2.2

Глаза профессора блеснули алыми искорками, и теперь уже я ощутила на себе влияние чар инкуба. Невидимые щупальца ментальных чар поползли в мою голову, не способные лишить меня воли, но удерживающие меня в легком оцепенении, пока горячие ладони Эндрю заскользили по моим бедрам и выше.

Эндрю лукаво улыбнулся и уверенно провел ладонью по моей груди, задержавшись кончиками пальцев на горошине соска, вмиг ставшего твердым.

Бюстгальтера на мне не было, и это прикосновение через блузку ощущалось необычайно остро.

- Так что же мне с тобой делать, Розана? - глубоким голосом произнес Эндрю. - Ты ведь знаешь, чем тебе грозит посягательство на верховного инкуба, не так ли? Вижу по твоим глазам, что прекрасно знаешь. Твоя жизнь сейчас находится в моих руках... Будешь вести себя хорошо, а, Розана?

С моих губ слетел совсем не тихий стон, когда Эндрю через тонкую ткань сжал двумя пальцами сосок, подергивая его ритмичными движениями и не сводя с меня глаз.

Приятно, черт возьми... чертовски приятно. Приятно настолько, что становится плевать на всё - просто хочется жаркого продолжения.

Я прикрыла глаза, будучи не в состоянии больше смотреть в огненные глаза Эндрю. Закусила нижнюю губу, пытаясь справиться с желанием наброситься на профессора прямо здесь и сейчас.

Сознание медленно начало уплывать, и я невольно качнула бедрами вперед, сильнее вжимаясь в Гройстенгера. Тот шумно втянул носом воздух, его ладонь на моем бедре сжалась крепче.

- А ты... горячая девушка, Розана. И чем больше на тебя смотрю... тем больше тебя хочу, - произнес он мне на ушко таким горячим шепотом, что у меня мурашки по коже побежали, и я снова не сдержала тихого стона. - К тому же, я прекрасно чую, что ты не невинна...

Тут с моих губ невольно слетел тихий смешок.

Да уж, невинные суккубы в моем возрасте - это совершенно невозможное событие. В нас рано пробуждается внутренний огонь, и просится наружу он с такой неистовостью, что сопротивляться этому - смерти подобно. Часто - в прямом смысле того слова.

Суккубы питаются сексуальной энергетикой, и для продуктивных занятий магией нам в том числе необходимы и интимные «занятия». Иначе внутренний огонь в какой-то момент начнет пожирать изнутри.

-...поэтому... есть ли смысл держать себя в руках, когда такая прекрасная роза сама пришла в мои руки? - закончил Эндрю совсем тихим голосом.

Он провел носом по моей щеке, словно бы обнюхивая меня, подобно хищнику. Наверняка наслаждаясь вкусным ароматом моей магии суккуба.

А она была вкусная, о да. Сексуальная энергетика суккубов вообще всегда чертовски привлекательна для противоположного пола, а уж если перестать ее сдерживать...

Когда мягкие губы Эндрю накрыли мои, я даже не пыталась сопротивляться. Не могла, да и не хотела, зато страстно желала попробовать этого мужчину на вкус. Сущность суккуба во мне прямо-таки вопила об этом желании и тянулась навстречу Эндрю с невероятной силой.

Ох-х-х, какой это был поцелуй! Медленный, вдумчивый, я бы сказала. Головокружительно чувственный. Совершенно невозможно было сопротивляться этим настойчивым губам и горячему языку, умело сводящему меня с ума.

На задворках плавящегося сознания промелькнула мысль, что я вовсе не против оказаться в рабстве этого мужчины, если он будет почаще целовать меня так... И не только целовать... И...

Когда ладонь Гройстенгера скользнула под мою рубашку и накрыла грудь легкими дразнящими прикосновениями, я плюнула на попытки держать себя в руках и сама притянула к себе Эндрю ближе. Зарывалась пальцами в его шелковистые волосы, притягивала к себе за затылок и целовала, целовала с таким упоением, что дух захватывало. Не помню, когда я в последний раз вообще получала настолько большое удовольствие от поцелуев? А их в моей жизни было ох как немало. Но такой бури эмоций я не могла даже вспомнить.

Блузка начала сползать с плеча, но я даже не дернулась ее поправлять.

Ай, черт с вами, профессор! Делайте со мной что хотите, только не останавливайтесь...