ГЛАВА 46. Перед тем, как

Ночь после разговора с Тимом и Лириэль была беспокойной.

Я лежала в своей комнате, смотрела в потолок и слушала, как пульсирует тень внутри. Сильнее, чем обычно. Чаще. Будто она считала секунды до чего-то.

— Ты не спишь, — раздался голос от двери.

Ректор. В белой рубашке, расстегнутой на две пуговицы. Волосы распущены, босиком. Он привык — теперь ходил ко мне почти каждую ночь.

— Не могу, — сказала я.

— Тень?

— Она пульсирует, — я села на кровати. — Сильнее, чем раньше.

— Я знаю, — он подошел, сел рядом. — Я чувствую.

— И что ты чувствуешь?

— Страх, — он посмотрел на меня. — Не твой. Ее. Тьма боится.

— Чего?

— Тебя, — он взял меня за руку. — Она знает, что ты сильнее. Но она ждет момента, когда ты ослабеешь.

— А если я не ослабею?

— Тогда она будет ждать дальше, — он усмехнулся. — У нее вечность.

— А у меня?

— У тебя — тоже, — он сжал мои пальцы. — Ты — Истинная трех. Ты — носитель Творца. Ты будешь жить долго.

— А если я не хочу жить долго?

Он замер.

— Что ты имеешь в виду?

— Ничего, — я покачала головой. — Просто спросила.

— Элиана, — он повернул меня к себе. — Посмотри на меня.

Я посмотрела. Серебряные глаза — спокойные, но я видела — он боится.

— Не исчезай, — сказал он. — Пожалуйста.

— Я здесь.

— Пока, — он покачал головой. — Я чувствую. Ты готовишься.

— К чему?

— К уходу, — он провел пальцем по моей щеке. — Я вижу. Ты прощалась с Тимом. Ты мирилась с Лириэль. Ты… — он запнулся, — ты говорила с каждым из нас так, будто это в последний раз.

— Я просто хотела, чтобы вы знали, как я вас люблю.

— Мы знаем, — он усмехнулся. — Но это не повод исчезать.

— А если это единственный способ защитить вас?

— Тогда мы найдем другой, — он прижал меня к себе. — Вместе.

— А если не найдем?

— Тогда я уйду с тобой, — он сказал это спокойно, будто речь шла о прогулке.

— Ты не можешь.

— Могу, — он покачал головой. — Я был в тени. Я знаю, как там. Я выживу.

— А я?

— Ты — тоже, — он поцеловал меня в макушку. — Мы — одна команда. Мы выживаем вместе.

Я закрыла глаза. Тьма внутри пульсировала — громче, настойчивее.

— Аш'Тарос, — сказала я.

— М?

— Если я исчезну… ищи меня.

— Найду, — он сжал меня в объятиях. — Обещаю.

Утром я лежала, смотрела в потолок.

Ректор ушел — на полу остались следы босых ног. Я смотрела на них и думала. Тьма внутри затихла — но не уснула. Она ждала.

— Ты не встала, — раздался голос от двери.

Кассиан. С яблоками.

— Ты каждое утро приносишь яблоки, — сказала я.

— Каждое, — он поставил корзину на тумбочку. — Ты выглядишь паршиво.

— Спасибо.

— Не за что, — он сел на край кровати. — Не спала?

— Не могла.

— Тень?

— Она пульсирует, — я посмотрела на него. — Сильнее, чем раньше.

— Я знаю, — он взял меня за руку. — Мы все знаем.

— И что вы чувствуете?

— Страх, — он честно ответил. — Не за себя. За тебя.

— Не надо.

— Надо, — он покачал головой. — Ты — наша Истинная. Если ты исчезнешь, мы останемся без центра.

— Вы справитесь.

— Не справимся, — он сжал мои пальцы. — Ты — не центр. Ты — солнце. А мы — планеты. Без солнца мы разлетимся.

— Красиво говоришь.

— Я демон, — он усмехнулся. — Мы умеем говорить красиво, когда боимся.

— А ты боишься?

— Очень, — он посмотрел на меня. — Поэтому не исчезай. Пожалуйста.

— Я здесь.

— Пока, — он покачал головой. — Но я чувствую. Ты готовишься.

— К чему?

— К уходу, — он провел пальцем по моей руке. — Я видел, как ты смотрела на нас вчера. Как прощалась.

— Я не прощалась.

— Прощалась, — он усмехнулся. — Но я делаю вид, что не заметил.

— Зачем?

— Чтобы не плакать, — он улыбнулся грустно. — Демоны не плачут.

— Плачут.

— А я — нет, — он покачал головой. — Я буду ждать.

