Глава 12. Пора начинать действовать

Вечером мы решили сходить в библиотеку, посмотреть подшивки старых газет. Из головы никак не выходила история с Черной гнилью и заявлением Ярицы, что эльфы и гномы были виновны в ее распространении.

Библиотека встретила нас шелестом, на полках располагались книги разных размеров и расцветок, казалось, что какие-то из них беседуют друг с другом, какие-то просто вздыхали, а некоторые ворчали и показывали проходящим мимо студентам языки закладок.

Главная библиотекарша Мегера Васильевна недовольно посмотрела на нас с девчонками, еще бы, это же мы пробрались в закрытую секцию в начале года, обманув всю ее защиту. Человеком она не была, на голове ее вместо волос шевелились многочисленные змеи разных расцветок, какие-то из них спускались и пытались укусить зазевавшихся студентов. Далее шло человеческое тело, которое заканчивалось змеиным хвостом. Горгона, одним словом.

– Что вам угодно, девушшшки, – прошипела она, разглядывая нас сквозь синие очки со специальным стеклом, не позволяющим превращать окружающих в камень.

Впрочем, ходили слухи, что менее удачливые студенты, которые нарушали запрет и попытались проникнуть в библиотеку в ночные часы, были все-таки пойманы старой горгоной и превращены в изваяния.

– Мы бы хотели ознакомиться с газетными вырезками, в которых описывались события, связанные с эпидемией Черной гнили. А еще бы нам какой-нибудь медицинский справочник, в котором описаны симптомы и методы лечения, которые использовались.

– А вам зачем?

– Нам для реферата, – честно соврали мы.

– Что-то в последнее время очень много желающих ознакомиться с этой темой. Газетные подшивки я вам сейчас принесу, а справочник попросите у юной леди с целительского факультета, – произнесла она.

Мы недоуменно уставились на библиотекаршу.

– Вон у той, – указала рукой горгона на дальний стол.

Кто за ним сидит, нам было не видно, кресло было повернуто к нам спинкой, зато количество книг на столе впечатляло.

Мы подошли к указанному месту.

– Ну что ж, кажется, нам нужно поговорить, – произнесла я, рассматривая Ярицу.

Та хмыкнула, но подвинулась.

– Я слышала, что вы подозреваете дроу и Боха в том, что они что-то задумали, что-то такое, что может привести к новой эпидемии. Я хочу знать подробности.

– А не много ли ты хочешь? – усмехнулась Дуня.

– Так, стоп, девочки, мы на одной стороне, есть предложение объединить усилия. Ты, Ярица, расскажешь нам все, что знаешь о Черной гнили и о том, какую роль играют гномы и темные эльфы в ее распространении, а мы поделимся подробностями разговора, который услышали.

– Мне не нужна помощь, я привыкла доверять только себе, однако, не вижу ничего плохого в том, чтобы обменяться информацией. А потом каждый пойдет своей дорогой.

– Хорошо, пусть так. Мы тебя слушаем.

– Сначала вы.

Мы пересказали Ярице услышанный нами разговор, та кивнула сама себе, мне показалось, что ей подслушанная беседа больше рассказала, чем нам. По крайней мере, она сделала для себя какие-то выводы, но не пожелала поделиться с нами.

Однако, она рассказала нам кое-что интересное.

– Когда только началась эпидемия, мои родители и старший брат направились в предгорье. Они были волонтерами, помогали лечить людей. Брат писал мне письма. Из них я поняла, что болезнь спустилась в долину с Западных копей. Это спорная территория, которая в данный момент никому не принадлежит. Разработки там запрещены. Когда моя семья прибыла в дальние деревни, с которых началось заражение, они не обнаружили там никого живого, они вообще не обнаружили там людей, ни живых, ни мертвых. Не смотря на то, что было жаркое лето, вокруг поселений лежал кроваво-красный снег, который таял, а его остатки попадали в речушки, которые спускались в долину. Из-за этой отравленной воды и началась эпидемия Черной гнили. Никто из экспедиции не видел никогда такого снега, никто не мог понять, откуда он взялся. Группа разделилась, кто-то спустился вниз в долину и продолжил пытаться лечить людей, врачи надеялись, что если местные жители прекратят пить эту воду, то болезнь остановится, но этого не происходило. Так поступили мои родители. Часть группы поднялась выше и отправилась к копям. Себастьян писал, что они обнаружили в горах свежие разработки, они принадлежали дроу и гномам. Те нарушили закон и пытались что-то добывать, Себастьян думал, что мефрил, ведь его официальные источники постепенно иссякают. Группа, в которой находился мой брат, несколько дней наблюдала за работой темных эльфов и гномов. Те, пытались наперегонки друг с другом добраться до какого-то зала. До какого, я не знаю, брат не успел написать. Потом я узнала, что заболела моя мама, она быстро сгорела от болезни, отец погиб через несколько недель. В последних письмах брат рассказывал, что дроу используют на раскопках рабов, которых пригоняют из ближайших деревень, те опускаются в шахты, но долго там находиться не могут, на поверхность выносят их трупы, покрытые кроваво-черными гнойниками. Потом произошла вспышка Черной гнили в поселение гномов, они умирали тысячами и практически прекратили разработку со своей стороны горы. А вот дроу сами никогда не лезли в шахты, а если и лезли, то имели при себе какой-то артефакт. Себастьян писал, что не один темный эльф не заразился. А потом он исчез…

