Глава 14

Слабость. Пожалуй, именно она меня сопровождала все время, после того как я сорвала третью печать. Именно она стала одним из двух доказательств того, что все закончилось.

А вторым доказательством оказалась безграничность в колдовстве, которая опять-таки сдерживался лишь той самой слабостью.

Стоило мне только пожелать, чтобы магия как следует прижучила Бэйна, как на плечи опять свалилась скала и чуть было не придавила меня к полу своей тяжестью.

Я не понимала, почему именно сейчас каш-ахар должна ослабнуть. Если с каждой печатью моя сила становилась все больше, после падения третьей она должна была попросту взорваться. И вернуться в Источник. Или сделать еще нечто, предполагаемое Капитулом и Мином Имэсом.

Но что-то шло не по их плану. Не так, как все представляли. Правда, меня сейчас больше всего беспокоило не мое плохое самочувствие. Меня беспокоил ультиматум, который поставил Мин Имэс.

Думаю, я вполне могла бы пойти и на десяток убийств ради своих родных. Но головой понимала, что это не самое удачное решение.

И самое ужасное во всем этом было то, что я не могла обсудить последние события с Итаном. Он не вернулся до ужина, не навестил меня. Я даже позвала его два раза, но и это оказалось бесполезным.

То ли это заклинание перестало работать, после того как пропала необходимость защищать меня от Когтя, то ли Итан был слишком занят своей подготовкой к возведению в роль гат-аласа клана Крылья.

Я не знала. И это пожирало меня изнутри.

А на следующее утро я проснулась оттого, что в комнату тихо вошла Риваль, неся перед собой поднос с завтраком. Заметив, что я открыла глаза, она виновато улыбнулась и поставила еду на столик.

— Прошу прощения, что разбудила вас.

— Ничего страшного, — я приподнялась на локтях и принюхалась. В ноздри тут же впился не самый приятный запах. Морепродукты я не любила с самого детства. А ведь в тот день мы с другими ребятами из приюта на общие деньги купили маленький шашлычок из мидий. Торговка на площади заверяла, что это самые свежие и самые вкусные моллюски, которые только можно достать в Каширии.

Но вот мне как встал поперек горла съеденный моллюск, так до сих пор и стоит. Фигурально, конечно. Но это не отменяет того, что суп из морепродуктов, который принесли мне на завтрак, я точно есть не хотела.

Вот бы это был куриный бульон! Жутко хотелось курочки.

— Вам нужно собираться, — тем временем проговорила Риваль. — Через час я принесу ваш новый наряд. После чего сопровожу вас на ритуал.

Она невероятно спокойно об этом говорила, а мне опять стало как-то паршиво на душе. Будто я шла против мужчины, которого сама вчера же назвала гат-ахаром. Он даже не знает, что я согласилась на эту роль. Думает, что сойдется через день в битве с Бэйном. А на самом деле… со мной.

Стоп! Нужно выкинуть эти мысли из головы. Или я точно сойду с ума.

— Конечно, неси одежду, — согласилась я, ответив Риваль.

А когда служанка покинула комнату, вскочила с постели и потянулась. Нужно просто обсудить все случившееся с Итаном до ритуала. Тогда мы обязательно найдем выход. Не может же он не появиться тут сегодня? Правильно?

С этими мыслями я накинула халат и подошла к столу. Опустилась в кресло с твердым намерением поесть, даже если меня потом стошнит. Да так и застыла с ложкой в руках.

Быть не может! Я ведь четко ощущала аромат морепродуктов. А тут…

Я для проверки зачерпнула ложкой наваристый куриный бульон, в котором плавали кусочки мяса и овощей. Тряхнула головой и, решив, что обоняние просто надо мной подшутило, принялась за еду.

Риваль вернулась через полчаса, неся перед собой объемный сверток с одеждой. Через несколько минут я послушно запихнула себя в узкие черные штаны, которые так сильно облепили ноги, что складывалось впечатление, будто я и вовсе голая. Потом настал черед тонкой темной рубашки и клепаного жакета с длинными узкими рукавами.

Весь наряд был слишком уж похож на вторую кожу, я не чувствовала дискомфорта в движениях. Уж в чем в чем, а в нарядах драконы знали толк. Даже после смены ипостаси одежда останется в прежнем виде, что не может не радовать.

