Глава 12

– До завтрашнего утра, – передразнила я, вспомнив ректора, и продолжила ходить по спальне. Он сошел с ума, если действительно верит, что я пойду на это. Добровольно согласиться на рабство в диком мире? Не знаю, что должно произойти, чтобы я настолько отчаялась. Мир перевернется вверх дном? Я окончательно потеряю рассудок? Или Деон все же меня подведет? Но ведь он обещал. Он не мог не продумать такую мелочь, как объяснение моего внезапного исчезновения. Наплетет что-то преподавателям, придумает версию, уговорит ректора, чтобы подыграл.

– Нет, ну какой все же придурок! – возмутилась я и скорчила рожицу. – «О нем даже не думай». Да больно надо! Не хочет детей – и правильно. Если создать семью означает сломать чью-то жизнь, то я бы тоже воздержалась.

Солнца давно закатились за горизонт, звезды осветили ночное небо, а я все никак не могла заснуть. Знала же, что связного шара со мной больше нет, а все равно ждала, что в комнате кто-то появится. Вопрос, кто именно это был, наверное, будет мучить меня до конца моих дней.

Я невольно представила себя на Земле в своей квартирке, вспомнила всю свою жизнь, рутину, работу, придурочного босса, отчеты… Нет, это все конечно не такое захватывающее, как новый мир со своими тайнами, но зато у меня будет свобода выбора. Я сама найду папу для своего ребенка, когда придет мое время. И этот плюс перевешивает все минусы. А жизнь… Она наладится, главное – не переставать верить.

А вообще Вальда я даже понимала. Будь я на его месте, тоже бы попыталась спасти ситуацию. Ведь ни он, ни Эльдеон не виноваты в том, что я случайно сюда попала. А решать проблему именно им. И отвечать за мое исчезновение тоже им. Но даже если я решусь на брак с ректором, проблему Лахуса это, конечно, не решит. Им бы не невест по всем мирам искать, а сильную ведьму, которая снимет проклятие. Пока они развлекаются и играют в папиков, их женщины страдают. Живут в своих закрытых городах и ждут, когда к ним придут свободные лахи за своей дозой удовольствия. Это ужасно.

Сидя на стуле у окна, я опять рисовала в блокноте. Это успокаивало, помогало разложить хаотичные мысли в голове по полочкам. Сегодня я почти сдалась, когда поняла, что избранного мне не вычислить. Осознала и то, что беременных землянок я домой не верну. Если меня одну туда отправить проблематично, что уж говорить о сотне? Но было кое-что, что я все же могла. Если докажу королю, что землянки проблемные, он закроет портал на Землю, и похищения прекратятся навсегда. Но какой ценой? Моей свободой. Для меня – все, а в масштабе планеты – ничто.

Я нарисовала еще три головы дракона и, кажется, добилась идеального результата. А потом в мою дверь постучали.

Я думала, сердце упадет в пятки, когда увидела, что дверь открывается. За доли секунды успела представить себе и ректора с грязными домоганиями, и даже географа с признанием, что он переделал тату для отвода глаз.

И каким же блаженным было облегчение, когда в дверях показался министр. Эльдеон первым делом глянул на постель, а когда меня там не нашел, хмуро осмотрел комнату.

И вот она я – сижу в темном углу, даже не шевелюсь и во все глаза смотрю на него. С моих губ сорвался вздох облегчения, и министр нахмурился еще больше.

– Ты что, рада меня видеть? – спросил он подозрительно.

Я хмыкнула и встала. Он закрыл дверь, я а сделала пару шагов ему навстречу.

– Что, и обниматься будешь? – еще более недоверчиво спросил он.

Я фыркнула и сложила руки на груди.

– Нет, ну это было бы уже слишком.

Он бегло меня осмотрел и прошел мимо. От него веяло теплом и одновременно свежестью. Кажется, он только с улицы. Усевшись на нагретое место, он сложил руки в замок.

– Почему не спишь?

– Почему вы вернулись так рано?

– Ты опять собираешься играть в эту игру? – спросил он и фыркнул.

– В какую игру? – невинно спросила я и села на край стола.

Он все смотрел и смотрел нечитаемым взглядом, и я смутилась.

– Ладно, сдаюсь. Не сплю, потому что не спится.

– Вернулся ночью, потому что собираюсь тебя украсть, – ответил тут же Деон. И я снова посмотрела на него, широко распахнув глаза.

– В смысле? – не поняла я.

Он медленно выдохнул и снял с браслета маленький синий шар. Портальный.

– Сегодня я верну тебя домой.

Я ждала этих слов долгих три дня. А когда министр пришел и озвучил их, к своему удивлению, не испытала того облегчения, на которое надеялась. Наверное, это противоречие отразилось на моем лице, потому что Деон посмотрел на меня иначе. Изучающе и даже вопросительно.

– Что? – спросил он все с тем же неверием. – Не хочешь домой?

– Хочу! – тут же отрезала я. И так как он все еще продолжал на меня смотреть, добавила:

– Но это ведь не решит проблему. Только создаст новую. Что, к примеру, вы скажете, другим преподавателям?

