День 17, когда Аня разбирает косметику

Девчонки разошлись поздно и уехали на такси, а Машка осталась ночевать. Мы с ней все-таки нашли вторую кассету, где был записан бабушкин и дедушкин голос. Упаковки от остальных кассет и сами кассеты я сложила в пакет, яркие буклетики – в макулатуру. Потом мы легли спать – ну как легли, сестренка еще долго показывала мне на своем смартфоне разные смешные видео, снятые ей для Тик-тока.

Когда Машка пошла в душ, я заглянула к хламовичкам. Они сидели тихо, прижавшись друг к другу, – видимо, боялись непривычного в моем доме шума. Я подложила им вкусняшек и выключила свет.

– Чего, спать уже? – зевнула Машка. – Хочешь, я тебе еще покажу? Я тут на одну блогершу подписалась, она знаешь как круто снимает?

– Спать давай, – сказала я. – Не хочу, насмотрелась уже.

– А ты с тем парнем встречалась? – вспомнила настырная сестренка. Ей бы в какое-нибудь шоу вроде “Поженитесь немедленно”. Ведущей, чтоб всех переженила, а мне мозги не полоскала этой темой.

– Нет.

– Почему? – не отставала Машка.

– Потому что придурок.

Машка попыталась развить тему, но я сказала, что устала, и больше не отвечала на ее попытки разговорить меня.

Я была довольна прошедшим днем – ведь я освободила целый шкаф! Целый шкаф вещей! Да еще и завтра мне за него заплатят!

И еще я съезжу по поручению Элины – и получу еще пятьсот рублей. Так что даже будет что записать в мою финансовую тетрадочку. Честное слово, доходы вписывать куда приятнее!

С утра я первым делом проверила вчерашние объявления и обрадовалась: написала еще одна женщина, желающая купить птичью клетку за пятьсот рублей. Правда, жила она в другом районе и поэтому сегодня приезжать не собиралась. Но все равно, начало неплохое.

Я приготовила сырные гренки нам на завтрак, поделилась остывшим кусочком с хламовичками, потом позвонила мама и спросила, не опоздает ли Машка к репетитору.

Я пообещала, что разбужу ее вовремя, рассказала про найденные тетради и кассеты, – про кассеты особенно, чтобы у моей сестренки не было соблазна спрятать их подальше, потому что она с подростковым максимализмом стеснялась своих детских фоток и вообще всего, что напоминало о том, что она когда-то была “малявкой”.

Потом я попыталась разбудить Машку, но та вставать не торопилась. Время до репетитора было, и я решила позавтракать, не дожидаясь сестру. Я то и дело боролась с искушением поглядеть, не написал ли мне еще кто-нибудь по поводу объявлений. Помыв посуду, я снова зашла на “Хламовито” – смотреть статистику объявлений. Эх, всего пятнадцать просмотров у шкатулки… А у бус – всего три. Этак я никогда не распродам все!

Я написала о своих сомнениях Кристине, и тут же получила ответ:

“Да сдались тебе эти просмотры! Посмотри, сколько просмотров было у шкафа твоего, а его уже забирают. Это же не блог, где просмотры важны. Лучше пусть будет один просмотр, но от реального покупателя!”

“А что, бывают нереальные?” – спросила я.

“Ну да, есть которые спрашивают-спрашивают, а встретиться не хотят. А бывают, которые переносят встречу то на завтра, то на конец недели, а потом у них собачка ногу сломала, ребенок заболел, тридцать три несчастья и ну совсем никак. Это еще ладно, хуже всех те, которые подтверждают встречу и не приходят, а потом еще трубку не берут и в черный список тебя вносят. Ни извинений, ничего, одно потерянное время. Так что если ты собираешься с кем-то встречаться не у себя дома, то перед тем, как ехать всегда звони и спрашивай, не изменились ли у покупателя планы”.

