ГЛАВА 5
— Дженни! Дженни! — меня трясли за плечи, но я не спешила просыпаться. Сон — вязкий и липкий, словно кисель, совершенно не запомнился, а вот неприятное ощущение осталось. Какого-то предательства, подставы, нечестной игры. Свербело в груди так, что хотелось прогнать раздражитель, но руками нащупала лишь крупную пуговицу пиджака и с силой сорвала ту с нитяной петли. Дышать стало легче, и, медленно открыв глаза, я привстала и оглянулась.
Вокруг было темно, тихо, до зябкости сыро. И никого!
Влажный песок под руками противно лип к ладоням, раздражающе забивался под ногти. В водяном резервуаре академии тихо плескалась магическая живность, шлепала плавниками по глади водохранилища. Луна мягко освещала силуэты, расставляла загадочные блики и искажала пространство. Да, именно искажало, иначе, почему я не вижу брата? И где тот гад, из-за которого губы опухли и горят огнем? Мне есть что плюнуть ему в лицо!
Кто же меня разбудил?
— Здесь никого, говори, — донесся незнакомый мужской голос. — К чему такая секретность.
— Наложи полог тишины, — я узнала голос тролля-смотрителя.
— Я тебе маг или ведьмак, что ли? Не путай, говори, зачем звал, — я еще раз прислушалась к голосу мужчины и убедилась, что он не знаком. Низкий, хриплый, на грани осиплости — я бы запомнила.
— Тут вот какие дела, — темный силуэт тролля шевельнулся на фоне деревьев, а я в оцепенении боялась пошевелить и пальцем. Коряга, играющая роль прибрежной скамьи, удачно скрывала меня от парочки. Если буду сидеть тихо, авось, пронесет!
— Кровь кто-то постоянно берет у животных, раньше не так часто — осторожничал, но последнее время совсем обнаглел! Выкачивает у бавканов литрами! Они лотом на поверхности кверху пузом по полдня болтаются! Зывры спят постоянно, шемели почти не летают!
— Да придумываешь все, осень скоро, вот налицо изменения в поведении. Не весна же, чтобы тут у тебя самцы перед самками красовались, да остальные резво бегали от переизбытка гормонов. Обычное дело для животных — сезоны спаривания и сезоны покоя, не мне тебе объяснять, ты столько лет в смотрителях!
— Вот именно! Первый год на должности, что ли? А то не знаю! Разве стал бы по чем зря беспокоить? И так терпел, пока доказательства не нашел!
— Доказательства? — разом оживился собеседник, став предельно серьезным.
— Да, сегодня адепты красного бавкана полировали!
— И он их не съел?!
— Вот именно! Даже разок не попытался, только спину подставлял вяло. Знаешь же несговорчивый нрав — самый вредный и злой из водных драконов. Даже бавкан Кертиса, и тот добрее будет!
— Кто к нему допустил адептов? Ты понимаешь последствия?
— Алан сегодня дежурил, так что держал все под контролем.
— Ладно. Успокоил. Но, все же, помимо странного поведения красного, есть другие доказательства?
— Адепты сковырнули одну из ракушек на теле красного, а среди чешуек оказалась спрятана железка, что раздвигала броню и позволяла добраться до мягкой плоти. Алан случайно заметил блеснувший металл среди ракушек. Вот, смотри!
Пауза, что повисла в воздухе черной тучей, говорила, что находка не сулит ничего хорошего.
— Ты прав — это уже не беспочвенные обвинения! А других животных смотрел?
— У остальных тяжелее понять, было ли вмешательство из-за усиленной регенерации и легкости доступа к крови. Это с бавканами надо голову поломать, чтобы подобную штуковину изобрести. Но общее поведение животных говорит само за себя, — от сильного беспокойства тролль топтался на месте: видно, что относился и оберегал созданий из Диких земель, как семью, а сейчас его сердце было не на месте.
— Хорошо, возьму на контроль. Если дело обстоит действительно так, то понадобиться лисья хитрость и изворотливость змеи, чтобы провернуть такое. Кому же такое под силу? Мне не приходит на ум.
— А что с госпожой Финис? Я слышал… — тролль замолчал, замялся, а потом сочувственно и жалостливо вздохнул. — Жалко девку молодая совсем!
— Там вообще дело темное! Час назад ректору доложили, что тело Мари Финис пропало. Кому оно понадобилось и зачем — ума не приложу. Но если связать события воедино, то вырисовывается интересная картина…
— Но непонятная. Вот я — ничего не понимаю. Зачем ведьму убивать? А кровь?
