Глава 10

"Есть встречи, которые меняют судьбу. Есть разговоры, которые открывают тайны. А есть ночи, когда сердце делает выбор, о котором разум будет сожалеть до утра." Дорогой несуществующий дневник, Если бы кто-то сказал мне, что бессонница может привести к ночным свиданиям с красивыми оборотнями в заброшенных коридорах готического замка, я бы предложила ему сократить потребление готических романов. Но вот я здесь, блуждаю по Академии в три утра, потому что сон — это роскошь для тех, чья жизнь не похожа на страшную сказку. После встречи с Рэйвеном на балконе я металась по комнате как запертый зверь. Сон не шёл — каждый раз, когда я закрывала глаза, перед ними возникали два лица. Зелёные глаза Кайра, полные тепла и загадок. Синие глаза Рэйвена, холодные как лёд и жгучие как пламя одновременно. Два брата. Два совершенно разных мира. И я где-то посередине, как идиотка, которая не может определиться. Мила сопела во сне, изредка бормоча что-то неразборчивое. Сара читала даже во сне — её пальцы всё ещё слабо двигались, словно переворачивая невидимые страницы. А я лежала и смотрела в потолок, где тени от свечей плясали свой бесконечный танец. Серебряный нож лежал под подушкой — холодный, острый, напоминание о том, что Кайр доверяет мне своё оружие. Но почему? Что он во мне видит? В четыре утра я сдалась. Накинула халат поверх ночной рубашки, сунула нож за пояс и тихо выскользнула из комнаты. Коридоры Академии ночью превращались в лабиринт теней и шёпотов. Факелы горели тусклее, их пламя трепетало на сквозняках, создавая причудливые силуэты на стенах. Портреты в золотых рамах казались живыми — их глаза следили за каждым движением, а губы шевелились в беззвучных разговорах. Идеальное место для полуночных прогулок. Жаль, что у меня нет склонности к самоубийству. Я бродила без цели, позволяя ногам вести меня куда угодно. Каменный пол был холодным под босыми ступнями, а воздух пах воском, старыми книгами и чем-то ещё — чем-то диким и первобытным. Запах хищников. Даже когда они спят, Академия помнит, кто здесь хозяин. Мои шаги привели меня в восточное крыло, в ту часть замка, которую студенты редко посещали. Здесь коридоры были уже, потолки — ниже, а тени — гуще. Витражные окна изображали сцены охоты: волки, преследующие оленей, люди с луками, целящиеся в зверей. Или зверей, целящихся в людей. В этом месте сложно понять, кто охотник, а кто добыча. Я остановилась у большого окна, выходящего в сад. Лунный свет заливал клумбы с чёрными розами, а фонтан с русалкой отбрасывал зловещие тени. Где-то вдали завыл волк — протяжно, печально, и звук этот пробрал до костей. Дикие. Рэйвен говорил о диких оборотнях в лесу. Интересно, сколько их там? И насколько они голодны? — Не можешь спать? Я подпрыгнула и обернулась. Из тени колонны вышел Кайр, его силуэт был едва различим в полумраке. Он был одет в тёмные джинсы и чёрную футболку, волосы растрёпаны, словно он тоже ворочался в постели без сна. Боже мой. Даже растрёпанный он выглядит как греческий бог. — Кайр? — мой голос прозвучал хрипло. — Что ты здесь делаешь? — То же, что и ты, — он подошёл ближе, и лунный свет упал на его лицо, подчеркнув точёные скулы и полные губы. — Борюсь с бессонницей. Его губы. Зачем я смотрю на его губы? — Плохо спится в новом месте, — соврала я. Он остановился рядом со мной, настолько близко, что я чувствовала тепло его тела. Запах его кожи — древесный, мужской, с едва уловимыми нотками чего-то дикого — окутал меня, заставляя сердце биться быстрее. Сосредоточься, Алая. Это просто разговор. Обычный, невинный разговор. — Думаю, дело не в новом месте, — сказал он тихо, его голос был как бархат в темноте. — Ты