ГЛАВА 22
Кертис поперхнулся воздухом от удивления, явно настроенный совсем на другой лад с налетом романтики. Ага, как же! Темный вечер, девушка, маячившее приключение и совместные пикантные воспоминания… Разбежался что-то! Впереди отрезвляющее будущее.
Холодок, который шел влажным туманом от привидения, заставил нас не только поежиться, но и быстро переключить все внимание на незваную гостью. Алан совершенно не понимал, что здесь делает эта полупрозрачная леди, но я-то знала — пришла за исполнением обещания.
— Дженни, ты от меня уже столько дней бегаешь, — призрачная ведьма обмахнула веером лицо, будто сушила волной воздуха невыплаканные слезы. — И вот опять у тебя неотложные дела! Но тебе повезло, что я стала невольной свидетельницей разговора! Тот туннель под водой, о котором ты говорила, давно заброшен. Там случился обвал. Но я знаю другой способ попасть к гномам. Другой ход…
В этом ее таком соблазнительном пояснении так и напрашивалось «но». Многозначительное такое, многообещающее «но» на мою голову.
Пауза оказалась слишком безжалостной для меня. Я разорвала ее первой:
— И где он?
— Я покажу. Но моя… — ведьма выразительно повернула голову к Алану и замолчала.
— Он и так много знает, — махнула я рукой, смиряясь, что укротитель с моего первого дня в академии частенько участвует в моих делах. — Можно говорить.
Привидение долго и оценивающе смотрела на Алана, и как-то недобро поджимала губы… Хотя, может, это мне показалось? Кто их, призрачных, поймет? Но после она решительно кивнула, будто решила для себя что-то в голове, лишь переспросив у Кертиса:
— Ты же чистый укротитель, да? Из высших?
Алана немного перекосило от термина, означающего наивысшую чистоту родословной, но неохотно кивнул:
— А это имеет значение?
— Да нет… — пространственно ответила призрачная ведьма, а на лице ее промелькнула едва уловимая улыбка.
Так да или нет? Как-то она странно сказала…
— Так Вы покажете нам ход в гномьи лабиринты? Он же находится на территории академии, верно? — спросила я.
— Покажу. Но сначала помоги мне с Мари, она больше не может ждать, — привидение так стремительно повернулось ко мне, обдав ледяным потоком воздуха, и так решительно потребовала от меня исполнения обязательств, что меня взяла секундная оторопь. Но беспокойство за брата не давало проявить слабину:
— Моему брату срочно нужна помощь, а Мари… Она же может подождать?
В конце концов, что важнее — покой души или жизнь живого? Разве можно сравнивать? Для меня все было решено, вот только быстрое попадание в гномье царство сейчас зависело от призрачной ведьмы, что было крайне досадно. Ну куда она так спешит с упокоением пра-пра-пра…? Днем раньше, днем позже… Неужели, Мари так изводит предка?
— Не может! Сегодня последний день! Иначе… душа рассеется! — холод, что исходил волнами от привидения, стал настолько нестерпим, что я сдвинулась в сторону Алана, что не осталось незамеченным с его стороны. Кертис настороженно посмотрел на ведьму, потом внимательно на меня и спросил:
— О чем речь? Что от тебя хочет это привидение?
Я задумалась, знает ли Кертис о том, кем призрачная ведьма была в прошлом, но потом поняла, что сейчас это не имеет ровно никакого значения — время идет.
— Ее пра-пра-пра…внучка — Мари Финис. Призрачная… леди просит помочь упокоить ее душу.
— Упокоить? А ты тут причем? — Алан положил руку на мое плечо и повернул к себе. Достаточно тактично и заботливо, поэтому я не стал скидывать руку и устраивать сцену, расценила как хороший жест поддержки. Наверное, парень заметил, как я дернулась в сторону от ведьмы, и решил подбодрить жестом, показав, что он рядом.
— Я видела ее дух после смерти. И я же нашла ее первой… — я вспомнила обескровленное тело куратора ведьм и прикрыла глаза, стараясь прогнать всплывшую в воображении картинку.
