Глава 7. Янтарные бусы зла

— Скорее, Лисс! Быстрее! — торопила меня мама, вытаскивая из кровати прямо посреди ночи.

Сонная, растрепанная, едва ли что-то понимающая. Открыв глаза, мне понадобилось несколько секунд, чтобы осознать случившееся, взять себя в руки и начать действовать.

Собирать нам толком было нечего. Все, с чем мы путешествовали, всегда было сложено на случай, если нам вот так придется убегать. Не обувалась, не одевалась. Только черную накидку взяла, чтобы не сверкать светлой сорочкой в ночном небе.

— Далеко? — спросила, а сама натягивала бездонный рюкзак да забирала свою метлу.

Мама в это время избавлялась от следов нашего пребывания в доме. Ей всегда легко давались заклинания. Гораздо легче, чем мне. Иногда подобрать правильную рифму дело ни одного часа.

— В начале улицы. Со стороны северных ворот. Сигналка сработала.

— Плохо. Я готова.

Вот так, побросав все лишнее, мы убегали уже не в первый раз. Не было ни волнения, ни нервозности, ни страха. Все это появлялось позже, когда метлы вылетали из окна, а преследующий нас маг видел наш побег.

Никогда не знали, что он вытворит сегодня. Иногда в ход шли заклинания, реже зелья, но чаще — чистая стихия. Он мог вырастить прямо перед нашими метлами целый лес, чтобы ветки деревьев пленили нас и именно поэтому у нас имелись некоторые, уже устоявшиеся правила.

Первое — всегда взлетать только вверх и уже потом выбирать направление. Второе — никогда не появляться дважды в одних и тех же местах. Третье — всегда устанавливать сигналки на крови, чтобы заранее знать о приближении мага.

Впрочем, именно третий пункт и подкачал, когда мы убегали в последний раз. Стихийный маг приехал в город не один. Мы на такой исход не рассчитывали, поэтому, вылетая из окна, прямиком угодили в хорошо расставленную ловушку.

Магические нити были натянуты сеткой. Ни выбраться, ни порвать, ни облететь. Страх удушливой волной прокатился по телу. Через силовые линии мы прекрасно видели двух магов, что контролировали потоки, постепенно сужая нашу тюрьму.

Третий маг неспешно шел по улице по направлению к нам, будто точно знал, что на этот раз нам не сбежать. Он моего лица за капюшоном не видел, но его лицо в отсветах уличных фонарей я запомнила на отлично. Статный, высокий в отличие от нас. Его темно-зеленые глаза в ночи казались черными, а неприятная ухмылка искривляла лицо с правильными, прямыми чертами.

— Вот вы и попались. Я же сказал, что вам от меня не скрыться…

Я проснулась. Резко сев на кровати, пыталась восстановить дыхание. Просто сон. Это просто страшный сон, но отчаяние затапливало как и тогда, не желая отпускать из своих костлявых лап. Да, в ту последнюю нашу встречу я действительно думала, что все — мы попались, однако мама нашла выход.

Шепнув мне вернуться обратно в дом, она отправила мою метлу прямиком в камин, а сама осталась защищаться, чтобы дать мне лишние минуты. Только и я ее оставить не могла, а потому использовала заклинание. Первое удачное заклинание в моей жизни, которое превратило трех магов в камни.

Ненадолго, правда, но этого времени нам хватило, чтобы скрыться. Только и дальше так продолжаться не могло. Мама жертвовала слишком многим, защищая меня. Я должна была сама научиться заботиться о себе.

Обойдя меня по кругу, Копер вопросительно заглянул мне в глаза, вытягивая шею.

— Сон плохой приснился. — ответила я, спуская стопы на пол. — А Айра где?

Следующие пять минут своей жизни я потратила на расшифровку ребусов. По всему выходило, что Айрата проснулась сегодня рано, но лишь потому, что почувствовала неладное с Хасей. Ей на помощь и ринулась, едва одевшись, да так в комнату и не возвращалась.

Наверное, лисицу поймали повара, у которых хитрая хвостатая время от времени подворовывала. Если это так, то нотации Айрате будут читать как минимум до обеда, а значит…

— Копер, доставай гримуар.

Фамильяры всегда были хранителями ведьмовских гримуаров. Семейный гримуар находился у старшей ведьмы, но каждая ведьма семьи получала вместе с силой и свой собственный, который был напрямую связан с главным. Так ведьмы не только могли пользоваться общими знаниями, но и общаться между собой.

Широко открыв пасть, Копер выплюнул черный комок, который прямо на глазах разросся и превратился в не слишком толстый гримуар. Семейная книга заклинаний у нас была гораздо больше.

Взяв писчую палочку, я раскрыла книгу и написала первые строчки.

«Здравствуй, мам. Как ты? Какие новости? Как новый дом?»

Учитывая, что гримуар мне почти все время приходилось прятать, переписывались мы с мамой очень редко. Да и сию секунду ответа я не ждала. Строительство нашего нового дома, расположенного на болотах в самой гуще синих лесов, шло полным ходом и занимало все мамино время.

А как же? С водяным на счет воды договорись. У леших деревьев для строительства попроси. А переделать сколько всего нужно? Дом построить это не по лавкам гулять.