— Вы почти готовы, — щебетала Риваль, наматывая вокруг меня круги и то поправляя тонкий ремешок, который тянулся от плеча к поясу через грудь, то натирая бляху, которая блестела на этом самом ремешке.

Последними штрихами стали узкие высокие сапоги на платформе с вычурной шнуровкой. И черная лента, который служанка собрала мои волосы в высокий хвост.

И за все это время в мою комнату никто не постучался. Ни Алан с Элизой, ни Итан. Отсутствие последнего угнетало меня больше всего. Я прекрасно понимала, какие последствия повлечет мое решение, но вместе с тем не собиралась оставлять родителей без помощи.

Будь что будет!

Так я подумала в тот час, когда Риваль сообщила, что меня уже ждут. Прошла перед выходом к зеркалу и поджала губы. Не я. Определенно не я. Какая-то воительница в необычной броне с убранными волосами. Моему отражению не хватало только меча в руках и более решительного взгляда.

— Вас ждут, — поторопила меня Риваль.

И оттягивать время уже не было возможности.

Я последовала за служанкой по коридорам и лестницам. Спустя несколько минут мы остановились у двустворчатых дверей, врезанных в потолок полуаркой.

Они распахнулись передо мной сами. А по ту сторону оказался просторный зал с высокими витражными окнами. Солнце разукрасило стеклышки в разные цвета, создавая изображение летнего леса, яркой голубой речушки и темного силуэта дракона над горами.

У одного из окон стояли Мин Имэс с Бэйном. Вдоль стен выстроился весь род Пламени. Но я не увидела среди этих лиц ни Алана с Элизой, ни родителей. И если друзей по понятной причине не пригласили на столь знаменательное событие, то отсутствие тут Арии и Валтера меня задело.

Вот так, значит, да? Даже сейчас никто не пошел на уступки, несмотря на то, что я согласилась на более мирное решение.

К демонам!

Они еще пожалеют, что решили меня шантажировать.

Я уверенно шагнула внутрь, медленно прошла мимо всех драконов и дракониц, высоко держа подбородок. Приблизилась к Мину и Бэйну. И вскинула бровь, ожидая продолжения всего этого спектакля.

— Каш-ахар изъявила желание стать мун-алас клана Имэс! — Раскинув руки в стороны, проговорил глава рода, а я только ехидно усмехнулась.

Как мило он сейчас интерпретировал «мы заставили каш-ахар согласиться на подобную авантюру».

— Наш вечный защитник гат-алас Бэйн по собственному желанию согласился уступить столь почетное звание каш-ахар! — продолжал изгаляться перед слушателями глава.

А я поймала взгляд уже почти бывшего воина этой семьи и только вскинула брови. По лицу Бэйна сложно было понять, что он сейчас думает. Но что-то мне подсказывало, что он совершенно не рад уступить это место какой-то сопливой девчонке. И явно же надеется, что я попросту вырву им победу из когтей Когтя… какой каламбур!

— В этот час мы все собрались тут, дабы чествовать нашу новую мун-алас. Лианиию из рода Имэс! Каш-ахар!

— Дай ему свою руку, — шепнул Бэйн, когда Мин Имэс шагнул вперед и протянул ко мне правую ладонь. А бывшему воину рода — левую.

Я спокойно вложила свою ладонь в мужскую. Больше не было страха и волнения. Я приняла одно важное решение. И была уверена, что в силах его исполнить. Особенно сейчас. Когда сила каш-ахар никуда не делась. Не вернулась в Источник. И не позволила драконам продолжить свою спокойную и размеренную жизнь, которая текла до преступления моих родителей.

— В этот день мы называем тебя, Лианиия Имэс, мун-алас нашей семьи. Нашего рода. Так защищай его с той же рьяностью и решимостью, как предыдущий алас. Будь верна нам, как верна сама себе. Носи этот титул как самое тяжелое и самое острое оружие. Будь нашими крыльями, когтями и зубами. Отныне ты та, кто приносит клятву всему роду Имэс. Даешь ли ты свое слово, что не навредишь сама своей семье и не позволишь никому другому этого сделать?