— Кровь? — замялся мужчина с хриплым голосом. — Это же кровь не обычных животных…
Тут в отдалении в зарослях дикого кустарника треснула ветка, и гнетущее напряжение повисло между мужчинами, что разом свернули разговор и напряженно застыли на месте. Я старалась дышать как можно спокойней и тише, чтобы не привлекать внимания, и с радостью отметила, что ветер сегодня сопутствовал мне и не приносил запаха в сторону парочки. Хотя я и не знаю, каким нюхом обладают тролли, но второй мужчина внушал опасения. Что-то подсказывало, что он — трансформатор из крупных, обычно именно они обладают такими низкими, рычащими и осипшими голосами.
Минуты потекли бесконечно долго, разбавляемые редкими природными шорохами. И, наверное, можно было смело засыпать, замерзая от влажности, если бы у берега не махнул хвостом бавкан, разнеся вдребезги напряженную атмосферу и тишину ночи.
— Похоже на мелкую живность, — предположил тролль, но если судить по голосу, не сильно-то верил в собственное предположение.
— Ректор в курсе происходящего?
— Да, докладывал недельку назад, господин Кертис даже посылал кого-то из СОРа под прикрытием для расследования. Сын постоянно стал по территории прогуливаться до позднего вечера.
— Тогда что беспокоишься? Значит, ситуация под контролем Столичного Отдела Расследований. Они всегда дела до конца доводят!
— Не совсем так, новый учебный год наложил новые ограничения. Ректор говорил о новом постановлении мэрии, что запрещала все тайные расследования СОРа. Поэтому задумка у меня одна есть, тут только ты поможешь… — тролль зашептал хоть и громко, но совершенно неразборчиво, смысл сказанного прошел мимо меня.
— В этом есть смысл, — согласился предполагаемый трансформатор.
Раздался шелест травы и звук шагов, что постепенно стихали вдали. Выждала минут пять, чтобы не попасться, и только потом встала на ноги, отряхнула песок с ставшей грязной формы и тяжело вздохнула. Если в комнате не будет сменного набора одежды, то утром схлопочу еще один штрафной листик — как пить дать! А ведь завтра должны приехать родители!
Конечно, могу попробовать наобум воспользоваться ведьминской силой, раз куратор говорила, что во мне ее хоть отбавляй. Естественным путем постирать и высушить жакет, юбку и рубашку до завтрашнего утра никак не успею! Но стоит ли экспериментировать?
Было и без того, над чем поломать голову! Итак, пробежимся по последним данным. Новость первая, хорошая — Зак умеет обходить защиту. Новость вторая, плохая — с укротителем я на пороге войны. Новость третья, опять-таки, положительная — часы отработки прошли, пока я спала. Четвертая новость, отрицательная — брата опять непонятно где носит. И новость пятая, нейтральная — в академии есть некто, тайно берущий кровь волшебных созданий из Диких Земель. Почему нейтральная? Просто пока я намного больше переживала за наши с Заком шкурки, чем за украденную кровь несчастных животных. Не в обиду созданиям!
Ах, совсем забыла! Стала известна валюта займа кота — золотые слитки! А вот эта новость не просто плохая — она убийственная! Для кота!
Живот жалобно заурчал, а чувство голода вернулось, да такое сильное, что всерьез задумалась над возможностью набега на троллей холодильник. Он мужик большой, порции еды, значит, весомые, и мелкую пропажу провизии может и не заметить, но совесть… Совесть не позволяла ступить на недостойную дорожку, зато спокойно оставляла с пустым животом!
Интересно, а соседки у меня недружелюбные ведьмы? Хотя, само предположение уже звучало как ответ на вопрос! Даже пробовать не стоило…
Я на прощание провела по водной глади глазами и заметила подозрительное движение. Темная обтекаемая фигура немаленького животного скользила по поверхности прямо ко мне. Скорость была такой, что я успела только на пять шагов отбежать назад, как нечто выпрыгнуло с разгону на берег и остановилось на песке, как вкопанное. Встало на задние когтистые лапы, что взрыхли песок волнами, выпрямилось, гордо вскидывая голову вверх, раскрыло пугающе большие крылья, что темными шторами закрыли лунный свет, и нагнуло треугольную морду прямиком ко мне. Зеленые глаза светились в темноте, и в этот момент в голове промелькнула мысль, что нам с братом на роду написано держаться от драконов подальше. Водяных, обычных чешуйчатых — ну их, не складывается у нас общение! Занялась важным делом — стратегическим отступлением. Шаг за шагом увеличивала расстояние, пока не споткнулась об ведро и не завалилась спиной назад прямо на песок. Юбка взметнулась вверх, а я поклялась, что в следующий раз обязательно перерою сарай тролля, но в форме на отработку больше не сунусь! Уносить ноги неудобно!
