Глава 24

"Самое жестокое в войне — не смерть. Это знание, что люди умрут за тебя. Из-за тебя. И ты ничего не можешь с этим сделать, кроме как смотреть, как они точат мечи и говорят, что это честь." Дорогой несуществующий дневник, есть особая ирония в том, чтобы быть причиной войны. Елена Троянская хотя бы была красивой. Я же просто обладаю кровью, которую все хотят пить. Менее романтично. Более каннибалистично. История запомнит меня как "девушку, из-за которой умерла Академия Алуктрас". Замечательный эпитафий. Рассвет после нападения пришёл анемичным и больным — небо было цвета старого пергамента, облака висели низко, как похоронные покрывала. Академия проснулась в новую реальность. Реальность осады. Коридоры наполнились звуками подготовки к войне — лязг оружия, рычание трансформирующихся волков на тренировках, быстрые шаги гонцов. Даже воздух изменился, стал плотнее, тяжелее, пропитанный адреналином и страхом. Мои новые покои находились в самом защищённом крыле Академии — северная башня, где раньше жили только преподаватели и директор. Комната была больше моей предыдущей, с высокими потолками, украшенными фресками битв прошлого. Ирония. Окна выходили на внутренний двор, где сейчас тренировались студенты. Я могла видеть их — ряды молодых оборотней, отрабатывающих атаки, защиты, убийства. Готовящихся умереть. За меня. Вина была физической тяжестью, давящей на грудь. Стук в дверь. Я знала, кто это, ещё до того, как открыла. Кайр и Рэйвен. Мои назначенные тюремщики. Простите, "защитники". Директор Кроу сделала их обоих ответственными за мою безопасность. Заставила работать вместе. Гениально садистское решение — заставить двух братьев, любящих одну девушку, проводить каждую секунду рядом друг с другом. Открыла дверь. Они стояли по обе стороны от входа, как две статуи у ворот ада. Кайр справа — безупречно одетый даже после бессонной ночи, волосы зачёсаны, осанка военная. Рэйвен слева — растрепанный, в той же окровавленной рубашке, что вчера, синяки под глазами соперничали с моими. Контраст был почти комичным. Почти. — Доброе утро, — сказал Кайр, входя. Голос был ровным, но я видела усталость в глазах. — Как ты спала? — Замечательно, — солгала я. — Снились единороги и радуги. — Правда была в том, что я вообще не спала. Каждый раз, закрывая глаза, видела мутные белые глаза Теневых волков. Рэйвен усмехнулся, закрывая дверь за собой. — Врунья. Я чувствовал через связь. Ты не спала ни минуты. — Слежка через кровавую связь должна быть незаконна, — пробормотала я. — Нарушение личного пространства. — Пожалуйся королю мёртвых, когда встретишься, — бросил он, опускаясь в кресло у камина. Поморщился — рёбра всё ещё болели. Он отказался от исцеления. "Боль держит в тонусе." Кайр проигнорировал перепалку, подошёл ближе. Достал из кармана что-то маленькое, обёрнутое в ткань. Развернул. Медальон. Серебряный, с вырезанными рунами защиты. — Профессор Дарсил сделал это ночью. Носи всегда. Он говорит, это должно ослабить влияние мёртвой магии на тебя. Он застегнул медальон на моей шее. Пальцы задержались дольше необходимого, провели по ключице. Обещание. Или предупреждение. — Спасибо, — металл был холодным на коже. — Хотя подозреваю, это больше психологическое, чем практическое. — Любая защита лучше, чем никакая. Рэйвен фыркнул с дивана. — Замечательная философия. Следующим шагом дашь ей плюшевого мишку для храбрости? Кайр медленно повернулся к брату. — У тебя есть лучшие идеи? Или только сарказм? — Есть. — Рэйвен поднялся, подошёл к столу. Развернул карту, которую принёс. — Пока ты занимался медальончиками, я делал полезные вещи. Разведку. На карте были отмечены точки красными чернилами. Много точек. Вокруг Академии, в лесу, на границах земель. — Что это? — спросила я, приближаясь. — Наблюдения за последние три дня. — его палец указал на точки. — Теневые волки. Минимум двадцать. Возможно, больше. Они окружают нас. Ждут. Кайр изучил карту, челюсть напряглась. — Откуда информация? — От тех, кто всё ещё говорит со мной. Изгои. Теневые Охотники. Люди, которым плевать на политику стай. — Рэйвен встретил взгляд брата. — Пока ты строил стены, я искал врага. — Я организовывал защиту... — Ты строил клетку. — Рэйвен ткнул пальцем в центр карты, где была отмечена Академия. — Мы окружены. Двадцать Теневых волков — только передовая. Основные силы ещё не показались. — Основные силы? — повторила я, холод пополз по венам. Он посмотрел на меня, и в синих