Глава 40

Алви Я открыл глаза и уткнулся взглядом в знакомые чёрные скалы, каменными троллями подпирающие небо по окружности. Я дёрнулся, пытаясь встать. Кто-то положил мне руку на плечо. Прикосновение было холодным, проникающим прямо под кожу, а с ним наступило неестественное оцепенение. Хотя из-за мороза и так все члены свело. Мои руки были вывернуты за спиной, запястья скованы наручниками, а левую руку к тому же холодил ещё один браслет. Ладаний! Да, чёрт, я без магии! И голова, видимо, болела от него, как это обычно бывает. Я поднял глаза. У моего правого бока, казалось, завис над землёй наг-лекарь, укутанный в меха и шерстяные тряпки. Рядом полыхал костёр. А дальше другой – огромный – лизал языками пламени воздух по центру древней Руны. Увы, это была она – гигантская, вырезанная в единой скальной плите, образуя глубокими желобами – сечениями мистический узор, вписанный в круг. В окружившей нас тишине слышался только треск полыхающих веток. Я лежал в снегу, почти уткнувшись макушкой в растущую ввысь каменную стену. Штаны превратились в ледяную корку. Где Агнес?.. Сердце сжалось при мысли о ней. Я обвёл глазами вокруг себя, вывернул голову, как мог, но не нашёл даже напоминания об Агнес. Ранди тоже было не видно. Но для ритуала ведь нужна пара… Как ни странно, и волков-хэндаров нигде не наблюдалось, хотя по нашему договору и здесь, и на Песчаном карьере они должны были дежурить постоянно… – Где твоя хозяйка? – спросил я нага. – Она не хозяйка мне, – ответил лысый лекарь. – А кто? – усмехнулся я. – Вряд ли ты сам ритуалить вздумал. Ладно, давай, освободи меня. Я всё равно уже здесь, не сбегу. Но сдохну от холода, прежде чем что-нибудь начнётся. Наг не ответил. Я приподнялся, извиваясь, как червяк, и сел, наконец, опираясь о камень сзади, явно позабавив своими телодвижениями курящего трубку нага. Костёр в центре Руны разгорелся сильнее. И вдруг из-за скального выступа появилась Ранди. Роскошная, ухоженная, в соболиной шубе с капюшоном, в меховой шапке и варежках. С алыми губами и умело подчёркнутыми глазами. – Ну, здравствуй снова, Алви, – сказала она, с явным удовольствием глядя на меня сверху вниз. – Ранди? – выдавил я, хотя с отвисшей челюстью говорить было трудно. Неужели я настолько ошибся?! Так что же, она просто заворожила Агнес? Сердце пропустило удар. Чёрт, как бы мне сейчас помог перигей, но, увы, не с ладаниевым браслетом! Ранди рассмеялась, смех её был грудным, слишком низким, непривычным. Я сузил глаза и выдохнул. – Здравствуйте, леди Хинтара, – сказал я уже уверенно. – Или вдова Гольден? Как вам больше нравится? – Догадался, – кивнула она пренебрежительно, в голосе лже-Ранди послышались знакомые вульгарные нотки и досада – наверное, она хотела поиграть подольше. – Это было не трудно. Вы можете менять личину, но голос выдаёт настоящую энергию, которая очевидна и без перигея, – ответил я. – Резонно, – ещё более грубо ответила она, разглядывая меня с нескрываемым раздражением, как надоедливого комара перед тем, как прихлопнуть тапкой. – Слушайте, если вы так решили отомстить за то, что в детстве я оставил вас при всех в фонтане без платья, то я даже готов попросить прощения, – с усмешкой произнёс я. – И, кстати, не сердитесь, но я раздавил вашего зелёного карманного червяка только что на дороге. Я не виноват, он первый начал. Впрочем, как и вы тогда… у фонтана… Злоба, неуёмная ярость разгорелась в быстро чернеющих глазах поддельной Ранди. Я был доволен: вывести противника на эмоции – всё равно что заставить его раздеться и уязвлённо показать прыщ на ягодице. Конечно, это чревато… В глазах у меня сверкнуло – скулу обожгла пощёчина. …да, именно этим и чревато – разбитой мордой. – Не