Отложив гримуар, я уже хотела его закрыть, как вдруг заметила появляющийся ответ. Мама была рада тому, что я с ней связалась. Немного поболтав, мы не обошли стороной и самую неприятную тему.

Отец продолжал меня искать.

Он и его люди появлялись в городах и деревнях по несколько раз в неделю, но их поиски успехом пока не увенчались. Потому что искали они, скорее всего, ведьму и ее дочь, не зная о том, что мы разделились. И это было нам на руку.

Пока он не подозревает, что мы можем разделиться, мы с мамой в безопасности.

«…Я по тебе очень соскучилась, но на каникулы лучше не прилетай. Пока небезопасно. Пусть разочаруется, поймет, что ему нас не найти, а там и совершеннолетие не за горами. Мечтаю тебя обнять. Как учеба?»

Я замерла над гримуаром, так и не донеся до листа писчую палочку. Небезопасно, как оказалось, было и в академии, хотя прошлые каникулы я спокойно провела здесь. И эти бы провела, если бы не знала, что пропажа студентов — это не слухи. Директриса скрывала реальную картину происходящего, а король вместо квалифицированных следователей поручил раскрытие этого дела студентам.

Нет, здесь было не безопасно, но рассказать об этом маме я не могла. Она и так за меня волновалась. Отпустить меня в академию на материк к магам стало для нее тем еще испытанием. И я знала, если расскажу, она найдет способ забрать меня, снова спрячет и будет скрываться вместе со мной, но…

Она только начала строить нормальную жизнь. Я не могла снова у нее все отобрать. В конце концов, кто предупрежден, тот вооружен.

Но, увы, это были не все мои проблемы. Слава котлу и метле, преподаватель по магическим тварям после последней тренировки встреч со мной так и не искал. Не понимала, что на него нашло. Слишком жестокая месть за то, в чем я приняла только косвенное участие.

Я ведь не заставляла девчонок пить зелье — это был их выбор, но вину свою тем не менее признавала. Только наказание оказалось невообразимо жестоким. К вечеру того же дня уже вся академия знала, что мейстер Карстар без памяти влюблен в студентку-первокурсницу. Меня разом возненавидела вся женская половина, включая преподавателей и поваров.

С того дня питаться в столовой академии для меня стало проблематично, потому что кто-нибудь так и норовил приправить мои блюда чем-нибудь мерзким. На занятиях мне задавали самые сложные и каверзные вопросы, а студентки не гнушались задеть плечом или подставить подножку.

Месть дракона обернулась для меня полным крахом, но для себя я выводы сделала. Ни при каких обстоятельствах я не обращусь к нему за тем, чтобы он исправил ситуацию, потому что ни под каким предлогом я не стану готовить для него зелья. Пусть хоть убивает, соучастницей преступления я ни за что не стану.

Вздохнув над гримуаром, я закрыла его, чтобы дать себе время обдумать ответ. Мне нечего было написать. Точнее, написать-то я как раз могла очень многое, но маме об этом знать не нужно. Да она сюда на метле тотчас же прилетит, если узнает, что мне угрожают тюрьмой.

А мне угрожали, чтоб им к демонам провалиться! Джэйлиб, словно надзиратель, приходил за мной после занятий каждый день, чтобы утащить в библиотеку. В первые дни я еще сопротивлялась, но тогда меня просто закидывали на плечо и проносили в таком виде через всю академию, радуя студентов новыми сплетнями.

После нескольких таких путешествий в библиотеку я начала ходить своими ногами, но приятнее это мероприятие не стало. Я делала вид, что ищу информацию, а Заучка делал вид, что помогает мне, хотя на самом деле уходил в чтение с головой, лишь изредка перебрасываясь со мной ничего не значащими фразами.

Первая полноценная беседа за все время у нас состоялась вчера вечером и приятной или полезной я ее тоже назвать не могла.

— Мелисса, когда ты снимешь с Леста любовные чары?

Я как листала книжку, идя между длинных рядов, так и уронила ее. Благо, не себе на ноги, а Джэйлибу. Своей руганью парень изрядно расширил мой словарный запас, а некоторые фразы даже хотелось записать, чтобы не ошибиться при произношении.

А уж каким красным был библиотекарь! И это притом, что гномы в принципе краснеть не умеют, потому что их словарному запасу позавидуют даже лешие. Но нет, господин Гентерштильцхер почти слился цветом лица со своим колпаком.

— Ведьма! — наградил меня комплиментом парень, магией перекладывая тяжелый талмуд на стол.

— Сам демон. — пожала я плечами и уселась за чтение, а точнее за листание.

Ну не признаваться же мне, что я соврала? Хотя… Я не соврала. Я просто не стану даже пытаться исправить физиономию Демоняки. Потому что нечего бедную ведьму запугивать тюрьмой!

— Ладно-ладно. — пошел Заучка на попятную, присаживаясь на соседний стул. — Не ведьма, но чары сними, а? К другим девчонкам его на следующий день перестало тянуть, а к тебе до сих пор. Злой, как демон ходит, работать нормально не может, Бальши ночи напролет заставил маячки плести для студентов. Ну наказала и хватит. Мы все поняли, что ты можешь за себя постоять. Я вот даже извиниться перед тобой могу, хочешь?

Отвлекшись от перелистывания страниц, я всем телом развернулась на стуле, чтобы лучше видеть готового ко всему третьекурсника.