Министр сжал челюсти и отвел взгляд. Он не выглядел так, будто я загнала его в тупик, скорее, не хотел отвечать.

– И еще…

– Я оставил тебя всего на три дня, – с укором произнес он. – Что еще?

– Другие девушки. Я хотела попросить вас помочь и им.

– Другие девушки, Лера, в помощи не нуждаются.

Я только открыла рот, чтобы поспорить с ним, но осознала, что он сократил мое имя, и не смогла. Опять отвела взгляд. Почему он так меня назвал? Посмотрела на его браслет, заметила зеленый шарик. Но спросить почему-то не отважилась. Не хотела в его глазах казаться… какой? Наивной? Стал бы он приходить ко мне, целовать, проверять там что-то, если его совсем не интересует семья?

– А у вас на Лахусе однополые отношения бывают? – вырвалось у меня.

– А почему ты спросила об этом у меня? – возмутился Деон и даже руки развел. А потом быстро добавил: – Нет, это совершенно исключено. Мы психологически не в состоянии понять, принять и осознать такого рода близость.

– Тогда как ваши мужчины выживают без женщин?

Он опять тяжело вздохнул.

– Ты уверена, что хочешь копаться в этом?

Я кивнула. Да, мне хотелось понять. А если уж быть совсем честной с собой, мне хотелось понять конкретно этого мужчину. Те слова ректора все же не давали мне покоя.

– Лахи преспокойно выживают с женщинами своей планеты.

– Они ими довольствуются, – поправила я. Деон хоть и бросил мне жесткий взгляд, но все же кивнул.

– Пускай так. Они ими довольствуются. Многие столетия. Наши отношения ничем не отличаются от ваших. Пары сходятся, разбегаются. Чаще всего отношения не длятся дольше пяти – десяти лет. И только лахам с высшей магией или состоятельным и приближенным к его лахушеству выпадает огромная честь, – эти слова он произнес с явным сарказмом, – связать себя узами брака с призванной.

Высказав все, он устало посмотрел на меня.

– Вас там, в королевском дворце, совсем загоняли, да? – спросила я. Жалко его стало. Деон хмыкнул. Но прежде, чем он успел ответить, я задала новый вопрос:

– Значит, вы, как и я, не хотите лишаться своей свободы, так? Разводы запрещены, измены не приветствуются… Если вас призовут, вам придется попрощаться с холостяцкой жизнью.

Он не ответил. Ответ просто повис в воздухе, его не надо было озвучивать.

– Так вас призвали?

– Это конфиденциальная информация, – ответил министр деловито. Думал, что опять меня смутит, но не в этот раз.

– Значит, да? – Я требовательно смотрела, не отрывая от него глаз. А когда не проняло, оттолкнулась от стола и подошла к нему вплотную. От моих колен до его оставались какие-то сантиметры, и меня опять начало трясти от волнения. Как всегда, когда он так близко. Но я все же задала этот вопрос, хоть и дрожащим голосом: – Ты мой призванный?

Деон тоже на меня смотрел не мигая. Жестко, цепко, уверенно. Я могла бы расплавиться под этим взглядом, но пообещала себе дождаться ответа.

– У меня нет татуировки дракона, – наконец ответил он.

– Ни у кого ее нет, – бросила я и только потом подумала. По резко округлившимся глазам министра поняла, что зря. Зря не прикусила вовремя язык. – Но вы правы, эсмин Эльдеон, глупый вопрос. С вас я давно сняла все подозрения. Просто я прикинула, что, может быть, и нет никакого тату. Может быть, он его рисовал, когда ко мне приходил.

– Не представляю ни одного лаха, который бы стал рисовать на себе тату дракона даже для того, чтобы впечатлить земную женщину, – отрезал министр, окончательно разбомбив мою версию о фальшивой татушке. Значит, все же садовник. Или трубочист… – И мы же, кажется, договорились, что ты не будешь искать своего призванного. Если, конечно, не хочешь, чтобы он закончил начатое. Но в таком случае портал тебе не понадобится.

Я отшагнула, когда он встал, но Деон дернул меня за руку и остановил. А сам подошел еще ближе. Нависать над ним было куда комфортнее, чем наоборот.

– Тебе не нужно искать избранного, потому что как только ты окажешься дома, о нем даже не вспомнишь.

– Почему не вспомню? – спросила я и сама же нашла ответ на свой вопрос. – Вы сотрете мне память? Разве это не опасно?

– Нет, – заверил министр без доли сомнения. – Я применю очень сложное и сильное заклинания частичной амнезии. Ты забудешь все, что связывало тебя с этим миром, но не более. Обещаю, что не наврежу тебе.

Когда он так смотрел на меня и говорил, я верила ему. Безоговорочно. Но все же…

– А как же ректор? И другие преподаватели? Что будет, если кто-то из них настучит на вас королю?

Я невольно коснулась его руки, которая все еще держала мое запястье, и он ослабил хватку. Но не отошел ни на миллиметр, кажется, только приблизился.