— Это за меня говорит мое присутствие здесь, — сухо бросила я и тут же перехватила свою клятву магией. Поймала и разрушила.

Не хватало еще, чтобы эти слова помешали моей задумке. Хотите играть по-серьезному, господа? Так поиграем.

Стоило не позволить клятве раствориться в воздухе и войти в силу, как запястье укололо острой болью. Аккурат под браслетом, который я так и не сняла. Носила будто талисман.

На нежной коже появился медленно темнеющий контур татуировки. Маленький дракончик, расправивший крылья и дышащий огнем.

Какая прелесть! Я только что стала мун-алас клана, хотя не дала никакой клятвы. Просчитались вы, Мин Имэс, ох как просчитались!

Я стала мун-алас клана, который был родным мне по крови. Но ничего при этом не почувствовала. Потому что настоящая семья не станет использовать тебя в корыстных целях. И меня даже совесть мучить не будет, когда наконец наступит нужный час.

Церемония подошла к концу. Бэйн смерил меня взглядом и первым направился на выход из большого зала. А Мин Имэс поймал меня за руку, заставив остановиться.

— Выполни свою часть уговора, и я выполню свою, — повторил он то, что я уже слышала вчера. — И нам нужно будет еще с тобой поговорить, мун-алас. Есть темы, которые мы не успели вчера обсудить.

— Конечно, глава. — Криво усмехнулась я. — Нам теперь о многом предстоит поговорить. Но позже. До встречи с другими аласами мы успеем все обсудить.

Мин Имэс кивнул, будто бы ничего и не заметил. А потом направился на выход вслед за Бэйном. Я же задержалась еще на мгновение, окинула взглядом всех тех драконов, которых мне якобы нужно было теперь защищать, хмыкнула и поспешила в сторону коридора.

Какой глупый и нелепый ритуал. Занимает всего несколько минут, а сколько помпезности. Фу!

Этим мне и не нравились драконы. У них все с размахом. Хотя… у короля Каширии все было точно так же. Может, дело вовсе не в расе, а в происхождении.

Мотнув головой, я избавилась от несвоевременных мыслей и поспешила к себе. Хотелось стянуть эту одежду. Она пусть и была удобной, но мне не нравилась.

Однако стоило свернуть в коридор, ведущий к гостевым покоям, как мне навстречу вылетела Элиза.

— Лиа! Нам нужно поговорить, — с нотками испуга выдохнула чародейка.

Такое состояние было настолько для нее несвойственно, что у меня даже внутри что-то похолодело.

— Что случилось?

— Мы можем поговорить с глазу на глаз? — уточнила она, озираясь.

Я коротко кивнула и поспешила к двери в свою комнату. Открыла ее перед второкурсницей, пропустила девушку вперед и заперлась. Подумала мгновение и на всякий случай наложила поверх помещения чары времени. С ними нас точно никто подслушать не сможет.

— Что еще случилось?

Плохих вестей, как оказалось, много не бывает.

— Мин Имэс вызывал к себе сегодня вечером Алана. Как я поняла, глава как-то узнал о том, что аура драконов на него не действует. А это что-то там может подставить под угрозу… Это со слов слуги, который передал послание, — затарахтела Элиза, все сильнее бледнея с каждым произнесенным словом.

А я так и застыла. И это проблема? Та самая, серьезная, из-за которой девушка так ко мне спешила?

— Выдохни, — посоветовала я ей и жестом указала на кресла, предлагая присесть.

Чародейка нахмурилась. Она явно ожидала, что я сейчас сорвусь с места и побегу как можно скорее разрешать ситуацию. Вот только ничего катастрофического я в этом не видела. Наоборот, рассмотрела некоторые интересные перспективы, которые могли сыграть нам на руку.

— Хочешь вина? — предложила я таким тоном, будто это было нечто само собой разумеющееся. Даже более того, мне самой так захотелось выпить бокальчик чего-то крепкого… наверное, впервые.

— Не откажусь.

Элиза обвела комнату взглядом, будто ожидала, что я сейчас встану и вытащу откуда-то из запасов бутылку алкоголя. Но зачем такие трудности, если для всего есть магия? Особенно сейчас, когда она доступней воздуха.