— А хочу! — кивнула я и сложила руки на груди в ожидании чуда.

— Прости нас, Мелисса. — расплылся Джэйлиб в лучезарной улыбке. Тряхнув светлой челкой, торопливо спросил: — Ну что? Снимешь?

— Сниму что? — полностью удовлетворившись, я вновь вернулась к стопке книг по целительству.

— Издеваешься, да?

— Совсем нет. Я уже говорила и повторяю в последний раз: никаких любовных чар я не накладывала ни в отношении себя, ни в отношении девчонок. Девчонки пили зелье привлекательности, срок действия которого закончился ровно через сутки, так что разум у твоего друга помутился самостоятельно. Если это все, что тебя волновало, то бери следующую книгу. Нужно же избавить Демоняку от шрама, верно?

— Не называй его Демонякой. Леста это бесит. — с тяжелым вздохом подтянул к себе третьекурсник новый талмуд.

— Знаю. — улыбнулась я. — Потому и называю.

Сам по себе вдали от своих друзей Джэйлиб оказался неплохим парнем. Один раз он мне даже домашку по стихии земли помог сделать. Я и не знала, что ему подвластна земля. Насколько я видела курсы он посещал по стихии воздуха, а оказалось, что есть в нем и скрытые таланты, которые окружающим он не демонстрирует.

Но не писать же об этом маме? Да и спрашивать на счет того, как вывести шрам, мне не хотелось совершенно. Это была моя принципиальная позиция. Ладно Джэйлиб извинился, вроде бы даже искренне, но Калест-то нет. Этому Величеству такой подвиг явно не по зубам.

Рассказывать об Айрате тоже не хотелось. И не потому, что ведьмы в большинстве своем не заводили друзей, а потому что писать толком было нечего. Айра как и остальные девчонки дулась на меня, как лягушки на водяного, но хватило ее только до вечера того же дня.

Оказывается, соседка страшно обижалась на меня не за то, что я «захапала себе ее мечту», а за то, что я ей как подруге не рассказала об этом раньше, чем узнали остальные. Айрата искренне считала, что подруги на то и нужны, чтобы делиться вот такими секретами. И вообще она за меня рада.

— Айра, я тебе на учебнике по зельеварению могу поклясться, что между нами ни раньше ничего не было, ни сейчас ничего нет. Преподаватель мне так за зелья отомстил, понимаешь? Специально меня при всех поцеловал.

— А как он узнал?

Подруга была в ужасе. Прикрыв рот ладошкой, она взирала на меня своими огромными желтыми глазами.

— У драконов, как оказалось, великолепный слух, если им этого сильно хочется. — вздохнула я. — Девчонки шептались между собой. Так и выдали.

— И что теперь делать? Хочешь, я с ними поговорю? Расскажу, что они сами виноваты. Они же злятся теперь на тебя ходят! Думают, ты специально их неизвестно чем опоила, чтобы на их фоне лучше выглядеть.

— Да и пусть злятся. Сдается мне, что поверить во что-то другое они просто не захотят. — пожала я плечами. — Мне же легче. Не придется им за новой порцией зелья бегать.

— А для меня? Для меня сможешь купить? Ты не подумай, я деньги отдам. Как родители приедут, так сразу и отдам.

— Да не действует, Айра, это зелье. Ты же сама видела. Наврала хозяйка лавки, поэтому тратить на него деньги бессмысленно. Хочешь, я тебе лучше крем сделаю с эффектом сияния кожи?

— Хочу! — обрадовалась подруга и кинулась меня обнимать. — Очень хочу! Только… А может мейстер Карстар и вправду в тебя влюбился? Ты же видела, он совсем никого не замечал, а тут поцеловал, да еще и на виду у всех. Директриса наша от злости чуть не лопнула. Представь, как это романтично. — мечтательно вздохнула она. — Дракон, который отвергал всех, но одним осенним днем увидел ее — маленькую трогательную первокурсницу. Он утонул в ее глазах! Он полюбил ее с первого взгляда и не знал, как рассказать о своих чувствах…

— Без употребления ругательств. Айрата, такая любовь бывает только в твоих книжках.

— Ой, ничего ты не понимаешь. Вот увидишь, он тебе теперь проходу не даст. Драконы, знаешь ли, за свою любимую, сражаются до последнего.

Ага, до последнего ее вздоха. Так обнимет, что она ненавязчиво помрет, если годовой запас зелий привлекательности не предоставит.

Погрузившись в воспоминания, я пропустила тот момент, когда в гримуаре появилось следующее сообщение. Мама слишком хорошо меня знала, чтобы не понять, что у ее дочери не все гладко.

«Милая, что у тебя случилось? Ты же знаешь, что можешь рассказать мне обо всем…»

Не обо всем, к сожалению. Далеко не обо всем.

Раньше у нас с мамой никогда не было секретов друг от друга, а теперь вот у меня появились. Наверное, так и взрослеют. Просто в какой-то момент понимаешь, что делиться хочешь только хорошим, потому что расстраивать больше не желаешь. Увы, но родители могут помочь не во всем. Кое с чем необходимо учиться справляться самостоятельно.

Однако совет лишним никогда не бывает.

