Глава 21

Кира

На всякий случай Кира приложила руку к стене — вдруг огненная вернется за ней? Но та ее не заметила. Как это могло произойти, Кира не понимала. Кажется, лабиринт ощущал, человек какой стихии двигался коридором. И давал подсказку. Только вот на нее, Киру, он не реагировал. И на ее коллегу тоже. Значить это могло только одно: лабиринт — это этап Земли. То есть для Киры и ее команды он самый легкий.

Готовая в любой миг зажмуриться, Кира двинулась коридором быстрее. Не хотела прийти последней. В том, что она придет к финишу — у Киры сомнений не было.

Она бежала и останавливалась. Бежала, чтобы скорее добраться до выхода. Останавливалась, чтобы прислушаться, и ощутить перемены лабиринта. Раз на огненных стены нагреваются, то как-то отображаются на них воздушные и водные.

Пару раз Кира ощущала, как камни нагреваются. Тогда она возвращалась за поворот, и дожидалась, когда огненные уйдут. В другой раз в лицо Кире дул ветер. Она ему радовалась. Так бегала — что вспотела, поэтому легкий ветерок был как раз тем, что надо. Когда Кира услышала шаги, тот был уже едва не ураганом — хватал за волосы и дергал штанины. Вернуться за поворот Кира не успевала. Но, к счастью, вспомнила зажмуриться. И почти сразу услышала досадливое:

— Вот сука!

А затем отчетливый хлопок. Вместе с ним прекратился ветер — исчез в одно мгновение, как в природе не бывает. Еще немного постояв, опираясь на стену, Кира медленно открыла глаза. Перед ней была лишь очередная развилка, где никто не стоял. Пронесло.

Кто-то выбыл по ее вине? Вероятно, кто-то воздушный. Абсолютно все равно… Это даже хорошо для победы в соревнованиях. Как бы там ни было, Кира вины не чувствовала.

Еще пару раз она ощущала ветер, но больше не подставлялась. Сразу забегала за поворот и дожидалась, пока шаги стихнут. Лишь потом возобновляла путь.

Следующие двадцать минут прошли спокойно. Даже слишком спокойно. Кира шла все медленнее. Не потому что боялась стать заметной из-за топота или сбивчивого дыхания. Нет. Просто Кира утомилась.

Пара пролетов — и она решила отдохнуть. Совсем чуть-чуть. Посидит пару минут, а потом побежит, чтобы наверстать время. Не самый безопасный вариант, ведь на бегу сложнее прислушиваться. Но так Кира скорее достигнет выхода — а оказаться там в тысячу раз безопаснее, чем даже очень тихо красться коридорами.

Она села прямо на землю и оперлась спиной о стену, откинув голову. Закрыла глаза, но не чтобы обезопасить себя, а просто потому, что те устали разглядывать полутень.

Кира ерзала — все ей было неудобно. Земля твердая, стенка сырая и от того холодная. Почти сразу Кира поднялась — отдых явно не задался. Она опустила голову, чтобы отряхнуть штаны, и вдруг услышала:

— Там кто-то есть?

Голос снова был знакомым. Но Кира не спешила обнаруживаться. Она кляла себя, что остановилась, еще и в таком дурацком месте, на Т-образной развилке, и что не заметила, как кто-то приближался.

— Я слышала, как ты прерывисто дышишь… Что, Земля, такая физическая нагрузочка тебе не по зубам?

Соперница засмеялась, а Кира не сдержалась и цокнула языком. Все равно ее уже обнаружили.

— Закройся, Аска, — сказала Кира.

— О! — воскликнула Аска. — Кира! Надо же, я думала, ты первой вылетишь.

Кира не ответила. Она не шевелилась, лишь подняла руку, чтобы коснуться стенки. Ну конечно — та была сырой. Кира ощущала приближение водной, и проигнорировала это. Вот теперь расплачивалась.

Они с Аской стояли, глядя на одну развилку, но стоя в разных коридорах. Кира не смела шевелиться, и Аска тоже.

— Так и будем стоять до утра?

— Я не стою, я лежу, — сказала Кира.

— Правда? — удивилась Аска.

— Можешь сама посмотреть.

Аска шагнула, но тут же спохватилась, и рассмеялась. Кира поджала губы. Она понимала, что такая дурацкая провокация не сработает, но попытка не пытка.

— Думала, я такая тупая, что поведусь?

— Да, — спокойно сказала Кира.

