12

Михаэль

В какой момент всё стало так серьёзно?

Я же всего лишь собирался повеселиться за счёт бабушки, покуролесить с красивой девочкой, и показать фак братцу с отцом, а не ввязываться в сомнительную криминальную историю…

Но назад уже не отмотаешь.

Один раз я уже сбежал из страны, думая, что так мне полегчает. Залёг на дно и мирно полёживал себе, уйдя в работу, только теперь, снова столкнувшись с демонами прошлого, похоже, не получится так легко отмахнуться от реальности.

─ А я говорила, говорила, что так и будет! ─ взрывается бабуля, пока я стараюсь не обращать внимания на её истерию после нашей милой беседы. Всё-таки зря я сболтнул. ─ Твой брат за это время оброс ещё большей подлостью. Я не удивлена, что он оказался втянут в такую историю, но Эль, ─ смотрит на меня испытующе, пытаясь пробить брешь в моей защите, ─ так просто ты его не приструнишь. Они с твоим отцом — просто идеальная комбинация ублюдков, а с годами стали только подлее и хитрее.

Я могу только вообразить, что она знает о сыне и внуке, чего не знаю я, но мне всё равно бесполезно что-то доказывать.

─ Ба, ─ сажусь перед ней на колени, беря её всегда тёплые руки в свои, ─ ты пойми, я уже влип.

─ Это ты только сейчас понял?

Молчит, барабаня своими наманикюренными пальцами по подлокотнику, и меня начинает нервировать этот звук, потому что сейчас будет очередной «бум».

─ … Ты вообще понимаешь, что она просто босячка? ─ взрывается наконец. ─ Она подкармливала бомжей, когда ещё в школе училась!

─ Так и я с ними зависал, когда некуда было идти, ─ дёргаю плечами, не видя ничего зазорного в помощи нищим. Хотя, для бабушки они всегда были просто вшивыми бездельниками. ─ Нормальные мужики.

У ба даже стрелка на глазу потекла от возмущения.

─ Она от полиции сбегала чаще, чем проходила медосмотры, и ведь не попалась ни разу!

Молодец какая, а…

─ Так я тоже мусоров не перевариваю, а сколько я в обезьянниках ночевал?

─ А мать её вообще непонятно от кого дочь родила, ─ не слушает меня.

─ Мой отец тоже не Далай Лама. Бабуль, ты уже придираешься.

─ Ты… ─ аргументы, похоже заканчиваются, но сражение нет. ─ Я не позволю тебе загубить свою жизнь из-за очередной певички!

Подскакивает, прекрасно осознавая, как больно делает мне одним лишь напоминанием о прошлом, но и её можно понять. Я тогда чуть не сдох, буквально побывав на грани смерти, но эта упрямая женщина снова доказала, что она чёртова богиня, и вытащила непутёвого внука в очередной раз. Только теперь всё иначе.

Когда слышу, как она уходит, ноги по привычке несут к бару, а рука тянется к бутылке, но знаю, что не могу уйти из реального мира. Благодаря птичке в нём стало слишком хорошо, а я в какой-то момент осознал, что Ника — моё зеркальное отражение. Потерянный близнец, только милый.

И мне смешно, что я на полном серьёзе хотел отказаться от неё. Думал, защищу от слишком длинных рук братца, если сделаю вид, будто она мне не интересна. Подключил все свои связи, чтобы раз и навсегда разобраться с этим приютом-парком, только чтобы в итоге от неё отделаться, но не вышло. Засела занозой в сердце и не вытащишь…

Этот перерыв позволил понять, что птичка — не просто какое-то минутное увлечение, и в этом-то всё дерьмо. Я ведь матери её пообещал ни во что не втягивать Нику, а теперь она наверняка сто раз пожалела о своём согласии после моего выступления, блять.

«Ты там нормально?» ─ всё же собираю яйца в кулак и решаюсь написать, но моя проблема долго не отвечает, продлевая агонию.

Может, перегнул? Показал себя во всей красе, а она теперь меня вообще возненавидела? Когда-то единственным спасением от депрессии был только алкоголь или мордобой, но однажды мой знакомый сводил в тематический клуб и показал другую сторону жизни. С тех пор изредка я снимаю стресс связыванием партнёрш и другими трюками. Без перебора, правда, прежде чем к этому прийти, я попробовал всё.

