ГЛАВА 19

В обед консервы за столом не было, зато Фета распушила все хвосты и выхаживала истинной королевой. В основном перед профессорскими столами.

Красотка умудрилась так преподнести свой полет на зонтике, что обзавелась еще большим количеством поклонников. Хотя мне казалось, она растеряет как минимум половину.

Но в глазах общественности фея вдруг предстала бесстрашной героиней, сильной, ловкой и просто невероятной. Ума не приложу, как ей это удалось, нужно иметь особый талант, чтобы вызывать зависть даже там, где, казалось бы, все хуже некуда.

— Это она надеется раскрутить Наареша на приглашение на бал? — шепнула я Саи.

— Не дождется, — пожала плечами та. — Преподавателям нельзя приглашать учеников, так что тут у Сарелии сто очков форы.

Сам дракон невозмутимо жевал, не обращая ни малейшего внимания на фею, в пятый раз дефилирующую к раздаточной.

— Может, Фета рассчитывает, что ради нее он потеряет голову и нарушит правила? — фыркнула я.

Саи пожала плечами:

— Если не потеряет, она наверняка продолжит атаку в зале. Танцевать-то не запрещено.

После обеда мы отправились на практическое по психометаболике. Оказалось, все эти колбочки и реторты нужны именно для нее. Занятия по превращениям затрагивали не только физику, но и некоторые аспекты химии, алхимии и целительства. Очень насыщенный выходил курс — а все для понимания, как именно происходят процессы переключения между различными ипостасями.

— А мне-то это зачем, я же не оборотень, — ворчала я, топая вместе с Саи к павильону психометаболики.

— Ох, Лиз, ну ты будто еще не сообразила. Все в нашей голове, понимаешь? Если ментальные способности сильны — ты сама можешь влиять на свое тело и превращать во что угодно. И оборотнем быть не нужно!

И снова это «сильны». Как бы я хотела, чтобы они были слабы. И откуда только свалились на мою голову?! Никогда ведь ничего не предвещало, жила и горя не знала!

Магистр ми Ротан, явно из оборотней, четко ассоциировался у меня со змеей. Еще не старый, высокий, весь какой-то гибкий, с желтыми едва выпуклыми глазами и волосами, которые лежали словно капюшон кобры.

Он пугал, от его взгляда я начинала ощущать себя кроликом под гипнозом.

Оглядывая кружок переодетых в тренировочные костюмы адептов, магистр медленно передвигался между нами, словно чего-то ожидая. Или выслеживая добычу.

— Сегодня мы с вами проделаем опыт по превращению насекомого при помощи специального вещества, псинита, и вашего резонатора. Но перед тем давайте немного разомнемся. Для того, чтобы принять необходимую форму, вы должны прежде всего понимать, как именно это происходит! Лучше прочих, конечно, понимают оборотни: у них знания вшиты в генетическом коде. Но это не значит, ми ра-Манн, что вам не нужно изучать теорию.

Он в упор уставился на замершую Саи. И чего они все к ней цепляются?

Русалка нервно кивнула, профессор Ротан пошел дальше.

— Итак-с, адепты, вспоминаем формулу и пытаемся обернуться при помощи силы мысли, а не инстинктивно.

— А костюмы? — шепнула я Саи.

— Так они же приспособлены для трансформации, — откликнулась русалка, садясь на пол.

Прикрыла глаза, сосредоточилась.

— А вам, ми Королева, нужно особое приглашение?

Вздрогнув, я натолкнулась на холодный взгляд желтых глаз.

— Я… пытаюсь настроиться.

— Давайте, давайте, пытайтесь. Это обязательная разминка.

Еще один с обязательной! Тоже выявляет, у кого внезапные силы проклюнутся?

После рассказа Наареша все вдруг начали казаться очень подозрительными.

Прикрыв глаза, я изобразила напряжение, а сама тайком поглядывала на одногруппников из-под полуопущенных ресниц.

Неожиданно раздались вскрики, адепты начали расступаться, и я тоже обернулась в ту сторону, не представляя, чего еще ожидать от этой чертовой Академии.

Вокруг одного из адептов столпился кружок. Я с ним еще не познакомилась, разве что наглядно помнила. Но тоже с любопытством шагнула вперед, обнаружив исходящее от него странное рыжеватое свечение. Даже Саи, спешно убрав русалий хвост, вскочила на ноги.

— Что это? — пробормотала я, не понимая.

