Глава 11. Нудней истории предмета нет или будущий бестиарий

Утром, пытаясь не разбудить девчонок, я встала и начала собираться. Точнее попыталась встать, Коготь лежал у меня в ногах, кажется, я начала привыкать к этому. Кошак недовольно посмотрел на меня, зевнул и исчез.

– Ты куда, рано же еще? – сонно спросила Монька.

– Спи, мы с теткой договорились, что я буду посещать все занятия, а она поможет в организации бестиария. Первой лекцией сегодня история, придется выполнять обещание.

Моня вздохнула, встала и пошла будить Дуню.

– Знаешь, мы не собираемся отпускать тебя одну к этому нудному историку, – заявила она. – В конце концов, можно поспать и на паре.

Я с благодарностью посмотрела на подруг.

В большой аудитории было много свободных мест, спрятаться на дальних партах явно не удастся. Все ведьмы разместились именно там, передние ряды были абсолютно свободны. Студенты явно не жаловали лекции профессора Боха.

Несколько вампиров, оборотней затесались в ряды любителей истории, как не странно, но домовых не было видно, и только кот вальяжно устроился на преподавательском столе. На удивление чуть левее нас расположились профессор Листик со своей племянницей. Кажется, дорогой дядюшка старался сопровождать подопечную на занятия, иначе она бы прогуливала все подряд.

Историк зашел в класс вместе с гонгом и сразу начал лекцию, монотонно рассказывая о каком-то периоде, сыпя различными датами.Голос его был невзрачный и нудный, он не делал перерывов между рассказами о каких-то событиях, не обсуждал их со студентами. На любой вопрос он всегда отвечал однообразно:

– Все вопросы после лекции.

Жаждущих их задавать и не было.

Спать хотелось неимоверно, я даже не пыталась что-то записать в тетрадь. А вот Дуня как-то напряженно смотрела на Боха, даже отложив очередную булочку.

– Дунь, ты чего зависла? Внезапно проснулась любовь к истории? Или разглядела предмет своей любви в профессоре? – шепотом прокомментировала я.

– Девочки, вам не кажется, что это он?

– Кто он?

– Тот, кто был тогда около беседки, когда мы слышали разговор о том, что возможна новая эпидемия Черной гнили? Это его голос, это он тогда был с этой темной эльфийкой, – ответила подруга.

– Нет, Дунь, ты что-то путаешь, мы тогда прогуливали лекцию именно профессора Боха, он не мог быть одновременно в двух местах.

– Нет, вы послушайте, это он.

Мы стали прислушиваться к лекции.

– Ну, не знаю, вроде бы голос похож, но там, около беседки человек был как будто живее, а тут такое ощущение, что наш дорогой профессор скоро коньки отбросит. Он как будто замороженный сейчас.

Мы совершенно не обратили внимания, что к нашему разговору прислушивалась маленькая лекарка. Она все больше хмурилась и переводила взгляд с преподавателя на нас.

Лекцию мы еле пережили. Как только прозвенел гонг, профессор прервал свой рассказ и начал собираться на выход, сонные студенты последовали его примеру.

– Профессор, профессор, я бы хотела у вас кое-что спросить, – к кафедре подбежала Ярица.

Мы удивленно посмотрели на маленькую целительницу. Откуда такое рвение к учебе, тем более к такому скучному предмету?

Бох совершенно не обратил внимания на студентку, собрал свои листки в портфель и направился к двери.

– Профессор, постойте, а как же вопрос?

– Чего это она? – спросила Дунька.

Мы только пожали плечами.

Тем временем историк поравнялся с котом, тот уже проснулся и недовольно переводил взгляд с Боха на Ярицу. Внезапно кот вздыбился, зашипел и махнул могучей лапой прямо перед носом преподавателя. Тот даже не отреагировал, просто прошел мимо.

– Он что валерьянку пьет бочками? Вы видели? – удивленно прокомментировала я.

Ярица быстро собрала свои вещи под недоуменные взгляды дяди и побежала догонять историка.

Обсудив случившееся, мы, недолго думая, пошли проверить дулгара.

Домовые достроили вокруг зверя небольшой загон. Профессор Лукьян беседовал с пожилым, но очень подвижным старичком, тот слушал, вздыхал, что-то громко восклицал и опять слушал.

– Профессор Крум, – обратилась я к гостю.

– О, кого я вижу, маленькая Ярька Залеска, гроза всех местных ведьм, – тот подскочил ко мне и радостно потрепал меня по шевелюре, как в детстве. Такое внимание мне не очень понравилось, но кого это волновало. Старинный бабушкин друг частенько приезжал к нам в гости и вот так вот всегда меня встречал. После него я ходила с намагниченными, торчащими во все стороны волосами, как одуванчик, а он только смеялся.

– Профессор, вы осмотрели уже животное?

– Ох, да, Ярька, осмотрел, вылечить его раны можно, но выживет ли он. Дулгары очень привязаны к своим хозяевам, а от этого, как я понял, отказались. Не факт, что он будет питаться, а без пищи он долго не протянет. Уж и не знаю, что делать.Кстати, ты знаешь, твой дядя предложил мне организовать в вашей Академии бестиарий и учить студентов ухаживать за различными животными.

– Вы же согласились?

– Я пока думаю, Ярька, понимаешь, я уже давно отошел от дел, живу тихо и спокойно в своем домике, не уверен, что мне по силам будет работа с такими активными студентами, как ты, – вздохнул профессор. Но по сияющим хитрым глазам, я сразу поняла, согласится.

Тем временем к нам подошел профессор Листик и трое преподавателей стали обсуждать методику лечения дулгара. Мы не стали их отвлекать и решили поверить, как себя чувствует животное.

Дулгар неподвижно лежал на подстилке из еловых веток, рядом с ним стоял большой таз, с копошащимися в нем жучками, червячками и личинками мух.

– Фу, не удивительно, что он не ест? – скривилась Дунька, достала из сумки ватрушку и положила возле морды существа. Тот даже не пошевелился, только лежал и смотрел грустными маленькими глазками прямо перед собой.

– Попробуй поесть, малыш, – тихонько попросила Дуня, тот только вздохнул.

Рядом, буквально из ниоткуда, образовался Коготь. Кот понюхал дулгара, потерся об него, потом нагло засунул морду в тазик с жуками, скривился, чихнул, но увидев ватрушку, обрадовался. Он уже почти схватил булку зубами, как Дунька отобрала ее со словами:

– Тебе не стыдно маленьких больных объедать?

Кот посмотрел на нее удивленными глазами, будто говорил:

– А я что? Я ничего, я просто мимо проходил и вообще мне ваши ватрушки не интересны.

– Это для малыша.

Кот хмыкнул и растворился в воздухе.

– Для малышки, – сзади раздался голос профессора Крум. – Это девочка.

– Девочка?

– А как ее зовут? – спросила Монька.

– Раньше звали Унку, но теперь ей нужно искать новую хозяйку, которая должна ее назвать по-другому, – вздохнул профессор.

Мы еще немного побыли с дулгаром и ушли на занятия, пообещав, что вечером еще заглянем.