Глава 6

"Некоторые места зовут тебя по имени. Другие шепчут твои секреты деревьям. А некоторые просто ждут, когда ты сделаешь первый шаг в объятия тьмы." Дорогой несуществующий дневник, Если бы кто-то сказал мне, что я буду бродить по заколдованному лесу, спасаясь от семейной драмы двух сверхъестественно красивых братьев, я бы предложила ему записаться к психиатру. Но вот я здесь, в чаще, которая выглядит так, будто её создали для съёмок фильма ужасов с неограниченным бюджетом. После вчерашней сцены в коридоре я проснулась с одной мыслью: мне нужно подышать воздухом, который не пропитан тестостероном и невысказанными угрозами. Академия давила на меня своими каменными стенами, как гигантский гроб, и я чувствовала, что задохнусь, если не выберусь наружу. Свежий воздух. Простая человеческая потребность. Жаль, что в этом месте даже воздух кажется заряженным мистической энергией. Я проскользнула мимо спящих соседок — Мила мурлыкала что-то во сне, а Сара читала даже в объятиях Морфея, её пальцы двигались, словно переворачивая невидимые страницы. Коридоры Академии в предрассветный час были ещё более мрачными, чем обычно. Тени плясали на стенах, создавая иллюзию движения там, где его быть не должно. Или не иллюзию. В этом месте сложно сказать наверняка. Главный вход был заперт массивными засовами, но я нашла боковую дверь, ведущую в сады. Замок поддался после небольшой борьбы, и я оказалась на свободе. Сады Академии были такими же готичными, как и само здание. Чёрные розы росли вдоль дорожек, их шипы блестели в предрассветном свете, как маленькие кинжалы. Фонтан в центре изображал русалку с лицом, искажённым вечной агонией, из её рта текла вода цвета крови. Дизайнер ландшафта явно имел проблемы с восприятием красоты. Или с психикой. Но даже эта мрачная красота не могла долго удерживать моё внимание. Лес манил, тёмный и загадочный, полный секретов, которые хотелось разгадать. Я шагнула за границу садов, и мир изменился. Лес принял меня в объятия тишины, настолько полной, что даже собственное дыхание казалось оглушительным. Деревья стояли так близко друг к другу, что их ветви переплетались в сложный узор над головой, почти не пропуская свет. Воздух был густым, пропитанным запахами мха, прелых листьев и чем-то ещё — чем-то диким и первобытным. Если у природы есть тёмная сторона, то она живёт именно здесь. Дорожка, если её можно было так назвать, извивалась между стволами, покрытая ковром из листьев, которые шуршали под ногами, как шёпот мёртвых. Кора деревьев была почти чёрной, покрытой странными узорами, которые могли быть результатом роста, а могли быть чем-то более зловещим. Я шла, не зная куда и зачем, ведомая какой-то внутренней потребностью двигаться вглубь. Лес словно звал меня, его тишина была гипнотической. Классическое начало фильма ужасов: глупая девушка идёт одна в тёмный лес. Обычно на этом месте появляется маньяк с бензопилой. Но вместо маньяка я наткнулась на поляну. Она была идеально круглой, словно вырезанной из леса гигантскими ножницами. В центре стоял древний дуб, настолько огромный, что несколько человек не смогли бы обхватить его ствол. Его ветви раскинулись широким шатром, а корни выступали из земли, как артерии каменного сердца. Место силы. Даже я, скептик до мозга костей, чувствовала, что здесь что-то особенное. Я подошла к дубу и положила руку на кору. Дерево было тёплым, словно по нему текла кровь, а не сок. Под ладонью я ощутила слабую вибрацию, ритмичную, как сердцебиение. Деревья не бьются. Это я знаю точно. Но почему тогда... — Заблудилась? Голос заставил меня подпрыгнуть и обернуться. Из тени между деревьями вышел Рэйвен Морган, и мое сердце забилось быстрее — не от страха, а от чего-то более опасного. Он был одет в чёрные джинсы и тёмную рубашку, рукава которой были закатаны, открывая мускулистые предплечья. Волосы небрежно падали на лоб, а синие глаза сверкали в полумраке как осколки льда. Когда он двигался, каждый его шаг был продуман и грациозен, как у