глазах была мрачная правда. — Король мёртвых не придёт с двадцатью зомби-волками. Он приведёт армию. Тишина упала тяжёлым саваном. — Сколько? — спросил Кайр тихо. — Легенды говорят о сотне. Может больше. Каждый оборотень, которого он убил за столетия, становится Теневым волком. Его личной армией нежити. — Сотня, — я опустилась на стул. — Против скольких у нас? — Студентов и преподавателей боеспособного возраста — около ста пятидесяти, — ответил Кайр. — Но половина — младшие курсы. Дети практически. — Дети, которые будут драться, — добавил Рэйвен. — Потому что выбора нет. Это осада. Либо побеждаем, либо все умирают. Я посмотрела на карту. На красные точки, сжимающие кольцо. На Академию в центре — маленький остров среди моря мёртвых. — Это из-за меня, — прошептала я. — Все эти люди умрут из-за меня. Кайр немедленно встал на колени передо мной, взял мои руки в свои. — Нет. Не из-за тебя. Из-за Короля мёртвых. Из-за его жадности и безумия. — Но он пришёл за мной... — И мы не отдадим тебя. — голос был железным. — Никогда. Академия защищает своих. — Даже если это означает смерть всех? — голос сорвался. — Кайр, подумай разумно. Один человек против сотни. Математика проста. — Математика не учитывает ценность жизни, — он сжал мои руки сильнее. — Твоя жизнь не меньше, чем жизни других. — Но и не больше! — Для меня больше. — ответ был простым, абсолютным. — Для меня ты стоишь мира. Рэйвен издал звук, похожий на сдавленный смех. — Как трогательно. Ромео и Джульетта. Напомнить, чем кончилась та история? Кайр бросил на брата взгляд, который мог убить. — Ты хочешь что-то добавить полезное? Или просто будешь комментировать? — Полезное? Хорошо. — Рэйвен подошёл ближе, остановился над нами. — АлАя права. Математически мы проиграем. Сто пятьдесят живых против сотни мёртвых, которых нельзя остановить обычными способами. — Тогда что ты предлагаешь? — Нападение. — ответ был мгновенным. — Лучшая защита — это атака. Мы знаем, где их лагерь. Идём туда первыми. Убиваем Короля мёртвых до того, как он нападёт на Академию. — Самоубийство, — отрезал Кайр. — Мы не знаем, как убить его. — Тогда узнаем. У нас три дня. Дарсил умный. Пусть роется в книгах, ищет слабости. — А если не найдёт? — Тогда импровизируем. — Рэйвен усмехнулся без юмора. — Отрубаем голову и надеемся на лучшее. Они смотрели друг на друга — два подхода, два способа любить, два способа защищать. Кайр хотел построить стены. Рэйвен хотел сжечь врага раньше, чем враг доберётся до стен. — Довольно, — сказала я, вставая. — Вы оба правы. И оба неправы. Оба повернулись ко мне. — Нам нужна защита И нападение. Часть сил остаётся защищать Академию. Часть идёт на разведку. Ищет способ убить Короля мёртвых. — АлАя... — начал Кайр. — Я не закончила. — серебристый свет мелькнул в моих глазах, силуэт Стража пробуждался. — И я тренируюсь. Каждую свободную минуту. Профессор Дарсил обещал научить меня контролировать силу. Если Король мёртвых придёт, я не буду беспомощной жертвой. Кайр открыл рот возразить. — Не спорь, — предупредила я. — Это не обсуждается. Мой выбор. Моя жизнь. Моя война. Что-то изменилось в его лице. Гордость, смешанная с болью. — Хорошо. Мы сделаем по-твоему. Рэйвен ухмыльнулся — первая настоящая улыбка за дни. — Вот это мне нравится. Страж просыпается. Следующие два дня были вихрем подготовки. Академия превратилась в военный лагерь. Студенты тренировались от рассвета до заката. Младшие курсы учились базовым защитам. Старшие отрабатывали атаки, построения, тактики против нежити. Профессор Гримм лично тренировал отряды, его голос гремел по двору: "Отрубить голову! Это единственный способ! Цельтесь в шею!" Маги ставили дополнительные барьеры. Я видела их — группы в тёмных мантиях, чертящие руны на стенах, окнах, воротах. Воздух вибрировал от магии, накладываемой слоями. Защита от мёртвой магии, от проникновения, от атак. Академия становилась крепостью. Оружейная работала круглосуточно. Звуки молотов по серебру, благословения клинков, заточки когтей. Каждый студент получил серебряное оружие — ножи, мечи, топоры. Для тех, кто не мог использовать холодное оружие в звериной форме, ковали серебряные когти — насадки, усиливающие естественное оружие. А я тренировалась с профессором Дарсилом. Каждый день, по четыре часа, мы работали в подземном зале. Он учил меня контролировать силу Стража — не просто выбрасывать серебристый свет панически, а направлять, фокусировать, делать оружием. — Твоя