Но с Никой что-то перемкнуло сегодня. Стоило ей только попросить меня, взглянуть своими глазами, в которых пряталась боль, замочек от моего чердака сломался окончательно.

Захотелось увидеть её, обвязанную джутом, полностью в моей власти, но не покорную, нет… В голове имелся чёткий сценарий, вот только, голова перестала соображать почти сразу, и меня унесло.

«Птичка, не молчи», ─ начинаю нервничать, параллельно заказывая для неё доставку.

Она всё ещё в игноре и сообщения не читает, а у меня в голове уже сотни разных сценариев. Лёня бы позвонил, случись что… Значит, всё же переборщил? Идиот, ведь мог бы не жестить, а просто уйти.

Да сколько вообще времени нужно, чтобы взять телефон в руки и написать пару слов?!

О, прочитала!

«Испугался? ─ летит в ответ, и у меня внутри разжимается пружина. ─ Я всего лишь ловила кота, который стащил дождик».

Вот же задница пушистая.

«Зараза ты… Я реально думал, что ты больше не захочешь со мной разговаривать».

Стоп, а я не слишком разоткровенничался? Да насрать, она итак знает, что из-за неё моя планета слетела с орбиты, улетев куда-то в безграничный космос.

Очередное молчание не приносит облегчения, как и пишущий карандашик на экране, но вскоре тишина разбивается.

«Я много думала, и у меня появились вопросы».

Вдох-выдох. Это хорошее начало.

«Жги».

«Почему именно БДСМ?»

Ну конечно же, у тебя будут вопросы не про клуб.

«Только ничего не гугли, прошу!»

«Поздно…»

Бля.

«Ладно, тогда сделай вид, что ничего не видела, и вообще, я тебе тут кое-что отправил, не пугайся курьеров», ─ вспоминаю про отправленные герберы, которые уже должны были доставить.

Слышу, как Ника возится с дверью, и немного напрягаюсь.

«Очень красивые. Спасибо… ─ наконец, выдыхает, а потом вдруг спрашивает: ─ Может, поговорим по телефону?»

Я борюсь с собой недолго, прежде чем набрать её номер, и Ника отвечает в ту же секунду, что неожиданно приятно.

─ И всё же, почему БДСМ? ─ не отстаёт, а я удобнее устраиваюсь на диване.

Веня сегодня опять не со мной, и без него как-то неуютно.

─ Даже не знаю, с чего начать, птичка, ─ выдыхаю, потому что если говорить честно, я реально не помню, как ко всему этому пришёл. ─ Мне просто нужен был способ отвлечься о реальности.

─ Да, понимаю. Она может быть очень кусачей, ─ соглашается, и мне вдруг становятся ясны все её бесконечные подработки — это тоже способ забыться.

─ Ага, кусучей, я бы сказал.

Задумывается о чём-то, и мне хочется в этот момент оказаться рядом. Сжать в своих руках и никуда не отпускать, вдыхать её аромат, как в ту нашу первую встречу, и просто знать, что она никуда не исчезнет. Потому что я не дам.

─ Так у тебя в итоге получилось отвлечься? ─ возвращает меня на землю.

─ В первое время казалось, что да, ─ делюсь воспоминаниями с неохотой, но когда-то об это придётся поговорить. ─ Я тоже кое-кого потерял, и думал, что лучшим решением будет отправиться следом, так что не сильно переживал за собственное здоровье, забыв о том, что есть люди, которым не похуй. Пошёл по наклонной, короче говоря, только до наркоты не дошло, слава бабушке.

Ника обдумывает мои слова какое-то время, и мне кажется, сейчас окончательно во мне разочаруется, но слышу я совсем другое.

─ У меня тоже были такие мысли, ─ тихо признаётся, а мне в грудь бьёт эта откровенность. ─ Я ничего не смогла сделать для Полины. Как дура бегала в полицию, пыталась докричаться до всех, но мой голос впервые никто не услышал. Смешно, да?