хищника, который знает, что добыча уже в ловушке. О прекрасно. Именно того, кого мне не хватало для полного счастья. — Не заблудилась, — ответила я, стараясь сохранить равнодушный тон. — Исследую окрестности. — В такой час? — он подошёл ближе, и я заметила, как играют мышцы под тонкой тканью рубашки. — Большинство людей в это время спят. — Я не большинство людей. Его губы изогнулись в той дерзкой усмешке, которая одновременно раздражала и притягивала. — Это я уже понял, — сказал он, остановившись в нескольких шагах. — Алая Морен. Девушка, которая не боится смотреть в глаза опасности. И вот он опять. Почему все здесь говорят загадками? — А ты что здесь делаешь? — спросила я. — Тоже исследуешь природу? — Можно сказать и так, — он обошёл меня по кругу, как волк, изучающий добычу. — Хотя природа здесь... особенная. Не всем она показывает свои секреты. Я почувствовала его взгляд на себе — оценивающий, жгучий. Когда он остановился передо мной, расстояние между нами сократилось до опасного минимума. — Тебе стоит быть осторожнее, — сказал он тихо, и в его голосе прозвучала странная нотка заботы. — Лес может быть... непредсказуемым. — Спасибо за предупреждение, — ответила я с сарказмом. — Но я думала, что единственная опасность здесь — это ты. Он засмеялся — низко, хрипло, и этот звук прошёлся по моей коже мурашками. — Я? Опасен? — он наклонил голову, изучая меня с новым интересом. — Что тебе наговорил мой дорогой братец? Дорогой братец. В его голосе не было ни капли братской любви. — Он предупредил меня держаться подальше от Теневых Охотников. — Мудрый совет, — согласился Рэйвен, но в его глазах плясали чертики. — Мы действительно опасны. Особенно для таких, как ты. — Таких, как я? Он шагнул ближе, и теперь между нами было всего несколько дюймов. Я чувствовала исходящее от него тепло, запах его кожи — мускусный, дикий, совершенно мужской. — Невинных, — прошептал он, и его дыхание коснулось моей щеки. — Чистых. Неиспорченных нашим миром. Невинная? Если бы он знал, какие мысли роятся у меня в голове прямо сейчас... — Ты многого не знаешь обо мне, — сказала я, стараясь не показать, как сильно он влияет на меня. — Тогда расскажи, — он поднял руку и осторожно убрал прядь волос с моего лица. Его пальцы были тёплыми, и там, где они коснулись кожи, остался огненный след. — Какие секреты скрывает загадочная Алая Морен? Опасная игра. Но чёрт возьми, почему мне хочется в неё играть? — А какие секреты скрывает Рэйвен Морган? — парировала я. Что-то мелькнуло в его синих глазах — тень, боль, которую он тщательно скрывал. — Больше, чем ты можешь себе представить, — сказал он тихо. — И поверь мне, ты не захочешь их знать. В его голосе прозвучала горечь, которая заставила что-то сжаться в моей груди. — Попробуй меня, — сказала я вызывающе. Он посмотрел на меня долго, изучающе, словно пытался заглянуть в душу. — Ты играешь с огнём, — прошептал он. — Может, я хочу обжечься. Воздух между нами наэлектризовался. Его взгляд упал на мои губы, и на мгновение показалось, что он собирается меня поцеловать. Моё сердце забилось так сильно, что я была уверена — он его слышит. Но в этот момент раздался треск ломающихся веток. Рэйвен мгновенно отступил, его тело напряглось, как струна. В его глазах вспыхнула настороженность хищника, почуявшего угрозу. — Что это? — шепнула я. — Тише, — он положил палец на губы, прислушиваясь. Из чащи доносились звуки — шорох, приглушённое рычание, звук тяжёлых лап по листьям. Что-то большое двигалось в нашу сторону. Отлично. Романтический момент прерван появлением местной фауны. Надеюсь, это не медведь. Из кустов показалась морда — серая, с жёлтыми глазами, полными голода. Не собака. Волк. Огромный, мускулистый, с клыками, которые блестели в тусклом свете. Определённо не медведь. Но не факт, что лучше. Зверь зарычал, и этот звук заставил кровь застыть в жилах. Его взгляд был прикован ко мне, и в жёлтых глазах читался нечеловеческий интеллект. — Не двигайся, — прошептал Рэйвен, медленно вставая