Парень не изменился, но свет вокруг него принял форму какого-то животного. Лис, что ли. Вытянутая морда, пушистый хвост. Лапы. Правда, стоял вертикально.

— Хороший вопрос, — глянул прямо мне в глаза профессор. — Кто может сказать, что происходит с мие Элиром? Ми ра-Манн?

— У него в роду были оборотни, — выступил вперед Дик.

— Так, мие Ганверр, — согласился магистр.

— Точно! — хлопнула себя по лбу Саи. — Он не может обращаться, но аура принимает форму животного…

— Замечательно, — снова согласился магистр. — И в каких же случаях она принимает такую форму? Ми Королева?

— Я еще не успела изучить материал.

— Жаль, — отрезал профессор. — Вот и напишите мне на следующую лекцию реферат. Это касается всех!

Адепты недовольно загудели. Я ощущала себя виноватой, но решительно расправила плечи. Не моя вина, что я тут всего несколько дней! У них программа обучения должна подстраиваться!

На занятие к Наарешу спешила с таким рвением, какого давно уже не испытывала. У меня скопилось столько вопросов!

К моей досаде, сам дракон на занятие не торопился: медленно шел к Ментальному залу с ми Сарелией под ручку. Нет, теоретически я понимала, что она пытается наверстать отсутствие на обеде, ну и наверняка набиться в попутчицы на бал, утереть нос конкурентке. Но все равно раздражало.

Пока я решала, обогнать ли их, и ждать у двери, или идти еще медленнее и, соответственно, опоздать, — Наареш оглянулся.

— Адептка Королева, — кивнул. Повернулся к досадливо поморщившейся Сарелии: — Прошу простить, я уже задерживаюсь на индивидуальное занятие.

— Ваша адептка тоже не спешит, — проворчала консерва. — Вам еще долго осталось?

— Я планирую продлить период индивидуальных занятий.

— У адептки какой-нибудь скрытый дар? — совершенно не стесняясь говорить обо мне в третьем лице, поинтересовалась Сарелия. Ее ноздри хищно раздулись — лишь на миг, но я успела заметить. У, вампирша!

— Наоборот, — отозвался Наареш. — Она росла в мире, лишенном магии. Ей сложно приспособиться, мы еще даже не все блоки со щитами выучили.

— Что ж, удачи, — презрительно фыркнула Сарелия.

— Идемте, ми, — позвал меня дракон, пропустив ее тон мимо ушей.

Я буквально ощутила, как она прожигает взглядом наши спины. Глянула на серебряного. Интересно, кого же он все-таки пригласит?

Впрочем, под куполом зала захватившая Академию кутерьма отступила, а на первый план вышли накопившиеся вопросы.

Но задать их я не успела. Запечатав магией дверь, дракон развернулся с непроницаемым выражением лица и спросил:

— Мие Кронвальд… делал вам какие-либо предложения?

На несколько мгновения я растерялась, не совсем понимая, что он имеет в виду. Откуда-то узнал про жемчуг? Это запрещено?

— Только на бал пригласил, — откликнулась я.

Глаза дракона странно потемнели.

— Только? — переспросил он. Шагнул ко мне, всматриваясь внимательным взглядом.

Несколько мгновений я колебалась. Доверять тому, кто похитил из дома, было все еще сложно. Хоть он и говорил, что хочет вернуть меня обратно. Но при этом слишком многого не договаривал.

С другой стороны… Поведение Тарра мне совсем не нравилось. А Наареш при желании и сам все у меня из головы вычитает. Но вот ответов я тогда не дождусь.

— Не только, — отозвалась. — Саи просила узнать у него, может ли кто-нибудь купить ее жемчуг.

— Почему не обратилась ко мне?

Как будто так просто прийти и начать толкать преподавателю жемчуг!

— Лиз. Ты всегда можешь обратиться ко мне. С любым вопросом, — голос дракона снова стал тихим, ласкающим.

— И ты сможешь помочь? — я даже не заметила, когда сбилась с привычного обращения.

— Что-нибудь придумаю. В конце концов, у меня есть возможность вылетать с острова. И, кстати, завтра вечером занятия не будет.

— Улетаешь?

Он кивнул:

— Ненадолго.

Небось к своей рыжей?

Обнаружив, что он слишком близко склонился, я отпрянула.

Наареш на миг опустил голову, по скулам пробежали желваки.

— Что-нибудь еще? — поинтересовался, наконец, снова подняв на меня взгляд.

— Да. На эмпатии я слышала голос. Как будто магистр Ниамин приказывал мне выйти. Я не поняла… что делать. Укрепила блок. Но потом видела, как другой ученик вышел, и… не вернулся. И… что это было, вы можете рассказать?

