13

Не сомневаюсь — вам тоже интересно, что же нас ожидало на Проклятых болотах. Я думала об этом ровно до того момента, пока моя голова не улеглась на руке. Потом я медленно моргнула, а когда получилось раскрыть глаза, то на дворе уже было позднее утро.

Агапа и Шмур сидели возле выхода и негромко переговаривались.

Старались не разбудить меня? Какие милахи.

Я почему-то вспомнила некоторые субботы из детства, когда я просыпалась раньше родителей, рассаживала куклы возле столика и вполголоса проводила чаепития. Детские тихие игры, которые приносили затаенную радость оттого, что я одна в целой квартире не сплю, а также не спят Машка, Кешка, Бублик и Симка. И легкая смешинка из груди, когда я шепотом рассказывала куклам о мальчишках из своей группы, а родители меня не слышали, хотя и были всего в нескольких метрах от чаепития. У вас такое было? Поздравляю — у вас было детство.

Сейчас же я напомнила себе куклу Машку, у которой сразу же закрывались глаза, стоило ей только упасть на спину. А Агапа со Шмуром были похожи на утренних заговорщиков…

Пора уведомить их о собственном пробуждении.

— Доброе утро! Вам кофе в постель или пить будете? — спросила я, потягиваясь.

— Пить будем! — в один голос откликнулись мои соседи по камере заточения.

Я улыбнулась и проделала несколько взмахов руками и ногами, разгоняя кровь по затекшим рукам и ногам. Все-таки ночевка в дупле дерева имеет плюсы в том плане, что над головой есть крыша, но зато от комаров никуда не спрячешься — даже в соломе отроют и найдут. Ох и попили они нашей кровушки за ночь…

Как только ходим ещё?

— Как будете — позовите! — тут же парировала я.

А что? Духом падать ни в коем случае нельзя. Меня уже и маг похищал, и маг рисовал, и маг вуглускра наускивал, а ещё раньше я очереди предновогодние стойко отбивала — да мне уже ничего не страшно!

Своим энтузиазмом я постаралась поделиться с сокамерниками, но они только махнули рукой, мол, поживем — увидим.

Увидеть нам пришлось вскоре, ведь не прошло и пятнадцати минут, как к месту нашего заточения подошел Разнараз с десятком поцарапанных и потрепанных эльфов. Я с удовольствием обозрела их раскрашенные физиономии — девчонки постарались на славу. Мелочь, а приятно.

— Выходите по одному с поднятыми платками. Шаг влево, назад, вправо — считается побегом. Взмах рукой — провокацией. Одно неправильное моргание глаза и вы будете напоминать дикобразов.

Всё сухо, четко и по делу. Как будто мы хотели чего-то сделать под прицелом десятка стрел. Даже если я поверну Драконью слезу и вытащу своих друзей из-под обстрела, то нас всё равно догонят и нашпигуют деревом, как праздничного поросенка гречкой с потрошками. От этой аллегории я даже сглотнула. Так есть хотелось…

— Поверните налево и идите вперед! — снова скомандовал Разнараз.

— А как же последний завтрак и звонок другу? — попыталась я показать себя храброй.

Попытка не удалась, так как пальцы мелко подрагивали. И что самое плохое — эльф это заметил. Его тонкие губы скривила презрительная улыбка.

— Жителям Проклятых болот будет без разницы — поели вы или нет. А мы, за вчерашнее, хотели вам ещё ноги поломать и языки вырвать, но потом решили, что с криками и бегом вы развлечете нас сильнее.

— Жестокий ты, Разнараз.

— Я не жестокий. Я справедливый. Вам был дан шанс, вы им не воспользовались. Идите!

Нас провожали заспанные лица эльфиек. Вчерашние воительницы выглядывали из окон и отводили глаза, когда я пыталась найти в них хотя бы чуточку сочувствия. Увы, легче было отыскать иголку в стоге сена величиной с Джомолунгму. Вчера они были готовы порвать своих мужей на тонкие лоскутки, а сейчас снова превратились в послушных хранительниц домашнего очага.

Мда, ненадолго хватило их запала.

Эльфийский город провожал нас молчанием. Мы подошли к огромной стене, за которой были видны верхушки гор. На стене была балконная площадка, на которую уже забирались самые нетерпеливые эльфы и устраивались возле проделанных в стене окон. Похоже, что для кого-то будет устроено веселое представление. Им только попкорна не хватало.

— Это Непроходимые горы, — пояснил Шмур, заметив, что я смотрю поверх забора. — У их подножия и лежат Проклятые болота. А нам надо вон в те ворота.

Он показал на украшенные резьбой ворота, которые располагались в ста метрах от нас.

Но мы-то остановились у других ворот!

Этот выход был закрыт уже металлическими створками, украшенными шипами и колючей проволокой по верху. Если те ворота радовали глаз, то эти могли порадовать разве что металлистов-сатанистов. Меня же они ни чуточку не вдохновляли.

— А может, мы пройдем вон в те ворота? Мы быстренько проскользнем и всё. Мы будем как мышки…

Увы, Разнараз был непоколебим. Он помотал головой и показал на открывающиеся ворота. По пути я заметила, как на балкончик начали забираться вчерашние «революционерки». Им тоже стало интересно, что произойдет с нами на Проклятых болотах?