«Есть ли способ понять, кто хороший человек, а от кого лучше держаться подальше? Я бы хотела с кем-нибудь подружиться, но боюсь ошибиться в выборе. Поможешь?»

Писать ответ мама начала почти сразу же.

«Есть способ узнать, тянет ли существо совершать зло, но не уверена, что он тебе поможет. Попробовать, конечно, никто не запрещает. Найди какие-нибудь небольшие малозаметные предметы: бусины или камешки и заговори их добром. Злые существа не могут пройти мимо особых вещей, то есть вещей, которые наполнены добром. Заговори, раскидай по академии и следи за этими местами. Только раскидывай по очереди, иначе не успеешь увидеть, кто забрал. Найдешь заклинание на тринадцатой странице…»

Поблагодарив маму за помощь, в долгий ящик это дело я закидывать не стала. Все эти дни ужасно беспокоилась об Агате, которая просто взяла и исчезла, но не понимала, что могу сделать для ее поисков.

Теперь план был. Зачем действовать как Демоняка и не доверять никому, если можно вычислить тех, у кого гнилая душа? Даже проверить сто человек, это не тысяча, времени потребуется гораздо меньше. Всего-то и нужно что зачаровать, например… Бусы!

Эти янтарные бусы я сама себе купила в городе, когда в начале учебного года из столицы приезжала ярмарка. Я их толком и не носила — некуда было, но иногда их брала Айрата, чтобы покрасоваться на очередном свидании.

Вот как бывает — пригодились.

Без сожаления разорвав тонкую леску, я сгребла все бусины в ладонь, призывая гримуар открыть мне тринадцатую страницу. Ничего сложного в заклинании не было. Минус был в том, что слету придумать добрые пожелания в рифму у меня не получалось. Пришлось импровизировать и зачаровывать бусины на удачу, любовь, здоровье и… все. На этом моя фантазия иссякла.

Отдав гримуар обратно Коперу, я закинула бусины в отдельный мешочек.

— Ну и что ты на меня так смотришь? — спросила я у него, напрочь игнорируя несчастные глазки. — Конфеты все равно не дам. Хочешь, я тебе из города яблок целый мешок принесу?

Обиженно задрав белую мордочку к потолку, ящерка потопталась по одеялу и юркнула под мою подушку, грустно оставив снаружи поникший хвостик. Нет, дружище, в этот раз этот номер точно не пройдет. Копер мог дуться сколько угодно, но сладкое ему было категорически противопоказано.

Фрукты или ягоды? Пожалуйста! Конфеты? Никогда и ни за что.

— Я не поняла! — ворвалась в комнату Айрата, скидывая на свою заправленную кровать Хасю. Лисица тут же превратила одеяло и подушку в нору, недовольно взмахивая своим пушистым хвостом. — Ты почему еще не одетая?!

— Так выходной же. — пожала я плечами, забирая с изголовья кровати свое полотенце.

Сегодня я планировала никуда не торопиться, сходить в город и просто отдохнуть, но это же Айрата.

— Так! Я ничего не знаю! Чтобы через десять минут ты была готова ко всему! И платье, платье надень. Утрем нос всем завистникам! Этот дракон еще приползет к нам! Ну, то есть, к тебе…

Никакие возражения Айрата слушать не хотела. Родительский день в академии проходил раз в месяц и только в этот день родителей пускали на территорию учебного заведения, чтобы они могли посмотреть, как их чада прожигают лучшие годы своей жизни.

Мне на этом празднике веселья, успехов, нагоняев, счастья и любви делать было определенно нечего, но спорить с соседкой было бессмысленно. Да она и мертвого уговорит!

Через десять минут мы обе были готовы. Ворота академии уже открывались для посетителей, но пройти они могли только на ближайшую территорию, от которой дальше начинался лес. В каком-то смысле я даже порадовалась, что мама ко мне не могла прилететь. Потому что вместе со студентами родителей встречали преподаватели и даже директриса.

Мейстериса провожала нас с Айратой очень многозначительным взглядом, когда мы прошли мимо нее, но стыдно мне не было нисколько.

Во-первых, отношения между преподавателями и студентами не возбранялись. Если верить слухам, каждый год какая-нибудь студентка выскакивала замуж за практиканта или преподавателя. Любовь зла, полюбишь и тогда, когда совсем не ожидаешь.

А во-вторых, я еще прекрасно помнила тот момент, когда женщина фактически толкнула меня в объятия Калеста, наверняка прекрасно понимая, что ничего хорошего меня не ждет. И пусть буквально на днях она пыталась узнать, все ли у меня хорошо, того поступка я никогда не забуду.

Не в тот самый момент, гораздо позже я поняла, что образ, который я сама себе создала, не соответствует действительности и наполовину. Эбигайл Фарсуа не всесильный маг, а просто молодая женщина. Молодая женщина, на чью защиту студенты не могут рассчитывать.

— Айра! Лисичка моя!

Оклик я сначала услышала, а потом уже увидела все семейство Ильост. Крепко схватив меня за руку, Айрата помчалась к своим. К ней приехали не только мама и отец, но и все пять сестер. Рыжие девчушки налетели на нее толпой, свалив на траву. Я же осталась стоять чуть в стороне, чувствуя себя несколько неудобно.

Будто в чужой дом заглянула.