— И из-за этого ты чувствуешь ответственность? — Алан чуть сжал мое плечо, и я раскрыла глаза.
— Немного, — нехотя призналась я.
— Дженни, если поторопимся — успеешь везде. Если не согласна помочь — прости, но тем, кто не выполняет обещаний, я помогать не буду, — ведьма уже откровенно злилась и не прикрывала лицо веером — уперла руки в бока и притопывала полупрозрачной ногой.
Как же она ловко про обещания повернула дело в свою сторону! А я вот не припомню, чтобы клятвой расщедрилась или давала какие-либо гарантии помощи. Но если сейчас поссорюсь с привидением, то мало того, что мы с Кертисом и чучелом всю ночь вход к гномам искать будем, так она еще о том, как оживить мою звериную суть не расскажет! А привидение, как бывший куратор, должна знать многое…
Получается — выбора-то нет. Придется сперва помочь с упокоением духа Мари Финис, а потом уже идти рекомендуемым призрачной ведьмой путем к гномам.
Эх, надо поучиться предприимчивости у кота и призрачной ведьмы, а то я-то, по доброте душевной, собиралась просто так помогать с упокоением, а вот мне просто так помогать никто не собирался! Хотя, может, это я зря, и привидение просто переживает за потомка и ее душу так сильно, что я не оставила ей иного пути, откладывая встречу? Кто знает… Что она там сказала? Душа рассеется? Так быстро?
— Хорошо, пойдемте, только побыстрее, — согласилась со вздохом я и поймала вопросительный взгляд Алана.
— Только молодой господин Кертис должен подождать здесь, — настойчиво попросила призрачная ведьма, указывая кончиком веера вниз. — Это слишком личное дело.
Я почувствовала, как укротитель насторожился и напрягся, цепко посмотрел на привидение, и разочарованно скривил лицо, на котором так и читалось: «Жаль, привидение не поддается дрессировке»
A я испытала небольшое разочарование: только обрадовалась, что привидение позволило спокойно рассказать Алану про Мари и не возмутилось, как оно тут же провело черту и оставило парня за бортом.
— Время… — призрачная ведьма подняла голову вверх, словно закатила глаза. — Никуда не денется твой Кертис, вон, твоей новой ожившей игрушкой займется пока.
Алан кинул возмущенный взгляд в сторону привидения и тихо прошептал что-то себе под нос, похожее на очередную команду, но только потратил энергию зря. С этой призрачной дамочки, как с гуся вода — бестелесное же создание!
— Я пойду с вами, — отбросив бесполезные попытки в сторону, Алан поправил чучело на плече и подошел вплотную ко мне. Судя по взгляду, ему совсем не нравилась призрачная ведьма и ее предложения.
— Во время ритуала упокоения не должно быть посторонних! — медленно и достаточно зло выдавила из себя ведьма. Ох, как ей не нравилось, когда что-то шло не по ее правилам!
— Тогда я буду недалеко. И точка. Иначе ничего не выйдет, а уж к гномам мы найдем ход, — укротитель схватил меня за запястье, будто для подтверждения своих слов: «либо со мной, либо никак», и привидение слегка перекосило на лицо — даже веер не успел спрятать всю гамму эмоций призрачной леди. Молчание длилось минуту — именно столько времени понадобилось привидению, чтобы взять себя в руки и найти компромисс.
— Расстояние сто метров и не сантиметром больше! Я не хочу рисковать душой Мари из-за юношеской спесивости, — наконец сказала она. Теперь перекосило Кертиса, но все же он кивнул, презрительно посмотрев на призрачную ведьму. Вот так и наживают врагов, однако!
— По рукам, — на том и согласились.
Мы шли минут пятнадцать в абсолютном молчании, пока окружающая местность не показалась мне смутно знакомой. Только видела я ее чужими глазами — кикиморы Йеси. Сейчас краски были гуще, насыщенней, а в нос ударил запах перегноя — болотистая местность не радовала ни проходимостью, ни ароматами. Ноги вязли в жиже, подошва громко чмафкала, а я с завистью смотрела, как легко проплывает над всем этим безобразием привидение. Ей-то через такие дерби не надо пробираться!
