17

— Княгиня Валениора. — Услышала я вежливый обращение, и обернулась. — Позволите вас пригласить?

Рядом стоял мужчина, которого я раньше ни разу не видела. Несколько секунд мы просто разглядывали друг друга. Серьги с салатовыми камнями в ушах перекликались с зелёными, как летные луга, глазами. Лицо с такими тонкими и нежными чертами лица — он походил на весенний цветок. На вид ему было лет двадцать от силы. Мальчишка! Но вряд ли так прост, как кажется. На подобное празднование простачков не зовут.

— Меня зовут Иволиан Крелин. — Он с сияющей, совершенно наивной улыбкой предложил мне руку.

Я оказалась в центре зала с очередным кавалером, и отметила, что каким бы безобидным он не казался, но в танце вёл уверенно, и держал меня крепко — едва ли не крепче, чем остальные, с кем я сегодня танцевала. Ростом был невысок — немного выше моих ста шестидесяти четырёх сантиметров. Под нарядным жакетом прощупывалось худое телосложение.

— Мне очень приятно познакомиться с вами. — Я решила, что надо с чего-то начать разговор. — Надеюсь, наше празднество вам по нраву.

— О, вы правы. — С непосредственной, почти детской радостью отвечал он, твёрдым шагом рассекая окружающую нас публику, словно был настолько в себе уверен, что больше никого не видел. — Ваше выступление оказалось способно расчувствовать всех присутствующих, и меня в том числе. — Он вскинул на меня свой открытый, чистый взгляд. — Поверьте, не многие на это способны.

Почему-то я ему поверила. Слишком громко вся его внешность кричала: «Я безобидный! Доверяй мне!», чтобы это было правдой.

— Вы один из друзей Ольгерда? — Разворот, наклон. Моё дыхание участилось.

— Я сопровождаю госпожу Триолану Лиарину.

— Оу. — Я стыдливо опустила глазки. — Простите мне мою неосведомлённость, Иволиан… Но я всего несколько дней в Каллахаре, и право, абсолютно не ориентируюсь в здешней элите. Я, конечно, понимаю, это большое, упущение с моей стороны… — Я закусила губу, раскаиваясь, и Иволиан повёлся. Ну или сделал вид.

— Дорогая Алайна, это абсолютно не беда. — Он снова трогательно улыбнулся. — Леди Триолана сегодня утвердила связь между вами и князем.

Получается, это та женщина в бордовом платье. Та, что оказалась матерью Марины.

— Давно она в Триумвирате? — Спросила я, почти не надеясь на ответ.

— Вы так проницательны, — он опасно сузил глаза, на мгновение утратив облик радостного мальчишки, — как на деву, которая всего несколько дней в нашей стране.

Я замешкалась. Если Марина сегодня впервые увидела леди Триолану и узнала в ней собственную мать — значит, раньше этой высокорождённой госпожи здесь не бывало. Но я не могла поделиться этой логической цепочкой с Иволианом. Честно говоря, я начала немного его побаиваться.

— Ольгерд со мной немножко обсуждал некоторые вопросы. — Неумело солгала я, и мой собеседник прекрасно это понял.

Танец закончился, но мой партнер по танцу не желал меня отпускать. Заиграла следующая мелодия, и я послушно продолжила танец, хотя уже с меньшим энтузиазмом.

— Это первый раз, когда госпожа Лиарина вошла в состав Триумвирата. Она была делегирована на вашу свадьбу по поручению Лорд-Правителя Каллахары, чтобы убедиться в добровольности решения невесты. Видите ли, действия князя Валениора уже давно вызывают опасения у Лорда и Канонессы. Многожёнство — устаревшая традиция, которой уже почти не следуют, а даже если и берут в жёны больше одной женщины, то их общее количество колеблется от двух к трём. Но уж точно не к тринадцати. А уж если удаётся заполучить в жёны землянку… Вы сами знаете, что из этого следует.

Меня словно под дых ударили. Что там мне лепетала Карина? Что многожёнство — обычное дело для здешних? Скорее всего, она сама не знает, как в действительности обстоят дела. Я тут же вспомнила о небрежно брошенной фразе Лейбурна: «…Столько красоты не могло быть собрано больше не в одном доме Каллахары».

Да, это уже больше похоже на правду. Ольгерд обманывает девушек, женится и держит их практически взаперти и без связи с внешним миром. Он врёт, что это обычная практика для Каллахары. Но зачем ему это? Зачем ему столько землянок?

На чьей же ты стороне, Иволиан? Могу ли я тебе довериться? Стоит ли рассказать правду? Или лучше не торопиться, и дождаться разговора с жандармом?

А кроме того… я уже подтвердила добровольность своих намерений. Я согласилась на брак, и леди Триолана его скрепила. Есть ли смысл рисковать сейчас, рассказывая Иволиану правду? Не знаю, правильно ли это, но мне страшно.

— Да, знаю. — Я ответила на его вопрос, тряхнув локонами. Завтра обязательно спрошу об этом у Лейбурна. Почему-то он вызвал у меня больше доверия.

— Тогда я буду пребывать в счастливой уверенности, что вы знаете, что делаете. — Он задорно подмигнул мне, и, наконец-то, отпустил.

Уф… Поразмыслить точно есть над чем, но я прямо ощущала, как кипит мой мозг, и всё, чего мне хотелось — скорее вернуться к себе в комнату и упасть лицом в подушку. Так что я даже не стала спрашивать разрешения у Ольгерда, а тихо прошмыгнула мимо стражи на выход.

Но побег не удался: со строгим выражением лица, в вестибюле меня поджидала Карина, словно знала, что я захочу сбежать.