Глава 18

Он сводил меня с ума! И даже не понимал этого. Я сама себе удивлялась, как еще не взорвалась от нескончаемого потока безумной информации и настолько резких поворотов судьбы, что меня давно должно было снести и выбросить за борт.

Но я все еще здесь. Стою напротив мужчины из другого мира и понимаю, что у нас все слишком далеко зашло. Я привязалась к нему очень сильно. И он, как назло, оставил полно вопросов, на которые я должна узнать ответы.

Запустив пальцы в волосы, я шумно выдохнула и в который раз попыталась разложить все по полочкам.

– Значит, ты наполовину дракон.

– Да, – угрюмо ответил Деон, будто это вовсе его не радовало.

– Но никто на Лахусе об этом не знает.

– Нет. На мне защита, – он указал на татуировку под рубашкой. – Метка скрывает драконью магию. И на Лахусе она неактивна.

– А если кто-то узнает, у тебя будут проблемы? – задала я самый волнующий вопрос.

Деон смешно поморщился и уклончиво ответил:

– Вроде того.

Я послала ему строгий взгляд и встала в позу, сложив руки на груди, тем самым давая понять, что сейчас от его ответа зависит мое решение, и вовсе не время скрывать правду.

– Меня, скорее всего, казнят, – добавил он, беззаботно пожав плечами. Боже, как он меня бесит!

– Ты с ума сошел?! – закричала я, но вспомнила о маме и понизила голос до шепота. Даже пришлось к нему подойти. – И ты открыл свой секрет мне? Никто ведь не знал. И ты никому не должен был говорить.

В ответ он насмешливо фыркнул.

– Ты моя избранная! Ты часть этого. У меня не может быть от тебя секретов.

Уверенность в его словах заставила поколебаться меня саму. Он действительно серьезно относился к этой привязке. Ведь на кону стояла его жизнь, а он фактически доверил ее мне. Видимо, я единственная еще не осознала до конца, во что влипла.

– Значит… – Покусала губы и робко посмотрела Деону в глаза. – Если мы уже нашли друг друга, то расстаться не сможем?

– Нет! – воскликнул он с таким воодушевлением, как будто я наконец поняла истину, которую он давно пытался мне втолковать.

– Я поняла это! – огрызнулась я. – Просто привыкнуть надо, ясно? Ты хотя бы пытался увидеть ситуацию моими глазами?

Он подошел ко мне, и даже предостерегающий взгляд его не остановил.

– Лера, я знаю, что это все нелегко для нас двоих. Разница лишь в том, что я узнал обо всем намного раньше. Я долго сопротивлялся, пытался разобраться сам и не впутывать тебя. А когда понял, что от судьбы убегать бесполезно, оказалось, что у меня совсем не осталось времени на то, чтобы влюбить тебя в себя.

– Ты пытался влюбить меня в себя? – поразилась я.

Он опять поморщился, вызвав у меня улыбку.

– Я делал все, что делают ваши мужчины. Сводил тебя на свидание, а потом игнорировал, чтобы ты скучала.

И тут мне захотелось врезать ему еще разок. Хорошенько так. В общем, отказывать я себе не стала.

– Кто тебе это посоветовал?! – снова заорала я.

Деон поймал мой кулак, расправил пальцы и переплел со своими.

– Я изучаю вашу культуру уже много десятилетий. Это тактика работает.

– Ни черта! – возразила я.

А он в ответ послал мне насмешливый взгляд. Как будто уже выиграл этот спор. А потом наклонился, обнял и шепнул на ухо:

– Я еще не перешел ко второму этапу.

– И что в нем?

– Соблазнение.

– Деон, – начала я раздраженно, – а разве не с этого началось вообще все?!

– Только не наяву, – все так же издевательски прошептал он. – Здесь все будет иначе. Острее в десятки раз.

Этот его шепот змея искусителя делал свое дело на ура. Деон знал, как я реагирую на него, и нагло пользовался этим. И как чисто физически я должна устоять?