Хочется возразить, встряхнуть её, но даже на расстоянии понимаю, что простые слова не сработают. Чувство вины всегда сильнее, если ты достаточно долго долбил себе голову разной разрушительной хуетой, и в итоге продолбил дыру в иное измерение.

─ Можно очень личный вопрос?

─ Ну.

─ Почему ты перестала петь?

Молчание в этот раз длится гораздо дольше, но Ника всё же утоляет моё любопытство.

─ Потому что больше не имею на это права. Знаешь, иногда одна и та же мысль постоянно стучит в голове, а потом становится такой громкой, что ты уже не можешь её игнорировать и просто соглашаешься, потому что иначе это станет совсем невыносимым.

Говорил же.

─ О, как знакомо… Только я тебе вот, что скажу, ─ получается как-то зло, но мне похер, ─ этот способ — самый простой, а ещё трусливый.

─ Что?

─ Так же легче, правда? Когда ты соглашаешься со своими разрушительными мыслями, ты сдашься, перестав бороться. Я это тоже проходил… Пойми, мозгу всё равно, в реальности мы живём или в воображении, птичка. Это значит, этому засранцу у нас в головах наплевать, веришь ты во что-то или на самом деле проживаешь всё это. Понимаешь, к чему я?

Интересно, меня сейчас пошлют или позже?

─ На словах ты конечно Лев Толстой… Что ты хочешь всем этим мне доказать?

─ А то, что мне придётся разубедить тебя в своих заблуждениях, ─ откровенно угрожаю, уже зная, как поступлю со своей маленькой птичкой. ─ Мы вернём тебе голос, русалочка.

Пытается подавить смех, но эти звуки — одни из лучших, что я слышал в последнее время. Её стоны на первом месте.

─ Мне уже страшно.

─ Бойся, птичка, бойся, ─ мрачно хохочу. ─ Потому что когда я с тобой закончу, ты станешь новым человеком.

─ Обещаешь?

─ Только если ты мне доверишься.

Я настроен продолжить наш разговор в другой плоскости, но звонок в дверь слишком настойчив, чтобы его проигнорировать.

─ Придержи свои мысли, ладно? ─ прошу, надеясь, что Ника не соскочит в последний момент. ─ Завтра увидимся. Мне нужно кое-что решить.

Прощаемся, и я плетусь в коридор, уже печёнкой чуя неприятности, а стоит увидеть парней отца, ожидающих за дверью, понимаю, что встреча неизбежна.

***

Его «завтра» не случается и через пару дней, а я почему-то жду.

Новый год наступает на пятки, и мне совсем не хочется встречать его в неизвестности, но в то же время что-то мешает взять и набрать номер, чтобы просто спросить элементарное: «как ты?»

Мне кажется, надо мной смеётся даже кот, улепётывая с очередным уворованным дождиком с ёлки, которую я единолично нарядила пару дней назад, а это уже идиотизм сверх меры.

Успокаиваю себя мыслями, что мне бы точно позвонили, если бы сталкер снова впал в алкогольную кому, или опять прислали бы видео, но рука так и тянется к телефону. Гордость говорит, чтобы не дёргалась лишний раз, здравый смысл нашёптывает, что стоит хотя бы задуматься об этом, а цветы, заразы, уже третий день стоят и даже не собираются увядать, одним своим видом всё время напоминая о нём.

Нет, он всё же сволочь…

После того, как Эль тогда ушёл, я ещё долго в себя прийти не могла, выискивая информацию на разных тематических сайтах, напридумывав себе кучу ужасов, и готовила себя к ним, но тот разговор немного примирил меня со странными увлечениями мракобеса. А теперь он опять исчез. Как я должна к этому относиться, когда вокруг меня полный ад?

Маме пришлось рассказать о моей проблеме с преследователем, и она сделала вид, будто всё пучком, но я знала, что на самом деле творилось у неё в душе. В последнее время она вообще была слишком напряжена, а я даже толком этого не замечала, утонув в собственных переживаниях.

А сегодня мы с девчонками собрались встретить нашего одноклассника и друга из тюрьмы, и это ещё один повод понервничать. Царёв, благодаря связям отца, добился для него меньшего срока, а ещё, чтобы его сильно не трогали, но это всё равно не подсластило горькую пилюлю — Слава был вынужден отсидеть эти пять лет за другого.