— А это твоя подруга, Айра? Мелисса, верно? — спросила, улыбаясь, красивая женщина в простом, но добротном платье.

Темно-зеленое платье невероятно шло ей, учитывая рыжие волосы, забранные в густую косу. Папа Айраты был светловолосым крепким мужчиной с роскошными пышными усами. Люди. Ни одной магической искорки я не почувствовала.

— Здравствуйте. — поздоровалась я, смущаясь еще больше. — Вы правы, я Мелисса. Мы с Айрой живем вместе и учимся вместе.

— И чего ты стоишь в стороне, милая? Айрата сказала, что мама твоя далеко живет, но ты не огорчайся.

— Время быстро пролетит. — согласился мужчина с женой, пока я краснела все больше. Ну Айрата, ох и говорливая!

— Иди-ка, угощайся пирожками, да я тебя обниму. Спасибо, что дочке нашей с учебой помогаешь. Ух и шебутная она у нас.

— С детства такой была. — с гордостью добавил отец.

— Ну, папа! — возмутилась Айрата, кое-как поднимаясь.

— Не папкать! Быстро за пирожки, а то совсем остынут. Путь-то до вас неблизкий!

У Айраты были замечательные родители. И сестры замечательные. Столько любви, тепла и искренней заботы я, наверное, не видела ни у кого. Нет, конечно, мама любила меня, заботилась обо мне, оберегала, но мне всегда хотелось настоящую семью.

Чтобы дом большой, хозяйство свое, огородик ведьмовской с разными травами. Чтобы сдобой свежей по утрам пахло, а кроме нас с мамой были и другие родственники. Братья и сестры, например. И муж, конечно, ее. Она заслужила встретить достойного мужчину как никто другой.

Эх, скорее бы мое совершеннолетие. Я верила, что в этот день все изменится. Верила, что в этот день я смогу наконец-то свободно дышать.

Кроме пирожков были и другие вкусности. Родители Айраты привезли с собой и мясные пироги, и сладости вроде сахарных завитушек и драконов на палочке. Голову одному такому я с удовольствием откусила, мимолетом отслеживая, нет ли на горизонте настоящего.

Попадаться преподавателю на глаза я больше не планировала нигде кроме как на занятиях. Даже на тренировки ходить не собиралась — мне было на что потратить лишнее время.

Просто так отпустить родителей Айраты я не могла — совесть не позволяла, а потому попросила меня совсем немного подождать. Обратно в женское общежитие бежала сломя голову, совершенно не обращая внимания на встречных студентов.

Я уже знала, что подарю. Бутылка с целебной настойкой будто только и ждала, чтобы быть врученной кому-нибудь хорошему. Ничего! Себе я могу еще сотню сварить, а они люди. Люди, как известно, существа более хрупкие. Не зря же ведьмы их веками оберегали!

Но целебной настойки мне показалось мало. Что настойка? Она ведь закончится рано или поздно. Хотелось подарить что-то памятное, а потому я полезла в свои закрома. Для сестер Айраты нашла заколки с милыми бантиками, для папы — простенькую деревянную подвеску на веревочке, а для мамы янтарный браслет, что шел комплектом к бусам.

Вытребовать у обиженного Копера гримуар было проблематично, но я пообещала ему алттернативу — пирожок с ягодами. Тринадцатая страница открылась легко, но в отличие от заговоренных бусин, ведьмовские чары запечатывала. Нечего притягивать к моим дарам зло. Пусть дарят этим добрым людям здоровье и удачу.

Обратно неслась еще быстрее, переживая, что родители Айраты могут меня не дождаться, и совсем не ожидала увидеть свой страшный сон наяву. Запнувшись, я потеряла равновесие. У меня вся жизнь перед глазами промелькнула. Сердце колотилось словно сумасшедшее. Губы высохли, по телу пробежала дрожь, опрокидывая меня в ступор.

Я даже не пыталась закрыть лицо руками, сгруппироваться или хотя бы спасти бутыль с настойкой. Я видела стихийника, мага, своего отца. Я видела свою погибель.

Чужие руки рванули меня настолько неожиданно, что мной оглушающий вдох, казалось, был слышен всем вокруг. Не могла подняться. Крепко прижимала к себе бутыль и подарки, но не чувствовала ни рук, ни ног. Открыв глаза, даже не испугалась, увидев перед собой низко склонившегося Калеста.

— Гномка, ты решила самоубиться на ровном месте? — на полном серьезе возмутился он, будто здесь и сейчас собирался меня ругать. — Думала так легко отделаться от меня? Тебе еще сотворенное исправлять.

Ответить я не могла. Ни слова произнести, ни звука выдавить. Только и смотрела что парню в глаза, кажется, даже забывая дышать.

— Да что с тобой? Неужели так сильно испугалась падения? Непохоже на тебя. Ты вставать-то собираешься? Ме-лис-са… Очнись, иначе сейчас поцелую на глазах у всех. — пригрозил Демоняка в своем репертуаре. — А тут мейстер Карстар. Спалит и тебя, и меня. Гномка, ну-ка перестань меня пугать!

— Лисска! Ты чего тут синяков себе понаставить удумала? — замельтешила перед моим лицом Айрата.