выглядишь... взволнованной. Его зелёные глаза изучали моё лицо с той же интенсивностью, с какой исследователь изучает древний артефакт. В этом взгляде была нежность, но также и что-то более тёмное — желание, которое заставило моё дыхание сбиться. Взволнованной? Если бы он знал, как сильно он сам меня волнует... — Просто много думаю, — ответила я, стараясь сохранить равнодушный тон. — О чём? О тебе. О твоём брате. О том, что происходит с моим сердцем, когда вы рядом. — О жизни, — уклончиво сказала я. — О том, как быстро всё изменилось. Кайр кивнул, его взгляд стал понимающим. — Перемены могут пугать, — согласился он. — Особенно когда ты не знаешь, что ждёт впереди. — А ты знаешь? — спросила я, повернувшись к нему лицом. — Что ждёт впереди? Что-то тёмное мелькнуло в его глазах — боль, которую он тщательно скрывал. — Не всегда, — признался он. — Иногда будущее... непредсказуемо. Мы стояли молча, глядя друг на друга. Между нами пульсировало напряжение — электрическое, почти осязаемое. Его взгляд опустился на мои губы, задержался там, и я почувствовала, как по телу разливается жар. Он собирается меня поцеловать. И я хочу этого больше, чем следующего вдоха. — Алая, — прошептал он, поднимая руку и осторожно убирая прядь волос с моего лица. Его пальцы задержались на щеке, поглаживая кожу большим пальцем. Этот простой жест заставил моё сердце биться так громко, что казалось, оно слышно на всю Академию. Я закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновением. — Что ты со мной делаешь? — прошептала я, не открывая глаз. — То же самое, что ты со мной, — ответил он, его голос стал ещё тише, более хриплым. Я открыла глаза и встретилась с его взглядом. В зелёных глазах плескались эмоции — желание, нежность, что-то похожее на боль. — Я не должен, — прошептал он, но не убирал руку. — Почему? — Потому что ты не знаешь, кто я на самом деле. Потому что ты не знаешь, на что я способен. На что он способен? О чём он говорит? — Тогда расскажи мне, — сказала я тихо. Он покачал головой. — Некоторые вещи лучше не знать. — Дай мне самой решить, что мне лучше знать. Кайр смотрел на меня долго, словно взвешивая что-то. Затем медленно наклонился ближе. Его дыхание коснулось моих губ, тёплое и сладкое. Сейчас. Он поцелует меня сейчас. Но в этот момент где-то в замке заскрипела дверь. Звук прогремел в тишине как выстрел, и Кайр мгновенно отступил. Нет! Опять! — Мне нужно идти, — сказал он, но в его голосе читалось сожаление. — Кайр, подожди... Но он уже растворился в тенях, оставив меня одну с пылающими щеками и сердцем, которое билось как сумасшедшее. Проклятье. Опять он ушёл в самый интересный момент. Я постояла ещё несколько минут, пытаясь успокоить дыхание и сердцебиение. Потом развернулась, чтобы идти обратно в комнату. И столкнулась с Рэйвеном. Он стоял в нескольких шагах, прислонившись к стене. В тёмной одежде он почти сливался с тенями, но синие глаза сверкали в полумраке как два сапфира. Как долго он здесь стоит? Видел ли он...? — Развлекаешься? — спросил он с той дерзкой усмешкой, которая одновременно раздражала и притягивала. — Не твоё дело, — огрызнулась я, но сердце снова забилось быстрее. Почему он появляется именно тогда, когда мне нужно время подумать? Рэйвен оттолкнулся от стены и подошёл ближе. Его движения были плавными, хищными, каждый шаг продуман и опасен. — Мой братец опять играет в благородного рыцаря? — спросил он, и в его голосе прозвучали насмешливые нотки. — А ты играешь в кого? — парировала я. Он засмеялся — низко, хрипло, и этот звук прошёлся по моей коже мурашками. — Я не играю, сладкая. Я всегда серьёзен. Он остановился прямо передо мной, так близко, что я чувствовала жар его тела. В