Честно говоря, предупреждение Кристины меня немножко обескуражило. Надо же, а вдруг эти покупательницы откажутся, не приедут? А я уже губу раскатала.

Элина тем временем прислала мне адреса, куда ехать. Один из них был в том районе, где жила возможная приобретательница старой птичьей клетки. Я решила взять быка за рога и позвонила ей.

Оказалось, что она действительно живет через улицу от нужного адреса и сможет со мной встретиться. Так что я решила взять пакет поплотнее, а то несолидно по всяким бизнес-центрам с клеткой ходить. Хотя все равно ходить придется, если она передумает и откажется.

– Машка, вставай, блин! – не выдержала я. – К репетитору опаздываешь.

– Ладно, ладно, – проворчала та сонно, выползая из-под одеяла.

– Давай, мне тоже идти надо, вместе выйдем. – Мне не хотелось оставлять Машку дома. Вдруг хламовичков заметит. Мало ли, заклинание перестанет действовать.

Та довольно шустро привела себя в порядок в ванной, перекусила, правда, потом долго красилась, а я нетерпеливо подгоняла ее. Ну сколько можно, как на свидание! Эту мысль я и озвучила, не в силах сдержать раздражение.

– А может, я по пути к репетитору встречу парня своей мечты, – упорствовала Машка, закручивая тюбик с тушью.

– Которого ты будешь охмурять вместо занятий? – бесцеремонно обломала сестру я. – Маш, если тебе эти занятия не нужны, вот и уговаривай маму, что сама все выучишь. Она же за них платит! Да и репетитор тебя сидит, ждет, это свинство – договориться и не приходить вовремя!

Мы вместе вышли из дома, и я отправилась на работу к Элине, где получила деньги и пакеты документов. Первый адрес был как раз там, где я собралась отдать клетку. Только бы та женщина не передумала, а то, честно говоря, таскаться по маршруткам с громоздким пакетом не хотелось.

Но зря я волновалась. Женщина осмотрела клетку, отдала мне пятисотенную купюру и поблагодарила, что я привезла ей “почти что на дом”. Я, окрыленная успехом, полетела к первому клиенту, ощущая небывалую легкость – хотя весила проданная клетка не так уж много, ощущение было, как будто тяжелую ношу с плеч скинула!

Разобравшись с обоими доставками, я поехала домой. Даже сама себе удивилась! Раньше я бы по пути зашла бы в какие-нибудь новые магазины, где я раньше не бывала и прикупила бы себе обновки. Или заглянула бы в уютную кофейню перекусить чем-нибудь вкусненьким. Но сейчас я прошла мимо кофейни “Лаванда”, чья вывеска обещала посетителям вкусный ванильно-лавандовый латте и экзотические чизкейки с манго или лаймом. Мимо трех магазинов одежды, одного магазина с косметикой и даже книжного! Даже в продуктовый у дома не заглянула! Похоже, мне можно вручать похвальную грамоту за отказ от случайного шопинга.

Дома я обрадованно посмотрела в тот угол, где вчера стояла клетка, а теперь стало пусто. Эх, всего половина второго. Чем бы заняться до вечера в ожидании Марины, которая приедет шкаф забирать?

Чувство голода напомнило о себе, и я поставила воду для варки картофельных вареников, давно ждущих своего часа в морозилке. Я включила компьютер, потому что мне уже не терпелось посмотреть сообщения на “Хламовито”. Я остро жалела сегодня, что память моего телефона забита настолько, что никак нельзя закачать туда еще одно приложение. Вот и дело – расхламлю-ка я еще и телефон.

Компьютер загрузился (что-то он стал это делать весьма и весьма медленно), а я, проверив воду, зашла на сайт.

Ура! Еще два сообщения.

Первое оказалось пустышкой – мужчина писал мне по поводу клетки. Я извинилась и удалила объявление из актуальных. Второе сообщение было про купальник – тот самый, который я купила на китайском сайте и который мне был маловат. Тина выставила его за триста рублей.