ушиблись? – сплюнув в снег кровь со случайно прикушенной губы, хохотнул я. – Или змеям не больно? Лицо фальшивой Ранди исказилось, а в моей голове вновь закрутились слова, сказанные магом в тёмных кварталах: «Вспомни всё, что слышал. Собери всё, что узнал. Помоги тем, кому не помог. Тогда и поймёшь, что говорилось тебе. И почему. Иначе будет больнее». – Несносный выродок, – прошипела моя собеседница, меняя облик так быстро, что, казалось, будто у меня плывёт перед глазами. – Какое счастье, что последние годы ты почти не бывал во дворце, пропадая в своей академии! Ты же портил жизнь всем своими выходками… – Ну, хоть не воздух. Она окончательно приняла вид черноволосой красавицы с белой кожей и алыми губами. – Однако портил я вам жизнь, видимо, недостаточно – от досады вы так и не лопнули, – ехидно сощурился я. – Чувствовал, что мама пригрела на сердце змею. И, кстати, это вы так своей натуральной внешностью брезгуете, что даже прихлопнули девочку-сироту, которая вас увидела с жирным склизким хвостом под юбкой? – Стоило бы! – Уголок рта красавицы с пренебрежением опустился. – Но рано. Юная кровь ещё послужит. – То есть сиротка жива? – Не надолго. – Почему она? Девочка тоже маг? – Два мага в жертву мне нужны только здесь. – Где она? – Какая тебе разница, твой путь обозначен. Туда! – проговорила леди Хинтара, указав на Руну. – Да это я понял, – ухмыльнулся я. – Просто потешьте любопытство: у всех приговорённых есть последнее желание. Я же не прошу вас станцевать напоследок голой. Даже если вы очень хотите… Ещё одна пощёчина ошпарила мою щёку. Я встряхнул головой, чтобы мозги, которые от удара взболтались, встали на место. Сощурился: – А мистер Маленд, ваш не сбывшийся муж, – это стихийник, которому я вышиб мозги на дороге несколько минут назад? Он наверняка до этого никуда не пропадал, просто приглядывал за сироткой-приманкой и грел вам с нагами лес, как карманная грелка? Леди Хинтара не удостоила меня ответом, но я увидел по выражению её лица, что снова прав. Поэтому замолкать и не собирался, сгинуть в Руне я всегда успею. – Нет, мне правда любопытно, – проговорил я, – вы это ради власти делаете или реально так отца любите, что собрались его вытаскивать из Храххны? – При чём тут твой отец? – поморщилась леди Хинтара. – Он не справился с задачей, пусть прозябает, где должно. М-да. Воистину за каждым великим мужчиной стоит любящая женщина, за каждым тираном – та, кто им манипулирует. – Вот как! Значит, всё-таки планируете лично завоевать мир? Чёрт, я не ту всю дорогу называл вселенским злом… – Мне плевать на мир и на твоего отца, – прошипела леди Хинтара. – Я должна вернуть сына! Мои брови взлетели вверх от догадки. – Джестер?! – За него я бы с радостью перекрутила твои кишки и перемолола бы тебе кости, но Владыка Другого мира предпочитает жертвы целиком. – Обалдеть, Джесс – ваш сын… Но погодите… какого чёрта вы отказались от него?! А теперь вдруг залюбили так сильно, что варите кашу с ритуалами? С гормонами беда или виной с годами оглоушило? – Я не отказывалась, я всегда была рядом! – пыхнула леди Хинтара. – М-да, просто ода дохлым демонам! Вели вы себя просто как нахлебница и приживалка… – Моему сыну нужен был титул! И трон! И он ещё получит корону! – Если его не сожрут до того аджархи в пустыне. – Мои братья не навредят ему. – В смысле братья? Не путаете ничего, мадам, эти адские демоны-драконы, за которыми летит свалка с камнями, палками и песком, земля поднимается и воет, это ваши братья?! – Не все. – Сверкнула глазами леди Хинтара. – Но никто Джестера не тронет, он их крови. Высшая цель змеи – стать нагом, высшее достижение нага – стать драконом! Джестер тоже однажды станет. Это трудный