Глава 21. Третий дар

Розэ

Я помнила всё. Всю свою жизнь, начиная с раннего детства. Свою жизнь. Она была моей, это я — мамина Розмари и папина доченька. Не было никакой Розы, не было двух сознаний на одно тело. Я была одна у родителей, только я.

А она… Эта мерзкая тварь появилась, когда мне было пять. Тогда моя магия, слишком большая для одной маленькой девочки, пробудилась. И вместе с ней пришла она — Роза. Магия просыпалась медленно и незаметно, а она снилась мне по ночам. Она пугала меня.

Она была мной, но она была страшным монстром, который хотел меня сожрать. Она мучила и изводила меня, я слабела день ото дня, и никто не мог понять, что происходит. А я не могла сказать, объяснить… Каждый раз, когда пыталась, меня сковывало ужасом.

А потом я ослабла настолько, что Чудовище смогло окрепнуть и вырваться наружу. И вместе с ним вырвался огонь, опаляя всё вокруг. Она смеялась и обещала сжечь меня дотла, если я не позволю ей захватить власть над телом.

Я помнила, как всё вокруг затопило ледяной темнотой, помнила, как огонь отступил. Как темнота закрутилась водоворотом в моей груди, утягивая на глубину всё, что туда попадалось. Чудовище визжало и цеплялось за меня, утаскивая за собой.

Я не смогла выстоять, она оторвала часть меня и скрылась в масляной черноте, ставшей тюрьмой для неё и части меня. Моя темнота захлопнула дверь, становясь ловушкой, из которой не выбраться. А огонь… Он не ушёл. Но вынужден был уснуть. Ведь без кислорода, магической энергии, нет и пламени.

Я смутно помнила, как кто-то вытащил меня из пламени. Кажется, я даже видела моего спасителя. Лохматый и чумазый мальчик. Лицо было смазано и затенено, сквозь приоткрытые ресницы я видела, как он исчез, словно мираж.

А потом была пустота. Там, где был водоворот темноты осталась дыра, а вместо меня — лишь кукла без эмоций. Потом, позже, часть эмоций вернулась, но это было не то. Сейчас я понимала, почему папа редко навещал меня. Сложно общаться со стеной.

Но… Я копнула глубже, в те воспоминания, что не были моими. Это было ещё до моего рождения. Те самые воспоминания, что хранил сам мир. И которые можно было посмотреть на определённом энергетическом уровне. В личной темнице он был мне доступен, как и Розе.

Мы и правда были близнецами, я и Роза, в утробе матери. Но её тело перестало развиваться на состоянии зародыша, в отличие от моего. Я была сильнее, меня питала сила матери, такая же тёмная, как и моя. В какой-то момент зародыш Розы начал растворяться, и всё, что было у неё, стало моим.

Её огонь и её душа. Или это была моя душа, просто тёмная её часть? Роахи же разделили на две половины и забили пустующие места двух душ всяким энергетическим мусором. И каждый раз, когда зарождались запретные близнецы, это её несчастная душа пыталась соединиться обратно, как положено мирозданием.

Века попыток и страданий… Я чувствовала эхо боли, болела сама моя душа. И душонка Розы тоже сжималась от боли, я это знала. Но почему Ведьмы-Розы и местные колдуны и асары нарушили закон вселенной? Почему они смогли искалечить душу ведьмы, спасшей их всех, но не смогли освободить её душу от бремени безумного тела?

— Ты всё вспомнила? — отвлекла меня Роза, — вижу, что да.

Я посмотрела на неё, испытывая самые противоречивые эмоции.

— Не надо смотреть на меня волком, — хмыкнула она, — я тоже хотела жить и радоваться. Ты не представляешь, что я испытывала, сидя безмолвной тенью в самой тёмной части тебя, сестричка. Я смотрела на мир через тебя, мне хотелось того же, что имела ты!

— Ты мучила меня, — тихо сказала я, сдерживая гнев, — ты смогла поиздеваться надо мной, даже будучи запертой здесь. Огонь… Он калечил меня, обжигал, когда мама пыталась приблизиться ко мне. Ты нашёптывала мне, чтобы я была тихой и послушной, безразличной и апатичной. Ты специально сдерживала меня все эти годы, потому что знала, что я смогу улизнуть из этой темницы, рано или поздно.

— Не буду отпираться, даже запертая здесь, я кое-что могла, — она расхохоталась, — это было так забавно! Через часть твоей души, что сидела тут со мной, так легко было контролировать оставшийся снаружи кусок. Я даже не жалею, что не смогла затащить тебя с собой целиком. А вот развлечения с огнём мне не приписывай. Это делала ты сама.

— Что? — я вскинула брови.

— Это правда, — веселилась она, — кусочки твоей душонки снаружи понимали, что материнская сила невольно взывает к твоей, и рано или поздно печать, которую ты наложила, могла рухнуть. Те крохи силы, что были у тех кусков твоей души, смогли пробудить огонь в достаточной силе, чтобы ты смогла показать — к тебе подходить нельзя.

— О Матерь-Ведьма, — протянула я. Она не врала. Я понимала это.

