– Ну… – замялся иглотык.

– А ну говори! Иначе я сейчас… – нахмурился Борзян.

– У нас есть колодец перемещений. Достаточно представить место, куда хочешь отправиться и прыгнуть в него, – затараторил бородач.

– Колодец? – я удивленно посмотрела на Борзяна.

– Ну да, у нас тоже такой в замке есть, правда, студенток к нему не подпускают. Представляешь, прыгаешь, и оказываешься в нужном месте.

Я сразу же представила себе зияющий в полу провал, в котором виднеется далекая земля, и себя, летящую розовым комочком в твердые объятия гостеприимной тверди. Бррр! Нет, не для этого я магу заклинанием зафигачила, чтобы потом остаться розовым пятнышком на зеленом лужке.

– А другими способами никак? – умоляющим голосом спросила я.

– А вот другими способами никак. Маг перекрыл все доступы, чтобы его не обнаружили, – снова согнулся в поклоне бородач.

Я посмотрела на Борзуна, тот лишь пожал плечами – ему-то что, он и так уже давно умер. Потом перевела взгляд на иглотыков – эти умеют летать. Следующим предметом моего внимания оказался маг… и флакончик возле его ног.

Флакончик!

Посмотрела вправо…

Полотно!

Вот же плюшки-ватрушки! Я же сейчас смогу сделать так, что маг больше не будет меня доставать!

Дримтиматин проследил за моим взглядом и с писком бросился грудью на флакончик. Вот в чем, в чем, но в сообразительности ему вряд ли можно было отказать. Как там говорил маг?

– Рэйди! – крикнула я, и флакончик взлетел в воздух.

Другие иглотыки возмущенно запищали, но Борзян нахмурился и рявкнул на них точно также, как на студенток, когда утром является их будить. Иглотыки снова вжались в стены.

Я же подхватила флакончик и макнула кончик своего платка в жидкость. Что же, Похотун, пришла пора ощутить на себе все те злодеяния, которые ты совершил с другими девушками.

– Ты в самом деле?.. – удивленно вскинул брови Борзян.

– А что мне остается? Если не я его, то он меня. А это очень неприятно, когда ты исчезаешь и ничего не можешь сделать.

– Не надо, добрая девочка! Пожалуйста, не надо! – взмолились иглотыки, но я лишь упрямо покачала головой.

Я не злая, но… Мне на ум пришли все те девушки, которые были нарисованы на портретах в коридорах замка. Бедные, они не заслужили такую участь. Да и сам маг вряд ли отступится от меня, вряд ли прекратит попытки похитить, поэтому нужно нанести упреждающий удар.

Проведенная полоса на холсте приняла вид черной ночи. Алая ткань исчезла, а на её месте проявлялась тьма. Иглотыки жалобно стонали и умоляли не трогать их хозяина. Борзян был настороже и покрикивал на самых смелых, а одному даже отвесил щелбана, отчего тот отлетел к остальным и застрял в глазнице вечноулыбающегося черепа.

Вторая полоса не отличалась от первой. Она тоже была чернее ночи. Я уже подумала, что это жидкость испортилась, когда третья полоса захватила собой белесую макушку. Я едва не закричала от увиденного – волосы на темечке мага исчезли, а их место заняла ровная площадка. Будто маг рос в бочке и его череп неправильно сформировался.

Да, я едва не отбросила флакончик с платком, но всё-таки заставила себя провести ещё одну полосу. На этот раз исчез лоб и часть бровей, зато они появились на холсте.

От рыданий иглотыков сердце разрывалось на куски, но я провела ещё одну полосу.

– Ярослава, – прошептал исчезающий рот и на холсте появилось лицо мага.

Он смотрел на меня!

Смотрел, как я продолжаю макать кончик платка и проводить по холсту. Смотрел на плачущих иглотыков и хмурого Борзяна. Смотрел на то, как радостно скалились черепа, глядя на его экзекуцию. Маг потихоньку исчезал с пола, зато появлялся на картине. Как живой, вроде застывшей навек фотографии.

Всё-таки мне было его немного жаль, он же столько времени провел один, в окружении иглотыков, мечтая только о возлюбленной… А сейчас я прервала его страдания и мечты. Нет, я не жестокая. Я практичная.

Когда исчез кончик ботинка, и появился на холсте, то меня отвлек скрип от любования своей работой. Лишь мгновение спустя до меня дошло, что это скрипит дверь и я отпрыгнула прочь, выставив на всякий случай платок.

– А что у вас здесь происходит? – раздался знакомый женский голос.