путь. Демон – его неизбежная середина. – Но э-э-э… аджархи жрут души и всё живое… – Если живое встаёт на их пути. Кто вы такие, людишки? Крысы и хомячки с самомнением, в лучшем случае с сомнительной магией. Если нужно больше энергии для великой трансформации, хомячок должен быть благодарен, что стал ресурсом. Вам, презренным созданиям, нагов не понять никогда. – Да как бы и ладно. Но мне трудно поверить – действительно весь этот сыр-бор из-за недотёпы Джестера? Леди Хинтара наклонилась ко мне так стремительно, будто хотела укусить. Впрочем, почти получилось. Она приподняла пальцами мой подбородок, впившись длинными наточенными ногтями мне в кожу. – Ты, выскочка, всегда портил ему жизнь! Не мне. Мне плевать на тебя! Ему! Если бы не ты и не ваш проклятый дракон Амару, Джестер был бы принцем. Надеюсь, ты подохнешь, осознавая, что значишь не больше, чем ветошь в костре! Тебя даже отец не ценил, зная, что наследником ты не станешь, потому что тебе один путь – в жертвенник! Как всё запущено… Я повторил свой вопрос, глядя в ненавидящие чёрные глаза: – Выйти из портала должен только Джестер? – Что ему одному делать в этом озверелом мире, где все против него? Нет, конечно! Он придёт с армией! – А как же высшая цель аджархов? Они её бросят, так и застрянут на полпути из-за лживого парнишки? – Середина пути или его начало – это всё равно путь! Спешат только идиоты! – парировала леди Хинтара. – Вам виднее, – едко хмыкнул я. – Однако Руна потребовала у вас меня, не так ли? Другие не подошли? – Высокомерен, даже валяясь под ногами. Как ты догадался, что это я? – По маме. Она вела себя нестабильно – меняла мнения слишком часто: то разберись с буквами, то не трогай их. Когда я поймал ваши чёртовы буквы в кейс, она транслировала не свои слова и мысли. Её мимика не отражала её поведение. И не в первый раз. Она была под чьим-то влиянием. С другой стороны, кто её не отпускал от себя ни на шаг, как не вы? – Этого мало! – Достаточно, понимая, что я не полезу в сознание мамы разбираться из-за данного ещё в детстве родителям слова. Плюс Стаэль Свеборг – он хоть и не чистокровный хэндар и даже не учуял ваш запах, схожий с «вдовой Гольден», при взгляде на вас его глаза затуманивались, аура чуть сжималась. Так реагирует на «хозяина» тот, на кого поставили крючок. А крючок был, его обнаружила Агнес Ковальски. – Что же ты её так легко променял на эту деревенскую девицу? Достала пронырливостью и самоуправством? Леди Хинтара мотнула головой за валун с чёрными прожилками, и я понял, что там лежит Ранди. Судя по всему, в отключке – так же, как я недавно. Ну да, жертвы в Руну должны быть две, разного пола. – Мне осталось влезть в цитадель памяти Стаэля Свеборга и получить остаточные следы, – сказал я. – Но он в тюрьме, – рассмеялась мелким злым бисером мадам Хинтара. – Зато ваш ходячий укроп, который вы так любовно таскаете за собой, неудачно размножается. Бросает листья где ни попадя, поганец, – так же пародийно хохотнул я. – Стиполус? – Приятно было видеть, что фурия удивилась. – Представьте себе. Он оставил росток в арендованной вами для отвода глаз квартире в Баэсе. Вы не заметили сброшенный листик, уехали. Он захирел без воды и пошёл искать влагу, так и набрёл на цветочный магазин. А там, представьте, его купил я. Редчайшее, говорят, растение. Из страны нагов. – Оно ещё встречается на границе с Храххной… – Видимо, аджархи обронили. Когда махали цветочком на прощание родным и близким. – Какой же ты отвратительный, Алви! Всё превращаешь в шутку. – Принимаю за комплимент. И вы попробуйте взглянуть на жизнь с юмором, может, не такой гадкой покажется? Впрочем, забудьте, гадам – гадкое. Доктора вы за что убили? – Он лез не в своё