Мне написала некая Галя:

“Здравствуйте, а продадите за сто пятьдесят рублей?”

Первым моим желанием было написать “Нет! Вы что, не видели цену? Да вы знаете, сколько он стоит на сайте?”, но я стерла уже наполовину набранное сообщение и позвонила Тине:

– Привет, извини, что отвлекаю, – немного виноватым голосом спросила я. – Но у меня тут такая ситуация… Есть пара минуточек?

– Есть, есть, у меня обед, – откликнулась Тина. – Что случилось? Покупатели атакуют?

– Почти так, – сказала я. – Хочу посоветоваться, смотри тут какая ситуация...

Я вкратце рассказала про то, какие сомнения меня мучают. Тина выслушала и хмыкнула:

– Бывает. Не попросишь – не скинут. С такими можно поторговаться, хотя бы для тренировки. Всерьез на продажу не рассчитывай, но я так поступаю со “скидочниками”: говорю, что дам скидку, если приедут вот прямо сегодня ну или край завтра. Раз уж ты теряешь деньги, так пусть хотя бы тащиться никуда не надо. На ходовой товар я бы скидку не дала, но одежда продается так себе… Слишком уж ее много, недорого и на любой вкус. Короче, напиши ей, что отдашь за сто пятьдесят, если сегодня, или за двести, если приедет завтра. Но, скорее всего, сольется тетечка, не приедет...

– Ну это уже шантаж какой-то, – осторожно выразилась я. – Как-то невежливо.

– А скидку в пятьдесят процентов просить вежливо вот так сходу? – возразила Кристина. – Ладно бы она у тебя пяток вещей хотела забрать. Да хоть две. За что скидка-то? Ты не магазин с огромными оборотами, у которого завал на складах. Просто если согласишься скинуть безо всяких условий, обязательно попадутся такие, которым и скидку, и вообще даром отдай, и к ним в Тьмутаракань притаракань вещь, а то они бедные, несчастные и им некогда, а ты здорово живешь и тебе что, жалко, что ли. И вообще, ты попробуй написать, что не скинешь, услышишь много “вежливых” выражений в ответ… Ну ладно, у меня второй входящий… Ты все поняла? Если что, позвони потом еще.

– Поняла, спасибо, – ответила я и побыстрее отключилась.

Да уж… Я подумала и решила сделать так, как советовала Кристина, хотя меня, конечно, немного пугали обещанные “вежливые” выражения. Как все-таки трудно с этими продажами. Трудно… но интересно!

Галина поначалу попыталась предложить встретиться в конце недели, но я твердо стояла на своем. В итоге я подумала, что женщина действительно откажется от покупки, поскольку отвечать она перестала. Ладно, у меня еще есть чем заняться. У меня далеко не все расхламлено!

И вообще, у меня вода чуть ли не вся выкипела! Я про нее совсем забыла!

Пришлось оставить электронную торговлю в покое и заняться варениками. Когда я пообедала и убрала кухню, то мои мысли уже приняли нужное направление. Я разберу косметичку, поскольку все равно на нее нацеливалась Машка. Тем более что там разбирать-то – пара кремов, тушь, несколько бальзамов для губ и помад. Лаков многовато, конечно, но они все и так аккуратно лежат в коробочке...

Косметики у меня оказалось куда больше, чем я думала. Во-первых, полка в шкафу в комнате. Во-вторых, в шкафчике в прихожей. В-третьих, в ванной. В-четвертых, еще в ящике стола…

Хм, а что если разделить их по категориям, как я и планировала когда-то? Для верности я нашла свой блокнот и принялась записывать.

Тушь черная…

Ой, надо же, наверное, и ту, что в моей сумочке, посчитать?

Или нет? Нет, сюда я ее приносить не буду. Это та самая тушь, которой я и так постоянно пользуюсь. Специально ее в сумочку положила. А это, так сказать… запасы!