– Это все нечестно, – захныкала я.

Он медленно отпустил меня и со всей серьезностью посмотрел в глаза.

– Если тебя это утешит, ты действуешь на меня точно так же. И я тоже схожу с ума, когда тебя нет рядом. И с каждым днем становится только хуже, потому что привязка истинных пар с годами усиливается. Ты нужна мне.

Он подкрепил слова взглядом. В синих глазах не было ни капли сомнения, лишь твердая решимость.

– Если не вернусь на Лахус в отведенный срок, меня будут искать. Неповиновение приравнивается к измене. Я обязан вернуться. И я не собираюсь возвращаться без тебя по нескольким причинам. Во-первых, я просто не хочу. Во-вторых, второго шанса у нас не будет. Если в академии не досчитаются одной невесты, есть большой риск, что король навсегда закроет портал на Землю. Понимаешь, к чему я клоню?

Я сцепила зубы, зло на него уставившись.

– Понимаю. Ты опять не оставляешь мне выбора.

– У меня его тоже нет. – Он развел руками и начал ходить по комнате. – Лах может жить только на Лахусе. Мне нигде нет места. Для драконов я ошибка природы, которую вовремя не устранили. Они объявят на меня охоту, как только узнают о моем существовании. То же самое сделают лахи, когда обнаружат мою пропажу. Мы можем остаться здесь. Даже в глуши у нас будет счастливая жизнь, это я тебе могу пообещать. Но очень короткая. А это я тебе уже гарантирую.

Я хотела сказать, что ему вовсе не обязательно рисковать жизнью, что он может просто стереть мне память и вернуться домой один, но слова застряли комом в горле. Я не смогла произнести их вслух, потому что никак не получалось представить такой вариант. Деон уйдет… Навсегда. Все связи с ним оборвутся. И зачем обманываться, забыть я его не смогу. Даже если он заставит меня, я все равно однажды вспомню. Моя жизнь превратится в ад. Я сходила с ума, когда он навещал меня во сне, и ожидание его прихода было невыносимым. А что же со мной станет, если он просто исчезнет? Что будет с ним? Он тянется ко мне вопреки всему, хотя давно мог бы выбрать другую невесту. Если бы мог.

Я смотрела на него, впитывала его образ, отмечала каждую деталь во взгляде, мимике, движениях и все больше принимала мысль, что не могу… Не могу отказаться от этого мужчины и жизни с ним. Даже зная, насколько трудной она будет, насколько разные мы с ним. Выбор есть. И я хочу выбрать его, даже если для этого нужно прыгнуть в пропасть с закрытыми глазами. Я хочу рискнуть.

Деон резко вернул на свое лицо маску Никиты Степановича. А еще через несколько секунд в дверь постучали. Причем звук поначалу был приглушенным, но постепенно начал нарастать.

Мама вошла, не дождавшись ответа.

– Зову вас, зову… А пирожки? – спросила она недовольно и с прищуром осмотрела нас двоих. – Остывают же!

– Мам! – повысила голос я, но быстро себя остудила. Она не вовремя, конечно, но с другой стороны, ее появление позволило мне принять окончательное решение. В уговоре с самой собой ее безопасность стала последним доводом. Если Деона начнут искать, навредить могут и ей. И мне. На Лахусе мы действительно будем под защитой лахов. Каким бы отвратительным не был этот мир.

Вздохнув, я улыбнулась мамуле как можно беззаботней.

– Упакуй их, пожалуйста, – попросила я. – Кажется, у нас совсем не осталось времени.

Мама свела брови и покачала головой.

– Ну чего же ты меня раньше не предупредила? Я бы хоть морально подготовилась. На три месяца ведь. Долго так.

– Да брось, мам, – поспешила успокоить. – Я и в городе, когда жила, не часто к тебе приезжала. Ничего особо не изменится. Просто… другая страна.