И я выдохнула. Собралась с силами, с мыслями, позволяя поставить себя на ноги. Качнувшись, для удобства уцепилась за подругу и даже смогла произнести непослушными губами «Спасибо», отчего Калест опешил еще больше.

Переборщила однозначно, но заслужил. Еще в прошлый раз заслужил, когда спас меня от туши ашерийского горгула. Просто ведьминская гордость поблагодарить врага не позволяла.

До родителей Айраты добрела кое-как. Было видно, что они волновались за меня. Мой фееричный полет, к сожалению, заметили многие, но я старалась не смотреть по сторонам. Наоборот, встала спиной к тому месту, где видела отца.

А я его точно видела! Это лицо я бы не спутала ни с каким другим.

Прощание вышло скомканным, но подарки я дарила от души. По-другому в ведьмовском деле никак, а иначе счастья не принесут. Мама Айраты крепко-крепко обняла меня на прощание и мне стало чуточку, но легче. Время для посещений закончилось. Идти обратно совсем не хотелось, но я должна была подтвердить свои опасения.

Отца я видела рядом с третьекурсником. Неужели сын? Тогда зачем ему я?

— Айра, ты иди, а я тебя догоню. — улыбнулась я подруге, высматривая студента, с которым не была знакома. Кажется, он учился вместе с Калестом и был боевиком.

— Ты точно в порядке? — уточнила Айрата.

— Да, спасибо. Просто испугалась немного.

— Да мертвяки краше, чем ты в тот момент. Я жду тебя в комнате.

Догнать третьекурсника труда не составило. Хуже было дождаться, пока он останется один. Подойти я к нему смогла почти у самого учебного корпуса.

— Привет. — возникла я у него на пути, преграждая вход. — Скажи, пожалуйста, к тебе сегодня папа приходил?

— Запала, да? — хохотнул парень, тряхнув длинным черным хвостом. — Эта птица не твоего полета, Гномка. Это был мой дядя, он герцог. Если сильно хочешь, могу познакомить. Он как раз овдовел в шестой раз.

Хохот третьекурсника я слышала еще долго. Он смеялся так, будто произнес самую веселую шутку в своей жизни, но я ничего смешного в этом не видела. Мама говорила, что магам верить нельзя, но не говорила, что они такие чудовища. По крайней мере некоторые из них.

И да, я знала, что отец находится близко. До столицы было рукой подать, но все-таки не думала, что настолько близко. Определенно нужно быть аккуратнее. А еще нужно перестать бояться. Потому что больше не шестилетняя девочка. Теперь я могу за себя постоять.

Жизнь в постоянном страхе — это не жизнь.

До самого вечера мы с Айратой планировали ничего не делать, объедаясь вкусностями, но как и всегда бурная жизнь в академии внесла свои коррективы. Подруга убежала к девчонкам на третий этаж, чтобы обсудить последние новости, а я планировала побаловать себя вкусным травяным отваром, когда в дверь нашей комнаты постучали.

Я гостей не ждала. Копер и Хася — тем более, однако проигнорировать незванного гостя не получилось.

— Мелисса, я знаю, что вы там. Я слышу ваше дыхание. Открывайте. — раздался по ту сторону двери голос преподавателя по магическим тварям.

Схватив из мешочка янтарную бусину, я крепко зажала ее в кулаке, но к двери подойти не успела. Створка открылась сама, а передо мной предстал мейстер Карстар, а если точнее, то его спина, облаченная в плащ.

— Собирайтесь, мы уходим. — совершенно бесцеремонно поставили меня перед фактом.

— Я с вами никуда не пойду!

— Почему-то я так и думал.

Портал открылся прямо у меня под ногами.

Я даже закричать не успела. Зато успела очень сильно испугаться. Портал выбросил меня прямиком в нутро темного экипажа, который, судя по звукам, куда-то ехал.

Стук колес по брусчатке. Карету слегка потряхивало. И вот выбраться бы мне отсюда, но…

Дернувшись к дверце, я распахнула створку, но выпрыгнуть наружу не удалось. Меня бесцеремонно затащили обратно, насильно усаживая на мягкую скамейку, обитую бархатом. Магический светлячок вспыхнул у потолка, освещая нутро.

— Совсем с ума сошла? — рявкнул на меня дракон, несильно, но крепко, удерживая за запястье.

— Вы меня похитили! — возмутилась я, и не думая бояться. Злости во мне было гораздо больше!

— Если бы я тебя похитил, я бы не шел в твою комнату через всю академию!

— Да кто вас знает?!

В экипаже воцарилась тишина. Я свое возмущение уже выразила, так что сказать мне было нечего. Отвернувшись к окну, свободной рукой чуть отодвинула шторку, чтобы попытаться понять, где мы вообще находимся.

К моему удивлению, оказались мы совсем недалеко от академии. Темные улочки тут и там освещались неярким светом, исходящим от кованных фонарей. Подсвеченные витрины лавок зазывали на огонек, а немногочисленные прохожие спешили по своим делам.

Взглянув на мейстера, что тоже отвернулся от меня к окну, я тихонько и даже вежливо уточнила:

— А куда мы едем?

— Куда едем, туда едем. — буркнул он, ответной вежливости не проявляя.

— Закричу. — решила я прибегнуть к угрозам.

— Поцелую. — не остался дракон в долгу.