между мной и волком. Но волк его проигнорировал. Все его внимание было сосредоточено на мне, словно я была единственной добычей, которая его интересовала. Прекрасно. Видимо, я излучаю особые феромоны "съешь меня". Зверь сделал шаг вперёд, затем ещё один. Его движения были медленными, осторожными, как у охотника, который знает, что добыча никуда не денется. — Алая, — тихо позвал Рэйвен, не поворачивая головы. — Когда я скажу, беги к Академии. И не оборачивайся. Беги и бросай его одного с этой тварью? Даже если он раздражающий придурок, это не очень-то благородно. Волк оскалился, показывая клыки размером с мой палец. Он готовился к прыжку. И тут произошло нечто невозможное. Рэйвен... изменился. Его тело словно взорвалось изнутри. Одежда разорвалась в клочья, кожа потемнела, покрылась густой чёрной шерстью. Кости трещали и перестраивались, мускулы вздувались, лицо вытягивалось в морду. За секунды на месте Рэйвена стоял огромный чёрный волк с пронзительными синими глазами. Оборотень. Конечно. Потому что в моей жизни не хватало именно этого безумия. Два волка столкнулись с такой силой, что земля задрожала под ногами. Серый был крупнее, но чёрный — быстрее и яростнее. Они катались по земле, кусая и царапая друг друга, их рычание эхом отдавалось между деревьями. Я стояла как завороженная, не в силах поверить в то, что вижу. Мой мозг отказывался принимать реальность происходящего. Оборотни. Школа для оборотней. Поэтому все такие странные. Поэтому четыре "факультета" с хищными названиями. Чёрный волк — Рэйвен — оказался сильнее. Он прижал серого к земле, его клыки глубоко вонзились в горло противника. Серый завыл, дёргался, но хватка была смертельной. Хруст ломающихся костей эхом разнёсся по лесу. Серый волк обмяк, его жёлтые глаза потускнели и закрылись навсегда. Рэйвен отпустил безжизненное тело и зарычал — низко, торжествующе. Его морда была окрашена кровью, а синие глаза горели первобытной яростью хищника, только что совершившего убийство. Чёрный волк повернулся ко мне. Его синие глаза смотрели с тем же интеллектом, что и человеческие. Рэйвен. Это действительно он. Он подошёл ближе, двигаясь осторожно, словно боялся меня напугать. Когда он остановился рядом со мной, я протянула руку и коснулась его морды. Шерсть была мягкой, тёплой. Под ладонью я чувствовала силу, которая могла бы разорвать меня пополам, но в его глазах не было агрессии. — Рэйвен? — прошептала я. Он тихо заскулил и прижался головой к моей руке. Воздух снова задрожал, и он начал превращаться обратно. Кости перестраивались, шерсть исчезала, тело принимало человеческую форму. Через минуту передо мной снова стоял Рэйвен — голый, запыхавшийся, с царапинами на груди и каплями крови на губах. Господи боже мой. Моё дыхание сбилось. Я пыталась смотреть на его лицо, но взгляд предательски скользил ниже. Широкие плечи, мускулистая грудь, покрытая тонкой дорожкой тёмных волос, плоский живот с чёткими кубиками пресса... Перестань смотреть, Алая. Перестань. Но я не могла. Он был создан для греха — каждая линия его тела была совершенна, опасна, соблазнительна. Кровь на его коже делала его ещё более первобытным, диким. Это неправильно. Он только что убил кого-то, а я... а у меня такие мысли. — Нравится увиденное? — его голос был хриплым, полным тёмного удовольствия. Я резко подняла взгляд на его лицо. В синих глазах плясали чертики, а губы изогнулись в знакомой дерзкой усмешке. — Ты убил его, — сказала я, пытаясь сосредоточиться на чём-то кроме его тела. — Конечно убил, — он пожал плечами, и мышцы под кожей заиграли соблазнительно. — Он хотел тебя растерзать. Никто не касается того, что принадлежит мне. Принадлежит ему? Когда это я стала его собственностью? — Я не принадлежу тебе, — возразила я, но голос дрожал. Он медленно подошёл ближе, абсолютно не стесняясь своей наготы. Наоборот, он словно наслаждался моим замешательством. — Пока нет, — прошептал он, остановившись так близко, что я чувствовала жар его кожи. — Но ты хочешь принадлежать. Я