Глава 12

Агнес Было бы слишком нереальным, если бы мне повезло и с пунктом номер два. Поэтому я дожидалась Алви с некоторым нетерпением, постукивая пальцами по белой крашеной раме шезлонга. Алви явился хмурый, сосредоточенный и злой. – Возвращаемся, – сказал он без вступлений. Я села. – Есть рациональное предложение. Даже два. Со взмахом руки златокудрого ректора на нас опустился полог неслышимости. – Это было не обязательно, – сказала я. – Или говори, что хотела, или не умничай, – ответил он. Похоже, там, где он был, ему посыпали солью под хвост. Поэтому я встала и изобразила вежливость. – У нас с вами есть нерешённые проблемы, и наблюдается недостаток специалистов. Первое, при всём моём почтении, но вы не врач. А единственный целитель из Круга ритуалов исчез. Нам позарез надо вытянуть из сна мисс Свеборг. Второе, мы упускаем из виду тех, кто в курсе секретов древней руны, Песчаного духа, да и вообще лесов вокруг Розендорфа, – хэндаров! – Предлагаешь с оборотнями словечком перекинуться и заключить контракт о сотрудничестве? Или лучше пакт о ненападении? – усмехнулся Алви. – С нами они говорить не станут, – ответила я. – Они считают себя более высокой расой по сравнению с людьми и магами, это раз. Вы не имеете на них влияния – у них свои законы, это два. Нам нужен посредник – мадам Бохоста. Нужно её вызывать! – Всё-то ты знаешь, всё-то ты продумала, – передразнил он недавний мой выпад и рыкнул: – Возвращаемся! – Но рационально ли? – Я твоего совета не спрашивал. Тем более, не просил мной манипулировать, – отрезал Алви. – Твои зрачки выдают всё. В чём твоя личная заинтересованность? – Вы просили вам помочь… – Заметь, помочь, а не наврать! Ну и как с ним разговаривать? Похоже, ему ещё и в мозг антиколдовской солью зарядили. И где его носило, интересно, если не на территории академии? Я мысленно поблагодарила себя за то, что умудрилась добыть собственный тайник и покорно склонила голову перед ректором. – Как изволите, сэр. – Не спала? – вдруг с подозрением спросил Алви. – Заснёшь тут под всеобщее кваканье, когда пунша для меня вам стало жалко… – Надо было оставить тебя у дознавателя, – буркнул Алви. – Хоть развлёкся бы бедняга. В машину! Совершенно невозможен. * * *Уже знакомые пассы и плетения. Серебристые иероглифы с цифрами у портальных зеркал. Я едва успела схватить свёрток со своим тёплым платьем, как Алви притянул меня за талию. Я буквально влипла в него, ощутив жар тела под белой рубашкой. Мы тут же начали перемещение, и моё сознание на мгновение помутилось. Или не на мгновение… Я пришла в себя, когда Алви тряс меня как липку. За тёмными окнами дул ветер, в стёкла царапался снег, мрачные серые стены – неприятный контраст после разноцветного праздника в академии. – Агнес! – сверкали напротив глаза Алви так, словно я в курсовой по манипуляциям предложила растратить всю ментальную магию на дождевого червя. – Агнес! Я дотронулась руками до висков, чуть встряхнула головой, и картинка стала более чёткой. – Простите, сэр. Видимо, вы были правы насчёт пунша… – Пила?! – Воду. Но, может, кто-то из гоблинов подлил. Такой они народ. Я поёжилась от сквозняка, летевшего из камина в человеческий рост. Алви набросил мне на плечи полушубок, сграбастав его с мрачной колонны. Достал из кармана крошечный пузырёк с розовой жидкостью. – Пей! – Пунш напоследок, чтобы не было мучительно больно? – хмыкнула я и, нюхнув вовсе не пунша, глотнула чего-то приторного до скрипа на зубах. Скривилась. – Концентрат, из которого пунш делают, чтоб не обзывала меня жадным, – сказал Алви и вручил