Глава 11

Алви И кого она собиралась обмануть? Я магистр магии. Она оттолкнула меня, но я увидел её смятение, бурю тщательно запрятанных, очень сильных чувств. Циничная меркантильная девица? Нет, маленькая испуганная врушка. Было даже приятно, что в ней столько спрятано всего настоящего, включая страх, ненависть, гнев, отчаяние и… Была ли это любовь? Она, похоже, сама не знала. Но держалась, как кремень! Моя школа! Невольно загордился ею и зауважал. Сквозь напускную холодность было легче соврать, что ей ничего не грозит. И ей проще поверить. Но ложь не решала проблемы. Я был прав: немаги умирают. Или засыпают, что почти одно и то же. И чёрт меня побери, но я не обладал силой снять блокиратор. Пока что… Выхода было два: или писать прошение в Королевский надзор о том, чтобы снять браслет, угрожающий жизни; либо искать Вёлвинда, точнее, Амару с его живой тьмой. При этом Агнес надо было обеспечить отдыхом и значительным магическим фоном для того, чтобы продержалась, хоть всех полудемонов и виверн сгоняй… Хотя зачем сгонять? Пусть присоединяется к вечеринке на солнышке. Я подкатил на самоходной машине с Агнес к бассейну. При взгляде через перигей магия по воде расплывалась искристыми кругами, эдакой игривой радугой. Волшебные пузырьки в лазурной воде танцевали, как будто в бокале шампанского. Стало даже жаль, что моя всезнайка этого не видит. Но какие её годы! По свистку нас окружили пальцегады и гоблины. Я указал на Агнес: – Оказать леди гостеприимство, вести себя дружелюбно, никуда дальше шатра с угощениями не выпускать. – Но, сэр… – попробовала она возразить. – При попытке сбежать разрешаю связать и положить на шезлонг, если сама добровольно отдыхать не захочет. – Я снисходительно посмотрел на возмущённую Агнес. – Можешь ножками поболтать в фонтане, если, конечно, приличным аристократкам из Арванша это дозволено. Она глянула на меня с подозрением. – Вы читали мои мысли, сэр? – Зачем? Всё, что требовалось, я понял и так, – ответил я ухмыльнувшись. – Если сможешь позаимствовать у кого-нибудь купальный костюм, предлагаю занырнуть. Охладить пыл тебе полезно. Она покраснела до кончиков ушей. Мне стало весело, и я подмигнул: – А вообще, зачем такие условности? Ныряй в платье! Полудемонам всех мастей женские прелести безразличны, а к моему возвращению высохнешь. Развлекайся! Уже уходя, я велел пальцегадам: – Магические коктейли с веселящей пыльцой не предлагать. Не то шкуру спущу и отправлю служить на север! В лютые морозы. Агнес глянула на меня обиженно, словно только и мечтала залиться чем-нибудь веселящим, а я покачал головой. – И пунш не выпрашивай. Помни, ты не в отпуске, как все они. – Разумеется, сэр! – Она отсалютовала в стойке «смирно» рукой с браслетом. – Служу Его Величеству и Вашей жадной Светлости! Так и хотелось сказать: «Балда, если жить хочешь, выключаться тебе категорически противопоказано!» У неё было такое кислое лицо, что я всё-таки снизошёл до успокоительного объяснения: – В момент портального перемещения при наличии в крови алкоголя и прочих радостей потом голова отвалится. И это будет даже не похмелье, а как лопатой по макушке с искрами из глаз. – Всё-то вы знаете, всё-то уже испытали, господин магистр, – расплылась в ехидной улыбке Агнес. У гоблинов и пальцегадов отвисли челюсти, а я ткнул пальцем на свободный шезлонг под раскидистым зонтом в полоску. – Вот твоя зона ответственности. Осваивай. И без фокусов! Или отправлю в камеру к дознавателю, уж очень ему не терпелось тебя наказать. Она открыла было рот, но вовремя прикрыла пальцами. Правильно, злить меня надо умеренно, не то мне надоест так развлекаться. * * *Агнес Алви убыл, наконец. Запрыгнул в свою самоходную машину и был таков. Я натянуто улыбнулась разинувшим рты пальцегадам. Всё-таки они совершенно нелепы в своих цветастых рубашках, ещё б венки из цветов на шеи свои лягушачьи