— Как же я тебя ненавижу, — по-прежнему улыбаясь, пропела она, — ты всегда была чертовски умна. Но всё-таки недостаточно, если попалась в мою ловушку.

— О чём это ты? — я невольно бросила взгляд на масляную перчатку.

— Об этом самом, — противно хихикнула Роза, — я решила поднять восстание против тебя во второй раз. Мы ведь в Академии Роз.

— Академия Роз… — прошептала я, — центр силы первых древних ведьм. Тут источник Круга Роз. Роахи…

— Да-а-а, — протянула Роза, — источник нашей силы. Ты ведь начала ощущать себя иначе, когда прибыла сюда? Постепенно стало возвращаться осознание самой себя, сила капля по капле возвращалась к тебе. И как бы я ни пыталась сдержать тебя, ты боролась, шаг за шагом. А потом ты чуть не умерла.

— Я пробила трещину в нашей тюрьме, чтобы взять достаточно силы для Грэга, — поняла я, — а Леон…

— Этот демон ускорил процесс твоего возвращения в реальность, — она скривила губы, — любо-о-овь, будь она неладна. Я не хотела, чтобы ты так быстро пришла в себя и набрала силу, но что уж теперь.

— И ты отступишь? — с сомнением произнесла я.

— С чего бы это? — она вздёрнула бровь, — всё происходит быстрее, намного быстрее, чем я планировала. Ты должна была чуть очухаться возле источника силы Роахи, как раз к ведьминому совершеннолетию твоя душонка собралась бы воедино, но не успела бы окрепнуть. Тут бы я тебя и уничтожила. Но из-за твоей беспечности я смогла пробудить огонь и вытащить его наружу. Тогда-то мы и встретились.

— И всё сложилось один к одному. Слишком много всего сошлось, и тебе повезло, — ответила я, — я не успела окончательно восстановиться и всё вспомнить. А ты искусно сыграла на моей доверчивости.

— Твой демон чуть всё не испортил, но опоздал, — она снова засмеялась, — я успела закончить с тобой. Ты такая наивная.

Она кивнула на мою масленую перчатку, а сама продемонстрировала мне чистую ладошку.

— Ты ведь помнишь, что я делала в прошлый раз? — она хитро прищурилась.

— Ты высасывала из меня мою силу, — сказала я.

— Метод проверенный, — она повела плечами, — только в этот раз я всё доведу до конца. У меня было время всё обдумать. Тогда я недооценила твоё упорство.

— Ты — мерзкая пиявка, — я сжала ладони в кулаки, — подло паразитирующая на мне. Ты хочешь жить за мой счёт, но что ты будешь делать, если добьёшься своего?

— О-о-о, — протянула она с предвкушением, — я закончу то, что начала Роахи. Безумная Роахи.

— Ты… — у меня перехватило горло от ужаса, — ты безумна!

— В тебе тоже есть это безумие, — хмыкнула Роза, — просто во мне его оказалось намного больше. Ритуал разделения, видишь ли, не смог поделить всего поровну. Сделали как получилось, дилетанты. Тебе досталось больше силы, мне — безумия.

— И за века воплощений, попыток воссоединиться, искалеченные половинки душ смогли залатать свои раны. Я смогла стать чище, а ты — только больше потонула в грязи.

— Как высокомерно и грубо, — надуло губы моё личное Чудовище, — но если смешать чистоту и грязь, грязи станет ещё больше!

— Ложь! — выпалила я, — чистота может уничтожить грязь. Мы можем объединиться и вместе избавиться от безумия. Подумай только, стать единой душой, отринуть все противоречия и выкинуть весь тот мусор, которым забили дыры во время ритуала разделения. Обрести свою силу вновь.

— Зачем мне это? — она вскинула брови, — это уничтожит меня. Я та часть души Роахи, которая была больше поражена недугом безумия. Если ты очистишь меня, то я стану тобой, твоей частью.

— Ты не станешь мной, — устало вздохнула я, — мы с тобой одно целое. Просто я более здравомыслящая половина, нежели ты. Если бы Роахи убили и провели ритуал погребения, душа сама очистилась. Почему они так не поступили?

— Ха, сначала ты обзываешь меня нездоровой, а потом хочешь объяснений? — она захохотала, безумно, злобно, так знакомо и пугающе, — нет уж. Разбирайся и вспоминай сама.

— Я — это ты, ты — это я, — сказала я, — мы должны объединиться. Не для того мы столько веков пытались, Роза.

— Мы объединимся, — ответила она, — потому что я — это ты, а ты — это я. Но одна из нас должна поглотить другую. И та, что победит, определит судьбу души в этой жизни. И я хочу взять верх. Тебе же самой иногда хочется склониться на мою сторону? Ты просто борешься со своей червоточиной, а я ею наслаждаюсь.

— Поэтому я оказалась сильнее тебя, а ты — жила за мой счёт? — правая ладонь раскалилась, я с удовольствием смотрела, как багровеет от злости лицо Розы. Моё лицо. Наше.