Вот и верь после этого эльфам.

Хорошо ещё, что платки не отобрали. У нас появился хоть какой-то шанс выжить там, куда нас провожали. Там нас ждала неизвестность, а ведь нет ничего более пугающего, чем непонятный враг.

Ворота со скрипом распахнулись и перед нами показалось большое болото. Оно начиналось почти что сразу за стеной и упиралось в отвесные стены гор. Почему это огромное вместилище зловонной грязи и мутной жижи называлось болотами я поняла только тогда, когда увидела тонкие перегородки.

Целое поле было разделено на прямоугольные водоемы, а границами служили небольшие дорожки. Чуть ли не шахматная доска природного происхождения. Хотя что-то говорило мне, что к дорожкам немало приложили руку эльфы.

Справа стена продолжалась вдаль и уходила за горизонт. Слева виднелись горы. Впереди было болото. Не скажу, что так уж тут и страшно — в свете дня вода играла солнечными бликами и казалась даже приветливой, если бы не ряска и торчащие осклизлые стебли камышей.

— Проходите! Нам ещё нужно занять места, — подтолкнул меня Разнараз.

— Знаешь, я вернусь и лично побрею тебя наголо, — пообещала я эльфу. — И мне всё равно, как ты относишься к людям, из-за вас я начала об эльфах думать плохо.

— Я как-нибудь это переживу, — хмыкнул эльф.

Шмур попробовал что-то возразить, но с мужчиной эльфы церемониться не стали. От мощного пинка наш провожатый влетел в лужу за стеной и проехался лицом по грязи. Встал он крайне недовольный и с боевой раскраской на лице.

— Если Марина тебя обреет, то я обрежу уши на подметки, — проворчал Шмур.

Эльф только кивнул и велел закрыть ворота. С нашей стороны они были украшены огромными торчащими лезвиями. Такие же проржавевшие от времени лезвия темнели на всей стене.

От кого же они так упорно защищались? И зачем жить в такой близости от опасных соседей?

Я видела, как в окнах появлялись любопытные лица эльфов. Плюшки-ватрушки, почему-то мне это напомнило соревнование в хулахупиус, когда мы продули Джулии и её подпевалам. Правда, тогда не стояла на кону наша жизнь и меня тогда спас от позора Похотун, когда похитил прямо с игры.

Мы замерли перед клетями Проклятых болот. Что там, внутри? Почему мы должны этого бояться?

— Марин, может попробуем пройтись по дорожкам?

Разумное предложение. Конечно же мне не хотелось с головой ухнуться в темно-зеленую жижу, а потом сохнуть под солнышком. Ещё меньше мне хотелось идти туда, где пахло протухшими яйцами и иногда на поверхности воды показывались пузыри, как будто в глубине кто-то тихо пукал.

— Назад нас вряд ли пустят… Ай! — отпрыгнула я, когда возле ног вонзилась стрела.

— Идите, дети людей! — крикнул со стены Разнараз. — Если вы дойдете до конца Проклятых болот, то вас там ожидает сюрприз.

Так и подмывало запустить в него боевым заклинанием, но количество стрел, высунутых в другие окна, заставило передумать. С таким количеством недружелюбных эльфов наши заклинания вряд ли справятся.

— Пойдем, — буркнула я. — И это, Агапа, держи платок наготове. Шмур, постарайся не мешаться под ногами.

— Я с радостью. Да я вообще третьим могу пойти…

— Ага, и в случае чего получишь стрелу в зад, — усмехнулась я, когда вступила на дорожку.

— Да? Тогда я пойду вторым, — тут же подпрыгнул Шмур.

— Вот и здорово, в случае чего будешь нас спасать, если вдруг упадем в воду, — сказала Агапа.

— Обязательно спасу, вы же мне ещё не заплатили, — дрожащим голосом проговорил Шмур.

Я только хмыкнула. Разговаривать не хотелось, петь песни тоже. Чуть-чуть хотелось приготовить плов, но я как-то с этим желанием могла смириться, так как это ничем нам помочь не могло.

Шаг за шагом мы продвигались по первой дорожке. Она была не шире метра, а длиной около десяти. Она упиралась в другую дорожку, перпендикулярную первой, а через пару метров в сторону снова продолжала идти вперед. Заросшие прямоугольники воды начали потихоньку испускать пузырьки, как будто это было вовсе не болото, а гейзерные источники и вот-вот из них вырвется мощная струя воды.

— Чего-то я очкую, — выговорила я, когда увидела, как впереди нас вырос огромный пузырь и лопнул с громким звуком.

— А м-мне вот не с-страшно, — дрожащим голосом проговорила Агапа.

Я прямо-таки спиной ощущала заинтересованные взгляды эльфов. Как они провожали нас и ждали…

Чего они ждали?

Явно не фейерверков и выступления группы «Серебро»…

Пузырьки выходящего газа усилились, они появились почти во всех прямоугольниках воды. Я не скажу за дальние, но ближайшая поверхность закипела, как вода в чайнике.

Что же такое там вылезало наружу?

Ответ пришел почти сразу же за вопросом — в десяти метрах от нас из пузырьков высунулась огромная коричневая рука. С неё стекали потоки воды вместе с грязью, но очертания она каким-то образом не меняла. А уж по размерам ладошку можно было сравнить с капотом легковой машины…