Глава 9

"Есть вещи, которые лучше не знать. Есть силы, которые лучше не будить. А есть уроки, после которых ты понимаешь: знание — это проклятие, от которого нет лекарства." Дорогой несуществующий дневник, Если бы кто-то сказал мне, что изучение "лунной энергии" может закончиться попыткой публичного унижения со стороны платиновой стервы, я бы посоветовала ему записаться к окулисту. Но в Академии Алуктрас даже самые абсурдные предположения имеют свойство становиться явью. После бессонной ночи, полной откровений о моём происхождении, я чувствовала себя как ходячий зомби. Кофе в столовой был крепким, как смола, и горьким, как правда о моей жизни, но даже он не мог прогнать туман усталости. Последняя из Стражей. Оружие против оборотней. А я сижу в их столовой и пью их кофе. Ирония судьбы в чистом виде. Мила болтала о предстоящем уроке "лунной энергии" с профессором Дарсилом, но я слушала её в полуухе. Мои мысли постоянно возвращались к ночному разговору с Селеной. "Твоя сила растёт, и скоро её будет невозможно скрыть." Отличная перспектива. Пока что единственными проявлениями моей "силы" были странные реакции оборотней на мой запах и тот факт, что Лисса хотела разорвать мне горло. Не самые практичные суперспособности. Хотя, учитывая моё текущее положение, даже способность заставлять волков чихать была бы полезной. — Алая, ты слушаешь? — Мила тормошила меня за плечо. — Конечно, — соврала я. — Ты рассказывала про урок мистики для новичков. — Лунной энергии, — поправила она. — Профессор Дарсил — один из самых могущественных магов в Академии. Говорят, он может читать ауры. Читать ауры. Замечательно. Именно то, что нужно человеку, пытающемуся скрыть свою истинную природу. Мы направились в башню Лунных Теней — самую высокую из академических построек. Винтовая лестница вилась вверх, как позвоночник каменного дракона, а окна-бойницы открывали вид на лес, который выглядел особенно зловеще в утреннем тумане. Идеальное место для изучения оккультных наук. Жаль только, что я студентка, а не туристка. Кабинет профессора Дарсила располагался на самом верху башни, в круглой комнате с огромными витражными окнами. Стены были уставлены полками с книгами, черепами неизвестных животных и стеклянными сосудами с жидкостями подозрительных цветов. Лаборатория средневекового алхимика. Не хватает только котла с кипящим зельем. В центре комнаты стоял круглый стол из чёрного дерева, окружённый высокими стульями с резными спинками. На столе лежали кристаллы разных размеров и форм, которые слабо светились в полумраке. Кристаллы. Конечно. Потому что без них ни один урок магии не обходится. Профессор Ворек Дарсил оказался мужчиной неопределённого возраста — его лицо могло принадлежать как тридцатилетнему, так и столетнему существу. Длинные серебристые волосы были собраны в хвост, а глаза... его глаза были цвета расплавленного серебра и казались слишком древними для человеческого лица. Определённо не человек. Хотя в этом месте это скорее норма, чем исключение. — Добро пожаловать на урок познания лунной энергии, — произнёс он голосом, который звучал как шёпот ветра. — Сегодня к нам присоединятся старшекурсники для демонстрации практических навыков. Старшекурсники. Это может быть интересно. Или смертельно опасно. Дверь открылась, и в класс вошла группа студентов из Серебряных Клыков. Впереди шёл Кайр, и моё дыхание на мгновение сбилось. Боже мой. Он был одет в чёрную рубашку, рукава которой были закатаны, открывая сильные предплечья. Тёмные волосы небрежно падали на лоб, а когда он двигался, каждое движение было наполнено той гипнотической грацией, которая заставляла забыть обо всём на свете. Его присутствие мгновенно изменило атмосферу в комнате — воздух стал гуще, электричество