второй. – Выпьешь прямо перед сном. – Ничего себе реванш, – пробормотала я. – А можно не надо? Я не обиделась, честно-честно. – Не можно. Хочешь, чтобы не было последствий после таких кардинальных перемещений два раза за день? Выпьешь перед сном! – И зачем вы только брали меня с собой? Пустая трата ресурсов и магии! Алви отрицательно качнул головой. – Иди к себе. Ужин мы наверняка пропустили, я скажу слугам, чтобы принесли к тебе в комнату. И выясню заодно, где доктор. – У руны спросите? – Зачем? Я уверен, что пройдоха Крейн просто сбежал. Эманациями страха фонило в Круге ритуалов и дальше по тропе. Сомневаюсь, что их оставили олени. «Угу, а мне забыл об этом сказать! Великолепно!» – А вдруг олени чувствительные? – хмыкнула я. Он посмотрел на меня с сомнением. – Похоже, брать тебя с собой действительно не стоило… – Вам не нравятся мои шутки? Я подняла глаза и встретилась с ним взглядом. – Отпускная вакханалия в академии и переходы по каминам дурно влияют на остроту твоего ума. – А на ваше настроение и подавно! – фыркнула я и отвернулась: обвинять в глупости меня – неприемлемо, я такого не потерплю! – Мне не нужен ужин, я не ем так поздно. – Ну и отлично, тогда сразу спать. Подниму рано. Много дел! Он прошёл вперёд. Пришлось последовать за ним, кутаясь в полушубок и желая Алви споткнуться. Однажды я окончу академию и стану гораздо круче его, и я точно стану! Вот тогда и посмотрим, чья острота ума притупилась! Ветер за стенами выл неистово. Надо было затеряться в академии, чтобы не возвращаться в эту морозную жуть. Хотя бы и на чердаке у мистера Носка. В его хламе меня вполне можно было бы не отыскать. В детстве, кстати, я всегда пыталась под вечер спрятаться, когда мы навещали тётушку Тересу. Я мечтала, чтобы родители забыли про меня и уехали сами, а я бы насладилась вовсю фигурками из шоколада, мармеладным печеньем и страшными сказками тётушки, которую папа за глаза называл ведьмой… Сонная и уставшая, я шагала за Алви и вдруг наткнулась взглядом на чёрного муравья у мраморного плинтуса. Присмотрелась. Нет, я видела не насекомое, а выведенную чернилами закорючку. – Буква «Ха»! – воскликнула я, схватив Алви за рукав. – Смотрите! Он резко повернулся. Но закорючка с двумя хвостиками уже исчезла. – Между прочим, я тоже устал, Ковальски, хватит меня разыгрывать! Про твои проделки со служанкой мне уже рассказывали. – Но я не… – Иди спать. Несмотря на мрачное ворчание, Алви проводил меня до комнаты и посмотрел так, словно производил ментальное воздействие. Или правда осмелился? Вот чёрт! Чувствуя, как внезапно контуры моего сознания начинают растекаться, я срочно отвела глаза от его зрачков, уткнулась в переносицу собеседника и представила его голым. Есть такой способ защиты от магии менталистов – снизить уровень важности и представить противника как можно более смешным и нелепым. А что может быть нелепее голого человека в носках? Юмор – лучший щит от ментальных нападений. Большинство крючков вешаются на чувство вины или собственной важности, – уж я-то знаю. Но тем, кто способен посмеяться над собой и своими промахами, их особо не навяжешь. Однако привычная защита от воздействия вдруг сработала не так, как должна была: мне стало не смешно, а волнительно, хотя носки я визуализировала с дурацкими оленями… До жгута в животе и лёгкого головокружения. К счастью, Алви расширение моих зрачков принял как индикатор того, что навёл облако спокойствия удачно. Или что он там наводил?.. Алви пожелал нарочито строго спокойной ночи и закрыл за мной дверь. А я оперлась о неё спиной и громко