Глава 23

На утро у меня просто разрывалась голова от пролитых слез и раздумий. Я решила взять долгосрочный отпуск и съездить отдохнуть. Написала Марку сообщение, если хочет пусть увольняет, но после аукциона я улечу.

Звонки его я игнорировала, также и не открыла дверь, когда он заявился ко мне. Пусть окучивает свою невесту, а не мне нервы трепет. Порой такие ситуации, которые кажутся мелочью, выбивают из привычной колеи. Я даже не подошла к двери, пока он орал и просил, чтобы я вышла. Мне было обидно, больно. Но смысла в том, что выйду я не видела. Что он мне мог сказать? Что подожди год, и я вернусь? Он мать его не в армию уходит… А пока он будет с ней жить, то и спать они будут в разных комнатах. А мне будет уготована роль любовницы? Или же будем жить шведской семьей? Не хочу…

Прохладный душ помог привести в порядок голову. Аукцион начинался в 11 утра. И Самсон заехал за мной в половину десятого.

— Лер, что стряслось? — он смотрел в мои глаза, а мне хотелось все рассказать, но я соврала.

— Все нормально. Устала. В отпуск полечу после сегодняшней сделки, — он продолжал пристально смотреть, Миша не верил.

— Ты можешь мне рассказать, — попытался он достучаться, только, к сожалению, тут ничем не поможет.

— Знаю, но нет ничего такого, что нужно было решать, — я ему улыбнулась и погладила по плечу. Он вновь не поверил. Лишь нахмурился, но завел машину, и мы поехали в то самое помещение.

Аукцион сам собственник захотел провести именно в этом здание, которое продается. Организовал фуршет, нанял официантов и диджея, создавая непринужденную обстановку. Мужчины в смокингах и дамы в красивых платьях очень странно смотрелись среди пустых бетонных стен. Владелец оказался слишком алчным, раз не хотел устраивать аукцион и снимать помещение. Кир сказал, что это было его требованием. Он хотел таким образом подстёгивать покупателей, наглядно показывая, что они упускают.

Внутри меня уже ждала вся четверка. Странно, Марк так же стоял в костюме, от которого у меня чуть слюна не закапала. Это женильный или все он отменил свадьбу?

— Всем привет. Вы такие красавчики, просто глаза разбегаются, — это была чистая правда, они, видя мой восхищенный взгляд, выровняли спину, и улыбка тронула их лица.

— Ты тоже замечательно выглядишь, — похвалил Женя, Марк же стоял и смотрел на меня. Скорее всего, он заметил, что я пришла с Самсоном.

— Лер, — Марк все же решил со мной поговорить и коснулся моей руки, как громкий голос Кира раздался из микрофона. Мне было страшно на него посмотреть, я боялась вновь быть отвергнутой. Поэтому просто гордо прошла на свободное место.

— Дорогие дамы и господа, прошу занять места. Аукцион начинается.

Все засуетились и стали усаживаться. Глеб, увидев нас, довольно улыбнулся и закивал. Вот жешь засранец, сегодня и у тебя крылья обломаются.

Аукцион стартовал, цена особо не поднималась, все старались сберечь хоть рубль, хоть копейку. Потому что стартовая цена была уже заведомо завышена. Самсон только изредка повышал на несколько тысяч. Глеб сидел с довольным выражением лица, еще бы он был уверен, что сегодня его помещение продастся по максимальной цене, а его банковский счет пополнится кругленькой суммой. Несколько человек уже выкинули таблички, отказываясь от аукциона. Цена росла, но все равно еще не доходила до той, которую мы предлагали.

Я спрашивала у Миши, а кто платит, если он остаётся последним. Он говорил, что они пишут соглашение, заверенное юристами, что он не имеет никаких претензий на случай, если я ставлю максимальную цену, и ее никто не может перебить. То есть он выходит чистый из воды, только вот слухами земля полнится и к нему больше никто не обратится. Сколько я не спрашивала, он так и не рассказал, чем все же занимается. Сказал, что помогает людям и все.

Когда желающих приобрести здание остались только мы и Самсон, Глеб начал улыбаться шире. Кир подбавлял жару.