пробежало по коже. Сосредоточься, Алая. Ты здесь не для того, чтобы пускать слюни на красивых оборотней. Но когда его изумрудные глаза скользнули по аудитории и нашли меня, моё сердце пропустило удар. В этом взгляде было что-то глубокое, тёмное — словно он видел меня насквозь. За ним следовала Лисса, её платиновые волосы развевались, а ледяные глаза немедленно нашли меня в толпе. Улыбка, которая тронула её губы, не предвещала ничего хорошего. Отлично. Именно того, кого мне не хватало для полного счастья. — Мистер Морган, — обратился Дарсил к Кайру. — Продемонстрируйте, пожалуйста, базовое считывание энергетических полей. Кайр кивнул и подошёл к столу с кристаллами. Я невольно проследила взглядом, как играют мышцы его спины под тонкой тканью рубашки. Когда он поднял руку над одним из аметистов, я заметила элегантность его длинных пальцев, и что-то тёплое разлилось в животе. Прекрати. Ты ведёшь себя как глупая школьница. — Каждое живое существо излучает энергию, — объяснил он, и его бархатистый голос прошёлся по моей коже мурашками. Низкие вибрации этого голоса заставили что-то сжаться глубоко в груди. Когда его взгляд скользнул по аудитории и остановился на мне, воздух между нами словно загорелся. Зелёные глаза смотрели прямо в мою душу, и на мгновение показалось, что в комнате больше никого нет. Господи, что он со мной делает? Почему от одного взгляда у меня подкашиваются ноги? Сосредоточься, Алая. Это урок, а не сеанс флирта. — А теперь попробуем парные упражнения, — объявил Дарсил. — Старшекурсники, выберите себе партнёров из новичков. Лисса немедленно направилась ко мне, её глаза сверкали злобным предвкушением. — Алая Морен, — произнесла она с фальшивой сладостью. — Какая удача. Мне так хотелось поработать с тобой... лично. Поработать лично. Звучит как замаскированная угроза. Она села рядом со мной и положила на стол небольшой лунный камень. — Задача проста, — сказала она, наклоняясь ближе. — Ты концентрируешься на камне, а я читаю твою энергетику. Но для этого мне нужно... Внезапно её рука сжалась на моём запястье — не мягко, а болезненно, словно железные тиски. Ногти впились в кожу, оставляя красные полумесяцы. — ...более тесный контакт, — закончила она, усиливая давление. Дрянь. Делает это специально. — Отпусти, — сказала я тихо, но в моём голосе прозвучала угроза. — Или что? — прошипела Лисса, её хватка стала ещё крепче. — Ты пожалуешься преподавателю? И тут чья-то рука легла на плечо Лиссы. — Проблемы? — спросил Кайр тихим голосом, но в нём читалась сталь. Лисса обернулась с наигранной улыбкой. — Никаких проблем, Кайр. Просто показываю новенькой, как работать с энергией. — Отпусти её руку, Лисса, — его голос стал ещё тише, но отчего-то более угрожающим. — Я ничего не делаю плохого... Кайр молниеносно схватил её запястье и выкрутил его так, что Лисса вскрикнула и отпустила меня. Его пальцы сжались на её коже с силой, которая заставила её побледнеть. — Не забывай, — прошептал он, наклонившись к её уху, — я старше. Старше? Что это должно означать? В глазах Лиссы вспыхнула ярость, но также и что-то похожее на страх. Она сердито одёрнула руку и отодвинулась. — Это ещё не конец, — прошипела она мне, вставая из-за стола. — С нетерпением жду продолжения, — ответила я с ядовитой улыбкой. Лисса бросила на нас последний злобный взгляд и демонстративно пересела к другому студенту. Кайр занял её место, и внезапно воздух стал пахнуть его одеколоном — что-то сильное мускусно свежее, мужское, с нотками чего-то дикого. Мои лёгкие сами собой сделали глубокий вдох. Даже пахнет как грех. — Прости за неё, — сказал он тихо, и близость его голоса заставила сердце забиться быстрее. — Лисса... не всегда умеет контролировать свои эмоции. Я изучила