Мы снова замолчали. Мой тяжелый вздох в этой тишине показался оглушительным, но мужчину не пронял. Как сидел, так и продолжал сидеть, удерживая меня за руку. Слава ведьмовскому котлу, вскоре экипаж остановился.

Первым по ступеньке спустился дракон, утягивая за собой и меня.

Я честно пыталась рот от удивления не открывать, но он сам собой открывался, реагируя на увиденное. В академическом городке имелась только одна — жутко дорогущая, ресторация, на чью вывеску я сейчас и смотрела.

С этой вывески на всех прохожих взирал синий дракон. Его чешуя переливалась под светом огоньков всеми оттенками лазоревого, а чуть прищуренные глаза, казалось, видели каждого насквозь.

Статный, величественный, даже надменный. Своим хвостом он оплетал название, расшифровать которое лично я не могла, но другие эту ресторацию называли «Штер-терхил».

— Мы сюда? — не скрывая ошеломления, спросила я.

Кажется, меня вот таким диким, даже варварским способом тащили на свидание, но что я знала о драконах? Да ничего! На уроках по расоведению нам про них рассказывали очень мало, потому что это был очень скрытный народец, предпочитающий за семью замками прятать не только свои сокровища и секреты, но и вообще все.

Что же касается этой ресторации, попасть сюда абы кому было попросту невозможно. Бронирование столиков велось на годы вперед да и пускали не всех, а только определенный контингент.

Кроме строгих требований к внешнему виду, были и другие нюансы, из-за которых многим просто отказывали в посещении.

Хотелось бы мне там побывать? Определенно да! Но растрепанную и в этом простеньком платье из светло-синей ткани меня дальше порога точно не пустят. Да и не было у меня таких денег, чтобы оплатить хотя бы одно блюдо для себя. Да что там? У меня никаких денег при себе не было!

Мейстер решил ответом меня не баловать. Бесцеремонно положив мою руку себе на сгиб локтя, не теряя ни мгновения повел через учтиво распахнутые для нас швейцарами двустворчатые массивные деревянные двери.

— Добрый вечер, Ваша Милость. — с почтением поклонился дракону статный мужчина в годах, облаченный в дорогой костюм-тройку. — Доброго вечера, леди. Ваш столик уже готов, Ваша Милость, позвольте ваш плащ.

Кто леди? Я леди?

Держать рот на замке было невообразимо сложно. За одно это мгновение у меня появилось столько вопросов, что я даже не знала, какой хотела бы задать первым. Ладно то, что леди назвали. Может, работник ресторации хотел польстить мне или скорее дракону, но Ваша Милость?

Я не знала, что мейстер Карстар аристократ. Да что там я? Этого совершенно точно никто не знал, а иначе бы охота на него велась круглосуточно и с тройной силой.

Теперь хотя бы понятно, почему столик для дракона нашелся. Ради таких уважаемых гостей это заведение и работало.

Ресторация внутри была гораздо больше, чем снаружи. Не иначе пространственная магия задействована. По-другому огромный зал я объяснить не могла. Столики на первом этаже находились достаточно далеко друг от друга и занимали три стены. Центр зала пустовал, но по танцующей под легкую мелодию паре было понятно, для чего его задействовали.

У стены напротив имелись две лестницы, ведущие на широкий балкон второго этажа, где тоже были столики, разделенные нишами. Между лестницами на первом этаже стояли инструменты и играли музыканты.

Белоснежная отделка из лепнины на стенах и потолке поражала воображение причудливыми фигурами. Насыщенного оттенка синие стены, перекликались с двойными синими и белыми скатертями и тех же цветов салфетками. Огромная серебряная люстра украшала высокий потолок, освещая каждый уголок зала. Серебряной была и посуда — подносы, приборы, тарелки, крышки и вытянутые кубки на тонких ножках.

Проводив нас к свободному столику, работник ресторации пожелал нам приятного вечера и скрылся, а на его месте появился вышколенный официант в белых перчатках и с белым же ручником, перекинутым через руку. Забрав две папки с меню, дракон официанта отослал.

Мейстер Карстар помог мне сесть, придвигая стул, однако желание вскочить на ноги и уйти вот прямо сейчас появилось незамедлительно. За соседним столиком сидела наша директриса в сопровождении мужчины. Я могла рассмотреть только его затылок и спину, но ее лицо, к сожалению, видела отчетливо.

Недовольно поджатые губы, прямой, неприятный взгляд. Кажется, проблемы в моей жизни только множились.

— Проводить до уборной? — поинтересовался у меня дракон, но смотрел совсем не на меня.

— У меня руки чистые. — отказалась я, потихоньку начиная подозревать об истинной цели нашего сюда визита.

И правда что. Мужчина с таким независимым видом прошел мимо столика, за которым сидела директриса, что только слепой не увидел бы его к ней отношения. Надменный поверхностный кивок головой в качестве приветствия. Ее спутника мейстер не удостоил и взглядом, а я…

А я положила под его салфетку янтарную бусину, чтобы подтвердить или опровергнуть свои предположения. Их — этих предположений, касаемо дракона накопилось уж слишком много и версии отличались друг от друга как огонь и вода.

Мужчина вернулся через несколько минут. Я рассматривала меню, когда он присел за стол. Названия блюд мне совершенно ничего не говорили. Здесь не было ни цены, ни ингредиентов, ни картинок, по которым я могла бы понять, первое это, второе или десерт. Разочарованно закрыв папку, я положила ее обратно на стол.