Дракон, словно понимал пикантность падения и открытых девичьих ног, скривил пасть в насмешливом оскале. Острые зубы блеснули жемчужным в темноте, отразили рассеянный лунный свет. Длинный коготь передней лапы темным кинжалом понесся ко мне, я вскрикнула и повернула голову в сторону от страха, но воздух впереди меня рассекся — только волоски вздрогнули. Край юбки вспорхнул и вернулся на место, стыдливо прикрыв оголенные ноги хозяйки.
В неверии подняла глаза на дракона, но тот взмахнул мощными крыльями, обдал волной влажного воздуха и взмыл в чернильные небеса. Полет дракона с шумом терзали ночной воздух, а черный силуэт становился все меньше и сливался с темным звездным полотном.
Вот так дела! И что это было? Мне показалось?
Быстро собрала по пляжу два ведра, тряпки и одну щетку, вторую — так и не нашла, и поторопилась пойти на негнущихся ногах в сторону домика тролля. Придерживалась канала, потом направления на восток и вышла верно с первого раза. Похоже, норму приключений на сегодня я уже выработала!
Поставила ведра в темное неброское место у забора, чтобы находку обнаружили только поутру — не хотела делать очевидным факт, что только ушла с водохранилища и слышала тайный разговор смотрителя. Пробежалась размытым от эмоций взглядом по деревяшкам забора, но листиков так и не обнаружила — ни своего, ни Зака. Сами отвалились? Сейчас на земле ничего не разберешь — даже пытаться не стоит!
Было страшно идти по территории животных из Диких земель в ночи. Смелости не придавали ни ограждения, ни бешеная скорость, с которой я преодолевала расстояние до общежития. И когда я добралась до крыльца ведьминской обители, ноги отказывались сгибаться от напряжения и напоминали две ходули.
Похоже, в академии адептов держали в ежовых рукавицах, раз даже ведьмы в ночи если и не спали, то вели себя крайне тихо. Может, и тайком варили зелья в своих комнатах, но никого не было видно и слышно ни в холле, ни в коридорах — деревья в кадках лучше любого смотрителя-тролля следили за порядком.
Неужели, схлопочу листок за ночное возвращение? Или древесный комендант умный и знает, что я возвращусь после отработки?
Приложила к двери перстень и покосилась на мирно покачивающуюся маленькую крону в кадке — само спокойствие. Руны привычно ответили голубым светом, словно приветствием. Или я просто была так рада видеть комнату с кроватью и мягкой подушкой? Еще бы разобраться, где в общежитии находится душ — и заживу!
— Явилась! — кот возмущенно фыркнул и продолжил дальше вылизывать лапу, развалившись на подушке соседской кровати. Черное ходячее испытание на прочность только поел: ошметки рыбьего скелета валялись по комнате, а наглая морда была жутко довольной поздним ужином и крайне недовольна мной. Недовольна. Мной. Эта кошачья морда?!
— Говорить умеешь, — я с силой захлопнула за собой дверь и растянула губы в фальшивой улыбке. — Уж ты моя прелесть…
— Эй! Ты что? — кот почувствовал угрозу мгновенно — не зря говорят про чутье, вскочил на четыре лапы и быстро запрыгнул на подоконник, от беды подальше. Уши, казалось, сами стыдливо льнули к голове, но он их старательно топорщил. Мятежник какой!
— Куда собрался, голубчик? — я не могла воспринимать этого хама, как своего брата, вот хоть тресни: и смотрит по-другому, и говорит по-другому! Будто, и правда, совсем иная личность!
— Больно ты выглядишь плохо, я пойду, — отвесил он комплимент — за ним не заржавеет!
— А по чьей вине, знаешь? — вкрадчиво спросила я, делая шаг вперед. Кот вжался в стекло, оценил высоту третьего этажа и осмелел.
— Где чучело? — вопросом на вопрос ответил зверь. Посмел проигнорировать, да еще напомнить о больном! Ни стыда, ни совести нет — все Заку оставил!
— Кстати, о пугале… — я исподтишка покосилась под кровать, но там было пусто. С таким трудом затолкнутый соломенный человечек исчез, оставив после себя кучку сухой травы размером с горсть. — Где оно? Куда дел, тяжеленное же?!
— Это я хотел у вас спросить! — кот не испытывал ни малейшего чувства вины по поводу займа. Топорщил усу, важно водил носом, словно это не он загнал семью в кредит. — Вы мне план срываете!
