Глава 17

— И всё-таки… — не выдержав, решила прояснить вопрос до конца. Нет, я конечно могу оставить всё как есть и просто потом домыслить неизвестные мне моменты. Однако, как показала практика, тут лучше либо до конца договаривать, либо молчать вовсе.

Фантазия-то дикая!

— И в кого ты такая упрямая? — посетовал боевик, обнимая меня крепче и ненавязчиво вновь поглаживая татуировку. От его прикосновений по телу пробежалась жаркая волна, оседающая лёгким, приятным покалыванием на коже и я невольно зажмурилась, довольно вздыхая. — Вот веришь нет, не собирался я жениться до того как учёбу закончу. У меня знаешь, какие грандиозные планы были? Начиная от службы при дворе и заканчивая странствиями по миру в качестве вольного боевого мага, выполняющего заказы.

— А почему были? — я заинтересованно на него глянула.

— Почему, почему… — проворчал себе под нос Валесс и фыркнул насмешливо. — Я не собирался жениться, пока учёбу не закончу. Но поступая на первый курс Академии, идя по коридорам учебного корпуса, столкнулся с одной симпатичной девушкой. Она шла себе из библиотеки, читая огромный, потёртый фолиант и не замечая ничего вокруг. Она даже меня не заметила, только остановилась на пару секунд, глянула отсутствующим взглядом и дальше пошла, не обращая внимания на окрики однокурсников.

— И что? — недоумённо моргнула, припоминая, что действительно несколько лет назад, идя из библиотеки, врезалась в кого-то юнца, глазевшего по сторонам и неосмотрительно попавшегося мне на пути. Но что-то я не помню, что бы это был именно Валесс…

Впрочем, стоит признать, что в то время я вообще мало кого замечала вокруг себя. У меня было состояние постоянного недосыпа, помноженное на стресс от сессии и натянутые отношения с сотоварищами с факультета. Так что, могла и не разобрать, что там за нашивки были у адепта и кто это вообще был.

— И ничего, — хмыкнул Валесс, потёршись носом о мой висок. — Как оказалось, я вполне себе достойный представитель нашей семьи, оказавшийся не только однолюбом, но и отличившийся, в очередной раз, далеко неоднозначным выбором своей второй половинки, — рассмеявшись, боевик добавил, легонько поцеловав меня в щёку. — А что бы совсем не скучно было, я и путь завоевания сердца понравившейся  дамы выбрал… Ну не самый обычный, да.

— Мягко сказано, — фыркнув, я развернулась в его объятиях и ткнула пальцем ему в грудь, нахмурив брови. — Значит ты, наглая морда боевой наружности, утверждаешь, что любишь меня и именно по этой причине приворот на тебя не подействовал, так?

— Ага, — расплылся в довольной улыбке парень, тут же запечатлев на моём носу поцелуй и стиснув в крепких объятиях.

— Следовательно, пытаться создать на основе твоей крови антидот идея бессмысленная и бесперспективная, так? — ткнула ещё раз, очень стараясь оставаться по-прежнему возмущенной и полной негодования. Получалось плохо, от неспешных поглаживаний по спине растекалось приятное тепло, так и уговаривающее сдаться на милость хитро щурившегося боевика.

— Ну да, — покивал головой Валесс. Только судя по его взгляду, он сейчас думал о чём угодно, только вот не о бедном приворотном. Я даже догадываюсь, в каком направлении блуждают его мысли, учитывая, что он глаз не отводит от моих губ и чему-то так загадочно улыбается…

Возвела глаза к потолку и, попросив у богов хотя бы терпения, за неимением удачи и везения, привстала на носочки и…

Отвесила-таки подзатыльник своему любимому, но такому инициативному парню. Причём инициативному нам же во вред! А в ответ на его обиженный взгляд, я вздохнула и ткнула пальцем в сторону записей:

— Валесс, я тебя очень люблю, но ты всё-таки идиот! Если я не могу создать антидот на основе твоей крови, значит, мне придётся заново создавать всю цепочку! Начиная с самого приворотного и заканчивая этим самым, треклятым антидотом! И хотя у меня нет слов, что бы передать тебе, как же я рада, что твои чувства ко мне настоящие… — я выразительно замолчала, давая ему время для осознания грядущих неприятностей, а спустя пару минут недовольно закончила тираду. — То ещё больше слов мне не хватает, дабы выразить всю глубину той ямы, в которой мы теперь оказались!

И руки на груди скрестила, хмуро глядя на растерянно и несколько обиженно хлопающего глазами боевика. У меня у самой в груди целые шаманские пляски, устроенные по всем правилам: с бубном, алкоголем, костром и феерическими глюками, словленными благодаря особой курительной смеси. Но в отличие от нашего достопочтимого ректора, я подписанные договор обойти не могла при всём своём желании.