Я провела рукой перед собой, представляя самое вкусное вино, которое только могло существовать в мире. Оно должно быть в меру кислым и в меру сладким. Не терпким. И обязательно легко питься. Чтобы без этого выраженного вкуса брожения.

Стоило только подумать о таком напитке, как в воздухе рядом с нами появилось два высоких прозрачных бокалах на тонких изогнутых ножках. Еще одно маленькое желание, и они наполнились рубиновой жидкостью. Вино на свету было ярко-алым. А стоило лучам солнца спрятаться за тучами, как оно в мгновение окрасилось в коричневые оттенки.

— Как ты?.. — Элиза недоверчиво посмотрела на бокал перед собой. Поймала его рукой и принюхалась. — Что это за вино?

— Понятия не имею. — Безразлично пожала я плечами. — Но должно быть очень вкусным. Попробуем?

Я взяла свой бокал и поднесла ко рту. Вино коснулось губ. А я только и смогла, что прикрыть от удовольствия глаза, наслаждаясь вкусом. Оно вышло таким, как я и хотела. Кисло-сладким, с цветочными нотками. Легко проскальзывающим в рот. И практически не крепким. По крайней мере, я вообще не ощущала тяжести.

— Очень вкусно, — оценила напиток и дочь графа ви Олье. — Твоя магия очень высокого уровня, раз ты можешь так просто призывать предметы.

Призывать? А я разве призывала?..

— Так что с Аланом-то делать? — вернулась к волнующей ее теме Элиза. — Меня беспокоит то, что драконы узнали о разрушении влияния. Это ведь может повлечь очень много проблем.

— Не может, — через мгновение отозвалась я. — Потому что Алан вечером никуда не пойдет. Если спросят, как он посмел ослушаться приказа главы рода, сошлитесь на меня. Я сама поговорю с Мином Имэсом. Ты подала мне одну очень хорошую идею, Элиза.

Девушка мгновение молчала, недоверчиво гипнотизируя меня взглядом:

— Лиа, ты как себя чувствуешь?

— Нормально, а что? — Не поняла я.

— Ты какая-то странная, — задумчиво отозвалась она. — Все хорошо? После всего случившегося?

— Конечно. Хожу, говорю, колдую. Вот только что мун-алас клана стала. Вряд ли Мин бы доверил это звание нездоровой драконице.

— Вот об этом я и говорю, — отозвалась Элиза. — Тебе же придется выйти против Итана…

— Элли, я не собираюсь сражаться за этот род, — отозвалась я, подавшись вперед и коварно усмехнувшись. — В нашем уговоре было то, что моих родителей признают, если я стану мун-алас. Ни больше ни меньше.

Второкурсница застыла статуей, сделала большой глоток вина. А потом задумчиво протянула:

— Не замечала я за тобой такого коварства. Ты же буквально позоришь свой род.

— Думаешь, мне есть до этого дело? — Пожала я плечами. — Эта семья уже несколько раз показала, что не собирается защищать своих. Не придет на помощь, только носом ткнет в дерьмо. Почему я должна стараться ради них?

— И ты думаешь, что все обвинения с Арии и Валтера снимут до того, как ты принесешь им победу?

— Он поклялся. Неосторожно поклялся, Элиза. А магия помнит все клятвы, если, конечно, не успеть их вовремя разрушить. Так что это будет второй темой нашего разговора.

Второкурсница вряд ли поняла, на что я намекнула, опустила взгляд, сделала глоток вина и усмехнулась:

— А ты не так уж и проста, каш-ахар. Когда тебе надо, ты найдешь выгоду во всем.

— Кажется, это свойственно любому. И дракону, и человеку. — Вновь пожала я плечами.

Элиза согласно кивнула и отсалютовала мне наполовину полным бокалом:

— Ну тогда за то, чтобы все, задуманное тобой, исполнилось.

Я ответила ей тем же жестом. А после того как мы допили вино, проговорила:

— Я должна перед тобой извиниться, Элли.

— Передо мной? — Вскинула она брови. — За что?

— В шахтах я несколько раз слишком грубо тебе ответила. И те обвинения, что я обрушила на ваши с Аланом головы…

— Забудь! — Махнула рукой девушка. — Все мы люди… Ну и драконы… Словом, все подвержены эмоциям. Я, скажем, тоже не лучшим образом там себя вела. Зато теперь знаю, что боюсь замкнутых пространств.