Камыш справа скрывал водный канал, но я могла поклясться — он там. Левее можно было увидеть покосившийся каркас заброшенного парника, а далеко впереди как раз показалась поросшая мхом и зеленью крыша сарая. В прошлый раз внутри него находилось тело куратора ведьм, а как же дело обстоит сейчас?
— Останьтесь здесь, господин Кертис, — приказала призрачная ведьма, а потом поняла, что была достаточна бестактна и резка, и смаслила дело реверансом. Алан смазанным быть не пожелал и лишь недовольно скривился, смотря вперед и дотошно изучая местность. После чего наклонился ко мне и сказал: — Будь осторожна с ней.
— Дженни! — позвало привидение, застыв у тонкого деревца неподалеку. В сумерках полупрозрачный силуэт выглядел таинственно и немного пугающе. И я была согласна с выводами Алана — с ведьмой, будь она даже призрачной, надо быть настороже.
Я поравнялась с полупрозрачной дамой, она же не сводила пристального взгляда с укротителя, словно старалась пригвоздить его к месту. А потом резко отвернулась и стремительно понеслась к сараю так, что я едва за ней поспевала.
Через ветхую дверь ей не составила труда пройти, а вот мне эта покосившаяся деревяшка поддалась с трудом. Это что же, у Йеси силенок побольше моих будет, раз тогда не прилагая лишних усилий я в ее теле легко вошла внутрь?
В тот раз здесь было чисто, будто все только-только вымели и вычистили перед тем, как поместить туда тело ведьмы, сейчас же здесь было столько хлама, что я засомневалась в зрении кикиморы. Но, как оказалось, беспорядок был только на входе, словно кто-то из-за всех сил забаррикадировал Мари Финис от посторонних глаз. А уже в глубине сарая, как и тогда — на столе, лежала мой бывший куратор. Рядом, вокруг — внизу и вверху над телом ведьмы, будто паутина — красные нити. Они опутывали тело Мари как кокон и шли в разные стороны к подвешенным бумажным шарикам. Не успела я задуматься, что внутри этих самых разноцветных сфер, как привидение одернуло меня:
— Скорее, у нас мало времени!
— А что это? — я показала глазами на опутывающие нити, но призрачная ведьма даже не подняла глаз, ответила, внимательно осматривая Мари:
— Ритуальная привязка души, не обращай внимания. Она в ней все время, как… умерла… — ведьма принялась опять обмахивать глаза веером, а у меня в голове произошла нестыковочка: я в теле Йеси не видела здесь никаких нитей. Или их видят только ведьмы? Но тогда у меня есть еще вопрос!
— А как здесь оказалось тело Вашей пра-пра-пра…
Ведьма не хотела терять драгоценная время, суетливо летая вокруг тела Мари и недовольно поглядывая в мою сторону, но на вопрос все-таки ответила, так как я не двигалась с места.
— Ну что ты такая подозрительная?! Понятно же, что привидение не может и спичку подвинуть, не то, что тело, — и так многозначительно выпятила свои облачные глаза, что я поморщилась. Б-р-р, неприятное зрелище!
Ага, значит, у призрачной ведьмы есть вполне себе живой помощничек, личность которого, судя по молчанию, она раскрывать не собирается. Ну что ж, ее право.
— И чем я могу помочь? — помня, что Зак до сих пор ждет спасения в гномьих лапах, я вернулась к делу.
Ведьма выпрямила и так предвкушающее улыбнулась, отчего почему-то стало тошно. Похоже, способ мне не понравится…
— Ничего сложного! Просто выпей сначала вот из этой чаши и сможешь призвать душу Мари к контакту, а дальше слушай мои инструкции, я тебе все расскажу, — призрачная ведьма показала на пиалу, полную черной жидкости, стоящую на столе рядом с плечом куратора.
Хм, интересно, а здесь ей тоже помощник помог? И что это — зелье? Снадобье? Отвар? Выжимка? Тогда вероятней всего ее подручный из ведьм, ведьмаков, или врачевателей… Хотя, это может быть не точно.
