ГЛАВА 13
Утром меня разбудил Роман. Я вначале опешила, увидев его рыжую физиономию, покрытую утренней щетиной, но быстро вспомнила, что он оставался в моей гостиной.
— Тут тебе платье посыльный принес, — зевая, сообщил он. Оказывается, уже было одиннадцать часов утра. Я сильно вымоталась, раз проспала так долго.
Роман ушел. Как представителю знатной фамилии, ему тоже предстояло подготовиться ко Дню листопада. Он бы с удовольствием улизнул от необходимости плясать всю ночь с дочками лордов и герцогов, но матушка его мнения не спрашивала. Роману бы уже давно подобрали невесту, но он заверил родителей, что желает сделать карьеру — а потому от него отстали до завершения академии и получения должности.
Платье, которое я достала из коробки, оказалось нежно-бирюзового цвета, простого кроя, в пол. Мне оно не очень понравилось, потому что не отражало моей сути. Воздушная лесная нимфа — это не обо мне.
Я помылась, дала волосам высохнуть и завила их в крупные локоны. Затем надела платье и оглядела себя в зеркало. Я увидела невинную девушку, эфемерно тонкую. Платье было лишено кринолина и разнообразных ненужных элементов и потому было очень удобным. В коробочке я обнаружила жемчужную нить, которой украсила волосы, удобные туфельки из телячьей кожи и записку:
Желаю вам хорошо провести этот вечер, не забывайте о моих советах.
Прочитав ее еще раз, я укрепила пару кинжалов под платьем. Их было легко достать в случае опасности, и в то же время их хорошо скрывала длинная юбка. Мне очень хотелось захватить еще и подарок ребят на день рождения, но я все же решила, что иду не на войну и пусть кольчуга остается дома.
Граф явился секунда в секунду. На нем был хорошо сидящий костюм черного цвета, голубая рубашка под ним. Мне очень захотелось погладить ткань, чтобы узнать, что же это за материал, но я удержалась. Мы сели в закрытую карету, кучер не гнал лошадей, времени до начала празднования у нас было предостаточно.
— Мое платье не слишком легкое для мероприятия на открытом воздухе? — спросила я графа, чтобы прервать затянувшееся молчание. Роах выглядел так, словно был чем-то озабочен, его голубые глаза беспокойно глядели в затянутое тучами небо.
— Ты удивишься, котенок, как тепло в королевских садах. Последний из живших элементалей огня преподнес подарок короне: он создал тепловой полог в садах короля, и теперь температура там не опускается ниже двадцати градусов.
Никогда не слышала об этом, но, с другой стороны, меня всегда куда больше волновало вооружение нашей армии. Я смотрела в окно, тучи были такими густыми, что хоть ножом режь. Я сделала несколько глубоких вдохов и постаралась успокоиться. Представляла что-то приятное, отбросила в сторону волнение, и тут же небо посветлело. К моему удивлению, граф более не спрашивал меня об испытании. Он словно забыл о своей просьбе, что меня полностью устраивало.
— Когда мы выйдем, нужно, чтобы ты вела себя как представительница аристократии. Не дай никому себя оскорбить или вывести из себя, помни все то, чему обучал тебя Фири. Будь рядом со мной, а когда к гостям выйдет Тавр, ты узнаешь его, поверь, сделай вид, что ты без ума от него и не выпускай из вида. Тебя поймут, за ним сейчас бегают все молодые аристократки. Мне нужны доказательства его измены короне. Терениса-младшего на Дне листопада не будет, его в очередной раз отравили какой-то дрянью, лежит в постели, вырабатывает иммунитет к очередному яду.
Я кивала, чувствовала себя важной и опасной, как те шпионки, про которых читала в детстве. Правда, их жизнь частенько заканчивалась в застенках пыточных, но меня эта судьба точно избежит. За Терениса я переживала не очень сильно, у магов воды быстро вырабатывался иммунитет к любой отраве. Эти мысли заставили меня вспомнить о бощнике и словах графа «иммунитет к бощнику не вырабатывается», могла бы уже тогда начать что-то подозревать, вопрос — начал ли подозревать Роах? Внимательно уставилась на графа, но он продолжал говорить:
— Тавр очень красив. И харизматичен, но не дай его внешности себя обмануть. Он не просто так имеет шансы стать королем, — слова давались графу нелегко. — Как только он узнает, что ты моя невеста, то нацелится на тебя. Будь готова подыгрывать ему, даже если это выставит меня рогоносцем. Начни втираться к нему в доверие, мне нужно знать все, что он может тебе рассказать. Мужчины часто начинают бахвалиться перед понравившимися девушками… — глаза графа превратились в две льдинки.