А в нём достаточно чётко проговаривалось: я господину Дигро зелье с антидотом и рецепт оного, господин Дигро мне диплом, место работы и лучшие рекомендации. С оказанием небольшой финансовой помощи, конечно же. В противном случае…

Недовольно цокнула языком, блуждая взглядом по лаборатории и, к своему вящему неудовольствию, отмечая следы чьих-то рьяных поисков на полках и стеллажах. Не затронули только шкафы, да и то, потому что они опоясаны толстой стальной цепью, скреплённой огромным амбарным замком.  Вопрос кто тут лазил на повестке дня не стоял, я могу не глядя ткнуть пальцем в сторону храпящего угла и сразу же попасть в виновника беспорядка.

Вопрос, зачем Ирису надо было обыскивать рабочий зал, тоже был не актуален. На почве увлечённости неким некромантом химеролог изрядно… Нервный стал. И пакостный. А так как собственные идеи у него заканчивались после трёх неудачных попыток пригласить адептку Дайер на свидание за один день, то Ксандр не стеснялся использовать чужие. Хорошо ещё приворотное на некромантов почти не действует, в  силу специфики магии, а то он ведь просил, даже требовал сварить ему ма-а-а-ахонькую такую колбочку…

— Лиз? — осторожно позвал меня Валесс, отступив на пару шагов назад.

— Аюшки? — отозвалась ласково, делая шаг вперёд и, обогнув замершего боевого мага, устремилась в сторону сладкой парочки. Не знаю, как боевика, а меня уже минут пять терзают смутные сомнения, что единственный спящие в этом подземелье — это Хобр и МакГи.

Остальные же изволят бодрствовать, а некоторые так и вовсе — подслушивать. И вот эти самые некоторые, обаятельной синеволосой наружности и с привычкой влипать в неприятности там, где не надо бы, мне-то как раз и нужны.

Требуемый и подходящий по всем параметрам экземпляр хомо магикус обнаружился всё в том же углу, вольготно раскинувшись на широкой, мерно вздымающейся груди полуорка. Хобру снилось что-то хорошее, он улыбался во сне и не обращал никакого внимания на ёрзающего и скачущего по нему, как горный козёл по пастбищу, химеролога. А вот Ирис наоборот, то хмурился, то смеялся, то улыбался во все тридцать да, то куксился как маленький ребёнок.

В общем и целом, старался изобразить из себя сладко спавшего человека. Получалось откровенно скверно, о чём я Валессу и сообщила. Боевик на это лишь фыркнул насмешливо и предложил провести процедуру экстренного пробуждения. То есть банально вылить ведро ледяной, колодезной воды на якобы спящего химеролога и взять его «тёпленьким», пока он от шока не способен оказать достойного сопротивления.

На мой резонный вопрос, где мы, собственно, в такой ранний час эту самую воду возьмём, глянул на меня укоризненно и поинтересовался, на что нам магия, коли мы воду наколдовать не можем.

— Дурак, — оповестила его шёпотом и показала Валессу кулак, когда тот попытался привести свой план в исполнение. Боевой маг расстроено вздохнул, но невесть откуда взявшийся котёл, который ни разу не походил на ведро и содержал точно не воду, на место поставил.

Ещё и ножкой шаркнул, невинно улыбаясь и глядя на меня влюблённым взглядом. Я только фыркнула и головой покачала. После чего, недолго думая, уронила на неосмотрительно подставленный живот химеролога снятый с ближайшего стеллажа фолиант.

Кажется, это была история возникновения и становления алхимии. Книга страниц на триста, с металлическими кантами и укреплённым металлом же корешком. Весу в ней килограмм десять, и пусть полёт её был недолог... Но точен.

— А-а-а-а-а! — дикий вопль в исполнении Ириса мог бы разбудить и мёртвого.

Однако, Хобр лишь всхрапнул громко и перевернулся на бок, скинув на пол развалившегося на нём химеролога. И уже оттуда жалобно простонал, обращаясь к нашей совести, по всей видимости:

— За что, ироды?!

— Ирис, Ирис, Ирис… — цокнула языком, укоризненно качая головой и обмениваясь понимающими взглядами с посмеивающимся Валессом. Боевик только что вслух не ржал и то, исключительно из уважения к спящему полуорку. — Мы тут, понимаешь ли, его судьбу страивать собираемся… Помочь ему хотим в сложившейся ситуации и жизнь личную наладить… А он!

— А? — Ирис выглянул из-за Хобра хмурясь и недоверчиво поглядывая то на меня, то на боевого мага. И судя по его задумчивому виду, наши добродушные улыбки доверия ему не внушали от слова совсем.