Я взяла чашу и оглянулась по сторонам в поисках места, куда бы присесть — как- никак контакт с духом, мало ли — на ногах не устою, но не нашла ничего подходящего, кроме как груды деревяшек.
— Можно стоя, — соблаговолила ко мне призрачная дама.
— Увольте, — в такт ей ответила я. А про себя добавила: «Уж позвольте, раз мне пить непонятно что для вызова души, то я хоть о себе позабочусь немного». И присела на эту саму груду, выбрав местечко, где не посажу занозу.
— Пей! — привидение нетерпеливо прожигала чашу взглядом, а я внутренне скривилась: «Ну что за день такой? Пей да пей! To одно, то другое!».
Призрачная ведьма встала рядом, а по моей коже побежал неприятных холодок от присутствия рядом привидения. Я поежилась, взглянула еще раз на темное содержимое пиалы и залпом выпила до дна, не проронив ни капли.
Братцу может быть туго у гномов, нечего затягивать, раз уже здесь! Расквитаюсь с упокоением, спасу Зака и как следует надеру наглую кошачью за… морду так, что он от слова «кредит» будет нервно вздрагивать и обливаться кровавыми слезами, твердя: «Нет, нет, не возьму, мамой клянусь»!
У меня и так денек не из легких: еле на ногах держусь после всех передряг, а на горизонте маячит экономический кризис «Дженни»: спрос есть, а предложения нету! Утомилась морально, почти сдохла физически. Безумно хочу передышки, но из-за любимого родственничка уже готова плавленое олово из печи пить, лишь бы побыстрее расквитаться со всеми проблемами.
Первые секунды после потребления питья ничего не происходило, будто не я недавно опрокинула в себя чашу безвкусной черной жижи. А потом мир стал постепенно светлеть, обстановка размывалась, краски блекли, пока не выцвели совсем.
— Вокруг уже стало все белое? — каким-то торжественным тоном спросила призрачная ведьма, и ее голос я слушала так близко, словно она сидела внутри ушной раковины, покачивая ножками.
— Да, — мой голос зазвучал так звонко, что я вздрогнула от собственной громкости, после чего шепотом повторила: — Да.
— Зови: «Мари Финис, явись перед до мной, встань ко мне спиной!»
Я не стала долго раздумывать над странной постановкой фразы — мало ли тонкостей в общении с духами — в глаза нельзя смотреть, или еще какая особенность, и просто повторила слово в слово.
— Появилась? — нетерпеливо спросило привидение в моем ухе.
— Нет, — тихо ответила, смотря на белое поле перед собой. Размытое марево поднялось вверх, и теперь будто эфемерное небо обозначилось серым, а внизу нашла покой безупречная снежная долина.
— Повтори еще раз. Вложи мыслеобраз в просьбу.
О! Мыслеобраз! А что дальше? Сотворить из материи? Воплотить в жизни? Да времени нашего знакомства с куратором и суток не наберется! Смогу ли я правильно представить ее?
Ладно, Зак, наверное, томится там в подземелье, а я и пофантазировать ленюсь!
В голове собрала все мельком замеченные характеристики бывшего куратора ведьм, представила ее внешний вид и повторила призыв.
На белоснежном поле появился едва заметный силуэт, который наполнялся цветами постепенно, снизу вверх, будто его заливали красочным содержимым, словно бутылку на безжизненном фоне. Пара мгновений — и черты становятся четче, линии тела — очевидней, а образ — узнаваемым. И через минуту ко мне спиной стоял дух Мари Финис.
— Ну как? — ухо раздражал нетерпеливый тон призрачной ведьмы.
— Она здесь, — совсем тихо ответила я, будто боялась потревожить духа безвременно почившей Мари. Слышала свой голос так отдаленно, будто не мой, а само ощущение было подобно трансу — тело полностью расслабилось, а мозг кристально чист от тревог.