дело. – С почтой вы тоже дали маху, уверен, почтальон Фигель уже несёт письмецо от меня вам, а принимает его прямо сейчас в тёплые объятия дознаватель Гуз. – Это уже не имеет никакого значения, – фыркнула леди Хинтара, хотя сказанное ей тоже не понравилось. Она отвернулась, а я сделал очередную попытку извернуться и выудить из заднего кармана подаренный мне командиром гарнизона полезный сувенир. Жаль, что я, как и штаны, совершенно окоченел. – Сестра, пора, – сказал до этого молчащий наг. Леди Хинтара кивнула и направилась в центр Руны, но пройдя несколько шагов, вдруг обернулась. – Волки, – бросила она. – Разберись, Шешон! * * *– Ты не справишься один с хэндарами, их много! – сказал я ему, вытягивая голову, чтобы увидеть, наконец, где Ранди. Наг бросил мне через плечо: – Много для того, кто не знает их секретов. Он достал из кармана склянку с переливающейся синей жидкостью – очень похожей на отвар, который он готовил при мне. Открыл крышку, взболтал немного и, плеснув синим с радужными переливами отваром в центр костра, начал что-то шептать. Жидкость превратилась в пар, который поднялся до уровня груди нага. Он начал тихо напевать, подобно шаману. И от его пальцев в обе стороны полетели, переплетаясь, подобно струям тумана, едва заметные сине-зелёные волны. Тем временем леди Хинтара в центре Руны читала заклинание, делая пассы над костром. От её рук разлетались красные и золотые искры. Земля слегка задрожала. Времени уже не было. Оставшись без внимания, я принялся остервенело выковыривать подаренный командиром гарнизона ключ – тот, что открывает все замки, а главное – браслеты и кандалы при надобности. Я встал и, наконец, увидел Ранди за камнем, позвал её шёпотом. Она зашевелилась, но не проснулась. Чёрт! Земля снова дрогнула, послышался скрежет, как от старых мельничных жерновов. Фигура колдующей леди Хинтара покачнулась. Я заметил в щели между скал-троллей подбирающихся к Руне волков. Не успел обрадоваться, как те упали на месте, будто подкошенные – зеленовато-синие волны коснулись их. – Ты убиваешь своих братьев! Тех, кого лечил! – возмущённо выкрикнул я нагу. Он обернулся и качнул головой. – Только усыпляю, брат. Не шуми. Жди своей участи с достоинством. Ты всё равно четвёртый, её тебе не избежать. Нага привлекло что-то. Шешон вернулся к своему колдовству, камни Руны от центра начали разъезжаться. Я снова попытался влезть в карман, и вдруг холодные пальцы сзади легли на мои. Резко оглянувшись, я увидел Агнес. Бледную, простоволосую, в рыжей шубе на обнажённое белое тело. Словно догадавшись, чего я хочу, она скользнула пальцами в задний карман моих брюк. Изъяла ключ и раскрыла наручники. Издавая страшный скрежет, Руна раскрывалась на наших глазах. Можно было различить зелёный огонь с розовыми всполохами в трещинах, глубоких теперь, похожих на лабиринты. Резким движением Агнес развернула меня и толкнула прочь от Руны так, что я отлетел метра на два назад – в снег. – Беги! – сказали её глаза и губы. Но сама она бросилась решительно вперёд – к Руне. Рядом со мной что-то глухо хлопнуло. Это упала на бок громадная серая волчица, вокруг её ноздрей тоже плавал зеленоватый туман. Я отвлёкся лишь на секунду, а когда повернулся – Агнес исчезла. Только широко раскрытый ход в Руну глазел на меня щербатыми камнями. – Шешон! Пора! – взревела леди Хинтара. – В Руну должны попасть только маги, не как в прошлый раз! Оба! Время пошло на секунды. Наг бросился к Ранди, щелчком пальцев вызывая её ото сна. Поднял на ноги рывком. А меня потянуло в Руну, словно к центру груди присосалось невидимое щупальце. Мгновение, и меня засосёт в неё. Метнув из-под полы длинный хвост, наг сбил с моего запястья браслет-блокиратор. Мир