Глава 16. Монстр внутри

Клер успела обратиться и отскочить, и всё-таки я вцепилась зубами в заднюю лапу. Во рту загорчило кровью. Рыжая жалобно заскулила. Со всех сторон послышались возгласы, всхлипы, охи и ахи, а я не могла отпустить её. Хотелось рвать и метать. Я повела головой, и прозвучал хруст кости. И Клер завыла, жалобно и протяжно.

Неожиданно между нами вклинился Итан. Никогда не видела его таким бледным, с напряжёнными скулами и лихорадочно сверкающими глазами.

— Отпусти Клер, - тихо велел он.

От удивления я выпустила рыжую, и та отползла за спину Волтера.

Я не верила собственным ушам - он защищал её от меня. Ту, которая дважды пыталась убить меня.

— Она не виновата, - Итан будто прочёл мои мысли, - Клер не виновата.

Секунда, и я вернула человеческий облик, безразлична к собственному обнаженному телу.

— А кто виноват? - не контролируя себя, я схватила его за грудки, ненавидя и любя одновременно, - как ты смеешь её защищать? Предатель.

И я с лёгкостью отбросила парня в сторону, переполняемая силой и мощью.

Клер тоже обратилась. Кость в левой ноге выпирала, а сама девушка тряслась от боли, заливаяясь слезами.

— Я убью тебя! - проскрежетала я сквозь зубы.

— Нет, - завопила она, - пожалуйста, это не я, он велел мне.

— Кто? Говори, - я пнула её, -говори!

—Тебе нельзя применять принуждение, - Гибсон пытался взять ситуацию под контроль, но я не слышала его. Я должна узнать, кто заказал меня... И таким изощренным способом решил избавиться.

Гибсон схватил меня за руку, но я отшвырнула и следователя. Я, разрываяясь от ярости, наступила на выступающую кость Крамер, наслаждаясь судорогами боли, пробежавшим по хрупкому телу.

—Живо говори: кто велел заманить меня в ловушку?

На Клер было больно смотреть: она корчилась, испытывая огромную нагрузку от моего приказа и сопротивляться не могла.

— Ректор, - выкрикнула девушка, держась обеими руками за голову, - ректор Джонс!

Я резко обернулась, чтобы посмотреть в глаза ректора. Он передернулся всем телом, серые глаза испуганно расширились. Не знаю, что он прочитал на моем лице, но через секунду Джонс обратился и дал дёру.

—УБЕЙ ЕГО!

— Альфы, задержите её! -голос Гибсона прогромыхал в воздухе, заставляя альф вскакивать со своих мест и окружить меня.

— Роджерс, не глупи, - дорогу к ректору перегородил Николас, - мы не хотим причинить тебе вреда. Но если будешь продолжать, то нам придётся.

Говорил спокойно, размеренно, но я видела его глаза: он готовился к атаке. И я его опередила: прыгнула и впервые сумела обратиться в волчицу прямо в полёте, приземляясь на Стена. Он не успел не отойти, не обернуться. И поплатился за это.

В голове стучала одна мысль - убить Джонса. Он - моя цель!

Я рванула за ним, по пути сшибая других волков, не разбирая ничего вокруг. Меня вёл запах: запах дикого страха, которым провонял ректор.

Я убыстрялась, Джонс уже успел добежать до ворот, когда я прыгнула к нему на хребет, придавливая к земле и ломая позвонки. А затем начала рвать и кромсать, драть и кусать, в воздух полетели клочки шерсти и куски мяса. Волк подо мной истошно вопил, брызгая кровавой слюной. А я не чувствовала ни жалости, ни сострадания, лишь безграничное удовольствие от возмездия.

Правый бок пронзила острая боль. Неужели Джонс вонзился когтями? Я посмотрела назад, из тела торщала серебряная стрела. Секунда, и ещё одна вонзилась в заднюю лапу. В меня стреляли. Я зарычал, оглядываясь по сторонам. Из главного входа Академии с арбалетом прямо на меня шёл Лекс Ильрас.

Оторвавшись от ректора, я рванула к преподавателю, он же выпустил ещё одну стрелу. Только в этот раз промазал.

Я прыгнула на профессора, и он прицелился вновь. Несколько стрел подряд вонзилась в мой живот. Серебро жгло изнутри и снаружи, яд попал в кровь. Но я не сдавалась.

— Амалия, - из ниоткуда возник Гибсон с пистолетом в руке, - прости, это транквилизатор, но иначе нельзя.

И выстрелил в меня.

Мгновение, и я очнулась в тёмной и сырой камере. Тусклый свет из узкого оконца наверху плохо освещал место, где меня заперли. На каменном полу валялся матрас, на котором я, собственно, и лежала без сознания, в углу стоял унитаз и небольшая раковина с краном. Возле решётки оказался поднос с бутылкой воды, куском хлеба и тарелкой вязкой каши.