— Кто — мы? — от такой наглости сжала кулаки и серьезно думала о хорошей взбучке для одного товарища. В мешок бы его засунуть, да палками слегонца поколотить, чтобы знал!
— Ты и это недоразумение, — пренебрежительно фыркнул кот.
— Недоразумение? — я не верила ушам. Теперь поняла, почему это плешивое несчастье гоняли по арене и укрощали с таким упоением. Сейчас я сама была готова вызвать Алана Кертиса, чтобы тот преподал урок одной разошедшейся личности!
— Ну да, я в человеческом обличии редкий неудачник. Не знала? Ни девочек, ни выпивки, ни… — он посмотрел на меня с ног до головы. — … Тебе, мелкая, это еще рано знать!
— Это с чего ты взял — «неудачник»? И как, вообще, смеешь себя так вести? Набрал кредитов, подставил нас, еще и права качаешь?! — обвинять друг друга можно бесконечно, но надо не упустить важное: — У кого занял, признавайся! У гномов?
— Тебе-то что? — кот сделал морду кирпичом — сама независимость, мать его тигрица!
— А кто отдавать будет? — сложила руки на груди, сдерживая порыв скрутить плешивый воротник в трубочку. Пожалуй, на арене он еще легко отделался — рано я его спасла!
Кот молча приподнял «лопатки», будто пожал плечами:
— Мне надо Лорену добиваться, а не о мелочах думать! Этот неудачник никогда не осмелится к ней подойти! А я все сделаю.
— Подожди, хочешь сказать, что стараешься на благо Зака? — моему брату нравится та рыжая магичка?
— Конечно, не себе одному, нас же два в одном. А Лорена лучшая в академии! Королева! Звезда! Не с цветами же я к ней пойду?! — кот говорил, словно о само собой разумеющихся вещах.
— Ага, с золотыми слитками. Что мелочиться-то, да? — я отговаривала себя от недальновидных действий, только буравила черный комок шерсти взглядом.
— Пустяк! — махнул лапой кот, словно мы говорили о не съеденных им на обед мышах.
— У кого ты брал займ? У гномов? — я пытала, а это мелкое карликовое воплощение Зака молчало с упорством осла. — Молчишь? Ты тоже не помнишь, что происходит, когда Зак в человеческом теле, да?
Кот вздернул нос и отвернулся, якобы очень занятый вылизыванием скудной шерсти. Я подозрительно покосилась на него в догадке:
— Не помнишь! Ты тоже ничего не помнишь! — я торжествовала. Было бы обидно, знай он о наших разговорах. Вторая ипостась Зака не вызывала пока во мне ничего, кроме глухого раздражения. Ну угораздило же брата со звериным обличием! Свезло, так свезло!
— Да что там помнить! Вот у меня — приключения! Вот это жизнь! А там? Скукота! — рассуждал кот слегка обиженным тоном. А у меня закралось подозрение по поводу того, почему две стороны личности разделились надвое и на дух друг друга не переносили.
— А ты, значит, покоритель женских сердец, да? Куражистый парень? Лихой мачо? — предположила я.
— А что, не похож? — кот важно встал на задние лапы и зыркнул вызывающим взглядом. Именно зыркнул, нагло так, что аж проучить захотелось! Жалко, не было метлы, а то бы прокатила с ветерком так, что редкая шерстка как встала бы дыбом, так и осталась бы на всю жизнь!
Оставалось надеяться, что это Зак припрятал чучело, а пока нужно было выяснить:
— А золотишко ты где прятал?
Кот недобро покосился и нехотя признался:
— В другом случае не сказал бы, но раз такие танцы — в чучеле выдают кредит. Доставляют заемщику, где бы тот не был. Теперь понимаешь, почему пугало так важно?
— Что? — я очень надеялась, что брат от чучела не избавился. Или, что кто-то не приделал соломенному человечку ноги. — Но тут же защита стоит! И на академии, и на общежитии, и на двери!
— Все давно налажено и продумано за нас! — я была одарена великой волной пренебрежения. И так многозначительно добавил: — Местные.
— Местные гномы? — предположила я. Не знала больше никого другого, кто займы бы золотыми слитками выдавал. И по недовольной быстрым разоблачением морде, поняла — в точку!
Приехали! Неужели, «местные» — означало наличие шахты в академии? Ведь гномы почти не выходят за пределы своих земляных туннелей. И откуда кот так быстро обо всем прознал? Воистину, в Заке талантище пропадал, а мелкий решил его способности на свет вытащить! Может, поэтому они и расщепились, как личности? В моих интересах быстрее слить двоих воедино — был призрачный шанс привести жизнь в порядок!