К счастью, Яну удалось договориться, чтобы он вышел ещё на день раньше, чтобы ни один репортёр сейчас не вился здесь стервятником, а мы спокойно могли забрать Славку. И вот, мы с Таей в этом неприятно месте. Царёв помогает Мише слезть с байка, а ещё я замечаю машину Константина Евгеньевича неподалёку — его здесь неожиданно приятно видеть, несмотря ни на что.

─ О, посмотри на них, ─ фыркает подруга, делая тайные фото, пока к нам приближается сладкая парочка, ─ у кого-то точно была весёлая ночь.

─ Не завидуй, ─ парирует блондин, имея прекрасный слух.

─ Мы же не опоздали? ─ волнуется Миша.

─ Заучка, не бухти, ─ ворчит на неё Ян. ─ Мы его не пропустим.

─ Если бы кое-кто не решил задержать нас…

─ Так, а ну-ка завалились, ─ перебивает их Тайка. ─ Он идёт.

Славка покидает негостеприимные стены. Шагает медленно, опустив голову и ещё не замечая нас, пока мы жадно разглядываем его. Изменился? Вряд ли бы такое место не оставило свой отпечаток — оно либо ломает, либо делает сильнее, так вот этот парень явно стал только крепче во всех смыслах…

Наконец, видит нашу компанию, тормозит в паре шагов, а потом всё-таки продолжает движение, и в его тёмных глазах горят эмоции.

─ Зачем вы вообще пришли? ─ растерянно оглядывая нас всех, будто совсем никого не ждал.

─ Ещё и спрашивает, а… ─ ворчит Тая, сама силясь не разреветься. ─ Ты почему на письма не отвечал, гад? Хоть бы строчку написал, что жив!

Он молчит, пока она обнимает его, колотя по широченным плечам, но я знаю, каково ему сейчас.

─ Думал, если будешь в молчанку играть, мы сразу же о тебе забудем? ─ присоединяется к объятиям Миша. ─ Я бы могла тут сейчас реально не стоять, если бы не ты. Ну, и кое-кто ещё, ─ косится на Царёва, стоящего в стороне.

─ Я… Не знаю, что сказать, ─ тихо роняет, позволяя стиснуть себя крепче, и смотрит на меня. ─ Простите, ребят.

─ Ну что с тобой сделаешь?

Тяну обнять друга, и тут какая-то неведомая сила оттаскивает меня обратно, заключая в ловушку из своих рук.

─ Лезешь к другим при живом-то мне? ─ в уши вонзается шёпот.

Явился…

─ Почему молчал?

Рядом возникает и учитель, и пока они все заняты общением со Славкой, я не могу перестать разглядывать сталкера. На первый взгляд с ним всё в порядке, но меня терзают смутные сомнения, и они только множатся с каждой секундой.

─ А что, птичка, испереживалась? Считай, что это была проверка, как сильно ты по мне соскучилась, ─ имеет наглость произнести, а потом вообще целует в уголок губ.

Бью его в бок, замечая, что он морщится, и мне ясно, что за эти дни с ним реально что-то произошло, но хрен он мне признается. А ещё очень странно, что он приехал в машине учителя. Что вообще происходит?

─ Мы с тобой ещё поговорим, ─ угрожаю, когда Тая предлагает всем рвануть к нам в бар, и никто не спорит.

***

Время летит незаметно, пока мы болтаем, словно не было этих лет. Устроившись за одним большим столом, вспоминаем всё, что было в школе, и Эль, сидящий рядом, совсем не стесняется задавать вопросы о том случае со стрелком. Впрочем, Слава тоже ничего не скрывает, но оно и понятно — немногие знают правду, и все они здесь.

─ Что тут ещё добавишь? ─ усмехается грустно после всех жутких деталей. ─ Просто сын мэра оказался важнее, чем простой парень, у которого только мать… Поверившая всем, кроме сына.

Да, не все родители готовы сражаться за тебя до последнего, и это печально.

─ Забей, парень. В мире полно уродов, которые хотят обоссать твою радугу, ─ выдаёт сталкер, и я давлюсь напитком. ─ Это же не значит, что нужно им позволить.