Аска фыркнула. Потом снова коридоры накрыла тишина.

Земляные терпением отличались, водные — нет. Так что первой не выдержала Аска. Она сказала:

— Давай просто обе закроем глаза, и пройдем мимо друг друга этот перекресток, хорошо? Сыграем в ничью.

Кира не ответила.

— Или ты, коза упертая, либо выиграешь, либо сдохнешь?

Кира снова молчала. По голосу Аски она слышала: та начинает беситься. Это было приятно. Стоило того, чтобы тратить тут столько времени.

Потом Кира зашагала обратно по коридору, отдаляясь от Аски. Шла, нарочито громко топая, но прислушиваясь. Аска отозвалась почти сразу:

— Ты ушла?

Кире хотелось ответить: «да», ведь она и правда уходила. Но тогда Аска точно не пошла бы за ней. Кира зашагала тише. Достигнув конца коридора, она шаркнула ногой у поворота, но потом на цыпочках вернулась к развилке, которая хорошо просматривалась с той, где они застряли с Аской. Затем Кира встала в середине перекрестка, раскинув руки так, чтобы ее было хорошо видно.

Все это время Аска пыталась ее дозваться. У нее ни разу не получилось. Кире пришлось немного подождать. Она уже почти отказалась от своего плана. Подумала, что Аска, верно, развернулась и, как сама Кира, решила идти обходным путем.

Но потом Аска все же прошла развилку. Кира стояла с закрытыми глазами, хотя очень хотела их открыть. Увидеть досаду на лице Аски — это было бы незабываемо. Но вместо этого Кира услышала только:

— Какая же ты мразь.

А потом Аска исчезла с громким хлопком.

Кира подождала еще дюжину секунд и лишь потом открыла глаза. В коридоре никого не было, а стены перестали блестеть от влаги. В общем, атмосфера стала приятнее.

Тогда Кира бросилась к злополучной развилке и, свернув в коридор, откуда не вышла ни она, ни Аска, очутилась у высоких двустворчатых дверей. На всякий случай Кира зажмурилась, и лишь затем толкнула створку. Вопреки габаритам и старинному виду, открылись двери без единого звука.

На Киру дохнуло свежим воздухом. Все-таки была в помещении затхлость. Сперва Кира испугалась, что ее настиг кто-то воздушный. Но ветер не усиливался, да и ощущался иначе, чем в лабиринте. Поэтому Кира осмелилась открыть глаза.

От испуга она едва не вскрикнула. Но сдержалась. Лишь отступила на несколько шагов, чтобы быть подальше от одного из своих самых больших страхов.

Стихия навязывала не только внешность и черты характера. Вместо со стихией приходили вкусы, расположенности, таланты, некоторые навыки и, конечно, страхи. Высоты боялись почти все из Земли. Воздушные, наоборот, ее любили. Чего бояться высоты тем, кто может парить? Пускай у этого мало общего с полноценным «летать». Но преодолеть полосу препятствий, которая находится так высоко, что земли не видно, легче всего будет воздушным. Это их этап. А для Киры, судя по тому, как заходилось ее сердце, он будет самым сложным.

На площадке перед резким обрывом она была одна. Вроде бы. Головой вертеть боялась — вдруг натолкнется взглядом на соперника? Тогда вылетит, и получится, что доселе все мучения были напрасными.

Но Кира не слышала голосов, поэтому рискнула оглядеться. Так и было — она стояла одна. Впрочем, вдруг кто-нибудь сейчас покажется из двери лабиринта?

Обернувшись, чтобы смотреть на дверь, Кира недолго подождала. Но никто не вышел — даже шаги не слышались. Кира зачем-то нажала на ручку. Она не поддавалась — значит, вернуться в лабиринт нельзя. Получается, отсюда лишь один выход.

Кира прокралась к краю. Знала, что вниз смотреть не стоит, и все же глянула. Потом отшатнулась, размышляя над увиденным на безопасном расстоянии.

На самом деле размышлять было не о чем. В десятке метров под ногами начиналась белая дымка. Наверное, чем ниже, тем плотнее она становилась. Казалось, что туман холодный и мокрый, как облако. Но скорее всего, упав, Кира не почувствует его касания — сразу исчезнет с хлопком, как Аска и тот земляной.

Тут же Кира прекратила об этом думать. Это бесполезно. Зачем размышлять о проигрыше, если не собираешься выбывать?

Так что, сжав кулаки, Кира подобралась к краю и шагнула на первую ступеньку.