Она кивнула, печально охнула, но быстро прогнала грусть, взглянув на мужчину позади меня. Я рискнула и тоже на него посмотрела. Желание врезать никуда не пропало. Мог хотя бы для приличия не улыбаться с таким самодовольством и победным выражением на своем ненастоящем лице.

– С другой стороны, с таким шефом и не страшно тебя никуда отпускать, – проговорила мама и подмигнула Никите. – Вы же за ней присмотрите?

– Глаз не спущу, – заверил Деон не своим голосом. Мама уже поплыла, а ведь она даже не видела его настоящим. С собственным лицом он в сто раз лучше. Но об этом я ему, конечно, в ближайшем будущем не скажу. Его и так прет.

Мама вышла из комнаты, и звук ее шагов резко стих. Когда я обернулась, Деон снова был собой.

– Она нас совсем не слышит? – догадалась я.

– Совсем.

– Хорошо! – довольно заявила я и выставила палец, как только он сделал ко мне шаг. – То, что я согласилась пойти, не значит, что я согласна жить по правилам и традициями Лахуса. И это мое главное условие, если я действительно так уж тебе нужна. Я не собираюсь превращаться в типичную безмозглую лахушку, ясно?

– Я этого и не хочу.

– И я никогда не… – Остановив бурный поток своего негодования, я сосредоточилась на услышанном. Окинула Деона недоверчивым взглядом. – Правда?

Ни один мускул на его лице не дрогнул, когда он со всей серьезностью добавил:

– Все это время я пытался понять тебя, а не сделать покорной.

Моя левая бровь невольно поползла вверх.

– Нисколечко не пытался меня укротить? – уточнила я.

– Укротить и сделать покорной – это разные вещи.

– Это одно и то же, Деон! – заверила я.

А он покачал головой, улыбнулся и все же подошел. Я не стала его никак останавливать на этот раз.

– Укротить – это вот так, – шепнул он и провел губами по моей щеке. А после добрался и до губ. Но не стал целовать, как я ждала, лишь подразнил и отпрянул, чтобы снова посмотреть на меня смеющимися глазами. – А вот второе тебе не понравится. Хотя…

Он задумчиво меня осмотрел, кривовато ухмыльнулся и резко наклонился. Я и опомниться не успела, как он закинул меня на плечо. Взвизгнула уже после того, как он шлепнул меня по мягкому месту и понес. Судя по направлению, в ванную. И слава всем драконам, что мама в это время была на кухне, и не видела, что со мной вытворяет мой собственный босс.

– Пять минут! – строго приказал он, поставив меня на пол опять в виде Никиты. А потом еще и сумку с одеждой вручил, которая под дверью моей комнаты так и осталась.

– Вот об этом я и говорила, – предупреждающе произнесла я. – Так не будет!

– Мне тоже больше нравится первый вариант, – произнес он и подмигнул.

С ним невозможно спорить, даже когда очень хочется! Закрыв дверь, я шумно выдохнула и трясущимися руками потянулась к сумке. Я действительно собираюсь сделать это. Я возвращаюсь на чертов Лахус! В статусе невесты самого министра иных миров. И все это мне больше не снится.

Таких экстремальных сборов у меня не было даже тогда, когда я опаздывала на работу в страхе предстать перед злым начальником. Деон разрешил взять с собой несколько вещей на память, среди которых не должно быть одежды и косметики. Взяла семейный альбом и долго металась по комнате, выискивая еще хоть что-то, по чему буду скучать. Поняла, что ничего и нет. Мама да бабуля с дедулей – вот и все мои ценности. И главное сейчас – их безопасность. Пошла на звук маминого смеха и остановилась на пороге кухни.

Никита держал в руках новенький мобильный телефон и показывал, на какие кнопки нажимать, чтобы со мной связаться.

– Это единственная связь с нами. Не выносите его за пределы дома, чтобы не потерять. Лера сама вас наберет. Нужно только следить за уровнем аккумулятора. И еще.

Он достал из кармана плотненький конверт и передал его слегка удивленной маме.