его профиль — точёные скулы, сильную линию челюсти, где проступала лёгкая щетина. Хотелось провести пальцами по этой челюсти, почувствовать шершавость кожи... Остановись немедленно. — Спасибо, — сказала я, стараясь говорить ровно. — Хотя я справилась бы сама. Когда он положил руку поверх моей, электрический разряд пробежал от кончиков пальцев до самого сердца. Его кожа была тёплой, а прикосновение — удивительно нежным для такого сильного мужчины. Боже, что происходит с моим телом? Почему от простого прикосновения я готова растаять? Лунный камень между нами вспыхнул ярким светом. — Интересно, — прошептал он, изучая мою реакцию. — У тебя очень... интенсивная энергетика. Интенсивная. Ещё одно слово для описания моей "особенности". Урок закончился быстрее, чем я ожидала. Когда студенты начали расходиться, Кайр задержался. — Можно проводить тебя? — спросил он. Конечно можно. Особенно если это означает больше времени наедине с ним. — Если хочешь, — ответила я, стараясь казаться равнодушной. Мы шли по коридорам молча. Каменные стены Академии казались менее мрачными в его присутствии, а факелы горели ярче. — Расскажи мне о себе, — сказал он наконец. — Откуда ты? Какой была твоя жизнь до Академии? Вопросы, на которые сложно отвечать честно. — Ничего особенного, — уклончиво ответила я. — Маленькая деревня, скучная жизнь. — А семья? Что-то сжалось в груди. — Родители умерли, когда мне было десять. Воспитывала тётя. Кайр остановился и повернулся ко мне. В его зелёных глазах мелькнула боль — настоящая, глубокая. — Иногда это спасение, а не боль, — сказал он тихо. Спасение? Что он имеет в виду? — Что ты имеешь в виду? Он отвернулся, глядя в окно на тёмный лес. — Некоторые родители... не заслуживают своих детей, — произнёс он, и в его голосе прозвучала такая горечь, что сердце сжалось. — Некоторые причиняют больше боли, чем их отсутствие. Что случилось в его семье? Какую боль он скрывает за этой идеальной маской? Мы дошли до моего корпуса. У входа Кайр остановился и достал из кармана что-то завёрнутое в чёрный шёлк. — Я хочу дать тебе кое-что, — сказал он, разворачивая ткань. В его ладони лежал нож — небольшой, изящный, с серебряным лезвием и рукоятью из чёрного дерева. Металл переливался в свете факелов, как жидкое лунное сияние. Нож. Он дарит мне оружие. — Я не могу это принять, — начала я, но он мягко взял мою руку и вложил в неё рукоять. — Можешь, — сказал он твёрдо. — Это серебро, Алая. Оно способно остановить оборотня и нанести рану, от которой он не скоро оправится. Серебро против оборотней. Он даёт мне оружие против своего собственного вида. — Почему? — прошептала я. — Потому что ты не такая, как другие, — прошептал он, и его голос стал настолько низким и интимным, что по телу пробежала волна жара. Кайр поднял руку и осторожно коснулся моей щеки. Его пальцы были тёплыми, удивительно нежными, и от этого прикосновения весь мир сузился до точки их соприкосновения с моей кожей. Дыхание сбилось, сердце застучало так громко, что я была уверена — он его слышит. Поцелуй меня. Пожалуйста, поцелуй меня. Его лицо было совсем близко, я чувствовала тепло его дыхания на губах. Зелёные глаза потемнели, стали почти изумрудными в лунном свете. На мгновение весь мир застыл — только мы двое, только это электричество между нами. Он собирается меня поцеловать. И я хочу этого больше, чем собственного дыхания. Но он отступил, медленно убирая руку, и я почувствовала, как холод заполняет место, где только что было его тепло. Нет! Почему он остановился? — Спокойной ночи, Алая, — сказал он тихо, и даже в том, как он произносил моё имя, была какая-то интимность, которая заставила что-то сжаться внизу живота. Он исчез в тенях коридора, оставив меня с пылающими щеками