выдохнула, услышав удаляющиеся шаги. Надо придумать для защиты от его магии что-нибудь другое, а то я вообще сегодня не засну. Несколько вдохов-выдохов, холодную воду в лицо, и я взяла себя в руки. Решительно сжала пальцы в кулаки и, запалив лампу, направилась к столу у окна. Там зажгла ещё одну. В самом деле у меня были дела поважнее, чем думать об Алви Вагнере. Моя шкатулка, наконец, вернулась ко мне! Я села на стул, оперлась на столешницу, подперев подбородок рукой. Алви снова представился в самом что ни на есть неодетом виде, и я с трудом вспомнила, зачем села. И где фитиль для прикручивания воображения? Говорят, надо переключить внимание, но, как назло, в позолоченных завитках лампы мне виделись непослушные волосы Алви, голубовато-серое сукно на столе напоминало цвет его глаз, а собственное отражение в зеркале заставило мучиться от того, что он видел меня сегодня в самом ужасном на свете платье. * * *Я выпила воды из графина, переоделась, набросила на плечи шаль и распустила волосы, устав за день от заколок. Достала из чемодана домашние унтики, сунула в них озябшие ноги. И, наконец, извлекла на свет шкатулку – мой неприкосновенный запас, к которому наступила пора прикоснуться! Не зря мистер Носок не мог с ней справиться – вещица семейная, заговорённая на наш женский род, причём совсем не мной. Я лишь добавила крупицу собственной магии, как было положено при получении. Скажете, странно было прятать такую ценную реликвию в академии? Да, странно, если не знать о том, что её содержимое любой дознаватель посчитает запрещённым. Оставить же дома с младшими сестрицами, которые уверены, что растаскивание моих вещей поможет им заполучить и мой дар, тоже не представлялось возможным. «Шкатулка передаётся самой одарённой. Береги её, и она сбережёт тебя», – проговорила, передавая реликвию из рук в руки, тётушка Тереса этим летом. Я ей верила: она – одна из немногих, кто смог пережить восстание против магов в Арванше полсотни лет назад. Восстание было кровавым, и возможно, кары небесные свалились после того побоища на наше княжество, потому что магов в Арванше стало рождаться с тех пор крайне мало. Королевская семья приглашает одарённых из-за рубежа, посылает своих магов учиться в лучшие учебные заведения; импортирует артефакты, которыми в силу дороговизны пользуется в основном аристократия; продвигает в массы идею о том, что жизнь без магов станет куда суровее и беднее. Но по-прежнему можно подслушать как в кулуарах господ, так и рабочих кварталах разговоры о том, что, мол, не так уж король далёкого Данрадо был не прав, расправившись с магами. Ведь если тебе чего-то не хватает для счастья, так удобно обвинить кого-то со стороны – магов, например. * * *Я огладила резное дерево антикварной шкатулки. Прошептала: «Астената Вин Мравия», – имя первой женщины нашего рода, обладавшей магией. И провела указательным пальцем три раза по ободу крышки. Обычные механические часы на стене пробили полночь. Шкатулка распахнулась. Под желтоватым светом настольной лампы засияло то, что способно было спасти мне жизнь. Содержимое шкатулки мне было известно, но я испытала трепет, заглядывая внутрь. На первый взгляд, ничего необычного – женские штучки. Я усмехнулась, зная, насколько они сногсшибательны на второй. Зачерпнула длинную нить из розового жемчуга. Перламутровые бусины заструились к столу с ладони… Провела пальцем по старинной броши с изображением головки сказочной феи с тщательно инкрустированными глазками-изумрудами, завитками волос из белого золота и крылышками из голубых опалов. Положила обратно