— Итак, номер 23. На сегодняшний день — это рекордная цена. Номер 5 давайте, это здание стоит этих денег, — но Самсон подал знак отказываться, а Кир уже отбивал молотком. — Продано. Мужчина под номером 23, поздравляем с покупкой. Просьба подойти после фуршета.

Большинство сразу потеряли интерес и сразу стали уходить. В зале осталась только наша четверка и светский бомонд, который никаким образом не участвовал в аукционе, просто создавали заполненность зала.

Буквально через 10 минут, к нам подошел расстроенный Глеб.

— Здравствуйте. Я подумал и решил все же вам отдать это здание. Я хочу все же, чтобы здесь было что-то более значимое, нежели ночные клубы или бары, — он был серьезным, но расстроенный.

— Глеб Романович, мы согласны выкупить здание, только за ту сумму, которую предлагал номер 23, — было видно, что его не устраивает, но даже если он еще раз устроит аукцион, то это здание выкупят еще дешевле.

— Я согласен, пройдемте.

Ребята ушли подписывать договор, а я стояла рядом с Марком.

— Привет, Марк, — сзади подошел Самсон и приобнял меня за талию. — Я честно думал, что ты тоже в деле, — он показал, на удаляющихся ребят.

— Нет, — он сверкнул своими глазами на руку Миши и посмотрел вновь ему в глаза. — Лера на меня работает, а это друзья. Нужно было проконтролировать, все же она девушка и мало ли что могло произойти.

— Верно. Как поживаешь, слышал у тебя невеста и свадьба в скором времени? — Марк посмотрел на меня. Мне было достаточно одного взгляда, чтобы внутри опять все перевернулось. Я старалась сдержать слезы, чтобы не показать насколько мне неприятно.

— Да, сейчас. Приходите посмотреть на процесс. Он в соседнем здании будет. Через 15 минут роспись. — он держался строго и интеллигентно, по его виду нельзя было сказать, что у него сейчас свадьба. Скорее похороны.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌

— Хорошо, и как ты только Лерку отпустил в отпуск? Смотри, а то сбежит от тебя, — я напряглась, и одернула Мишу. Но он лишь шикнул на меня, видимо они с Марком где-то пересекались.

— А я и не отпускал. Она сама ушла, — Миша мог догадаться, что я из-за него такая чумная хожу, нужно было убираться. Или он специально задал вопрос, зная уже о наших отношениях.

— Пошли, Миш, мы свое дело сделали. Марк Валерьевич, до свидания. Счастливого вам брака, — говорила в пол оборота, рассматривая ткань рубашки у Миши. Мысленно прося уйти, пока мои тормоза не отказали, и я не разревелась прямо тут.6dfffc

— Хорошо, — на странность он быстро попрощался, и мы двинулись на выход.

Мы сели в машину и Миша долго не заводил машину, глядя, как Марк резким движением открывает свою машину и, садясь, хлопает дверью так, что стекла дребезжат и у нас. Визг шин раздается на всю улицу, и Миша переводит взгляд на меня.

— Так ты из-за него такая хмурая? — он не упрекает, он просто интересуется.

— Да. Миш, давай не будем, поехали, напьемся что ли. — я постаралась сказать более спокойно, пока внутри меня творилось что-то невероятное.

— Лер, может нужно просто поговорить. Я знаю, ты порой бываешь слишком резкая. Еще в школьные годы, тебе было проще убежать и исчезнуть. Проще посмеяться и перевести все в шутку, но сейчас возможно твоя жизнь решается… — странно слышать такие слова от мужчины, но в это момент мне стало еще обиднее. Ведь не я ушла или убежала, а он… Он решил оставить все как есть.

— Это не моя вина. — злость поднималась во мне, вместе с обидой. — Он просто плывет по течению. Его отец проиграл компанию, а сын в отместку должен жениться на дочери того, кому он проиграл. Я сказала ему, что влюбилась… Но он промолчал. Согласился на эту свадьбу и на брачный контракт, по которому он должен жить с ней целый год. И фирма тогда в его распоряжение. Где тут моя вина? — последнее я почти прокричала, до меня постепенно доходило осознание, что я сейчас сорвалась на своего друга, который просто за меня переживает. — Прости меня, Миш. Ты мне дорог и больше не задавай такие вопросы, я не хочу с тобой ругаться и тем более кричать. Пошли, напьемся?