нацепили! От замка к нам прошлёпала перепончатыми лапами по мрамору пара полудемонов с ожерельями из орхидей. М-да… совсем экология ни к чёрту! Я присела на край шезлонга, потянулась за кусочком нарезанного манго. Холодненький. Гоблины окружили меня с внешней стороны, пальцегады в цветастых шляпах и рубашках – с внутренней, словно дрессированные собачки. Так и тянуло сделать проверочный «Гав», – ответят ли дружным хором? По другую сторону бассейна все волшебные существа тоже уставились на меня. Даже тиктаклины, если я правильно трактовала внезапную остановку копошащихся вдалеке цветных «муравьёв» на мраморном парапете… Я из вредности прошла прямо сквозь толпу приземистых существ и, сняв балетку, поводила задумчиво большим пальцем ноги по поверхности воды. Освежает! Пальцегады выкатили, как по команде окуляры: пятеро справа на ногу, пятеро слева – на голову. Уж не ожидают ли они, что я развалюсь пополам и покачусь в разные стороны? А катиться отсюда стоило. У меня было несколько вопросов, которые, может быть, упростили бы мне жизнь. Во-первых, надо было найти мадам Бохосту, если она здесь, и расспросить об оборотнях. Их же наверняка можно обхитрить. И не только ментальным копьём промеж глаз. Во-вторых, был у меня очень полезный тайничок… Хотя его наверняка конфисковали вместе со всем добром, принадлежащим тайному сообществу. Но я не припомню, чтобы вещь из тайника описывалась в протоколе дознавателей. Впрочем, после допросов я была не в лучшей форме, могла и пропустить. Ну и как мне улизнуть отсюда? Я начала с проверки границ. Прикрыв глаза козырьком из ладони, глянула на академию. Слегка опешила: стены будто дышали! Каменная кладка слегка расходилась к центру и так же медленно сходилась, словно где-то внутри замковой громады академии были рёбра. Моргнуло несколько окон, встряхнулась слегка большая часовая башня. Ой, кажется, я перегрелась… Я взяла в руки бумажный стакан, напомнивший о студенческих вечеринках. Тут же гоблин налил мне из запотевшей от холода бутыли воды с дольками экзотических фруктов. Со стаканом в руке я неспешно продефилировала к шатру с едой: чего не пройтись, раз можно. Пальцегады и гоблины стадом проследовали за мной. У, обложили! Я заглянула в шатёр. Стол, как и должно на увеселительных мероприятиях, ломился угощениями. Правда, бордовые червячки, шары из семечек с эссенцией магии и десерты из болотных комаров мне не очень приглянулись… Я обратила внимание на тень в углу: а отчего она? Не получится ли тихо смыться? Сделала шаг, и вдруг плиты под ногами разъехались. Я провалилась! Со страшной скоростью и сдавленным криком. Подол платья задрался кверху, закрыв полностью видимость. А-а-а… Пролетев, как пробка из бутылки, не одну дюжину метров, я вдруг шлёпнулась на каменный пол. Ойкнула от боли, судорожно содрала платье с головы. И обнаружила, что попала в какой-то тёмный подвал. – Разговор есть! – послышался за спиной знакомый шелестящий голос. Я обернулась: так и есть, мистер Носок, во всей своей пижамно-халатной красе. Из-под панамы с огромными полями сверкнули жёлтые глаза, совсем как у стражей в запретной части библиотеки. Хм, он им родственник? – Что вам надо, мистер Носок? – поинтересовалась я, потирая ушибленные места. – Разобраться с тобой, наконец, маленькая леди-засранка! – прошипел полудемон, и разноцветная пляжная вешалка в панаме, размахивая махровыми полотенцами и когтистыми чесалками для спины, угрожающе двинулась на меня. Куча начала расти во все стороны, заполняя одеждой для отдыха маленькое помещение. Количество бамбуковых чесалок с когтистыми пальцами увеличилось вдвое. Я вскочила на ноги. – Но у нас нет с вами незакрытых счетов, мистер Носок! – воскликнула я. – А если вы про то, что я говорила сэру Алви, то это была защитная реакция. От него! – А что ты говорила сэру Алви? – заинтересовалась пижамная куча