– Лерина зарплата и премиальные. Ей они там не понадобятся. А вам пригодятся.

– Ой, да что вы, – запричитала мама, пытаясь вернуть конверт. – Это ее кровные, а я и сама…

– Мама! – прикрикнула я, привлекая к себе внимание. – Сказано – бери! Я счастлива, что могу тебе хоть чем-то помочь.

Она скромно улыбнулась Никите, поблагодарила и прильнула ко мне в объятия.

– Если он свободен – хватай! – шепнула она на ухо. И конечно, не ожидала, что этот хитрец тут же выдаст:

– Свободен!

Мама покрылась красными пятнами, я тоже, но в целом бить его больше не хотелось. А все потому, что у Деона уникальный талант. Только ему удавалось доводить меня до легкого безумия от злости и одновременно заставлять взрываться от радости. Этот контраст вызывал такие чувства, которые не возникали никогда раньше с другими. Он один такой.

– Нам пора, – заявил он и встал. – Долгие прощания ни к чему. Мы скоро вернемся.

И хотя слова звучали уверенно, знать наверняка он не мог. Даже если я вернусь, будет риск, что порталы закроют. Он всегда будет. Что угодно может пойти не так. Потому маму я обняла как в последний раз. Запомнила ее улыбку, теплый взгляд, запах.

– Я буду скучать, – шепнула я.

– Не успеешь, – заверила она и кивнула на Никиту. – Не дадут, судя по всему.

Он тоже обнял маму, когда она его к себе притянула. Видно было, не ожидал.

– Валентин за ней присмотрит, – заверил он меня, когда мы вышли на улицу. Мама стояла у крыльца и провожала нас взглядом, как всегда делала, когда я уезжала. Никогда не любила прощаться с ней.

– Ты все продумал, – буркнула я. – И с квартирой, и с работой тоже.

– Лучше замести следы и оборвать контакты. Так надежнее.

– А телефон? – спросила я. – Что еще за связь со мной?

– Связной шар, – ответил Деон. – Поместил его в мобильный и скрыл драконьей магией, чтобы лахи не отследили. Сложная комбинация, но должна сработать. И это тоже против правил, так что никому не говори.

– Дай угадаю, тебя опять будет ждать смертная казнь? – спросила с сарказмом.

– За связь с мамой жены? – тем же тоном уточнил он. Так, погодите, когда это я уже женой успела стать? – Нет, что ты! Всего-то должности лишат и в темнице на пару лет запрут.

Он поймал мой полный бешенства взгляд и примирительно добавил:

– Ну, если договорюсь, то, может, просто в ссылку на десятилетие. И даже с тобой.

Ну что ему ответить?

– Никогда бы не подумала, что скажу это, но надеюсь, ты издеваешься, как всегда!

Деон свернул на оживленную улицу и подошел к дороге с таким видом, что сейчас к нему должен вырулить лимузин. Он явно кого-то высматривал, пока говорил со мной.

– Я просто пытаюсь предугадать разные варианты. Даже с худшим исходом кое-какая связь с мамой у тебя останется. Кстати, она мне понравилась. Добрая. И любит тебя.

– Ну, это естественно.

Деон перестал смотреть на дорогу и улыбнулся мне той своей улыбочкой, от которой не стоит ждать ничего хорошего.

– Что? – насторожилась я.

– С твоей я познакомился, теперь твоя очередь. – Глянул на часы и снова на меня. – Правда, у нас осталась только пара часов. Но вам должно хватить.

И как только он сказал это, возле нас действительно остановилась машина. Не лимузин, правда, но точно дорогая. А сзади сидела женщина в черной шали и темных очках. Судя по виду, мамой она быть никак не могла. Если только младшей сестрой. Но разве с этими иномирянами хоть что-то вообще поймешь?

Деон без слов открыл для меня заднюю пассажирскую дверцу и протянул руку. Мол, садись. И все с той же улыбочкой.

– Ты невыносим, – поделилась я по секрету.

– Ты справишься, – ободрил он.