— Как фамилия отца этой девки? — серьезности ему не занимать, не один мускул не дрогнул.

— Трицкая что ли, не могу точно сказать.

Миша резко завел машину и нажал на газ. Мы также быстро и стремительно поехали к ЗАГСУ. С визгом тормозов мы остановились возле главного входа. Он вышел и открыл возле меня дверь.

— Я не пойду туда. Ты что? Что я скажу? Подведу под сердечный приступ его отца? — волнение и тревога вновь начинали набирать обороты.

— Пошли или я тебя потащу. Знаешь Лер, то, что ты сделала тогда в детстве для меня, дороже стоит, чем все это. Считай, долг возвращаю, — я смотрела в его глаза и не понимала, что происходит. Но доверилась, как всегда, делала в детстве.

— Вам туда нельзя, там роспись сейчас, — женщина в холле перегородила нам путь, защищая дверь своей грудью немаленького размера.

— Демидову позови, — строго сказал Миша, что даже у меня все внутри похолодело.

Дверь открылась, гости, которые стоят с букетами цветов, я вижу Семенычева и Марка. Карина в красивом приталенном платье.

Когда нас все заприметили у Карининого отца, зуб даю, глаз стал дергаться. Он поспешил подойти к нам, наплевав на свадьбу своей дочери.

— Михаил, какими судьбами? — его голос слегка дрожал.

— Их семья ничего не должна. Свадьба, аннулируется, — сейчас я и правда не узнаю Мишку, от него веет холодом и властью.

— Но как? Столько денег уплачено, дочка моя счастлива… Миша, разреши им… — как рассказывал мне Марк, это серьезный и строгий человек, сейчас стоял и мямлил перед парнем по сравнению с ним.

— Нет. Разговор окончен. Выполнять.

Отец кивнул и повернулся к гостям.

— Дорогие гости, мероприятие окончено. Дети, вы свободны, идите, занимайтесь своими делами.

Все «ахали» и «охали». Марк тут же подошел к нам и отвел Мишу в другую сторону. Пока я старалась прийти в себя от увиденного. Их не было минуту, затем они вернулись. Марк смотрел на меня задумчиво.

— Конфетка, если что, ты знаешь, где я живу, — он поцеловал меня в висок и бесшумно удалился, оставляя меня и Марка наедине, когда вокруг творился хаос.

— Ты знаешь, кто он и кем работает? — коротко спросил Марк.

— Миша мой друг, он помогает людям, — пожала плечами. Кем бы он ни был, меня он никогда не обидит.

С этого началась наша дружба. Еще в далеком седьмом классе. Мы учились во вторую смену и зимой, когда уроки закончились, шли домой по темну. Не знаю почему, но я решила пойти другой дорогой. Мимо старой и заброшенной башни. Когда проходила, то услышала крик и отборный мат. По голосу больше походило на отморозков или наркоманов, а детский голос я знала — это был Миша. Хулиган и разбойник в нашей школе. Он кричал и звал на помощь. В этот день я купила в подарок ножик отцу. В моей жизни все случайно и нелепо, но все это помогает. Вот и тогда я, громко крича, залетела в эту башню и стала размахивать ножом. Порезала двух, и уже кричали они. Мишка тогда быстрее сообразил и, схватив меня за руку, потащил оттуда. Мы убежали в лес и долго сидели в глубине, боясь, что нас найдут. Ножик мы закопали в землю, хоть это и было сделать сложно, но мы сделали.

Нас тогда не стали искать. Ведь было темно, скорее всего, нас даже не запомнили. Или пьянчуги так и не вспомнили об этом. Но с того момента мы были всегда вместе.

— Подожди секунду, — он отошел к Карине, та посмотрела на меня и улыбнулась подмигивая. Он вернулся спустя секунду, взял меня крепко за руку и, не скрывая улыбки, сказал: — Поехали собирать твои вещи.