— Я буду вести себя как леди, — заверила я графа, не хотелось мне подставлять его репутацию под удар, пусть даже понарошку.
— Я ненавижу себя за эти слова, но ты должна вести себя скорее как Танцующая леди. От этого зависит благополучие королевства.
Мы вышли из кареты перед главным входом во дворец. Я никогда даже не смела мечтать пройти в эти стены цвета слоновой кости, прикоснуться к барельефам и вдохнуть запах роскоши и власти. Мы прошли вверх по широкой лестнице черного с прожилками мрамора, вышли в зал, с огромными окнами от пола до потолка, которые вели на открытую террасу, откуда лестница вела в королевский сад. Вдоль лестницы вились розы, пришлось придерживать платье, чтобы оно не зацепилось за колючки. В саду действительно оказалось тепло, как летом, куда простирался взор, виднелись изумительной красоты деревья, покрытые желтой, зеленой и алой листвой. Впереди, на большой поляне, виднелись шатры, под которыми стояли гости.
— Граф Роах из клана Ледяного Ветра с невестой Мари… мар из клана Синего Огня. — Представляющий нас дворецкий запнулся на середине моего имени, я специально просила Роаха не сокращать его. Мы спустились, граф держал меня за руку, среди придворных я видела множество знакомых лиц. Большинство гостей я знала по портретам благодаря Фиримару, но некоторых уже видела лично. Здесь были Киара, которая помахала мне рукой и демонстративно отвернулась от графа, и Фиримар, беседующий с Эммой и еще несколькими дамами. Также я заприметила ту блондинку, что не смогла сдать экзамен в академию, она смотрела на меня с гневом. Да, ее братца с позором отчислили из академии. Но меня совесть из-за этого не мучила.
Король сидел на троне, больше похожем на удобное кресло. Не нужно было быть магом земли, чтобы понять, он страдал от подагры. Мы подошли к трону, Роах поклонился, я присела в реверансе, как учил Фири.
— Рад видеть тебя решившим остепениться, — сказал король звучным голосом и рассмеялся. На нем была темно-синяя мантия, глаза, когда-то такого же цвета, как у внука, выцвели, золото в волосах сменилось сединой, но его фигура по-прежнему приковывала внимание своей властностью. — Подойди, дитя, дай-ка взглянуть на тебя.
Я помнила, что Роах отверг Киару, поэтому двигалась немного неуверенно, тот факт, что король мог отдать приказ о моей смерти в любую секунду, пугал.
— Тебя зовут Маримар? Как ты красива… — он протянул мне руку, унизанную перстнями, для того чтобы я ее поцеловала. Я прикоснулась сухими губами к красному камню.
— Для меня честь быть представленной вам, — я еще раз присела в реверансе и отправилась с Роахом за напитками, уступая место следующей паре. В целом король мне понравился.
Нас быстро облепили со всех сторон, поздравления сыпались вперемешку с ехидными замечаниями. «Уж не беременна ли ваша прекрасная невеста?», — протянул сладкий, как мед, голосок. Бывшая фаворитка короля, чье имя я не потрудилась запомнить, стояла, гордо задрав подбородок. Она была темноволосая, с аристократичной маленькой головкой, похожая на птичку, вот только пела эта птичка не райские песни. Я развернулась в ее сторону и позволила усмешке прозвучать в моем голосе:
— Я девушка приличная и в добрачные связи не вступаю, а вы?
От моего тона женщина скривилась, она думала, что найдет в моем лице легкую добычу. Выкуси, гадина. После моих слов желания поглумиться надо мной у остальных представительниц прекрасного пола поубавилось. Было еще несколько желающих отточить свое остроумие, но тяжелый взгляд моего псевдожениха мог заставить проглотить язык кого угодно.
— Принц Тавр, без спутницы.