и перестала увеличиваться. Я потупилась. – Это личное. Куча розовых, лимонных, в горошек и в мишку, в пятнистых дракончиках и с восточными журавлями, с морскими якорями, местами полосатых пижамо-халатов вновь начала расти. Откуда-то сверху на мою голову упали розовые тапочки с кроличьим пушком. Хоть не каблуком по темечку. – Говори! – проскрежетал комендант. – Я всё равно слышу всё, что происходит в стенах академии! – Точнее, это он сказал, а я не стала отрицать! – сказала я отступая. – Что я в вас влюблена… Панама съехала назад, обнажив опешившую зелёную мордочку размером с кулачок без единого волоска. Она была будто слеплена из яблочного желе. Едва намеченный носик повёл по воздуху. – Нет… – пробормотал полудемон. – Ну вы же сами сказали, что всё слышите… На самом деле, сэр ректор замучил меня своими поддёвками, а я просто интересовалась, где вы, потому как вы самый лучший комендант из всех, что я могу припомнить! Зелёная мордочка потянулась ко мне, при этом желейная шея начала пугающе удлиняться. – Но раз ты сказала про любовь, ты можешь меня поцеловать… – проговорил вкрадчиво полудемон. Изобразил заинтересованность. Я влипла в стену. – Пожалуй, нет… Простите, мистер Носок, мои чувства к вам дружеские и исключительно платонические. В них одно сплошное уважение, как я могу испортить их чем-то столь грубо материальным? Пожалуй, мало кто видел разочарованное желе… Голова на длинной шее взвилась вверх и развернулась на сто восемьдесят градусов. – Видишь, дорогая? А я тебе говорил, что нет никакого повода для ревности! Каменная кладка разъехалась. Я увидела живописный хаос из тканей – такой, словно у модистки случился нервный срыв. Накрученные, смятые рулоны шёлка и бархата; банты, ленты, золотая тесьма и пэчворк из всевозможных кусочков, всё это застыло колом на швейном взрыве. А на верхушке красовался маленький именинный колпачок с пушком из кролика. Ой… Ощущая стену за спиной, я сказала: – Миссис Носок?.. Приятно познакомиться, очень, очень… Очарована, поражена, вы прекрасны… – И глянула на торчащую из халатов и пижам зелёную физиономию коменданта. – А можно я уже обратно, раз мы со всем разобрались? Сэр Алви меня хватится, будет зол… – Не хватится, – буркнул мистер Носок. – Его нет на территории академии. Миссис Носок оказалась неразговорчива. Стена просто сдвинулась обратно, и мы с господином полудемоном остались в подвале одни. Хм, а может, то была просто инсталляция? Мечта мистера Носка о спутнице жизни? – Так я пойду? – сказала я. – Даже если ректора нет, его гвардия бдит. Им велено меня охранять. – Подождут! – рявкнул мистер Носок. Панама нахлобучилась обратно, позволив мне выдохнуть с облегчением. – Ты, маленькая противная колдунья, оставила заговорённую вещь, которая портит мне все планы! – О, вы про мой тайник? – догадалась я. – Но, позвольте, я оставила его в трубе заложенного камина в комнате под башней. Насколько я помню, ректор отдал приказ туда никого не заселять. – Башню трясло. Твою дрянную штуковину выбросило вместе с охранными кирпичами в мою гостиную! Ни сдвинуть, ни выбросить! Забери её немедленно! Никакой гармонии пространства, когда посредине лежит твоё мерзкое добро! Я втайне обрадовалась, но вид сделала деловой и снисходительный. – Вам повезло, мистер Носок, я как раз собиралась забрать свою вещицу. Странно только, что дознаватели не забрали её раньше, они ведь всё моё изымали, не так ли? – То что упало в мою гостиную – моё, – рыкнул мистер Носок. – Тогда тем более странно, что вы сердитесь. – Твоё чёртово заклятье оказалось сильнее моих чар! – нервно выпалил полудемон. – Забирай и выметайся! Я почувствовала гордость: полудемон не справился с моей магией? Значит, я всё-таки что-то да умею! Жаль, не щёлкнуть этим Алви по носу. Пока. – Повежливей, мистер Носок, – сказала я, – не то пожалуюсь ректору, что вы воруете