вижу это в твоих глазах, сладкая. Ты хочешь, чтобы я взял тебя прямо здесь, на земле, среди крови и листьев. Мое сердце бешено колотилось. Он был прав, и это пугало меня больше всего. — Ты псих, — прошептала я. — И тебя это заводит, — он наклонился к моему уху, его дыхание обожгло кожу. — Я чувствую, как ты дрожишь, как твоё сердце бьётся. Твоё тело выдаёт тебя, Алая. Проклятье. Он прав. — Прости, — сказал он, и в его голосе не было ни капли раскаяния. — За то, что ты увидела меня... таким. Диким. Но он не выглядел сожалеющим. Наоборот, в его глазах читалось тёмное удовлетворение. Я сняла куртку и протянула ему, стараясь не смотреть на его обнажённое тело. — Здесь, — сказала я, но голос предательски дрожал. Он взял куртку, но не торопился её надевать, явно наслаждаясь моим смущением. — Ты не кричишь, — заметил он с довольной усмешкой. — Не убегаешь. И уж точно не отворачиваешься. — А должна? — Я только что убил перед тобой. Разорвал горло клыками, — его голос стал тише, опаснее. — Большинство людей считают меня монстром. — И ты монстр, — сказала я холодно, наконец встретившись с его взглядом. — Самоуверенный ублюдок, который думает, что все должны падать к его ногам. Что-то опасное вспыхнуло в его синих глазах, но усмешка не сошла с губ. — Колючая, — пробормотал он с восхищением. — Мне это нравится. — А мне ты не нравишься, — огрызнулась я, хотя мое тело говорило совсем другое. — Ложь, — он медленно надел куртку, не сводя с меня пронзительного взгляда. — Но продолжай врать себе, сладкая. Мне интересно, как долго ты продержишься. — Тебе нужно вернуться в Академию, — сказал он, наконец надевая куртку. — Пока не появились другие. — Другие? — Дикие, — объяснил он. — Те, кто не контролирует превращение. Они охотятся в лесу, и люди... люди привлекают их внимание. Люди. Значит, я не одна такая в этом месте. — Сколько нас здесь? — спросила я. Он усмехнулся. — Людей? Достаточно. Вы нужны нам для... практики. Практики. Как мило. Видимо, мы здесь не студенты, а учебные пособия. — Практики чего? — Контроля, — его голос стал холоднее. — Молодые оборотни должны научиться не разрывать людей на куски при первом же желании. Вы — живые манекены для тренировок. Мой желудок сжался от отвращения. — Значит, мы здесь как... мишени? — Можно сказать и так, — он пожал плечами с показным равнодушием. — Хотя некоторые из вас выживают достаточно долго, чтобы закончить "обучение". Некоторые выживают. Какая обнадеживающая статистика. Мы молча шли обратно к Академии. Я думала о том, что узнала, пытаясь переварить информацию. Оборотни. Академия для оборотней. А я — человек среди хищников. У входа в сады Рэйвен остановился. — Алая, — позвал он тихо. Я обернулась. — То, что произошло между нами... то, что ты видела... — он провёл рукой по волосам. — Держи это в секрете. Пожалуйста. — Конечно, — сказала я. — Но у меня есть вопрос. — Какой? — Кайр тоже...? В его глазах мелькнула боль. — Все, кроме вас, людей, — сказал он коротко. — Ты одна из учебных пособий в школе монстров. Учебное пособие. Не студентка — пособие. Как унизительно. — Спасибо, — сказала я. — За спасение. Он кивнул, но не ответил. Когда я дошла до входа и обернулась, его уже не было. Дорогой дневник, сегодня я узнала, что попала не в элитную школу, а в учебный полигон для оборотней. Где люди — это ходячие мишени для тренировок. И самое отвратительное — некоторые из этих тварей думают, что мы должны им за это благодарить. Но знаешь что? Если они думают, что я буду покорно играть роль жертвы, то они серьёзно ошибаются. В любом случае, жизнь стала гораздо интереснее. Я вернулась в комнату как раз вовремя — Мила уже просыпалась. Она сонно посмотрела на меня. — Где ты была? — спросила она. — Гуляла, — ответила я, снимая куртку. — Свежим воздухом дышала. Если бы она знала, насколько "свежим" оказался этот воздух. Дорогой дневник, теперь я знаю правду. Вопрос только в том — что мне с этим знанием делать? И главное — почему я чувствую, что это только начало?