Синхронно все дамы повернулись к лестнице и расширившимися глазами наблюдали за принцем, отчаянно обмахиваясь веерами и выставляя вперед грудь разной степени оголенности. Я не стала оборачиваться, сделав вид, что не услышала, и теснее прижалась к Роаху. Тот приобнял меня за талию — снова теплый… Мое поведение было обусловлено не тем, что я внезапно воспылала страстью к графу. Хотя в последнее время он стал мне нравиться куда больше Ану с его дурацкими гаремами.
Просто я очень хорошо усвоила уроки Аделины по соблазнению мужчин: «Будь другой, будь уникальной. Если все пытаются привлечь его внимание — отвернись, если каждая танцует — сядь и заведи разговор о книгах». Вместо разглядывания принца я сосредоточилась на саде. Множество деревьев, кустов и различных цветов росло вокруг нас, образуя идеальный круг. Тяжелые, крупные листья идеальных кленов держались крепко, даже легкий ветерок не проникал в Королевские сады. Ровные аллеи расходились от поляны, как солнечные лучи. Три прямые дорожки расходились в разных направлениях.
— Куда они ведут? — спросила я графа, тот был рад ответить.
— Одна — к летнему домику короля, другая — в сады скульптур, третья — в Лабиринт. Кстати, котенок, не заходи туда ни с кем, кроме меня.
— Фири предупреждал. И у меня с собой кинжалы, — прошептала я ему на ухо, пришлось подняться на цыпочки.
— Фири — достойный учитель, ты его очаровала, как и остальных. — Роах взял мою руку, медленно поднес к губам. Его прикосновение было нежным, а губы теплыми и сухими. Чтобы справиться с охватившей меня так некстати дрожью, я спросила:
— А как начнется День листопада, если сюда не проникает ветер?
Тот хотел ответить, но его прервал мелодичный мужской голос:
— Мы с графом, как сильные маги воздуха, создадим вихрь, и листья осыплются, как и полагается.
Я обернулась, и мое сердце пропустило удар. Никогда в жизни я не видела такого красивого мужчину. Он тем временем склонил голову, дав копне длинных волос упасть вбок. Граф говорил о привлекательности наследного принца, я слышала о том, что он настолько красив, что ни один художник не берется написать его портрет, поскольку он не может сравниться с оригиналом. Но я никогда не верила в подобные сказки. А оказывается — стоило. Когда он смотрел на меня, мне показалось, что он смотрит прямо в мою душу, согревая ее, мне казалось, что он видит меня, меня настоящую, не объект желания, как Ану или Роах, не средство достижения цели, но меня. Что он знает все мои слабости и пороки и готов принять их и простить. Я стиснула зубы, чтобы сбросить с себя это наваждение, и крепче вцепилась в графа. Никто не может быть столь красив.
— У вас изумительные глаза. Но вам и так все это говорят, — улыбнулся мне принц. Не наследный. Но выглядел он так, как я представляла себе короля. Золотые волосы до плеч, медовые лучистые глаза, тонкие черты лица и руки аристократа.
— Маримар. Моя невеста, — сказал граф. Он и принц сверлили друг друга взглядами.
— Как интересно, — тихо произнес Тавр. — Вы та самая Маримар, которая поступила в Военную академию? — Я кивнула и зарделась. Он знал откуда-то, как приятно…
«Стоп! Маримар, ты здесь на задании! Не дай слащавой мордашке себя обмануть. Принц — враг, он пытается убить Терениса», — мысленно прокричала я себе. И получилось! Красота принца была все так же сногсшибательна, но теперь я не только видела его, я смогла начать подмечать детали. Он высок, но Роах выше. Пальцы мага — не воина, меча он в руках никогда не держал, волосы, скорее всего, вьются крупными волнами от природы — единственное, что досталось ему от отца. Высокий лоб, точеные скулы. Отношения с графом, судя по всему, натянутые. Интересно отчего…
— Да, я сдала все экзамены, — отрапортовала я. Мне нужно было в кратчайшие сроки понять, как соблазнить принца. Он изменник короны, если только граф говорит мне правду.
— Как тебе нравится учиться? — спросил он, и снова музыка его голоса заставила кровь прилить к щекам.
Граф, так некстати теплый, ответил вместо меня.
— Маримар прекрасно справляется. Очень талантливая студентка, — он наклонился ко мне и поцеловал в щеку. Понятно, ему нужно было, чтобы принц посчитал меня Танцующей леди, которая учится в академии только по прихоти графа. Стало противно, но я привычно надела маску легкомысленной дурочки.