— Ты все сделала правильно, — кивнул Наареш.

Сложил руки на груди, отвернувшись. Прошелся взад-вперед.

— Эмпатия, — произнес наконец. — Профессор лич и при жизни был сильным менталистом, а после смерти у него осталась значительная склонность к эмпатии. Он не может передавать слова, но передает четкий ментальный сигнал, достаточно тонкий, чтобы пройти сквозь щиты первокурсников. Ищет, чей дар настолько силен, чтобы откликнуться, перевести эмоцию в слова.

Силен, снова силен! Да черт!

— И что потом делают с учениками? — замирая спросила я.

— Тестируют повторно. Переводят на другой факультет, возможно. Эмпатия — это врата в менталистику. Многие отсюда начинают.

— То есть… мне просто не показывать, что слышу?

— Да. Поставим еще один блок, потоньше, посложнее плетением. Все будет хорошо.

— Но почему кольцо ни разу не сработало?

Наареш снова замолчал, внимательно меня разглядывая. Вздохнул:

— Потому что это не всплески.

— А что? — прошептала я.

— Твои способности, Лиз. Это — твои способности.

Да черти же побрали бы эти способности! Зачем они на меня свалились?

— У меня еще несколько вопросов… если можно.

— Нужно, — согласился дракон.

— На психометаболике… один адепт странно преобразился, магистр сказал, что это изменилась его аура… хотя тело оставалось человеческим. Но объяснять ничего не стал, задал написать реферат.

— А вот это не повредит, — улыбнулся вредный дракон. — Ты ведь и сама поняла, что это генная память, а подробности изучи. Пригодится.

Мне-то оно зачем? У меня точно никаких оборотней в роду.

Я поморщилась, и он усмехнулся:

— Еще что-нибудь?

— Еще. Все прорицание вы, мие дракон, маячили в моем псише, в том числе и с обратной стороны, к восторгу ми пес… Амелии.

Наареш приподнял бровь, показалось, по губам скользнула улыбка, но глаза оставались серьезными.

— С той же рыжей, — добавила я. — Кто она? Ваша невеста?

— С вашего позволения… я не стану отвечать.

Вот как, значит. Едва речь о рыжей, и мы сразу становимся такими учтивыми, такими отстраненными! А если не дам позволения?

— Не понимаю, почему я постоянно вижу ваше будущее.

— Сомневаюсь, что это будущее.

— Прошлое?

— Нет.

— А что тогда?

— Артефакты для предсказаний не всегда передают то, что должно произойти, — мне показалось, в его голосе скользнула грусть. — Они очень чувствительны к пси-энергии хозяина и иногда реагируют на его мысли, особенно если он еще не овладел искусством прорицания в полной мере. Но обратной стороной лучше не переворачивайте.

— Но почему я вижу вас? Потому что вы помогаете мне со щитами и блоками?

— Возможно. Еще вопросы?

— Я видела проклятие фейри. Судя по реакции Саи… не должна бы.

— Надеюсь, ваша подружка не из болтливых.

— Из болтливых, — усмехнулась я. — Но тут она сама сказала, чтобы я помалкивала. Это тоже… мои способности?

— Разумеется.

— И что делать?

— Блоки и щиты.

— Но ведь… профессора рано или поздно рассмотрят! Откуда это на меня свалилось?!

— Все будет хорошо, Лиз. Я что-нибудь придумаю. Еще вопросы? Вижу, у вас был насыщенный день, ми Королева. — усмехнулся серебряный.

Несколько секунд я смотрела в его глаза, решаясь. Могу ли ему доверять? Не сделаю ли хуже всем?

Наареш не подгонял, давал собраться с мыслями… а может и читал их. Сильный менталист наверняка вычитает все, что захочет, пока я не овладею этим искусством в достаточной мере, чтобы от него закрыться.

— Тарр. Саи сказала, он выискивает сильных псиоников… не знаю, наверное, доносит о них кому-то. Разве это не ваша задача?

Наареш минуту задумчиво разглядывал меня и вдруг огорошил:

— Нет, Лиз. Не моя.

«А какая же тогда ваша?!» — хотелось крикнуть мне. Но я прекрасно понимала, что он не ответит. Обеты молчания, если они действительно есть, и все такое.

— У адепта Кронвальда сильные блоки, — произнес задумчиво. И неожиданно хмыкнул: — И как тебя оставить на целый вечер?