─ Ника, где ты раздобыла его? ─ впервые искренне смеётся друг, явно одобряя мой выбор.

─ Таких там уже нет, ─ вздыхаю, серьёзно раздумывая, как бы вернуть этот подарок судьбы.

─ Птичка, в твоём голосе как будто разочарование, нет?

─ Тебе показалось.

Кивает под общий смех, а потом снова обращается к Славе.

─ Я слышал, что ты отлично разбираешься в компах. Мне такие люди нужны, ─ предлагает совершенно серьёзно. ─ И прежде чем отказаться, подумай, стоит ли всё время переживать о том, как к тебе будут относится на работе, если узнают, что ты тот самый…

Это действительно щедро, особенно когда не знаешь, чем этот бородатый на самом деле занимается. А я ведь реально до конца так и не узнала человека, из-за которого моё сердце так стучит.

─ Спасибо. Я подумаю.

─ Если что, у меня для тебя тоже есть предложение, ─ встревает вернувшийся с улицы Константин Евгеньевич, присаживаясь на свободное место рядом со мной, и от него пахнет табаком, пробуждая во мне ненужные воспоминания.

Господи это что соревнование?

─ Да, вы мне все дайте только в себя прийти. ─ Слава смотрит на меня вопросительно, не понимая, что творится, но я лишь отмахиваюсь, пока друзья молчаливо переглядываются. Тайка уже точно сделала очередную ставку, на то, закончится ли вечер мордобоем или нет, но проверять это я не хочу.

Беру сталкера за руку, и тот с интересом поднимается.

─ Идём поболтаем.

─ Птичка, это не прилично, ─ делает вид, что упирается, и достаточно громко произносит: ─ Я не пойду с тобой в туалет.

Пока над нами угорают, я веду Эля в кабинет Таи, и когда остаёмся наедине, без спроса задираю его свитер, оголяя пресс.

─ Ого, я не ожидал, что ты настолько будешь по мне скучать, ─ ещё пытается строить из себя клоуна, но я уже увидела всё, что мне было нужно.

Весь живот в тёмных синяках, и это больше похоже на карту, чем на человеческое тело.

─ Кто?

─ Пойдёшь разбираться с обидчиками?

─ Не смешно. Во что ты влез?

─ Веришь, ни во что, ─ ещё находит силы смеяться. ─ Это папуля мой любимый заявился напомнить, как он меня любит.

Какие высокие отношения…

─ И часто такое происходило?

Наверное, у меня в глазах что-то, что ему не нравится, потому что взгляд сталкера становится холодным и отрешённым, а мои руки оказываются в сильной хватке.

─ Что, жалеешь меня? А может, и утешительный минет будет?

Ладонь горит, хотя я даже не дала ему пощёчину.

─ Я сделаю вид, что этого не слышала.

─ Тогда как ты меня взбодришь, птичка? ─ наклоняется и трётся щетиной о мою щёку, пока мои руки, направляемые им, медленно опускаются ниже, к его ремню.

Сражаюсь с ним, как могу, но при одной только мысли коснуться его вот так, всё тело обдаёт волной жара, и я ничего не могу с этим поделать. Кажется, меня окончательно поглотил этот вирус.

─ То есть ты считаешь, что можешь просто исчезнуть на пару дней сразу после уверенного заявления о том, как весело мы проведём время, предаваясь разврату? ─ не могу сдержать иронии, а Эль удивлён. ─ Не по-мужски это.

─ Какой же я плохой мальчик, ─ качает головой, и мои ладони уже без всякого давления с его стороны проходят по гематомам, а потом я наклоняюсь, проводя по ним губами. ─ Птичка, ты доиграешься.

─ Кто сказал, что я играю?

Не знаю, что движет мной в тот миг — то, что я реально переживала и соскучилась по его небритой морде или ещё какая-то причина, которую я потом, позже обязательно найду, чтобы накрутить себя в очередной раз, только сейчас мне хочется быть к нему ближе.

─ Что ты там обещал мне? ─ дразню пальцами выпуклость на его штанах, и сама от себя в шоке. ─ Сделать из меня нового человека?