и достала изысканные, тонкого плетения серьги, похожие на бронзовые кинжалы с вкраплением рубиновой капли в рукояти. Костяной гребень, лежащий рядом с ними, выглядел довольно просто, хотя были и у него свои секреты, как и у сетки для волос с кристаллами горного хрусталя, а также с усыпанными сверкающими камнями заколками по краям. Астената Вин Мравия была большой волшебницей и позаботилась обо всех нас – тех, кто родился позже с частью её дара. Я покрутила в пальцах перстень из чернёного серебра с темно-зелёной головой ящера, раздумывая, надеть его или пока не стоит… Отложила. Аккуратно достала первое отделение с украшениями и извлекла из специального углубления под ним едва не рассыпающийся от старости маленький свиток, перевязанный узкой алой лентой. По груди пробежала тёплая волна. Как я люблю это предвкушение чуда! С огромной осторожностью, стараясь не дышать, я развернула коричневатую бумажную трубочку… Она была пуста! Во рту пересохло. От пришедших на ум тётиных слов разболелась голова: «Шкатулку бессмысленно передавать тем, у кого дара нет. Прочитать заклинание и активировать помощников сможет только одарённая. Без магии это лишь набор старых безделушек». «Но ведь при получении я их уже активировала!» – мысленно завопила я, глядя в зеркало над столом. И тут же вспомнилось, как тётушка Тереса говорила о семейных артефактах: «Если долго их не использовать, они засыпают. Так что их надо разбудить, и они снова начнут служить тебе столько, сколько потребуется». Я прикрыла крышку шкатулки и выругалась. Затем снова глянула на себя в зеркало и на проклятый браслет, блокирующий магию. Красноватая царапинка рядом с ним ещё не зажила. Что же я? Ранди Свеборг здесь! И если она так и не проснулась, в её руке может быть всё то же свойство – она способна вернуть мне магию или отдать свою хотя бы ненадолго. Для того чтобы активировать помощников, мне хватит! * * *Вьюга всё так же царапалась в окно, ветер мучил замок завываниями и пытался сбить с толку настенные часы. Я запахнула тёплый халат, укуталась в шаль, на всякий случай спрятала под неё вновь запертую шкатулку. Украдкой открыв дверь, я направилась по тёмному коридору замка. Дорогу в спальню Ранди я помнила отлично: по коридору, наискосок через холл, мимо статуй драконов и рыцарей, а затем пару лестничных пролётов в крыло с комнатами для гостей налево. Только бы Ранди была там! Посмотрим, разбудит ли артефакты та, кого невозможно разбудить? * * *За окнами послышался вой волков вдалеке, словно они соревновались с ветром – кто ужаснее. Я вздрогнула и пошла ещё решительнее, прикрывая ладонью огонёк свечи. Из-за того, что за высокими стрельчатыми окнами бушевала метель, снег невольно делал ночь светлее. Увы, на лестнице свечу всё же пришлось затушить, – я увидела лучи, ползущие в темноте из крыла слева, – там кто-то был! Я быстро добралась до следующего этажа, заприметив тёмное углубление в стене. Нырнула в нишу и замерла, слушая бешеный стук собственного сердца и проклятый ветер. Холодок сунулся за шиворот, меня внезапно охватил страх, словно я совершала преступление. Впрочем, не такой уж он был необоснованный: я хочу получить магию, а всё, что с ней связано, для меня в течение года незаконно. Ночной путешественник по замку не торопился выходить из крыла. А если там никого нет? Лишь подсветка? Была бы я магом, я бы увидела ауру, а сейчас увы… Осторожно выглянув из-за лапы каменного монстра на барельефе, я увидела, что свет исходил от осветительного шара, зависшего в коридоре прямо у двери Ранди Свеборг. С лёгким поскрипыванием