зажёгся магией, подземный лабиринт – цветами далёкого космоса. Вдалеке, в центре фиолетово-розовой туманности я рассмотрел фигуру Агнес. Рядом со мной упала на колени ничего не понимающая Ранди. Не задумываясь, со всей физический силой и силой проснувшейся магии я вышвырнул её наружу. И ринулся в Руну – за Агнес. * * *Агнес Волки падали прямо на бегу, в прыжке, словно от какого-то поветрия. Я соскочила с волчицы, завидев пламя огромного костра и каменные клыки чёрных скал вокруг Руны. Я проскользнула между валунами и сугробами, чувствуя запах Алви. Скорее! Скорее! Могу не успеть! На адреналине я не чувствовала холода. Неизвестная мне женщина делала пассы над костром в центре раскрывающейся, подобно каменному цветку, Руны. Наг-лекарь развеивал во все стороны что-то убийственное для хэндаров. И тут прямо за скалой я наткнулась на Алви. Со скованными руками он пытался что-то достать из кармана. Наручники! – догадалась я. Мигом нашла ключ и раскрыла замок, но с браслетом из ладания мне было не справиться. Какая ирония – на него явно надели мой… В глазах Алви зажглись ошеломление, радость, вопросы. Но говорить было некогда – только я могла отменить его смертный приговор. Возможно… Не думать об этом. Я – хэндар! Я могу снять проклятие! Я шепнула: – Живи! И оттолкнула Алви со всей силой. Превозмогая желание попрощаться с ним, поцеловать, я бросилась в Руну. «Я хэндар! Я хэндар!» – закричала я, но звука из собственного рта не услышала. Поток втянул меня внутрь. Закрутил, как песчинку. Впереди расплывались туманности малиновые, фиолетовые, оранжевые, сиреневые. Я знала: где-то за ними – он, Владыка Другого мира – тот, кто призывает, кто ждал меня ещё в прошлый раз. Полёт вглубь, в необъятные пространства и созвездия был таким стремительным, что я расправила руки, как крылья, чтобы не понестись кувырком. Я не сопротивлялась сейчас. Я сделала свой выбор. Как насмешка пронеслась в голове мысль, что если Сущность за туманностями потребует у меня в виде доказательства превратиться в зверя, я не смогу – я ещё не умею. Но я упрямо повторила себе: «Я хэндар», продолжая полёт в преисподнюю. Вспомнилось наше первое падение в Руну с Алви. Мой испуг, его попытка спасти меня, манящий взгляд существа из глубин, как обещание чего-то. «Ты чуть не умерла», – сказал Алви потом. Он влил в меня свою энергию, он спас меня и раз, и два, и три. «Я люблю тебя, и это моя проблема», – потом говорил он. А теперь моя. Полёт остановился внезапно, как бывает только во сне. И я зависла где-то в сиреневой пустоте с зелёными всполохами, а потом ощутила твердь под ногами. И Внимание. Чужое. Мощное. Как свет маяка, направленный в лоб над чёрным до пронзительности морем. – Я хэндар, – произнесла я и вдруг услышала себя. – Ты не жертва, – ответило мне небо и твердь под ногами и расплывающиеся мерцающие туманности, в которых с большой натяжкой можно было угадать глаза с продолговатыми вертикальными зрачками. – Нет. Я – хэндар. Я пришла добровольно. – Чего ты хочешь, хэндар? – Снять проклятие с рода Розендорф. – Ничего не бывает бесплатно. Что ты готова отдать? – Всё, что попросишь. – Да будет так. Я раскинула руки, показывая, что открыта полностью. Шуба упала сама, словно её сдёрнули. Вместо страха, от которого ещё только что меня потряхивало, я вдруг испытала странную, возвышенную радость. И мысль: «Я не зло. Я могу подарить ему жизнь»! Она пронеслась в голове, словно марш победы. Чернильная синь над головой прояснилась. Меня обхватил поток света, неожиданный здесь. Позади раздался вскрик Алви: – Агнес! Нет! Обернулась. Увидела его лицо, решимость и испуг за меня. Улыбнулась. Свет стал нестерпимым. Вспыхнул. И всё исчезло. * * *Алви