— Свои страхи надо знать в лицо, — с улыбкой отозвалась я. — За это я бы предложила выпить еще, но понятия не имею, откуда достала то вино. И не уверена, что смогу это повторить.

— Тогда на этом надо заканчивать наш разговор. — Элиза встала на ноги. — Надо передать Алану твои слова. Хотя уверена, он бы не прочь был сходить на тот разговор. Только закончилось бы это все какой-нибудь дуэлью.

Я кивнула и тоже поднялась на ноги, собираясь проводить чародейку. А уже у двери окликнула ее и поинтересовалась:

— У вас все нормально?

— Лучше не бывает. — Лучезарно улыбнулась дочь графа ви Олье. — Лучшие каникулы в моей жизни… несмотря на все опасности и приключения.

— Угу, в академии материала нагонять придется жуть как много, — заметила я.

А Элиза махнула рукой:

— Мы пропустили тут совсем ничего. Успеется.

И, пожелав мне удачи в грядущем разговоре с главой рода Имэс, довольная Элиза поспешила покинуть комнату. А я закрыла за ней дверь и неожиданно покачнулась от внезапно накатившей слабости.

Если еще минуту назад я собиралась немедленно направиться к Мину, чтобы обсудить все нюансы, то сейчас могла только дышать, привалившись плечом к закрытой двери.

Проклятая слабость! Да что же это такое?! Это ведь ненормально!

Только на чистом упрямстве я смогла добраться до кровати. И упала на нее прямо так, в одежде и сапогах.

В каком-то странно забытье провела до самого вечера. То выныривала. То возвращаясь обратно в мутную тьму. Слабость отступила, когда на небе уже ярко сверкали звезды. А я себя чувствовала так, будто проспала несколько часов крепким здоровым сном.

Сейчас бы и пойти к главе рода, но, увы, ночь уже была на такой середине, что принесенный Риваль ужин успел остыть несколько раз.

Такие неурочные визиты вряд ли кто одобрит. Потому, избавившись от одежды, я приняла ванну и вновь забралась в постель. Думала, что после такого длинного отдыха и глаз сомкнуть не смогу. Но глубоко ошиблась. Стоило голове коснуться подушки, как я моментально уснула.

Проснулась ближе к обеду с чувством, что впустую трачу время. Помятая со сна и с такой болью в мышцах, будто вместо Марен на ее физическую подготовку походила.

Ужин пропал, зато на его месте появился поднос с обедом. Я выбралась из постели, привела себя в порядок и приступила к еде. Казалось, что именно она мне сейчас и придаст сил. Но что-то работало не так. Стоило расправиться с мясной нарезкой, как силы опять покинули меня.

Это начинало откровенно раздражать. Даже впервые захотелось лекарю показаться по собственной инициативе. Может, он смог бы что-то мне предложить. Но потом я вспомнила о своем возвращении сюда после шахт и словах целителей.

Когда я уже была готова выть от злости на собственную непонятно откуда взявшуюся немощь, дверь тихо открылась без стука.

— Итан? — охнула я, вскакивая ему навстречу. И откуда только силы взялись?!

— Стоило пропасть на сутки, как ты уже дел наворотила. — Беззлобно улыбнулся он, шагнув ко мне и заключив в объятия.

— А нечего меня оставлять, — буркнула я, утыкаясь носом в мужскую грудь. — Я ведь тебя звала.

— Эти чары больше не действуют, — подтвердил мою догадку дракон. — Капитул уже узнал, что ты сорвала третью печать. Значит, больше не нуждаешься в защитнике.

— Еще как нуждаюсь! — Заспорила я. — Я сейчас даже в своем следующем шаге не уверена. Такая слабость. То накатывает, то отпускает. И непонятно, в чем причина.

— Твое тело столкнулось с небывалой магической силой, — проговорил мужчина, убрав с моего лица упавшую прядь. — Сила каш-ахар вскоре возьмет верх, и это прекратится.

— Или тело не выдержит, — пробормотала я, сравнивая себя с сильно надутым детским мячом. Если влить в него слишком много воздуха, кожа может не выдержать. И детскую игрушку разметает по всему двору.