Чучело без магии оставалось бы обыкновенной соломенной фигурой — гномам не под силу наделять предметы чарами перемещения. Значит, без помощи местных магов здесь не обошлось! Интересно, если копнуть глубже, на территории академии раскроется целая преступная сеть?! За это премию дают? А то кредит отдавать чем-то надо!
— Верни Зака, я у него спрошу, — интересно, на хитрость поддастся?
— Вот еще! За дурака держишь? Я пошел, — кот спрыгнул с подоконника, важно прошел по комнате с торчащим трубой хвостом, и подошел к двери.
Ну-ну, и как? Ручка-то круглая, руны защитные! Может, он и попал сюда благодаря Заку, что мог проходить через заклинания-стражников, то здесь и дверь отворить не сможет. Ха!
Но предательница-деревяшка щелкнула замком, вспыхнула рунами и просто- напросто отворилась. Вот так, ни перстень, ни заклинание, один только взгляд кошачьих глаз — и все двери открыты.
Кажется, я слышала в конце коридора издевательский смех кота…
Вот тебе и троенное «ха»! Надо будет Заку рассказать, может, он так тоже может, только не знает, как пользоваться! Предпосылки-то уже звучали! Открытие особого таланта не заставило себя ждать, вот только способность сомнительная, особенно в распоряжении сумасбродного кота.
Я протерла усталые глаза рукой и занесла туда песок. Бестолковая! Совсем забыла о своем внешнем виде и месте, откуда явилась. Срочно нужен душ, скорее смыть с себя гадость этого дня и очистить зудящую кожу.
С надеждой потянула за дверцу шкафа, но внутри сиротливо висели только две пустые вешалки. Беднота! Но ничего, завтра родители приедут с вещами, и я набью платяного монстра по самую верхушку! Ну, или хотя бы пару полочек займу! Расстроенная, я повернулась к кровати и ахнула. Новенькая чистая форма лежала на подушке, скромно сложенная в ровную стопку. А я и не заметила сначала! Никогда мое настроение еще так быстро не разгонялось из низов ввысь.
На белоснежной рубашке не сразу разглядела записку. Развернула вдвое сложенный лист и прочитала:
«Не ходи больше в форме на отработку. Алан»
Что я говорила? Что настроение еще никогда так стремительно не поднималось? Так вот, знаменательный день, ставим рекорды — мое настроение еще никогда подстреленной птицей так не пикировало вниз!
И почему он не сомневается, что будут еще отработки? Может, я больше никогда не опоздаю, и всегда буду следить за одеждой?
Снаружи раздался протяжное мяуканье кота, словно живое напоминание — спокойной жизни не видать! Заку там на хвост наступили? Ну так пускай потопчутся, зверю полезно будет!
Я злилась на выходки второй ипостаси брата, но не знала, что с ним делать. Как было бы проще, не будь раздвоения личности — ведь нормальным до первого оборота был! Или стоит расспросить, не случилось ли на отборе чего необычного? Может, все обратимо?
А так бы получил он вторую ипостась кота, смирился бы спокойно, оборачивался по своему желанию изредка, да горя бы не знал. Возможно, даже пользу бы нашел или работу, где требовалось пробраться в узкие места. Да можно было подобрать перспективы! А тут что выходит? Как ему обучаться? Как жить двоим противоположным личностям в одном теле?
Всякие мысли лезли в голову, отчего та гудела, как вскипевший чайник. Скоро взойдет солнце, а я еще не ложилась. Да и во сколько вставать на занятия не знала, а ректора на собрании не спросила — тема дня иная была, серьезная. Ни будильника, ни верной соседки-ведьмы под боком, что подскажет. Никого. И в дверь никому не постучишь — ночь на дворе. Пришлось выходить и наобум искать душевую.
Браво архитекторам — все было банально. Конец коридора порадовал открытой дверью и разветвлениями на закрывающиеся кабинки. Белая плитка пола и стен, плотные двери, крепкие немагические замки и теплая вода — великое счастье для бедной грязной адептки!
Начисто помылась, вытерлась прихваченной с пустующей кровати чистой простыней и надела новую форму. Спустилась вниз в холл, присела на угловой диванчик так, чтобы не помять одежду, и закрыла глаза.
Время завтрашнего приезда родителей я не знала — куратор тогда не сказала точно, а теперь — спросить не у кого. Кто заменяет Мари Финис не знала, стучать в кабинет — поздно. Понадеялась, что когда родственники приедут, то обязательно сообщат, и решила — буду спать здесь. Уж пробегающих мимо в суете адепток я услышу и проснусь, а, значит, не схлопочу отработку и попробую влиться в коллектив с самого утра. А еще поем! Наконец-то…