После этого принц вдруг потерял к нам интерес и ушел к отцу. Надо учиться играть получше.
— Странно, — сказал граф, — вначале ты ему понравилась.
Я рассмеялась, специально громко и звучно, но сказала графу тихо:
— Он играет в ту же игру, что и я. Думает, что равнодушием привлечет больше внимания. Не бойтесь, мы же не спешим. За несколько лет я смогу насобирать доказательств.
В моей голове зрел план. Но для его воплощения мне необходимо лучше знать двор. Раздался звук фанфар, и старый король поднялся с трона.
— Мои дорогие подданные! — его голос струился, как вода, я, кажется, могла почувствовать, как в нем бурлит магия. — Время войн окончено, границы никогда не были столь сильны. Нас ждут мир и процветание!
Раздались сдержанные аплодисменты. Мне хотелось в это верить, но знание истории подсказывало мне, что Восток — пороховая бочка, которая грозит вот-вот взорваться, да и Черные острова нынче неспокойны. Что находилось за Большим морем, никто не знал, а король не желал проводить экспедиции, слишком они были опасны. Долгие морские путешествия оставались немыслимы без мага воды на борту, а в государстве их осталось лишь двое… трое. Но об этом знает только Роман. Кстати, его рыжую макушку я видела мельком. Король провозгласил начало первого танца и попросил Роаха и Тавра подняться к нему, чтобы создать ветер.
— И да начнется День листопада! — Король отдал приказ, и граф с принцем начали создавать ветряные потоки. Тавр, как и большинство магов воздуха, фокусировал магию правой рукой. Как это делал Роах — я так и не поняла.
Словно в волшебном сне, листья начали медленно срываться с деревьев и кружиться вместе с танцующими. Дамы двигались с кавалерами, прекрасные, словно статуэтки на крышках музыкальных шкатулок. Захотелось тоже пуститься в пляс, но я осталась без кавалера.
Что ж, будет больше времени изучить территорию сада. Развернувшись, я медленно побрела в сторону королевского домика. Аллею, казавшуюся на первый взгляд бесконечной, я прошла за пять минут. На пути мне не встретилась охрана, хотя я кожей чувствовала взгляды откуда-то со стороны деревьев. Короля хорошо охраняли. Оглядев домик короля, я притворно поахала, понюхала цветочки и отправилась в сторону сада Скульптур.
Там мне стало действительно интересно, все короли государства были высечены из белого мрамора, так что я действительно могла увидеть их, как если бы их призраки стояли передо мной. Неподалеку я увидела статуи военачальников и выдающихся писателей, художников и музыкантов.
В центре сада скульптур я увидела четырех женщин, олицетворяющих собой стихии. Ветер — из белого камня, казалось, вот-вот воспарит вверх; Земля — с большой грудью и животом, словно в нем находится дитя; Огонь — гневная и прекрасная; и Вода — мягко улыбающаяся. Словно зачарованная я подошла к скульптуре. У Воды были большие глаза, она отличалась от остальных тем, что красота ее оказалась неброской, а приглядевшись, я обнаружила, что камень потрескался во многих местах и выглядел так, словно кожа женщины испещрена шрамами. Я коснулась одной из трещин, и вдруг из нее потекла вода. Испугавшись, что я что-то сломала, я бодро потопала обратно к поляне, на которой проходило празднество. Хорошо, что этого никто не видел.
Когда я вернулась, медленный и торжественный вальс сменился более энергичными городскими танцами. Дамы и кавалеры непременно менялись партнерами и весело вытанцовывали несложные па. Листья все падали, но мне День листопада, созданный искусственно, не казался таким удивительным, как в детстве на городской площади, когда листья срывал настоящий ветер.
— Маримар! — раздался возглас Романа, и не успела я опомниться, как он вовлек меня в танец. Роман словно уничтожал границы и условности вокруг себя, он покружил меня, и, расстроенная было тем, что я испортила древнюю скульптуру в саду, я уже забыла об этом и весело подпрыгивала, танцуя то с одним, то с другим мужчиной. Когда я протянула руку следующему светловолосому аристократу, тот вдруг скривился и отпрыгнул от меня, как от прокаженной:
— Я не буду танцевать со сквиром! — воскликнул он так громко, что его голос перекрыл музыку. Фигуры сбились, и я оказалась стоять без пары, ощущая себя глупо и неловко. Роман был в противоположной части поляны. Роах, теперь уже один управляющий листопадом, хотел было подбежать ко мне, но король его остановил.