 Вот только желание заполучить внимание своего ненаглядного некроманта было сильнее инстинкта самосохранения. Причём настолько, что химеролог явственно скрипнул зубами и выбрался из-за полуорка. Встал перед нами, угрожающе насупился и поинтересовался, подозрительно поглядывая по сторонам:

— Что вы предлагаете?

— Что-то в духе авантюризма, помноженное на извращённую фантазию некоторых алхимиков, с щепоткой дорогих ингредиентов и некоторыми суицидальными наклонностями, — произнесла на одном дыхании, не моргнув и глазом. Даже не запнулась нигде, глядя прямо в округлившиеся от удивления глаза Ириса. И добавила, ехидно фыркнув. — Если конечно у тебя хватит духу на это решиться… А то мало ли, вдруг испугаешься?

Кажется, первой фразой я всё-таки вынесла мозги химерологу. Что бы тут же внести их обратно, усомнившись в его не прикрытой мужественности и невозмутимости, а так же намекнув на то, что он может банально испугаться. Странное дело, скажи я ему честно, что надо всего лишь побыть немного моим добровольным помощником при разработке приворотного — отказался бы, я и глазом моргнуть не успела бы.

Но теперь Ирис просто пылал энтузиазмом и так и рвался доказывать, что может всё. А что не может, то обязательно найдёт как сделать и кого привлечь к исполнению задуманного. Именно поэтому следующим вопросом, прозвучавшим от него, было нетерпеливо произнесённое взволнованным голосом:

— Что нужно делать?

Именно с этих слов наша небольшая, плохо организованная, но пылающая жаждой дела группа заперлась в лаборатории ровно на три дня. Именно столько, как оказалось, нужно для того, что бы воплотить в жизнь коварный план по соблазнению неприступного некроманта.

Говоря проще, именно столько времени мне понадобилось, что бы воссоздать приворотное, подобрать к нему антидот и провести все необходимые тесты. Если верить расчётам и формулам — у меня получилось и даже более того, этот вариант оказался лучше того, что так неосмотрительно выпил Валесс. Но сухие цифры и факты — это одно, а полевые испытания могут показать как преимущества состава, так и его недостатки. И здесь у нас образовалась небольшая, но весьма существенная проблема.

Заключалась она в следующем: некроманты практически не подвластны зельям, рассчитанным на внушение, подчинение или воздействие на ментальном уровне жертвы. Нет, есть небольшой шанс, что именно этот состав окажется тем самым исключением из правил и таки вызовет в тёмной душе Орфелии ростки влюблённости в неугомонного Ксандра.

Правда, он настолько мизерный, что в его реальность не верилось от слова совсем. Как и в то, что подлить зелье некроманту, с подозрением относящемуся ко всему, что приходит из посторонних рук, вообще представляется хоть сколько-нибудь возможным.

Ирис, к концу второго дня растерявший весь энтузиазм, а на третий и вовсе решивший, что в такого красавца грех влюбляться под действием зелья, уже и не возражал, когда на общем собрании было принято решение опробовать приворот на ком-то третьем. Желательно на том, кто к нашей маленькой группе провинившихся адептов не имеет никакого отношения и вообще, в подозрительных делах и связях не замечен.

Где такую редкость сыскать, конечно, не уточнялось. Но успокоив таким образом нервничающую МакГи, присоединившуюся к нам на вторые сутки работы, мы облегчённо вздохнули, выдохнули и дружно завалились спать. Прямо в лаборатории, на наспех намагиченных лежаках. И кто бы сомневался, что мне выпала честь устроится в обнимку с весьма довольным таким положением вещей боевым магом.

Валесс каким-то непостижимым для меня образом сумел не только занять самое дальнее койко-место, но ещё и отгородить его от остальной компании небольшой, невесть откуда тут взявшейся ширмочкой. Я бы может даже поблагодарила его за такую предусмотрительность, да…

Но стоило моей голове коснуться его плеча, как меня тут же сморил крепкий сон. И даже подозрительное шебуршение где-то в лаборатории не потревожило моего покоя. В конце концов, я всех предупреждала, чтобы не тянули свои руки ко всему, что здесь лежит и не пытались попробовать на зуб то, что пусть и отдалённо, но похоже на еду. И не моя вина, что кто-то такому предупреждению не внял! Пусть теперь сами объясняют целителю, чем же они алхимикам не угодить сумели, да так сильно, что те на них лучшие свои задумки из тех, что самые пакостные, извели. 

Как говорят великие… Если вы прочитав предупреждение на колбе, его проигнорировали и выпили содержимое, кто ж вам лекарь-то после этого?!