сила — это не просто защита, — говорил он, наблюдая, как я пытаюсь создать щит. — Стражи были созданы, чтобы контролировать оборотней. Управлять ими. В древности один Страж мог командовать стаей. — Как? — Через кровь. Через волю. — он коснулся моего лба. — Твоя сила проникает в их разум. Усиливает союзников. Ослабляет врагов. Но нужна концентрация. Контроль. Я пыталась. Снова и снова. Серебристый свет вспыхивал, затухал, взрывался неконтролируемо. Фрустрация росла с каждой неудачей. — Ты слишком много думаешь, — сказал Дарсил после особенно жалкой попытки. — Сила Стража — это инстинкт. Чувствуй, не думай. — Легко сказать, когда ты не последний из вида, который забыл, как использовать свои способности. Он усмехнулся — редкое зрелище. — Попробуй иначе. Вспомни момент, когда сила пришла естественно. Когда ты не думала, просто действовала. Я закрыла глаза. Вспомнила. Ночь нападения. Теневой волк прыгал на меня. Страх. Паника. И серебристый свет, взорвавшийся защитой. — Так, — прошептал Дарсил. — Именно так. Теперь направь это. Я сфокусировалась. Представила серебристую нить, тянущуюся из моего сердца наружу. Свет вспыхнул снова, но на этот раз... контролируемый. Формирующийся в сферу вокруг меня. Щит. — Отлично, — голос Дарсила был довольным. — Теперь расширяй. Включи меня в защиту. Я попыталась расширить сферу. Свет дрогнул, начал рассеиваться. — Не теряй концентрацию! Слишком поздно. Щит взорвался волной, отбросив нас обоих в разные стороны. Я упала на спину, тяжело дыша. — Прогресс, — сказал Дарсил, поднимаясь. — Медленный, но есть. Ещё два дня до полнолуния. Продолжим завтра. Вечер второго дня. Я стояла на балконе своих покоев, глядя на закат. Небо горело — кроваво-красное, переходящее в фиолетовое, предвещающее бурю. Или битву. Природа всегда знала, когда надвигается насилие. Внизу студенты всё ещё тренировались. Я видела Милу и Сару — обе с серебряными ножами, отрабатывающие движения. Мои подруги, готовящиеся убивать. Из-за меня. Дверь открылась без стука. Рэйвен. Он вошёл, закрыл за собой, прислонился к двери. — Кайр на военном совете. Подумал, проверю, не сбежала ли ты. — Куда бежать? Мы в осаде. — Справедливо. — он подошёл, встал рядом на балконе. Мы молчали, глядя на закат. Плечо к плечу, но не касаясь. — Завтра полнолуние, — сказала я наконец. — Знаю. — Ты готов? Он усмехнулся. — К смерти? Всегда. К победе? Посмотрим. — Рэйвен... — Не надо. — он повернулся ко мне. — Не говори прощальных слов. Не сегодня. Я посмотрела на него. На синие глаза, полные чего-то тёмного и отчаянного. На шрамы, что он носил снаружи и внутри. — Если мы не выживем завтра... — Тогда мы не выживем. — он пожал плечами. — Но знаешь что? Я рад, что последнее, что увижу — твоё лицо. Его рука поднялась, пальцы коснулись моей щеки. Лёгкое прикосновение, полное невысказанного. — Ты выбрала его. Я принял. Но это не значит, что я перестал любить. — Знаю. — Завтра я буду драться за тебя. Убивать за тебя. Умру за тебя, если придётся. — голос был хриплым. — Не потому что надеюсь на что-то взамен. Просто потому что ты стоишь этого. Слёзы жгли глаза. Я не позволила им упасть. — Ты не умрёшь, — сказала я яростно. — Ни ты, ни Кайр, ни кто-либо ещё. Мы выживем. Все. — Такая уверенность. — он усмехнулся. — Откуда? — Потому что я не позволю иначе. — серебристый свет мелькнул в моих глазах. — Я последний Страж. И завтра я покажу Королю мёртвых, почему мой вид был создан, чтобы править оборотнями. Что-то в его лице изменилось. Восхищение. Или страх. Или оба. — Вот это АлАя, которую я люблю. — он наклонился, поцеловал меня в лоб. Целомудренно. Нежно. — Королева тьмы и света. Он ушёл, оставив меня на балконе с закатом и надвигающейся войной. Дорогой дневник, завтра полнолуние. Завтра Король мёртвых нападёт с армией нежити. Завтра люди, которых я знаю, умрут. Может, я умру. Может, мы все умрём. Академия готова настолько, насколько возможно. Стены укреплены. Оружие заточено. Студенты тренированы. Кайр организовал защиту до последней детали. Рэйвен нашёл врага, составил карты, готов атаковать. Профессор Дарсил научил меня контролю. Немного. Достаточно? Не знаю. А я... я приняла решение. Если всё пойдёт к чёрту, если Король мёртвых будет побеждать, я отдам себя. Добровольно. Чтобы остальные жили. Кайр будет против. Рэйвен тоже. Но это моя жизнь. Моё решение. Моя война. И я закончу её на своих условиях. Так или иначе. Завтра. В полнолуние. Конец или начало. Посмотрим.