отличие от Кайра, от Рэйвена исходила совершенно другая энергия — дикая, необузданная, опасная. Кайр — это безопасность и тепло. А Рэйвен — это адреналин и риск. — О чём вы разговаривали? — спросил он, наклонив голову. — О погоде, об уроках, — соврала я. Его глаза сверкнули. — Лжёшь. Я чувствую запах лжи. Чувствует запах лжи. Конечно. Волчьи инстинкты. — А ещё что ты чувствуешь? — вызывающе спросила я. Рэйвен наклонился ещё ближе, его губы оказались у самого моего уха. — Твой страх, — прошептал он, и его дыхание обожгло кожу. — Твоё возбуждение. Твоё желание. Проклятье. Он действительно чувствует всё это. — Ты слишком много о себе думаешь, — сказала я, стараясь сохранить уверенность в голосе. — Неправда, — прошептал он. — Я думаю о ТЕБЕ. Постоянно. Эти слова ударили прямо в солнечное сплетение. Я посмотрела в его глаза и увидела там что-то, что заставило моё сердце пропустить удар. Он серьёзен. Он действительно думает обо мне. — Рэйвен... — Ты не знаешь, что творишь со мной, — продолжал он, его голос стал ещё тише, опаснее. — Как сводишь с ума одним своим запахом. Его рука поднялась и коснулась моей щеки — так же, как делал Кайр, но совершенно по-другому. Прикосновение Рэйвена было более требовательным, обладающим. Не могу дышать. Он не даёт мне дышать. — Мой братец думает, что может тебя защитить, — прошептал он. — Но он не знает, от чего тебя защищать. — А ты знаешь? — Да, — его глаза потемнели. — От меня. И тут он поцеловал меня. Не мягко, не осторожно, как собирался Кайр. Рэйвен поцеловал меня жадно, требовательно, словно голодающий, наконец получивший пищу. Его губы были горячими, настойчивыми, и от этого поцелуя мир вокруг исчез. Боже мой. Я должна была оттолкнуть его. Должна была сопротивляться. Но вместо этого моё тело предательски откликнулось, руки сами потянулись к его плечам, а губы ответили на поцелуй с той же страстью. Это неправильно. Это безумие. Но почему же так хорошо? Рэйвен прижал меня к стене, его тело накрыло моё, и я почувствовала каждую линию его мускулов, каждое биение его сердца. Поцелуй углубился, стал ещё более требовательным, и я потерялась в нём полностью. Когда он наконец оторвался от моих губ, мы оба тяжело дышали. Его глаза пылали синим огнём, а губы были влажными от наших поцелуев. — Вот это да, — прошептала я, не в силах произнести что-то более умное. Рэйвен усмехнулся, но в его улыбке была гордость хищника, поймавшего добычу. — Только начало, сладкая, — прошептал он. — Только начало. Звук шагов в коридоре заставил нас разойтись. Рэйвен отступил, но не убрал рук с моих плеч. — Беги, — прошептал он. — Пока я не передумал отпускать тебя. Я не заставила себя повторять. Подхватив подол халата, я побежала по коридору к своей комнате, чувствуя на себе его взгляд. Дорогой дневник, сегодня ночью я поняла, что моя жизнь окончательно превратилась в хаос. Кайр почти поцеловал меня, и я хотела этого больше всего на свете. А потом появился Рэйвен и поцеловал по-настоящему, и это было... невероятно. Два брата. Два совершенно разных типа притяжения. И я, идиотка, отвечаю им обоим. Что со мной не так? Почему я не могу выбрать одного? Почему моё сердце разрывается между безопасностью и опасностью? И самое главное — что будет, когда они узнают о моих чувствах к обоим? Я тихо прокралась в комнату и легла в кровать, прижав пальцы к губам. Они всё ещё горели от поцелуя Рэйвена, а сердце билось так громко, что казалось, разбудит весь корпус. Завтра будет новый день. Завтра я буду разумной, рассудительной девушкой, которая не целуется с красивыми оборотнями в полночных коридорах. Но сегодня... сегодня я просто буду лежать и вспоминать, каково это — быть желанной.