К нам подоспел официант.

— Выбрала? — уточнил у меня мейстер, передавая мужчине обе папки.

— На ваше усмотрение. — буркнула я, рассматривая зал и гостей, что нет-нет да и косились на наш столик.

Еще бы! Даже наша директриса сидела в роскошном вечернем платье, хоть оно и было все того же мышино-серого цвета. Не выбивался из общей картины и дракон. Черный жилет с золотой вышивкой. Белоснежная рубашка с темно-синим шейным платком. Одна только я не соответствовала этому заведению и чувствовала себя, мягко говоря, не в своей тарелке.

Не прошло и трех минут молчания, как нам принесли первые блюда. Забрав со стола салфетку, мейстер Карстар смахнул бусину, но ловко поймал ее уже в полете.

— Твое? — продемонстрировали мне янтарь.

— Нет. — отрицательно покачала я головой, утыкаясь взглядом в содержимое тарелки.

Но я следила! Внимательно следила за тем, как мужчина с любопытством рассматривал бусину, чтобы в итоге убрать ее в карман жилета. Вот оно и доказательство. Как минимум доказательство того, что чернота в его душе присутствует.

— Когда ты сможешь купить зелья? — будничным тоном спросили у меня.

Ковыряя салат вилкой, вопроса услышать я совсем не ожидала. Думала, что так и будем сидеть в тишине, демонстрируя для директрисы представление. Выходит, был у мужчины еще один повод пригласить меня сюда.

Оглянувшись по сторонам, я заметила вокруг нас легкое мерцание. Купол, подавляющий звуки — это хорошо.

— Я не собираюсь покупать для вас зелья. Если оно вам так необходимо, почему бы вам самому не пойти и не купить?

— Мой визит в эту лавку будет подозрительным.

— А мой нет? — не сдержала я эмоций.

— Ты там уже была, поэтому не привлечешь столько внимания. — юркнув рукой в открывшийся портал диаметром с блюдце, дракон достал красный бархатный мешочек размером с ладонь. Мне же в ладонь его и вложил, насильно разжимая пальцы. — Не принесешь, и я сделаю так, что в академии ты учиться не будешь. Сроку неделя, но чем раньше у меня окажется зелье, тем быстрее я освобожу тебя от роли моей дамы сердца.

— Вы мне угрожаете? — сердце стучало быстро-быстро. Да что за несправедливость такая? — Знаете что, а я вот возьму и прямо сейчас расскажу все госпоже Фарсуа!

Я поднялась из-за стола. Ярость клокотала в груди. Ух как сильно мне хотелось наказать этого дракона! Сейчас мне бы и рифма не понадобилась, так ярко плескалась, отзываясь, сила.

— Попробуй. — с невообразимым спокойствием предложил мне мейстер. — Вылетишь еще быстрее, когда станет известно, что ты опоила студенток зельем, что поставило под угрозу и их жизни, и жизни других студентов, и даже мою. Покушение на жизнь и свободу дракона карается смертной казнью через сожжение. — последняя фраза была произнесена убийственно ледяным тоном. Сглотнув, я села на стул. Хотя какой там села, упала, потому что ноги держать перестали. — И поешь. А то скажут, что я тебя голодом морю.

Я больше не прикоснулась к приборам. Не попробовала ни салат, ни мясо под ягодным соусом с томленным картофелем, ни десерт из бисквита, сырного крема, ягод и шоколада. Мне кусок в горло не лез, но я упрямо сверлила дырку в мейстере, пытаясь испепелить его взглядом. Впрочем, дракон отвечал мне тем же и к блюдам тоже не притронулся.

Вот и побывала в самой дорогой ресторации, о которой ходит столько слухов.

Тяжело вздохнув, преподаватель закатил глаза, порывисто поднялся и отодвинул мой стул, подавая руку, которую я проигнорировала. Мы не разговаривали ни тогда, когда нам возвращали плащ мейстера. Ни тогда, когда этот самый плащ он накинул мне на плечи, слегка придушивая завязками.

Голос у меня прорезался лишь тогда, когда мы сели в карету — друг напротив друга.

— Мейстер Карстар, я должна знать, зачем вам это зелье?

Портал под моими ногами открылся так же неожиданно, как и в прошлый раз. Свалившись на свою же кровать, я едва не задавила Копера. Выбравшись из-под меня, белая ящерка грозила мне лапкой, чего-то там шипя, но я даже не пыталась понять своего фамильяра.

Я обдумывала отсутствие ответа, которое можно было запросто расшифровать как «не твое дело». Только проблема была в том, что дело как раз мое.

Стянув чужой плащ, я посмотрела на пустующую кровать Айраты. Вот кто сейчас бы радовался, увидев меня в этом плаще. Запихнув его под кровать, я сняла защиту с окна и распахнула его, подставляя лицо вечерней прохладе.

Я не знала, что делать со всем тем, что свалилось на меня в одночасье, но знала, чем буду заниматься именно сейчас. Выкинув в траву под окном вторую бусину, я заварила себе отвар и, завернувшись в одеяло, села прямо на подоконник — наблюдать.

В конце концов, утро вечера мудренее.