Но ведь у косметики тоже есть срок годности… Так, ладно, сначала разберу по категориям, потом проверю сроки, а потом решу, что выбросить, а что отдать Машке.

Черных тушей нашлось три штучки и еще одна совсем маленькая – пробник из журнала. Еще нашлось две цветных туши для волос – бирюзовая и фиолетовая. И еще коричневая тушь, которую я неизвестно зачем купила.

Итак, пишем: тушь черная – четыре штуки. И остальных по одной.

А тушь для волос – сюда же писать? Это же тушь. В другой стороны, это не столько тушь, сколько краска для волос. Что-то не слишком повседневное, для вечеринок или фотосессий…

Палеток теней было пять. Две были кремово-бежевых оттенков, которые мне совсем не шли. Одна – вырвиглазно-неоновых цветов, которые просто мне понравились своей бесшабашной яркостью. Как цвета сами по себе. Но нанести это на лицо я ни разу не сподобилась. Еще одна состояла из четырех квадратиков разных оттенков голубого и зеленого. И одна – моя любимая, которой я пользовалась часто.

Карандаши для глаз, которыми надо бы начать пользоваться. Фломастер, которым я так и не научилась рисовать стрелки, хотя производитель обещал, что теперь можно нарисовать ровную линию играючи. Точилка для карандашей. Две баночки дорогих румян – лимитированная серия. Пудра в шариках. Пудра в красивой баночке. Консилер. Штук семь тональных кремов и еще десяток пробников. Восемь помад и шесть бальзамов для губ с разными вкусами.

Ох, да моей косметики хватит, чтобы нанести макияж сотне моделей!

Ах да, еще лаки для ногтей.

Разобрав наконец декоративную косметику (ее оказалось больше семидесяти штук – семьдесят семь, если быть точной), я взялась за уходовую.

С ней все оказалось еще веселее. Ведь я совсем забыла про те крема, что стояли у меня на прикроватной тумбочке! А ведь специально положила их туда, чтобы регулярно пользоваться. А получилось… они стоят себе за балконной дверью и в основном я их случайно спихиваю на пол, когда нашариваю телефон спросонок или пристраиваю на тумбочку очередную книгу.

Да уж, похоже, когда я считала, что у меня только нужные вещи, я даже близко не представляла количество своих кремов для рук и для тела. Справедливости ради, я не все из них покупала: просто крем для рук – это очень популярный подарок на Восьмое марта или Новый год от не слишком близких подруг. Популярнее, наверное, только чай и кофе.

Так вот, на мои две руки я должна была вымазать содержимое аж пятнадцати тюбиков! При этом у трех кремов срок годности уже прошел. Настя как-то говорила, что она мажет просроченный крем на пятки, если он не расслоился и не изменил запах. Но у меня есть еще крем для ног – в количестве трех тюбиков…

Еще шесть баночек-флакончиков были наполнены кремами и лосьонами для тела. Меньше всего было кремов для лица – всего три упаковки. Еще шесть баночек содержали в себе разные жидкости вроде лосьонов и тоников. Часть очищающих средств стояла в ванной.

И еще три антицеллюлитных средства. Два я даже не вскрывала, а на третье до сих пор косилась с опаской. Я когда-то его купила, намазала им бедра, ощутив приятное покалывание, завернулась в пленку… И как потом горела моя бедная кожа!

Может быть, это суперсжигающий крем и сожжет весь жир… Но повторить эту процедуру я не готова! Никогда! Ни за какие коврижки!

Запасы меня обескуражили. Я могу ближайшие пару лет только и делать, что намазываться и краситься, и при этом даже не смотреть в сторону полок с косметикой в магазинах.

Ужас какой-то. Понимаю, почему Светка все это выбросила. Это же косметика. В основном начатая. Отдать некому – думаю, у всех моих подруг (может быть, кроме увлекшейся минимализмом Светки и дисциплинированной в покупках Тины) у самих полки ломятся от кремов и помад с истекающими сроками годности. И продать, наверное, нельзя.