— Сильно сомневаюсь, — хмыкнул Итан. А потом поймал мой взгляд.

— Я стала мун-алас. Мне нужно было защитить родителей, — произнесла я. И тут же добавила: — Я не собираюсь участвовать в боях. Ты можешь по этому поводу не переживать. Пусть Капитул действует так, как было задумано.

— К сожалению, план Капитула я узнаю за несколько минут до начала боев, — ответил дракон. — И давай не будет сейчас об этом? Они уже все стоят у меня поперек горла. Даже сейчас, когда я просто хочу провести время с любимой женщиной, они будто бы призраками маячат за спиной.

От «любимой женщины» по коже пробежал табун мурашек, а внутри что-то свернулось клубочком и замурчало довольным котом.

— Как скажешь. — Не стала я спорить.

Сдержала улыбку и медленно подняла руку с браслетом, коснулась пальцами запястья, подцепила застежку и расстегнула украшение. Все это время я смотрела Итану в глаза. А когда опустила подарок Алана на стол рядом, не сдержала довольную улыбку.

Глаза дракона потемнели, а у меня от этого перехватило дыхание. И сердечко забилось так быстро-быстро. Итан смотрел на меня с таким желанием и трепетом. С такой страстью, что я не удержалась от шалости и проникновенно произнесла:

— Мой гат-ахар ведь так хотел, чтобы я сняла эту вещь.

И коварно стрельнула в сторону дракона взглядом.

— А если твой гат-ахар еще что-то потребует? — поинтересовался Итан, сокращая между нами расстояние и наклоняясь за поцелуем.

— Все зависит от тона его требований, — прошептала я ему в губы, целуя первой.

— Иногда слова не нужны, мун-ахар, — прорычал он, обнимая меня как-то собственнически. Так, что внутри что-то перевернулось. А потом накрыл мой рот своим.

С каждой секундой поцелуи становились жарче и яростнее. Я запрокинула голову, поддаваясь какому-то неведомому до этого момента чувству. Губы дракона коснулись шеи, оставляя на коже сладостную огненную метку.

Мои руки скользили по его груди, нашаривая пуговицы и расстегивая их. Вскоре под подушечками пальцев оказалась твердая мужская грудь, поднимающаяся от тяжелого дыхания.

Подавшись вперед, я с жадностью поцеловала Итана. А мужчина недвусмысленно подцепил пальцами лямочки ночной рубашки, заставляя ее соскользнуть с плеч к ногам.

Переступив уже совершенно ненужную одежду, я оказалась в руках мужчины, который сводил меня с ума одним только взглядом.

А дракон поднял меня, сжав бедра, заставляя обхватить его ногами. И понес к кровати, продолжая осыпать шею и грудь поцелуями.

В какой-то момент под спиной оказалась смятая прохладная простыня. Но мурашки по коже бежали совершенно не из-за этого. Я бы даже сказала, что совершенно не из-за этого.

— Мун-ахар, — прорычал Итан, прокладывая дорожку из поцелуев от груди до пупка. А я только и могла, что прикрывать глаза и цепляться за плечи мужчины пальцами.

Все происходящее только сильнее распаляло. Тело хотело большего. Я хотела большего.

— Я люблю тебя, — выдохнула в тот момент, когда Итан опять попытался меня поцеловать. Скользнула руками вниз и нащупала ремень его штанов.

Со второго раза получилось расстегнуть его. Тем самым отрезая нам обоим путь назад.

Итан привычно криво усмехнулся, поцеловал меня и раздвинул коленом мои ноги. Первый вздох вырвался изо рта тихим всхлипом боли. Дракон поймал его губами, целуя меня до потери ориентиров во времени и пространстве. Заглушая прострелившую боль в низу живота.

А уже через несколько мгновений она сменилась на чувства, которые призывали податься вперед и поцеловать мужчину. Сдерживать стоны было попросту невозможным кощунством. И мне было откровенно плевать, если кто и услышит.

Сейчас я принадлежала только Итану. А Итан принадлежал только мне. Больше ничто не имело значения в этом мире. Только глаза напротив и поцелуи, которые временами больше напоминали укусы.