Только что тянущее меня пространство внезапно отпустило. Оно стало вязким, как кисель, начало выталкивать, словно я вдруг оказался против течения. Но я продолжал продвигаться, плыть, пробираться всеми силами туда, где видел Агнес. Позвал её во весь голос, разрывая лёгкие. Рванул к ней, подключая всю возможную магию. Озарённая светом, обнажённая, Агнес обернулась. Красивое лицо осветила улыбка. «Ты больше не проклят. И не принят как жертва. Докажи, что достоин жизни», – услышал я в дрожании воздуха. И всё полыхнуло. Взрывной волной меня вынесло из Руны на свет, на ту же площадку между скалами-троллями. С воем камней и страшным скрежетом Руна захлопнулась. Земля содрогнулась от этого и замерла под цельной плитой с вырезанными узорами. Костёр в центре погас. Это значило одно: ритуал закончен. В надежде я осмотрелся, но сердце оборвалось: я спасся один. И в тот момент я без слов понял: «Агнес принесла себя в жертву. Сама. И её больше нет». Напротив меня стояла вульгарная красногубая ведьма, поражённая тем, что я вылетел из Руны, как пробка; с другой стороны – её змеехвостый брат. Они не ожидали такого исхода. Мерцали в кустах, сугробах, в лесу на подступах ауры едва живых хэндаров, выключенных их магией. В долю секунды я осознал, что я один против двух нагов, оголтелых высших чародеев, для которых все мы просто хомячки. На их совести: Агнес, девочка-сирота, доктор, возница, сколько ещё будет? Их либо стоит остановить сейчас, либо считать урожай их жертв десятками, сотнями, тысячами… Возмущение и ненависть полыхнули разом. Сила, какой у меня никогда не было, протекла от камней под ногами в тело и свернулась узлом в груди. Я сдвинул в него перигей. Вспышка из центра груди серебра с воздухом, с мощью мороза и неба, с энергией земли и льда, раздирая рёбра, словно адскими мехами – всё соединилось во мне и превратилось в звуковую волну. Нечеловеческая, она ударила из груди и закружила петлями, задевая нагов. Их подбросило в воздух. Звук и энергия, сплетённые вместе, снесли под основание торчащие по кругу скалы. Словно домино, они обрушились одна за другой в центр. Подмяли под себя нагов и погребли саму Руну. Аура каждого из них вспыхнула красным заревом и исчезла. Собственно и Руны больше не было, ничего не видно было под каменной крошкой, обломками, валунами, вырванными под корень утёсами, её больше было не раскрыть никаким ритуалом. И я на краю хаоса. А был ли я? Да, стоял перед грудой руин и осколков. А в моей груди расползалась пустота, огромная, страшная, непоправимая. Она подкралась к глазам и потекла по щекам наружу: Агнес больше не было. «Я хэндар, – звучал её голос в моих ушах. – Я снимаю проклятие с рода Розендорф. Забери всё, что хочешь». Она пожертвовала собой ради меня?.. Грудь сдавило. И горло. Я упал на колени и закрыл руками лицо. Я не просил о такой жертве. Я не принимаю её! Я не хочу! Дышать не было сил, но проклятое тело дышало само. И сердце продолжало биться. Я замер. * * *Кто-то приблизился ко мне. Положил руки на плечи, я услышал голос старейшины: – Поднимайся, сын. Теперь ты один из нас. Руна одарила тебя силой, ты уничтожил наших врагов и защитил её, когда никто из нас не смог. Мы принимаем тебя. Я открыл глаза. Автоматически встал на ноги. Старец, мудрый и мощный смотрел на меня из глубины пронзительных глаз. Мне было всё равно, во мне бурлила чуждая энергия, невероятная сила, но я был пуст. Я видел через перигей и обычным зрением, как вокруг просыпались волки, чудом уцелевшие, некоторые израненные, но всё-таки живые. Они вставали на ноги, выбирались из-под завалов. Подскакивали, обращались в людей. Мадам Гари, неизвестно откуда взявшаяся, пыталась пробраться к нам, опираясь