– Кто? Твой брат?

– Да, официально он мертв, но я не верю в это. Я обязательно найду его и докажу, что именно дроу виноваты эпидемии Черной гнили.

Мы с жалостью посмотрели на маленькую лекарку, та практически плакала, зло сжимая кулаки.

– Ты показывала эти письма кому-нибудь?

– Да, я показала их дяде и декану нашего факультета, и ректору, и еще какому-то министру, который посещал наш Университет. Все считают, что это бред больного человека, что брат все это выдумал, пока болел, а потом он умер там, в горах. Официально гномы и эльфы не подтвердили факт гибели никого из своих соплеменников. И вообще делают вид, что никакие незаконные разработки они не вели.

– Как закончилась эпидемия?

– Никто не знает, прекратилась и все. Сегодня была, завтра нет.

– Брат не писал подробнее о том, что именно ищут, какой зал?

– Нет, я же уже сказала, – воскликнула Ярица.

– Я понимаю, что ты переживаешь, но давай будем откровенны, тебе не помешает чья-то помощь, и мы готовы тебе помочь. Если дроу что-то замыслили, то мы должны это выяснить, например, можно проследить за ними.

– Не получится, темные эльфы не живут в Академии, они появляются тут только во время своих занятий, на чужие не ходят. Каждая из них использует индивидуальный артефакт переноса, настроенный только на владелицу. Вы никогда не сможете отследить их передвижение.

– Ничего себе, индивидуальный артефакт переноса, это же очень дорого.

– Они могут себе это позволить. Ладно, мне пора, у меня планы.

– Ярица, подумай, ты всегда можешь на нас рассчитывать.

Та кивнула, собрала свои вещи и убежала. А мы с подругами сели разбирать газетные вырезки и изучать медицинские справочники. На краю стола лежала еще одна книга, Моня решила полистать ее. «Бестиарий подземных существ», кажется, наша новая знакомая решила найти больше информации по дулгару. Книга была выдана на руки, Ярица должна была забрать ее с собой, но видимо сильно расстроилась и забыла.

– Ничего страшного, занесем ей как-нибудь, – сказала я и убрала книгу в сумку.

В газетных вырезках ничего интересного не было, мы провели почти два часа, листая их, только скудные данные. Болезнь пришла с Западных копей, распространилась быстро, никто не знает причин, которые помогли бы пролить свет на то, откуда она взялась. Первым пострадало население в горах, была даже пожелтевшая фотография репортера на фоне заброшенных домов одного из таких поселений. Мы склонили над фотографией, странно, никаких людей вокруг, только покосившийся дом, репортер и гора на заднем плане. Никаких трупов, никакого снега, вообще ничего необычного. На остальных фотографиях, которые мы нашли, были изображены врачи и пострадавшие в лазаретах. Репортажи пестрили цифрами, с каждым днем число заболевших и умерших росло. А потом все прекратилось. Дальше репортеры писали хвалебные оды врачам и выражали надежду, что эпидемия никогда не повторится. Ничего не было написано ни о каких-то новых разработках гномов и дроу, про них вообще ничего не писали. Была небольшая заметка о том, что эти народы Черная гниль обошла стороной неизвестно почему.

В общем, написано много, фактов мало. Библиотека уже должна была закрываться, Мегера Васильевна косо посматривала на нас, пришлось сдать газетные подшивки и уйти. По дороге мы решили заглянуть к дулгару.

Ярица сидела возле животного, отважно опускала руку в тазик с жуками и личинками, доставала их и протягивала мокрице. Дулгар только вздыхал и отворачивал морду.

– Ну, поешь еще немного, ну, пожалуйста, – почти умоляла она, гладя второй рукой лобастую голову.

Мы с девчонками переглянулись и решили не мешать. Может быть юной лекарке удастся договориться с могучим зверем. День был тяжелым, и мы решили, что пора уже и отдохнуть, и направились к себе в комнату.