Глава 2

- Кто ты? - спросила у мужчины, в глазах которого сталь, нет волнения и нервозности. Его руки не дрожат, плотно сжаты, значит, слегка волнуется.

- Авророчка, присядь. Разговор будет недолгим, но очень важным, - говорил наш ректор, но я все продолжала рассматривать мужчину, который также не сводил с меня своего взора.

- А вы уверены, что после того, как вы не предупредили мою мать о встрече, у вас не будет проблем? - спросила, не смотря на старичка.

Ректор шумно выдохнул, скорее всего, действительно об этом не подумал. Мать моя - еще та скандалистка, и сейчас, после того, как охрана доложит ей, что со мной общается этот человек, ректор, мягко говоря, под угрозой увольнения.

- Кто ты? - повторила я свой вопрос.

Мужчина убрал руки со стола и достал фотографию, где они с матерью молодые, обнимаются.

- Я - твой отец, - совершенно спокойно ответил он. Может, тоже без чувств, будет хоть понятно от кого это у меня.

- Откуда такая уверенность? У моей матери было много ухажеров, и сеть пестрит такими фотками. Почему ты? - мне нужен был срочный ответ, нужно понять, почему мать его назвала маньяком. Вопросы кружили голову, но отклика в душе не было. Цель поставлена: нужно все узнать.

- Потому что, - так же спокойно, как и я, ответил человек.

- И что дальше? Пусть ты отец, мне с тобой в куклы поиграть? Или в магазин сходить? - Я не могла понять, зачем он появился спустя столько лет. Когда-то мать по пьянке сказала, что отец бросил нас.

- Не груби. Как минимум перед тобой человек вдвое старше тебя, и тебе следовало обращаться на «вы», - сразу перешел к воспитанию человек мужского пола.

- Я вам не грубила. Раз на этом разговор окончен, мне пора. В следующий раз, господин ректор, уведомите мою мать о подобных визитах, - я развернулась к двери, но его строгий и непоколебимый голос меня остановил.

- Я не закончил с тобой, Аврора. Повернись и сядь на стул.

Неправильно я себя веду. Как должна реагировать нормальная девочка? Кричать, возмущаться, плакать или же броситься ему на шею и просить забрать меня?

- Вы не имеете права со мной разговаривать в таком тоне. Дальнейшее посягательство на мое личное пространство я буду расценивать как преследование и сообщать правоохранительным органам. - Даже если он и отец, то пусть сначала начнет правильно общаться. Мне тут деспотизм показывать и морали читать не нужно. Все сами знаем, все сами умеем.

- Я - твой отец. И пусть прошло слишком много времени, и я многое упустил и, вижу, запустил, но пока еще есть время все исправить, - он говорил витиевато, нельзя было понять, знает ли он о моей особенности, или решил просто исправить ошибку молодости…

Уточнить мне не дала открывшаяся со стуком о стену дверь. С потолка посыпалась побелка, а у моего ректора задергался глаз. А я ведь спрашивала его… Столько лет сам работает в шоу-бизнесе и до сих пор не привык к эксцентричным личностям, но, с другой стороны, значит, тот мужчина, утверждающий, что он - мой отец, намного влиятельнее, чем моя мать и череда ее любовников?

- Это как понимать? Вас под суд отправить, Георгий Сергеевич? - у матери голос был таким высоким, что теперь я точно была уверена, что побелка посыплется, а окна разобьются.

- Я ничего не мог поделать, - как-то невразумительно оправдывался взрослый мужик.

- Злата, говори со мной.

Мать как ударили. Она дернулась и ее волосы пышным облаком взлетели, когда обернулась, будто действительно не заметила мужчину в кабинете.

- Ты?!. - Актриса чистой воды. Даже я могу сказать: «Мать, ты переигрываешь».

- Я, - спокойно ответил он.

- Я тебе запретила к нам приближаться! Твое время прошло!..

Все, тушите свет, начиналась драма: сейчас будет крутой поворот, и мать начнет кричать - резкая смена действий, которая будет выбивать из седла соперника.

- Ты не можешь этого сделать всего лишь потому, что я - ее отец.

- Аврора, выйди, - строго произнесла мать слегка осипшим голосом.

- Пусть останется. Она должна знать все, теперь не будет никаких секретов.

Мать посмотрела на меня слегка растерянно, но в другую секунду вновь приняла роль жертвы: глаза наполнились слезами, она опустила голову, присаживаясь на край стула, изящными пальцами нервно перебирала подол платья.

- Не нужно. Ты оставил нас, только испортишь и мою, и ее карьеру. Для чего ты вернулся? - слеза покатилась по ее гладкой коже. Она закусила идеально накрашенную губу и приподняла опущенные пушистые ресницы. Я знала все ее уловки, но готов ли этот мужчина к ее актерскому мастерству? Ее гонорары растут не только из-за красивых глаз.

- Успокойся. Не надо разыгрывать передо мной драму, - жестко сказал мужчина, резко вставая из-за стола.

- Платон, - у матери затряслась губа. Боялась она натурально, значит, он не так прост.

А мужчина тем временем подошел ко мне, не обращая на нее никакого внимания. Между нами не было сходства, я, скорее, была копией женщины, которая меня родила, разница лишь в цвете волос.

Все вокруг замерли. Охрана стояла за моей спиной, ректор уже валялся в предынфарктном состоянии, а мать… Я не видела ее, потому что все загораживал мужчина.

Глаза, лишь глаза были одинаковые. Я видела в них свое отражение. Они были холодными, глубокими, взгляд пронзающим. Человек, который обладает таким взглядом, многое прошел, много стерпел. Кто же ты?

Он осторожно поднял к моему лицу руку и, не отрываясь, смотрел в мои глаза. Ни один мускул не дрогнул, даже дыхание не сбилось. Как и у меня…

Прикосновение теплой шероховатой ладони к моей щеке, будто он проверял свои ощущения, нежели действительно хотел прикоснуться к своей дочери.

- Я - Платон, теперь мы будем видеться чаще. Пока я не буду настаивать на том, чтобы ты называла меня отцом, но мне бы этого хотелось, - он выделил последнее слово, нарочито завышая интонацию на нем, но никак более не выдавая свои эмоции.

- Уйди, пока нам жизнь не сломал, - тихо, настолько тихо мать сказала это, что я едва разобрала ее слова.

- Я бы раньше вернулся, если бы ты не играла в обиженную девочку, - холодно отозвался мужчина, продолжая смотреть на меня.

Он обвел рукой мой подбородок и задержал ее на моем пульсе, который ровно отбивал удары под его пальцем - ни разу не сбился, ни разу не ускорился. Со стороны, наверное, кажется, что это любовное прикосновение. Он знает обо мне? Или же это что-то другое? Волнующие требующие ответа вопросы вновь ударили по черепной коробке.

- Завтра на мероприятии увидимся, - он так и не посмотрел на мать. - Будь благоразумна, дочь.