на руку дознавателя. Обнимала шею оленя вдалеке оторопевшая экономка из замка миссис Томас. И, шатаясь, опиралась на окровавленную руку верзилы в белой шубе маленькая Ранди у края завалов. – Дело раскрыто, – сказал я глухо перелезшему через камень дознавателю. – Пропавшую сироту можно найти с помощью поисковой шлейки – от вырубленного мной на дороге стихийника. Он был её тюремщиком. Поторопитесь, девочка может быть в плохом состоянии. Стаэль Севборг не виновен. Эти… – Я мотнул головой на едва виднеющиеся из-под обрушившихся скал тела нагов. – Подчинили его сознание, просто убрали с дороги. Подтверждение всему сказанному можете считать с моего сознания, я даю доступ. Мадам Гари тоже добралась до меня, подвинув без пиетета старейшину хэндаров. Ласково коснулась моей щеки. – Мальчик мой, сэр… ах… – Она обняла меня. Зарылась лицом в грудь. И хорошо: смотреть в её добрые, полные сострадания глаза моими пустыми не было сил. Из кустов протиснулся на площадку высокий господин в добротном пальто с оторванными пуговицами и текущей из уха тонкой струйкой крови. На вытянутых руках он нёс поникшего пушистого зверька огненного цвета. Лису?! Я сглотнул. И забыв о старейшине, дознавателе и мадам Гари, бросился, перелезая через завалы, к нему. – Вот. Упала на меня. Мы думали про мисс Ранди, а все говорят, что это мисс Агнес, – пробормотал мужчина то ли мне, то ли всем вокруг. Кажется, он был в шоке. – Дышит?! – выкрикнул я, как сумасшедший, и сам увидел, как дыханием поднимается мех на груди крошечной крылатой лисы. – Агнес… – выдохнул я и осторожно забрал из рук господина в шапке неизвестное природе существо. – Агнес… Малышка моя, Агнес… – бормотал я, как умалишённый. Затем обернулся с ней на руках к старейшине и, сглотнув, спросил с надеждой: – Простите, я ничего не понимаю в хэндарах, с ней всё в порядке? Она не ранена? Старец в белых одеждах приблизился и сосредоточившись, положил ладонь на туловище лисички. Закрыл глаза. Я боялся даже вздохом помешать ему. Наконец, пронзительные глаза старейшины хэндаров посмотрели в мои. – Жива и не ранена. Но она не совсем хэндар – с ней нет её человеческой сути. – Как нет?.. – Она отдала её за тебя Владыке Другого мира, – вдруг произнесла мадам Гари. – Так говорила легенда, в которую мы все верили. Что будет сильный дух в теле юной девушки со светлыми волосами, и он снимет проклятие с владельца замка, а тот примирит хэндаров с людьми, и войны больше не будет. Наступит большой мир. – Да, – кивнул старец, – кем бы ни была эта девушка, дух её был силён. Он остался там, в сердце Руны. Моё сердце снова оборвалось. Старец подозвал Ранди и положил ей ладонь на рассечённый лоб. – Та, кого ты называешь Агнес, изначально не была хэндаром, – проговорил старейшина. – Они обменялись сутью с этой девочкой. Поэтому она сможет вернуть её человеческую суть обратно, когда закончится срок расплаты. Достаточно будет призвать. – Когда закончится срок?! – в нетерпении выкрикнул я. – Знает только Владыка. И сама Агнес. Ранди растерянно моргнула. – А как вернуть?.. Старец положил одну ладонь на тело крылатой лисы в моих руках, другую – на макушку Ранди. – Она сможет призвать свою близнецовую сущность обратно и вернуть то, чем они обменялись по договору, только если сама станет сильным магом. – Я?.. – растерялась Ранди. – Да. Ты должна стать настолько сильной, чтобы у тебя хватило энергии на двоих. Иначе вторая девушка никогда не вернётся, и даже в новом перерождении останется лишь животным. Пусть и таким, хм… необычным. – Но я не смогу, – оторопело пробормотала Ранди. А я рявкнул на неё: – Сможешь, чёрт побери! Я научу тебя! Не будь я ректором самой лучшей академии волшебства в мире! – КОНЕЦ -