Я вдруг почувствовала себя так же, как чувствовала в детстве, когда другие дети избегали меня, боясь прикоснуться и потерять способности, ведомые дурацкими суевериями. Безоблачное небо вдруг затянуло тучами. Черт, я сделала несколько вдохов чтобы успокоиться и не портить погоду, со стороны это, наверное, выглядело так, будто я пытаюсь не разрыдаться. За моей спиной раздался мелодичный голос:
— А я с удовольствием потанцую, — принц вышел из-за моей спины и подал руку. Он дал команду музыкантам, и зазвучала плавная, чувственная мелодия. Я склонилась в неглубоком реверансе, он мягко взял меня за талию. Прирожденный танцор. Он двигался так, словно идеально мне подходил, слушал каждое мое движение, даже дышал со мною в такт.
— Спасибо вам, — пробормотала я. — Всегда очень больно, когда тебе напоминают о неполноценности.
Этими словами я убила двух зайцев: Тавр теперь чувствовал себя героем, защитившим девушку, и он провел параллель между нами, он тоже страдал оттого, что не оказался магом воды. Чтобы моя довольная мордаха не испортила образ спасенной девы, я уткнулась лицом в грудь принца — пах он медом и специями. Подобное поведение обрученной девушки рассматривается как скандальное, но граф сам попросил меня поприставать к принцу. Мои уловки возымели эффект, и после танца Тавр взял меня за подбородок, поднял лицо так, чтобы наши взгляды встретились:
— Никому не позволяй пошатнуть веру в себя. Мы то, что мы сами с собой сделали, а не то, что с нами хотят сделать другие, — его слова проникли прямо в мое сердце. Он понимал, он тоже был жертвой обстоятельств. На всех парах к нам несся граф. Король откровенно забавлялся, глядя на то, как обычно спокойный, словно ледяная глыба, граф едва не срывается на бег, чтобы вырвать меня из рук принца. Листья продолжали кружить в воздухе, граф каким-то чудом не потерял концентрацию.
— Позвольте забрать свою спутницу, — сказал он, протянул руку и замер, Тавр должен был подвести меня по правилам этикета.
— Она не вещь, чтобы ее забирать, — усмехнулся принц, но отдал меня графу.
Когда зазвучала музыка, мне показалось, что Роах вот-вот вдавит меня в себя, так крепко он меня держал.
— Это выше моих сил, — проговорил он мне на ухо. — Маримар, может быть, ты просто выйдешь за меня замуж, я отвезу тебя в родовое имение, и ты там будешь хозяйкой. Никакой академии, Тайной службы. Я не стану ограничивать твою свободу, но ты будешь леди, как и мечтала твоя семья.
Он говорил, окружив нас непроницаемым воздушным пологом, так что никто нас не слышал. Представляю… Я в домашнем платье готовлю графу завтрак и целую на ночь наших детей… Которые, к слову, вполне могут оказаться магами воды.
— Нет. Моя мечта — закончить Военную академию, стать слугой государства и свободной женщиной. Я не позволю никому помешать мне в ее воплощении. И вы мне мешать в исполнении моей мечты не будете, — я говорила, а граф слушал. И тут я узнала в своем голосе те же нотки, что услышала у короля. Это магия воды! Магия управления сознанием! И у меня получалось.
— Ты права, я не имею права топтать твои мечты… Но после окончания академии?
Меня столь ошарашило резко изменившееся поведение графа, что я сказала:
— Я подумаю. Но и вы подумайте. Множество женщин пожелают связать с вами свою жизнь.
— Пожелаю ли я… — эти слова дались графу нелегко.
Танец закончился, Роах меня отпустил, он делал это неохотно, словно расставался с воздухом, которым дышал. Он поцеловал мою руку, в его глазах сквозило беспокойство. Поняв, что король гневно отдает ему команду подойти к себе, я поняла, чем это вызвано. Наш государь не привык ждать.