— Долго?

— Сколько понадобится, — он поцеловал меня в лоб. — Идем завтракать.

— Не хочу.

— Надо, — он встал, протянул руку. — Ты слишком худая. Тебя ветром сдует.

— Меня не сдует.

— А я боюсь, — он усмехнулся. — Поэтому — идем.

Я взяла его за руку. Мы вышли в коридор.

За завтраком все были в сборе.

Кассиан, Рейго, Микаэль, ректор. Я сидела в центре, смотрела на них и чувствовала — время уходит.

— Ты не ешь, — сказал Рейго.

— Не хочется.

— Надо, — он подвинул ко мне тарелку. — Ты и так худая.

— Все мне сегодня говорят, что я худая.

— Потому что это правда, — усмехнулся Микаэль. — Ешь.

Я взяла ложку. Сделала глоток. Каша была теплой, сладкой — но я не чувствовала вкуса.

— Элиана, — сказал ректор. — Что-то не так?

— Все так, — я улыбнулась. — Просто… я рада, что вы здесь.

— Мы всегда здесь, — сказал Рейго.

— Всегда, — сказал Микаэль.

— Всегда, — сказал Кассиан.

— Всегда, — сказал ректор.

Я смотрела на них. Четыре мужчины. Четыре судьбы. Четыре сердца, которые бились в такт моему.

— Я люблю вас, — сказала я.

— Мы знаем, — ответили они хором.

— Повторю, — я улыбнулась. — Каждый день.

— Договорились, — сказал Кассиан.

— Договорились, — сказал Рейго.

— Договорились, — сказал Микаэль.

— Договорились, — сказал ректор.

Я доела кашу. Встала.

— Я пойду.

— Куда? — спросил ректор.

— Проветрюсь, — я посмотрела на него. — Одна.

— Не надо, — сказал Кассиан.

— Надо, — я покачала головой. — Я скоро вернусь.

— Обещаешь? — спросил Микаэль.

— Обещаю, — я улыбнулась. — Куда я денусь.

Я вышла из столовой. Прошла по коридору. Спустилась в подвал. Подошла к зеркалу теней.

— Ты здесь, — сказала я.

Тишина.

— Я знаю, что ты слышишь, — я прижала ладонь к стеклу. — Тень внутри меня. Ты ждешь. Я чувствую.

Тьма дрогнула.

— Ты хочешь вырваться, — сказала я. — Я тебя отпущу.

Тьма пульсировала. Вопрос.

— Не сразу, — я покачала головой. — Я должна попрощаться. Но потом — я уйду.

Тьма затихла. Будто согласилась.

— Только не навреди им, — я посмотрела на свое отражение. — Если ты вырвешься — не трогай их. Они — мои. Я вернусь. А они — подождут.

Тьма дрогнула. Согласие.

— Спасибо, — прошептала я. — За то, что ждешь.

Я вышла из подвала. Поднялась на крышу.

Солнце садилось. Небо было розовым, оранжевым, золотым.

— Ты здесь, — раздался голос за спиной.

Ректор.

— Ты не должен был приходить, — сказала я, не оборачиваясь.

— Я всегда должен быть там, где ты, — он подошел, встал рядом. — Ты говорила с тенью.

— Ты слышал?

— Я чувствовал, — он посмотрел на меня. — Ты собралась уходить.

— Не сегодня, — я покачала головой. — Но скоро.

— Когда?

— Не знаю, — я повернулась к нему. — Тень решит.

— А ты?

— А я подчинюсь, — я взяла его за руку. — Это моя судьба.

— Ты можешь ее изменить.

— Не могу, — я покачала головой. — Творец внутри меня. Он не исчез. Он просто ждет.

— И ты его отпустишь?

— Чтобы спасти вас — да, — я сжала его пальцы. — Я не хочу, чтобы вы пострадали.

— Мы сильные, — он усмехнулся. — Мы выдержим.

— А я — нет, — я посмотрела на него. — Если кто-то из вас умрет из-за меня, я не прощу себе.

— Тогда не дай нам умереть, — он притянул меня к себе. — Вернись.

— Вернусь, — я прижалась к его груди. — Обещаю.

— Я поверил, — сказал он. — В первый раз за тысячу лет.

— Я не подведу.

— Знаю, — он поцеловал меня в макушку. — Поэтому я здесь.

Мы стояли на крыше. Смотрели на закат. Тьма внутри пульсировала — спокойно, терпеливо.

«Скоро», — показалось мне. Или не показалось.

— Скоро, — прошептала я.

— Я буду ждать, — сказал ректор.

— Знаю, — я улыбнулась. — Поэтому я вернусь.