и бешено колотящимся сердцем. Проклятье. Что он со мной делает? Я осталась стоять у входа, сжимая в руке серебряный нож и пытаясь справиться с вихрем эмоций. Мои губы всё ещё горели от того поцелуя, которого не было. Тело требовало его близости, его прикосновений. Я схожу с ума. Он мне нравится. Нет, не нравится — я в него влюбляюсь. И это совершенно безумие. Я поднялась в свою комнату. Мила и Сара уже спали, и я тихо прошла к окну, рассматривая подарок при лунном свете. Серебряный нож против оборотней. И он дал его мне. Что это значит? Внезапно за окном послышался шорох. Я замерла, прислушиваясь. Звук повторился — как будто кто-то двигался по карнизу. Схватив нож, я тихо вышла на балкон. Лунный свет заливал каменный парапет серебром, и в этом сиянии я увидела силуэт. Мужчина сидел на краю балкона, и даже в темноте я узнала эту фигуру. Рэйвен. Тёмные волосы развевались на ветру, а лунный свет подчёркивал каждую линию его лица — резкие скулы, чувственные губы, сильную линию челюсти. Он был красив той опасной, тёмной красотой, которая обещала неприятности и заставляла сердце биться быстрее от одного взгляда. О нет. Не сейчас. Не когда я только начинаю разбираться в своих чувствах к Кайру. — Ооо, — протянул он с дерзкой усмешкой, и даже его голос был как бархатное вино с привкусом греха. Синие глаза сверкнули, заметив нож в моей руке. — Мой братец дал тебе оружие против самого себя. Как романтично. Когда он спрыгнул с парапета, я невольно проследила взглядом движение его мускулистого тела. Чёрная футболка облегала торс, подчёркивая широкие плечи и узкие бёдра. Каждое его движение было наполнено хищной грацией, которая заставляла что-то сжиматься в животе. Прекрати смотреть на него так. Ты же не из тех, кто теряет голову от красивой внешности. Но когда он подошёл ближе, воздух наполнился его запахом — чем-то диким, мускусным, полностью мужским. Мой организм предательски отреагировал на его близость, кожа покрылась мурашками. Чёрт. Почему оба брата влияют на меня так сильно? Один заставляет чувствовать себя защищённой и желанной, а другой... другой пробуждает что-то тёмное и опасное внутри. Против самого себя. Что он имеет в виду? — Что ты здесь делаешь? — спросила я, не опуская нож. — Любуюсь видом, — ответил он, но в его глазах плясали опасные искорки. — И думаю о том, как интересно складываются обстоятельства. В лунном свете его красота была почти сверхъестественной — опасной, тёмной, притягательной. — Держи своё оружие покрепче, сладкая, — прошептал он, наклонившись так близко, что я почувствовала тепло его дыхания на коже. Голос был низким, хриплым, полным тёмных обещаний. — В этом месте никогда не знаешь, когда оно может понадобиться. Его близость была опьяняющей. Я чувствовала каждую линию его тела, жар, который исходил от него. Синие глаза смотрели прямо в мои, и в них плескалось что-то дикое, необузданное. Он опасен. Совершенно и абсолютно опасен. И меня это заводит. И прежде чем я успела ответить, он растворился в ночных тенях, оставив меня одну с бешено колотящимся сердцем и путаницей в голове. Проклятье. Что происходит со мной? Почему я реагирую на них обоих так сильно? Кайр заставляет меня чувствовать себя особенной, защищённой, желанной. А Рэйвен... Рэйвен пробуждает во мне что-то тёмное, что-то, чего я сама в себе не знала. Дорогой дневник, сегодня я поняла, что попала в самый центр игры, правил которой не понимаю. Кайр защищает меня и дарит оружие, от одного его прикосновения я готова растаять. Рэйвен появляется в моём окне и заставляет сердце биться как сумасшедшее. И я до сих пор не знаю, кому из них можно доверять. Но одно я знаю точно — моё сердце колотится определённо не от страха. А от чего-то гораздо более опасного.