Он ещё борется, чтобы не сорваться, а я хочу увидеть это. Я открылась ему, когда призналась, почему больше не могу петь, но Эль явно решил спрятать от меня свои собственные болевые точки. Так не пойдёт.

─ Или сдулся? ─ провоцирую, сильнее прижав пальцы к его эрекции, и он шипит сквозь стиснутые зубы, но вскоре перестаёт сражаться с собой.

─ На стол, ─ командует, и его голос ниже на несколько тонов, отчего у меня пальцы на ногах поджимаются, а межу ног расползается жар.

Радует, что стол у Таи реально удобный, и я точно знаю, что он и не такое выдержит, но меня потряхивает от неизвестности. В теории, я догадываюсь, как это будет, только всё равно страшно и волнительно, однако и отступать я не намерена.

На слегка дрожащих ногах забираюсь на дубовую поверхность, и сталкер принуждает лечь спиной, чуть свесив голову вниз. Кровь медленно приливает к мозгу, пока Эль неспешно приподнимает мой джемпер, предоставив себе доступ к груди, а сам выпускает на свободу своё возбуждение.

Я смотрю на его член, и тяжело сглатываю. Какая-то часть меня боится того, что произойдёт, в то время как другая хочет этого так, словно если оно немедленно не случится, кто-то умрёт. И я просто отпускаю себя.

─ Доверься мне, поняла? ─ звучит над головой.

Киваю, пока его рука мягко касается сосков, продвигаясь дальше — к ширинке, и резко расстёгивает молнию, а потом отстраняется.

Он медленно скользит своей твёрдостью по моим губам, будто ещё давая мне время передумать, но я уже настроилась. Чуть пряный аромат его возбуждения действует магнетически, заставляя приоткрыть рот, слегка обхватить головку и осторожно втянуть её.

─ Чёрт, птичка… Главное, расслабь горло и дыши, ясно? И если я переборщу, вцепись в мою руку со всей силы, ─ обхватывает мою голову, вынуждая съехать ещё ниже, и я молчаливо принимая правила игры.

Встречаемся глазами, и Эль начинает не спеша погружаться в мой рот. Моё сердце колотится, как ненормальное, но я борюсь с волнением, не давая удариться в панику, когда чувствую его у корня языка.

─ Ты сможешь принять меня, ─ подбадривает сталкер, и я расслабляюсь.

Он скользит дальше, в горло, чуть наклоняясь и сжимает мои соски. Пощипывает, продолжая двигаться, а затем выходит почти полностью, чтобы снова толкнуться.

Слюны скапливается много, и она стекает по уголкам моего рта, когда Эль снова и снова повторяет свои движения, всё убыстряя темп.

Воздуха не хватает, едва он чуть дольше задерживается, прижимаясь бёдрами, но чувствует, когда стоит отступить, раз за разом толкая меня к полной потере ориентиров.

Остаётся только принимать его, полностью доверившись, и я понятия не имею, откуда это чувство берётся, однако я на самом деле не боюсь. Дышу через раз, ощущая всю его увеличивающуюся толщину, а он ныряет в мои трусики, проходясь пальцем по пульсирующему клитору, и вонзает свои пальцы в мою влажность.

─ Какая жадная у тебя киска, ─ рычит надо мной сталкер, делая что-то невероятное во мне. ─ Как ты только девственницей осталась?

Мычу что-то, что должно означать оскорбление, но он посмеивается. Тогда я хватаю его за основание члена, не давая погрузиться в себя до конца, и сама от себя такого не ожидаю.

─ Непослушная…

Ощущаю, как Эль близок, и от этого осознания накрывает огненной вспышкой. Он продолжает двигаться, доводя меня пальцами, а стоит мне только начать содрогаться, кончает следом, изливаясь на мой язык.

Я не отталкиваю его, испытывая странную потребность в том, чтобы проглотить всё до последней капли, и делаю это, не сводя глаз с наблюдающего за мной зверя. Перевожу дыхание, всё ещё не веря, что добровольно пошла на такое, и вдруг слышу смех.

Сталкер смеётся, держась за стол, и я напрягаюсь, тут же воспринимая всё на свой счёт.

─ Что опять?

─ Мы, похоже, дверь не закрыли, ─ ржёт, как ненормальный, так и не надев штаны.