открылась дверь. Я отпрянула, приникнув к стене чёрного чрева ниши, но потом выглянула снова. В небрежно наброшенном на нательную рубашку тёплом халате с меховой оторочкой, в мягких брюках и домашних туфлях из комнаты Ранди вышел Алви Вагнер. Тени падали на лицо Алви, хмурое и даже немного демоническое. Тьма делала его взрослее, только на солнце он казался неприлично молодым для своего высокого поста. И тут я вспомнила о мерах предосторожности: в отличие от меня он видит ауры! Мне свою стоило скрыть. Без магического дара дело это было почти невозможное, но «почти» не значит «совсем». Требовалось представить вокруг себя тёмный экран и перестать думать, как на уроках концентрации. Вдох-выдох, наблюдаешь, как воздух вытекает из ноздрей и вливается снова. Мысли струятся по бокам головы и растворяются во тьме экрана. А с ними и мои контуры. Я сама. Мысли легко не додумывать, они даже не пыль, с точки зрения материи их нет… Немного практики, и в голове моей наступило затишье, во рту разлилась сладость. Алви направился в мою сторону, осветительный шар услужливо подсвечивал ему дорогу. Он вышел к лестнице, я увидела, что рубашка под халатом расстёгнута почти до пупа, и укол внезапной ревности чуть не выдал меня. Алви остановился в пролёте и огляделся. – Кто здесь? Голос Алви в темноте прозвучал слишком громко. Эхо старого замка разнесло его дальше, повторило под потолком. Я вжалась в нишу, спиной чувствуя камень и продолжая растворять мысли. Судя по звукам, Алви постоял немного и начал спускаться по лестнице. Стоило огромных усилий, чтобы не шевелиться и не думать до тех пор, пока все звуки полностью не стихли. Сердитая на неуместную ревность и на внезапное влечение к Алви, я прошептала себе под нос, как мантру: «Ты всё это уже видела! Его внимание к другим девушкам. Его легкомыслие и вседозволенность. Хватит! Я больше не буду страдать, я дала себе слово. А я слишком ценю своё слово, чтобы его нарушать! Так что нет Алви Вагнерам и его поцелуям, нет дурацкому головокружению и мыслям о непозволительном! Я сама по себе! И мне нужна магия прямо сейчас! Поэтому я пойду к Ранди и воспользуюсь тем, что она способна дать». Помогло. Я прошмыгнула в коридор, остановилась перед комнатой Ранди. Попросила у высших духов помощи и осторожно открыла дверь. На столе возле кровати светилась обычная лампада, тускло освещая волосы, рассыпанные по подушке; вновь измученное лицо спящей, заострившийся нос. Не требовалось познаний в медицине, чтобы понять: ей снова хуже. Мне стало дурно даже от намёка на ревность к ней. Я подошла ближе, отставила погасшую свечу на стол. Встала рядом с кроватью, думая, стоит ли себя царапнуть её рукой или просто достаточно коснуться Ранди? Но, разглядывая несчастную, я вдруг вспомнила о сумасшедшем брате, столкнувшем девушку в бездну Руны, и о том, как нехорошо он отзывался о ней, когда она всего лишь призывала к благоразумию. И теперь поганец балуется сосульками и метелью на головы людей, словно ни в чём не виноват, а она, кажется, всё же умирает… Сердце моё сжалось. Разглядывая девушку в тишине, я поняла, что она совершенно не была похожа на продуманную злодейку. И я вновь испытала к ней жалость и чувство вины за прежние подозрения. – Ранди… Сколько тебе? Семнадцать-девятнадцать от силы… – тихо пробормотала я, склоняясь к ней – почему-то казалось, что с ней надо поговорить, как с человеком, увязшим в коме. – В жизни столько всего интересного, помимо сдвинутых братцев и их несбыточных желаний, а ты готова всё пропустить… Зря! Ты слышишь меня, Ранди? Опять завыл