чужое… – Оно упало само! – А я? Тоже «само»? Полудемон возмущённо фыркнул. В воздухе что-то сверкнуло. Над головой разъехался потолок. Меня снова понесло по тоннелю, только теперь вверх. Я выпала в просторном помещении, похожем на чердак, на котором складывают ненужные вещи. Пыльные стопки газет, перевязанные атласными лентами. Коробочки со всякой всячиной, наставленные одна на другую так, что, казалось, вот-вот свалятся. Белый рояль с проломленной крышкой. Кучи одежды на всех поверхностях. Несколько драгоценных ваз по разным углам, из которых торчали то ценные артефакты, то сухие цветы, то внезапно красный кружевной бюстгальтер. Сундуки с коваными углами и кресло с позолоченными ножками и вытертой парчой посредине, а прямо перед ним – три кирпича и нечто запылённое, в кирпичной крошке. Моя шкатулка! Я бросилась к ней, но тут же остановилась: у меня ведь нет магии! – Заклятье вслух произнеси снимающее! Магией обеспечу, – пробурчал мистер Носок. – Чего только не сделаешь, чтобы избавиться от чужого хлама! Я ещё раз окинула взглядом живописный бардак: кто бы говорил! Можно было бы для развлечения и поторговаться, но в шкатулке хранилось то, что мне наверняка пригодится в Азантарне! Приблизившись к кирпичам, я встала на колени, стряхнула платком пыль и кирпичную крошку со своего тайника, положила сверху ладонь. Мистер Носок дунул, подняв над полом облако, похожее на пыль. Я чихнула. – Не отвлекайся! – фыркнул он. – На правах хозяйки этого тайника все заклятья и охранные заговоры снимаю, – произнесла я. Рядом лежащие кирпичи отвалились в стороны и превратились в ржавую труху. Я взяла шкатулку и прижала к груди. Она была небольшой – размером с обычный учебник. И это хорошо, можно спрятать в любом из безразмерных карманов моего ужасного платья. – И только-то! – разочарованно сказал мистер Носок. – Могла придумать что-нибудь позаковыристее. – Зачем? Самое простое обычно самое эффективное, – пожала плечами я, решив не рассказывать, что дело тут не в словах, а в плетении на намерении и на моей личной энергии. – Теперь вам ничего больше не промешает навести порядок. – Тут и так порядок! – заявил небрежно полудемон. – Каждая вещь на своём месте! Полная гармония, если б не твой кирпич. Теперь можно звать гостей! – Вам виднее. Пижамная куча обошла вокруг меня, волоча рукавами и поясами халатов по пыльному ковру. – Дело вкуса, конечно, леди колдунья, но я бы не рекомендовал вам соблазнять ректора в таком убогом наряде. – Кто сказал, что я его соблазняю? – возмутилась я. – Возвращайте уже меня обратно! – А смотрит он на тебя так, как будто уже соблазнён. – Панама игриво помахала широкими полями. – И что у тебя в шкатулке? – Не скажу. – Скажешь, если хочешь вернуться. – Это вы меня вернёте сами, если не хотите, чтобы я разнесла тут всё к демонам! – рыкнула я. – К полудемонам… – Нет, ко всем чертям! – сощурилась зло я. – Не верите? Да по вашим же карманам видно, что вы чувствуете внутри шкатулки магию. Сильную! Боевую! Скажете нет? – У тебя нет магии. – Зато шкатулка подчиняется только мне – я хозяйка. – Мерзавка, а не хозяйка, – обиженно пробурчал комендант. – И правильно на тебя кто-то мистическую дрянь навесил, заслужила. – Какую дрянь? – У ректора спроси! Рукава и полы халатов взвились к потолку. Пол подо мной разверзся, и меня опять понесло по узкому тоннелю, словно письмо в пневмопочте. Я вылетела, как пробка из шампанского, прямо под стол с синими червячками. Дюжина пальцегадов вздохнула с облегчением. Зелёные гоблины забойно выругались. Я завернула в упавшую со стола на пол салфетку мою шкатулку и вылезла из-под стола. Задача номер один совершенно случайно оказалась выполнена. – А где мадам Бохоста? – спросила я у ближайшего гоблина. – В экспедиции. Отпуск у неё… – выругался снова гоблин. Обожаю их грубую прямоту. Жаль, с мадам медведицей поговорить не удастся.