Хотя…

Я хотела снова написать Тине, но мне было немножко стыдно ее отвлекать и дергать целый день. Я нашла на “Хламовито” категорию косметики и принялась листать объявления.

Ничего себе. Тут было чему удивиться!

Во-первых, я нашла очень много объявлений, где предлагали начатые крема и даже туши с помадами. Флакончики попадались поцарапанные, а иногда даже просроченные. Но, может быть, их кто-то наивно выставляет, а никто их и не берет? Кто в здравом уме купить просроченные тени для глаз, пусть они даже сто раз элитные и брендовые?

“Очень даже купят, – подтвердила Тина, которой я все-таки написала. – Лимитки кто-то коллекционирует. Какие-то косметические линии сняты с производства, а у них есть преданные фанатки, которые готовы пользоваться даже просроченным, скажем, на полгодика-годик. Только опять-таки цену не ломи. А еще лучше – выставь это на форуме, где косметические маньячки сидят. Я так духи надоевшие продала и одну лимитированную палетку, правда, она почти не пользованная была. Но я видела проданные лоты, которые были в так себе состоянии. Что с купальником-то? Слилась тетечка?”

“Вроде да,” – ответила я.

Ну что бы я делала без Тины! Она прямо настоящий эксперт по продажам барахла! И уверенности всегда прибавит.

Я сфотографировала антицеллюлитные средства – решила выставить на них цену сто рублей. И лимитированные румяна. И еще десять лаков разных оттенков розового – от неонового до пастельного, перламутровые и матовые. Пусть будет набор за… двести рублей. Попробую сама написать объявления!

Да уж, то, что Тина делала играючи, у меня получилось путем долгих мучений. Я потратила, наверное, полчаса, чтобы создать всего одно объявление – с румянами. Когда я разместила его, наконец, на сайте, почти сразу раздался телефонный звонок. Номер был незнакомый. Неужели кто-то еще хочет купить что-то?

Но это оказалась Марина.

– Здравствуйте, – сказала она звонким голосом. – Я буду через десять минут. Какая квартира, подъезд, этаж?

Я ответила и заметалась по комнате. У меня же жуткий бардак, вся эта выложенная, но не рассортированная косметика. А тут человек незнакомый придет, стыдно.

Ладно, за десять минут можно многое успеть!

Я притащила с кухни пакетики и разложила вещи по категориям. Чтобы не перепутались. А потом продолжу, как Марина уйдет со шкафом. Интересно, как она собирается его вытащить одна?

Марина оказалась рослой девушкой постарше меня, с шикарными рыжими волосами, собранными в толстый хвост. Она была одета в потертые джинсы и простую серую футболку.

– Здравствуйте, – сказала я, – вот шкаф стоит. Только он тяжелый очень…

– Муж поможет, он через полчаса подъедет, – ответила Марина, разуваясь. – А я пока его разберу!

– Вы сами? – удивилась я.

– Ну да, что тут сложного? – Марина прошла в комнату и вынула из своего простого черного рюкзачка инструменты.

Пока ехал муж Марины (с опозданием на пятнадцать минут), девушка ловко и сноровисто сняла с петель дверцы, заботливо сложила всякие винтики и прочую фурнитуру в маленькие пакетики, перетаскала дверцы в коридор. А еще рассказала, что она реставрирует и переделывает старую мебель. Я нашла ее страничку в инстаграме и залюбовалась: почти каждый пост был сделан в стиле: “до и после”, и все это было потрясающе красиво.

– О, у нас почти такой же стул стоит на балконе, – ткнула я в одно из фото. Удивительно, каким стильным он стал под руками Марины.

– О, а он вам нужен? – спросила она, откладывая отвертку в сторону.

– Ну… – Я задумалась.

Вообще, стул был старый, облезлый и служил подставкой для барахла, от которого давно пора избавиться.