— Прости. Я должен работать, — произнес граф, вздохнул и направился к Теренису. Тот зашептал что-то, затем тяжело поднялся, кивнул, приказав графу идти за ним. Он обернулся в сторону танцующих и голосом, в котором отчетливо слышалась мощная магия, произнес:
— Никому за нами не следовать.
Танцующие даже не поглядели в их сторону, будто никто и не заметил исчезновения монарха и графа. Меня приказ не тронул. Ха! Значит, у одних магов воды иммунитет к силе других! Я была бы не я, если бы не начала красться за королем и графом. Я дождалась, когда они уйдут на приличное расстояние. А затем отделилась от толпы, предварительно спросив у трех дам, где здесь дамская комната. Я сделала это для того, чтобы, в случае чего, мое долгое отсутствие связали с расстроившимся желудком. Деревья дали мне надежное укрытие, я подобрала подол платья так, чтобы при необходимости оно не помешало мне сорваться на бег. Король и Роах шли в сторону Лабиринта. Я слышала о развратных нравах при дворе, но не могла даже представить, что и король и граф из этих…
Мужчины нырнули в темную зелень Лабиринта, а я, сделав пару глубоких вдохов, отправилась следом. Фири зря так боялся Лабиринта. Может, в нем и можно было легко потеряться, но только в том случае, если идешь по земле. Стены его состояли из очень плотных вечнозеленых кустов высотой поболе двух метров. Я с легкостью забралась на одну из них и спокойно следовала за графом и королем на четвереньках. Весь я чуть больше, с позором бы рухнула вниз, кусты жалобно скрипели подо мной. Хорошо, что не слишком громко. Весь Лабиринт состоял из укромных уголков и закутков. Теперь понятно, где тут прячутся влюбленные. Король шел к какому-то определенному месту. И я ничуть не удивилась, когда он остановился у фонтана с прозрачной водой, в которую он опустил больные ноги. Роах стоял рядом, выпрямившись по стойке «смирно». Я уже было заскучала, наблюдая за их молчаливым созерцанием окрестностей, когда Теренис спросил:
— Ты нашел мага воды? — его брови насупились, лицо исказилось.
Роах покачал головой:
— Ваше величество, я провел испытание у пятерых студентов — все тщетно. Очевидно, что маг воды скрывается в стенах академии. Также понятно, что его сила колоссальна. Он покрывает дождем всю территорию академии и часть столицы. Поэтому мы так долго не можем его вычислить.
— Необходимо найти и убить этого мужчину, — приказ короля звучал устало. Он отдавал его уже не в первый раз.
— А если магом воды окажется женщина? — поинтересовался Роах. Он выглядел холодным и равнодушным.
Король задумался, моя симпатия к нему таяла с каждой секундой — беспринципный старый жук.
— Тогда ее нужно привести сюда. Женщина — маг воды бесценна. Но они столь редки, что шансов практически нет. — Он поплескался ногами в фонтане и продолжил: — Такая женщина может стать пропуском к короне для кого угодно. Даже ты, Роах, сможешь претендовать на престол. — Теренис усмехнулся в седую бороду, которая некогда была золотой.
— Вы знаете, меня это не интересует.
— Поэтому ты все еще жив. — Лазурные глаза короля налились кровью. Мне стало очень страшно. Роах не дрогнул, видимо, он не в первый раз ходит по этому лезвию. — Мой внук слаб, — откровенно продолжил король, — как только придворные поймут, насколько он слаб духом, найдется тот, кто свергнет его. Тавр — другое дело, но в нем нет проклятой магии крови. Женщина-маг… Слишком смелая мечта. Если она молода, если она может рожать детей, тогда мы спасены. В любом случае ищи, Роах, ищи как можно скорее. Я очень боюсь, что болезнь убьет меня в течение ближайших трех-четырех лет.
— Лекари дают до десяти, — сказал граф. Он выглядел… расстроенным.
— Лекари лгут. Мне все лгут. Кроме тебя. — Он поднялся и похлопал графа по плечу. — Когда я умру, ты должен будешь сохранить жизнь и Теренису и Тавру.
Граф скривился.
— Я знаю, ты не любишь моего сына. Но у него больше шансов на престол, больше ума и таланта, чем у Терениса. — Вдруг голос короля сорвался. — Государство — это я! А я умираю. Не дай с моей смертью умереть государству.