— Отлично! — торжественный крик в моей голове заставил поморщиться. Но потом привидение поспешило исправиться — тональность стала приятней: — Теперь повторяй за мной: «Ты душа беспокойная, в этом мире непрошена…»
И тут же в другое ухо я услышала смутно знакомый мужской голос, говорящий нараспев и манящий спокойствием:
«Ты душа беспокойная, в этом мире желанная…»
Ведьма эмоционально в другое ухо:
«Оторвись от мирских сует, испытай ты покой души…»
И мужской размеренный:
«Возвращайся скорей, тело здесь тебя ждет…»
И тут же ведьма возмущенно, практически вырывая меня из блаженной расслабленной неги:
«Повторяй! Что молчишь?!»
Я поморщилась, тряхнула головой, прогоняя наваждение, и поморщилась от боли. Два голоса повторяли вновь и вновь, как заведенные, буквально доставляя физический дискомфорт, раскалывая мою голову пополам. Хотелось как можно быстрее избавиться от них, но все мои попытки закрыть уши руками терпели крах — голоса не замолкали ни на секунду. Казалось, они не слышали друг друга — до того невозмутимо настаивали на своем. В моем сознании царил настоящий улей, чей гудеж выматывал и изнурял, морально выводил из себя.
— Ащщ, — прошипела я, разозлившись не на шутку. Кто тут со мной в эти странные игры играет? Так душу возвращаем или упокаиваем? И если зовем обратно, то куда? В обескровленное тело? Ох, как мне не нравится ни один вариант! И кто обладатель мужского голоса?
Один хочет отпустить из этого мира, другой вернуть обратно. Но связаны ли оба с безвременной кончиной куратора? — стоило мне задуматься над этими вопросами, как голова загудела, как чугунный колокол.
Мне так было жалко Мари, что ушла из жизни в расцвете сил, но действовать сейчас было крайне опасно. Я собиралась помочь с умиротворением души, чтобы Мари не терзала себя страданиями невыполненных дел в этом мире и спокойна ушла на круг перерождения, но ситуация-то изменилась — речь пошла о возвращении… Но нашей академии только ходячих зомби не хватало! Нет, я, конечно, понимаю, что сама дурной пример показала летающими коробками и ожившим чучелом, но это был дурной пример! Не надо на него полагаться!
Неужели, из-за моей двойной, как говорил великий потомок рода Гун — эмпат Тео, силы, они полагают, что я дух могу и пинком в потусторонний мир отправить, и обратно в тело вживить? Психи!
В нос ударил запах благовоний, выбивая все мысли из головы, унося их вместе с приторным ароматом куда-то в снежную долину к мягкому силуэту духа Мари Финис. Ко мне вернулось состояние медитации, глаза медленно закрылись, но зудящее чувство внутри не давало заснуть и говорило голосом Алана: «Non somnum!». И почему оно говорит на непонятном языке?
Мне сильно хотелось от души провалиться в сон, но чтобы пересилить команду укротителя, надо было призвать силы, а это было так… лениво… энергозатратно… и просто неохота…
В прострации я откинулась назад, пока не почувствовала твердую опору и расслабилась, но не смогла уснуть, как пламенно не желала. И тут я услышала смутные отголоски разговора:
— Ты меня обманула, ведьма! Ты хочешь с помощью девчонки изгнать мою Мари!
— Дух Мари слишком ослаб! У нее не хватит сил вернуться в тело, как бы я его не питала!
— Ты знала уже о состоянии ее духа, когда я спас девчонку от падения с полена и принес тебе? Скажи! Ты уже знала?!
— А ты не заметил в ней ничего? — вопросом на вопрос ответило привидение.
— В ней кровь Мари! — рыкнул мужчина.
— Именно!
— И что ты этим хочешь сказать?! — мужчина был разъярен.
— Что я нашла способ, чтобы и ты и я были счастливы!
— Угробить мою Мари?
— Я оживлю ее!
— Ты только что говорила, что ее дух не выдержит вживления в тело!
— Ее дух — нет. А мой — вполне. А с кровью Мари ты и не заметишь разницы! Из-за крови тебя так же будет тянуть к ней, ведь ты уже заметил силу притяжения к девчонке, да?
— Да ты… Ты… Ты!