– А вам он пригодится? – спросила я. – Давайте покажу. Только он в не очень хорошем состоянии.

– Покажите, если нетрудно, – попросила Марина.

Я полезла на балкон и извлекла оттуда изрядно запылившийся стул, еще раз недобрым словом мысленно помянув неудобное расположение моей кровати.

– Такой же, как надо, – обрадовалась Марина. – Хотите, я у вас тоже его куплю? Как раз к тому стулу сделаю комплект…

– Да… – обрадовалась я.

– И сколько вы возьмете?

– Давайте… вот давайте сто рублей, чтоб круглая цифра была, – ответила я, потому что стул выглядел как достойный кандидат на дрова. Сомневаюсь, что в нашем городе найдется еще кто-то, кому пригодится стул в таком состоянии.

Марина немедленно расплатилась со мной, переведя деньги на мою карточку. К приезду ее мужа шкаф ожидал в коридоре, практически готовый к переноске – Марина доматывала пару дверец малярным скотчем. Обрадованно щебеча своему молчаливому супругу про удачно найденный стул, та подхватила смотанные скотчем полки и понесла к машине. Муж тоже подхватил какую-то часть шкафа и вынес за дверь, решив сначала перетаскать все в подъезд.

На Марину я подписалась – интересно же, что она из бабушкиного шкафа сделает. Да уж, теперь пора двигать мебель!

Я все же сначала записала в свою финансовую тетрадочку доход в тысячу рублей за мебель, пятьсот за курьерство и еще пятьсот за клетку. Две тысячи, круто! Может, я тут продажами на среднюю зарплату нашего города наберу денег? Хорошо бы…

Мой телефон зазвонил, и я поначалу подумала, что это Марина. Даже испугалась: вдруг она передумала? Но нет, номер был просто похож, а незнакомый мужской голос заявил:

– Здрасьте, я приехал. За трусами.

– Какими трусами? – оторопела я. Мой номер по ошибке появился на сайте фетишистов женского белья?

– Ну, жена моя просила забрать трусы какие-то, за сто пятьдесят рублей.

У меня в голове начало проясняться.

– А… может, купальник? 8c6862

– Ну да, может, и купальник, – ответил он.– Вы дом уточните, я на вашу улицу щас сворачиваю.

Я назвала адрес, сказала, что выйду к подъезду. Написала Галине, и та подтвердила, что действительно послала мужа заехать за таким дешевым купальником.

Муж, не глядя, сунул мне мятые полтинники и на мое робкое: “Вас точно устраивает размер и состояние?” буркнул:

– Да задолбался я уже кататься, пусть жена сама смотрит.

Это меня обеспокоило. А что, если Галине не подойдет купальник, и она решит его мне вернуть? Это что, закрывать мне объявление или нет? И деньги, получается, пока не совсем мои?

Муж Галины сел в машину и укатил, а я поднялась к себе и начала двигать мебель. Эх, надо было мужа Марины попросить, тяжелая кровать! Моя первая попытка слегка поцарапала старый вытертый паркет. Ой, да ведь под кроватью тоже что-то есть! Причем, чтобы добраться до этого чего-то, надо приподнять кровать, ведь она стояла не на ножках, а на таких как бы бортиках, которые надежно скрывали подкроватное содержимое.

Наверное, стоило подождать и попросить папу или девчонок помочь с этим, но мне, как говорила бабушка, вожжа под хвост попала. Я стала искать, что можно подложить под углы кровати, чтобы вытащить из-под нее сложенные там вещи.

Там оказались кипы старых газет, аккуратно перевязанных веревочками. И еще какая-то старая дедушкина обувь – в основном поношенная и потертая, и при этом ужасно запыленная. Шнурки все выпачкались в крупных клочьях пыли. Еще нашлась картонная коробка с разобранным радиоприемником. Ох, сколько же всего еще расхламлять! Одной макулатуры столько, что я не дождусь следующей акции!