— Зубоскаль, пока можешь, — зашипела она, — очень скоро я поглощу тебя, ты станешь такой же безумной и грязной. Станешь мной. Моя милая чистая половинка.

— Я лучше расщеплю нашу душу на чистую энергию между миров, чем позволю тебе это, — сказала я напоследок и усилием воли вышла из этого транса.

Леон

Когда Розэ проснулась, ещё более измученная и уставшая, чем прежде, у меня язык не повернулся её отругать. За то, что она творит, что заставляет меня переживать за неё. Подумать только! Моя Розэ — это воплощение разорванной много веков назад души Верховной ведьмы Круга Роз.

И самое ужасное в этом то, что я не знаю, чем это грозит. До совершеннолетия по-ведьмински оставались дни, но во что это может вылиться даже представить сложно. Но у меня уже был некоторый план, стратегия. Нужно только переговорить с ведьмой Силли и больше не терять времени.

Но когда вернётся эта старушенция? Я бы и сам смог пойти и найти её, где бы она ни была, но метка долга крепко держала меня вблизи от моей ведьмы. Дальше территории академии я не мог уйти ни ногами, ни с помощью изнанки. Вот такие вот кренделя.

— Малышка, ты выглядишь неважно, — дотронулся до плеча Розэ.

Она вздрогнула всем телом и перевела на меня растерянный и какой-то испуганный взгляд. Её лицо осунулось, из-за чего глаза стали ещё больше, как у анимешки. Если вы когда-нибудь смотрели хоть один японский мультик, то понимаете, о чём я.

— Что случилось? — я нахмурился, чуя неладное.

— Я… — её голос был хриплым, она запнулась, — ты же видел, что я сделала с Пейтоном. Тебя это не пугает? Не вызывает вопросы? Я лишила его искры дара одной из шести древних ведьм! Почему ты даже не удивился?

— Розэ… — я попытался приобнять её.

— Ты что-то знаешь об этом? — она оттолкнула мою руку и впилась безумным взглядом в моё лицо.

Моя отброшенная рука застыла в воздухе и медленно опустилась, я с силой сжал ладонь в кулак, сдерживая свои эмоции. Она никогда не отталкивала меня так, со злобой, на грани истерики. Она никогда не смотрела на меня как загнанный зверь, полный тьмы и ненависти. Я был растерян и напуган. И боялся я за неё.

— Я читал о подобном, — уклончиво сказал я, — если соединить дар Лоу де Сейл и Фер де Клёр, то можно получить третий дар.

— И ты молчал? — прошипела она и со злостью взлохматила волосы, — как ты мог? Почему ты молчал? Что ещё ты знаешь? Что скрываешь?

Она бросала вопросы как из пулемёта, а я всё больше убеждался, что что-то с ней произошло. Она будто захлебнулась всеми негативными чувствами, которые мог испытывать человек и сошла с ума. Но нужно ответить на её вопросы.

— Я не успел сказать, — туманно ответил я, сохраняя спокойствие, — поэтому твои обвинения беспочвенны. Ты знаешь, что мне нет нужды что-то скрывать от тебя. Какой мне резон?

Я отчаянно юлил, стараясь не врать ей. Мне казалось, что она сейчас была как бешеная собака и могла загрызть меня заживо, почуй она ложь. Выслушав меня, она передёрнула плечами и отвернулась.

— Но и говорить мне что-то ты не обязан, — тускло откликнулась она.

— Розэ, — я не решился прикоснуться к ней, — я сделаю всё для твоего счастья. Я помогу тебе во всём, что бы ты ни попросила. Даже когда исчезнет метка долга. Я лучше умру, чем обижу тебя.

— Не надо! — она резко повернулась ко мне и вцепилась в мою ладонь ледяными пальцами, — пообещай мне, что не будешь рисковать из-за меня. Я не хочу, чтобы ты пострадал.

— Да что мне будет? — я осторожно сжал её ледяные пальчики и робко улыбнулся.

— Поклянись! — она нахмурилась, а я облегчённо выдохнул.

Огонёк безумия пропал из её глаз, она начала успокаиваться и становилась самой собой. Моей любимой Чебурашкой.

— И не подумаю, — я широко улыбнулся, — я — Багровый Повелитель, могучий демон-асар, а ты — ведьма под моей защитой. Поэтому я могу и буду рисковать ради тебя.

— Леон! — она возмущённо подалась ко мне.

— Ты не переубедишь меня, — я приблизил своё лицо к её, — только не в этом вопросе.

Её пронзительно-голубые глаза цвета летнего неба в лучах солнца грозно сверкнули, но эта эмоция была чистая, правильная. Не такая грязная и переломанная, как несколько минут назад. Я мгновенно сократил расстояние между нашими губами и поцеловал мою ведьмочку.

Поцелуй со вкусом мёда и роз. И какой-то новой солоновато-горькой ноткой. Моя ведьма. Моя Розэ. Моя.

Когда закончится вся эта ситуация с её силой и ведьминым совершеннолетием, я начну ухаживания, как и положено. И обязательно признаюсь ей в любви.

Моя любимая ведьма.