— Что — я? Хочешь остаться одним до конца дней, потеряв любимую? Или рассчитываешь на новую попытку с этой девчонкой? Я тебя разочарую: без тела все равно той любви уже не будет. Послушай меня, Эрис, мы с тобой заживем душа в душу, ты даже разницы не заметишь, мы с Мари похоже характерами и вкусами на мужчин…
— Да я скорее найду твои кости и скормлю их бавкану, после чего рассею твою душу в Долине Мертвых без малейших сожалений! Дженни! — на эту команду мужчины мое тело автоматически выпрямилось из сидячего положения в лежачее, но веки по-прежнему остались неподъемно тяжелыми.
— Ты душа беспокойная, в этом мире желанная… — будто чеканя каждое слово начал мужчина, вбивал мне прямо в мозг, заставляя морщиться.
— Ты душа беспокойная, в этом мире непрошена… — истерически завопила призрачная ведьма.
«Silent» — звучал внутри зудящее голос Алана. — «Silent!»
Горло свело спазмом, невыносимо засвербело. Во мне начала просыпаться злость. Содержимое разговора заклятой парочки стало проникать в сознание частями, как через сито, но и того было достаточно, чтобы мои волосы встали дыбом.
— Возвращайся скорей, тело здесь тебя ждет… — вбивал слова-копья в мой мозг Эрис. Да-да, я все-таки опознала его, после обращения ведьмы. Отчего зверела с каждой секундой сильнее. Вот если бы не эта ослепляющая боль в голове от их двойных команд…
— Оторвись от мирских сует, испытай ты покой души… — настаивала на своем призрачная ведьма.
Видимо, по их задумке я уже должна была спать от благовоний курильницы, что, возможно, и было бы правдой, не заведись где-то в глубине меня надоедливого жучка, постоянно отдающего команды голосом Алана.
— Повторяй, Арива! Ты уже давно в Долине Мертвых! Еще немного, и твоя душа не сможет вернуться самостоятельно! — вдруг предупредил меня Эрис, поразив сменой на дружественное «арива». Но я еще устрою ему вино с букетами и «арива», вовек не забудет! И пусть не думает, что я не злопамятная! Значит, тогда от падения с Летуна дракон меня спас не из любви к живому, а как раз-таки наоборот — из-за любви к мертвой. Беспокоился, смогу ли я вернуть ему любимую и носил на проверку к привидению, что эту кашу заварила. Точно-точно, тогда еще мама сказала, что дракон меня унес куда-то из академии по воздуху на некоторое время!
А призрачная ведьма чуть всех не перемудрила, ехидна прозрачная! Наверное, и приворот Йеси в сторону дракона на ее совести — продумывала все пути отступления…
Но что он говорит? Я давно в Долине Мертвых? Могу не вернуться самостоятельно?
Хотела высказать все, что думаю, и совсем не лестно, но горло по-прежнему сдавливала тисками команда Алана. «Silent! Silent! Silent!» — повторял он вновь и вновь.
Но я так хотела сказать этим двоим, чтобы они не были так самонадеянны — я не сплю, я в сознании, и вполне могу сопротивляться. Я все слышала, я все чувствовала, и я, как истинная ведьма, готова даже смертельно проклясть с ходу до седьмого колена, не заглядывая в учебник-только дар речи верните!
Кертис, ты же рядом? Ты же поможешь, если что? Это же твой жучок так свербит где-то внутри, отдавая команды твоим назойливым командирским тоном? Я не могу больше молчать! Ведьма я с двойной силой в конце концов, или кто?
Собрала всю волю в кулак, и попыталась сбросить цепкую хватку команды укротителя с горла.
«Non! Prohibere» — не одна я зверела в нынешней ситуации — голос Алана тоже звенел от напряжения и злости.
Но я, воспитанная родителями свободной духом и храброй сердцем, подумала, что мне по плечу разобраться в ситуации. Напрягла силу воли, собрала до крупицы внутренние силы и с трудом скинула оцепенение с горла.
«No-o-o-on!» — оглушающе зазвучало в ушах, уходя на нет…