Он не сразу ответил. Мы стояли молча еще какое-то время, пытаясь общаться взглядами. Я не могла его понять, как бы ни пыталась.

– С ними я разберусь, тебе не о чем волноваться, – ответил наконец на полном серьезе.

– И репутация не пострадает? – недоверчиво спросила я и покусала губы, обдумывая, предложить или нет. И когда он улыбнулся вместо того, чтобы ответить, я решилась: – Если что, я могу вас у себя на Земле приютить.

Думала, он меня съест! Не съел, если только взглядом.

– Ну… Первое время. И еще вот что. Где гарантия, что за мной больше ни один лах не придет? Если все повторится, то нет смысла уходить сейчас.

Деон выдохнул и потянулся рукой к моим волосам. А я просто стояла и позволяла ему убирать выбившиеся пряди за уши.

Его брови хмурились, в глазах застыло решение, а губы расплылись в легкой задумчивой улыбке. И показалась ямочка с одной стороны. Чертов красавец. Возможно, если бы он все же был моим призванным, я бы сейчас спала крепким сном вместе с остальными беременными. Эта мысль и веселила и пугала одновременно.

– Я даю тебе слово, что ни один лах за тобой не придет. Лично позабочусь.

– И как?

Он кивнул на мое родимое пятно и все же раскрыл одну из тайн, которая не давала мне покоя.

– Родимое пятно нужно для того, чтобы скрывать под ним метку лаха. – Министр сузил глаза и заговорщически объявил: – Без нее никак. Но у женщин появились бы вопросы, если бы они находили на своих телах странные узоры. Вот почему мы выбираем землянок с родимыми пятнами. Когда я уберу его, никто больше не оставит на тебе метку. И ты никогда не вернешься на Лахус.

Вроде бы хороший план. И слова, которые я мечтала услышать с первой секунды, как оказалась здесь. Но почему тогда я сейчас смотрю в эти бездонные синие глаза вместо того, чтобы бежать без оглядки в сторону портала? Кажется, теперь я не могла так просто уйти. Очень хотелось сделать хоть что-то, чтобы помочь женщинам этого мира. Так и стояла на распутье, не зная, к чему прислушиваться – к доводам разума или к зову сердца.

– А вы будете по мне скучать? – вырвалось у меня, и я даже сама засмеялась. Абсурдно ведь! Но я по нему буду. Эльдеон тоже улыбнулся, показав и вторую ямочку.

А потом его пальцы скользнули к моей шее, и тело покрылось мурашками, узнав это прикосновение. В моих глазах застыл шок, когда он погладил меня по щеке точно так же, как ночью. ЭТО ОН!

Он приходил ко мне. И целовал так, что все плавилось, тоже он. Я вспомнила, что надо дышать, и из губ вырвался судорожный вздох.

А он притянул меня к себе за талию, и мягкие губы опалили мой висок, когда с них сорвался тот самый шепот:

– Так будет лучше, Лер. Ты не хочешь подстраиваться под этот мир, а я не могу изменить его для тебя. Сейчас ты заснешь, и никто не заметит подмены.

– Какой подмены? – возмутилась я, даже не поняв, почему мой голос звучит так слабо. Почему тело начало неметь. Да, он делал так и раньше, чтобы я не вырывалась, но сейчас я не собиралась сдаваться. – Мы еще ничего не решили! Ты хочешь заменить меня другой девушкой? Это и есть гениальный план?! Ну нет! Я против! Лучше уж я останусь и выйду за ректора.

– Не лучше, – отрезал Деон.

– Да? Ну тогда сделаю все возможное, чтобы закрыть этот чертов портал раз и навсегда!

– Нет, ты вернешься домой, – заявил он, смотря на меня мрачно. – Сегодня.

Но он ведь не хотел, чтобы я возвращалась! Я же по глазам видела, что ему это претит. А я уже и не чувствовала тела, только держалась за губительную синеву его глаз.

– Прекрати, или я буду кричать.

– Не будешь! – сказал он с той же уверенностью, как говорил и раньше. А я взяла и заорала, пока еще были силы, вложив в голос все свое отчаяние. Что вообще за бред? То есть теперь меня депортируют?

– ПОМО…

Мой крик оборвали его губы, накрыв мои в настойчивом и властном поцелуе. Его пальцы с какой-то жадностью зарылись в мои волосы, и весь звук, который рвался наружу, превратился в протяжный стон поражения. Он словно выпил меня. Обессилил. Усыпил.

Мерзавец! Гад! А как же…

***

Я вскрикнула и резко села на постели. Сердце колотилось, как безумное, а в животе будто образовалась дыра. Я бегло осмотрела свою комнату, сквозь занавески увидела молодой месяц и расслабленно выдохнула.

– Спокойно, – прошептала я в тишину. – Просто кошмар.

Странно, даже не помню, что снилось, но видимо что-то жуткое. А ведь завтра на работу.

Нащупала на тумбочке телефон и обреченно простонала. Пять утра. Всего час до подъема, а я опять будто всю ночь бежала и ничуточки не выспалась.

Завалившись обратно на подушку, закрыла глаза и начала засыпать. На этот раз без кошмаров.