Я осмотрела себя. Зрение альфы позволяло разглядеть синяки на теле даже в таких потемках. Ушибов много, однако раны уже почти затянулись, да и чувствовала я себя неплохо. Организм прекрасно регенирировал.

Умывшись, я в считанные минуты съела скудный паёк. И не наелась. Не зря говорят, волчий голод.

Ещё около часа я мерила камеру шагами вдоль и поперёк. Наконец, где-то сверху заслышались шаги и заскрипели несмазанные петли. Я прижалась к прутьям и втянула воздух. Запах однозначно утверждал, что ко мне спускается следователь.

Гибсон встал напротив и с укором вонзил в меня холодный взгляд. Видимо, ожидал, что я начну смущаться и извиняться. Не дождётся.

Я расправила плечи и не отвела глаз, отвечая на немой вызов.

— Амалия, Амалия, - тяжело вздохнул следователь, - сколько же проблем ты мне подкинула?!

— Я?! Да я, скорее, вашу работу выполняю - нашла заказчика покушения на меня.

— И чуть не отправила его на тот свет. Ты понимаешь, что ты собственными руками избавилась от главного подозреваемого и возможного свидетеля.

Я нахмурилась.

— Мы допросили Клер, - продолжил объяснять Гибсон, - она подтвердила, что записку написала тебе и в суде заманила в ловушку...

— А ещё ударила!

— Ну ты ей прекрасно отомстила: перелом ноги, вероятность хромоты на всю жизнь. И лопнувшие сосуды в глазах.

Внутри что-то перевернулось.

— Доктор также сказал, что получил приказ ректора выписать тебя раньше времени. Чесворда мы допросить не можем, но обыск комнаты ректора дал свои плоды, - следователь полез во внутренний карман пиджака, извлекая оттуда пакетик, в котором находился мой клинок, - это главная улика.

Я радостно заулыбалась.

— А Джонс? Что он говорит?

— Ничего, Амалия. Он в коме.

Повисла пауза.

— Почему? - сумела выдавить я.

— Ты его почти уничтожила. А ведь Джонс мог указать на того, кто стоит за ним. А теперь все концы в воду.

— Но он же очнётся?!

— Это маловероятно.

— Поэтому я здесь, в тюрьме?

— Это не тюрьма. Это темница в подземелье Академии. Ты здесь, пока омеги решают вопрос с твоим наказанием. Но можешь не волноваться, они очень лояльно настроены.

А я, особо, и не переживала. Сила просто переполняла меня изнутри. Нужно было срочно выплеснуть лишнюю энергию. Я приседала, прыгала, махала руками, но это несильно помогло.

До самого вечера никто больше не пришёл ко мне. Только после отбоя спустился Гибсон вместе со Стил.

— Амалия, милая, - заулыбалась преподавательница так широко, что я даже увидела зубы мудрости, - как ты? Устала? Ну ничего, сейчас отдохнешь в новых шикарных апартаментах.

Сама любезность чуть ли не в ноги мне поклонилась, а вот следователь был сух и строг, как никогда.

— Ты свободна, - объявил он, распахивая решётку.

Наконец-то, свежий воздух.

Стил, не переставая улыбаться и болтать, привела меня в мою новую комнату на четвёртом этаже.

— Здесь свой бар, естественно, безалкогольный, джакузи, телевизор, огромная гардеробная, балкон, - вещала профессор, завидуя и в тоже время боясь, - ну ладно, мне пора, отдыхай.

И быстро ушла, пятясь спиной.

Я бы с удовольствием приняла ванную, но мне нужно было срочно разобраться с двумя проблемами, поэтому пришлось остановить свой выбор на душе.

Переодевшись в джинсы и футболку, я уже почти вышла из комнаты, когда в дверь постучали. Даже не открывая её, я почувствовала Марка. Ну и прекрасно, сам пришёл.

— А я как раз к тебе собралась.

— Амалия, - криво улыбнулся он, пытаясь войти, однако я преградила проход, широко расставляя ноги, - я соскучился.

Он потянулся ко мне с поцелуем.

— Нет, Марк, - оттолкнула я его.

— Амалия, - Волтер закипал, - я, конечно  очень рад, что ты стала альфой, но между нами ничего не изменилось. Мы обручены!

— А вот и нет! Я расторгаю помолвку, - усмехнулась я победно.

— Ты не смеешь! Иначе тебе изгонят. Вспомни договор.

— Сам вспомни и перечитай, заодно, его ещё раз. Там чёрным по белому написано - бета, бета Роджерс, а я альфа! К тому же мне теперь не страшны никакие угрозы. Я сама могу свой собственный клан основать.

На его лице появилось такое растеряное выражение, что мне на секунду стало жаль его. Но лишь на секунду.

— Значит, ты просто использовала меня?! - Волтер сжал кулаки, - когда все отвернулись от тебя, я единственный, кто протянул руку помощи. А ты, оказывается, гадина неблагодарная!

И Марк замахнулся тяжеленным кулаком...