волк где-то совсем близко. Девушка судорожно вздохнула, почти застонала. Я мягко коснулась её запястья вовсе не ради магии, а желая успокоить. И всё повторилось. Широко раскрытые глаза внезапно проснувшейся Ранди. Её рука вцепилась в мою неистово, как в агонии, словно она тонула и схватилась за последнее, что способно вытянуть из трясины. А на меня обрушилась магия: мир включился со всеми его скрытыми энергиями, заблистал, превращаясь из серого в праздничный. Не позволив себе растаять от такого живительного потока волшебства, я придвинулась к девушке и погладила её по щеке свободной рукой. – Всё хорошо, Ранди, всё хорошо, – проговорила я. – Ты проснулась, это уже победа. Не засыпай больше! Вой из леса повторился. Взгляд девушки заметался, остановился на мне и снова ринулся к окну. – Тшш, – прошептала я. – Пустяки это всё. Главное, ты. А ты здесь, со мной, и ты жива, это отлично! – Стаэль?.. – выдохнула девушка. – Вьюгой балуется. Самовлюблённый дурак и эгоист, тьфу на него! – Д-да… Губы девушки вдруг чуть тронула улыбка, как у человека, которого кто-то, наконец, понял. С выдохом Ранди снова расслабилась, ослабла хватка её пальцев, от них потекло тепло. Ресницы Ранди дрожали, губы тоже, она была в сознании, но оно, кажется, уплывало. То есть снова спускает всю свою магию мне?! Стоп, всю мне не надо – это уже перебор! – Эй, ты как? – спросила я. – Поговори со мной! – Лучше, – едва слышно прошептала она. Я хотела было убрать руку, но она попросила: – Оставь… Без тебя… тяжело. Хм… Руку я оставила, и Ранди за одно мгновение обмякла окончательно и засопела, проваливаясь в сон. Энергии во мне стало ещё больше, а также запахов, звуков, яркости. Я наклонилась над Ранди и потрясла её за плечи уже без всякой осторожности. – Эй, ты уже достаточно спала сегодня! Проснись! Сейчас же, Ранди! Пушистые ресницы приоткрылись и снова заморгали. – Да? – Доброе утро, ку-ка-ре-ку! Слишком много спать вредно! Подъём! Я приподняла подушки под её спиной и подсунула под них валяющиеся сбоку, подняв Ранди до положения сидя. – Ты у меня не будешь тут баловаться летаргическими снами! – строго сказала я. – И прочие игрушки тоже надо поумерить! – Какие игрушки? – недоумённо моргнула девушка и облизнула сухие губы. Я поднесла к ним наполовину наполненный стакан. Пока она жадно пила, я рассматривала её ауру. – Как ты это делаешь? – спросила я, когда Ранди напилась. – Что делаю? – Скрываешь магию в ауре. – У меня нет магии. Я расхохоталась и выпустила из кончиков пальцев осветительный шар. Ранди удивилась, как ребёнок, которому такое показали впервые. Но-но, не надо меня обманывать невинностью! – А это что? – громко сказала я. – Магия? – Именно. И она пришла ко мне от тебя! – Нет… – Да! На мне блокиратор магии, который я не могу снять. – Я показала браслет из ладания. – Он аннигилирует мой дар, с ним я ни на что не способна, я становлюсь просто человеком! Но стоит тронуть тебя за руку, малышка, и магия вновь открывается! Что на это скажешь? – Но это не я… Я не маг… – Да нет, голубушка, мало того, что ты сама маг, ты способна делиться даром с другими. Со мной, например! А это, между прочим, очень круто! И дар в ауре у некоторых получается скрывать, тоже потрясающий навык. Очень полезный… Научи меня! Если не хочешь, я никому не расскажу. Ужасно испуганная, Ранди села сама и перестала цепляться за мою руку. – Не говори так! Я не могу быть магом! Не хочу! И не буду, я маме обещала! – в отчаянии воскликнула она и расплакалась. Я уставилась на неё оторопело. Здравствуйте, приехали… Ну, зато хоть проснулась.