Глава 48

Приходить в себя, когда ни руки, ни ноги не двигаются, да и голову повернуть нет никакой возможности. Даже если желание зашкаливает. То еще удовольствие, скажу я вам.

Жутенько, однозначно.

Божечки, единственное, что работает — это веки. Я могу открыть глаза, но не рот. Я могу видеть только то, куда повернута моя голова, но позвать хоть кого-то на помощь — нет.

Не то комнатка, но очень скромная по размерам и обстановке, не то каморка, где хранятся старые, ненужные вещи, освещается исключительно тусклым светом заходящего светила через маленькое узкое окошко, расположенное практически под самым потолком.

В глаза бросается только щербатый дощатый пол, слева край кровати, заправленной плотным покрывалом, деревянный комод на противоположной от меня стороне и справа кресло-качалка со странной большой круглой коробкой, похожей на шляпную.

Всё.

Я же, по-видимому, лежу на полу, прислонившись головой к стене.

Зарраза! В своём красивом небесно-голубом платье и белых брючках на непонятно когда и кем убиравшемся полу!

В пыли!

Данный факт настолько меня бесит, что я вздрагиваю и на секунду ощущаю свои конечности. А дыхание учащается, как и биение сердца.

Ну и гадина эта Райса!

Найду, налысо подстригу. Такие дикие розыгрыши меня совершенно не устраивают и бесят.

Нет, я не полная идиотка, понимаю, что это не забавное приключение, а очередная попытка от меня избавиться. И молюсь лишь об одном, чтобы никакая ползучая тварь не появилась, попытавшись сожрать или укусить. Я же даже убежать не смогу.

Пусть рук и ног до сих пор и не чувствую, но нервно стучащее сердце шпарит так, что того и гляди пробьёт грудную клетку.

И неудивительно, живое воображение во всю рисует картины одну страшнее другой. Жутко не видеть всего, что тебя окружает.

Начинаю дышать чаще и с неудовольствием улавливаю неприятный приторно-сладкий запах, который, кажется, начал исходить от меня, как только я занервничала.

Что за ерунда?

Пытаюсь вновь заставить себя повернуть голову. Даю приказ телу пошевелить рукой, но результат нулевой. Ни один палец не реагирует. А вот сердце частит всё сильнее. И этот жуткий запах, что становится еще более насыщенным, приторным и навязчивым.

И стук?

Странный звук… откуда-то сбоку из-за стены, куда я не могу повернуть голову.

Три коротких, три длинных и вновь три коротких удара.

Бред.

Неужели глюк?

Замираю, чтобы вслушаться повторно.

Три коротких, три длинных, три коротких. Пауза.

Да ну вас!

Азбука Морзе в Королевстве Драконов? Кажется, от вони начинаются галлюцинации.

Да что тут происходит?

Обегаю глазами еще раз всё, что могу зацепить, мысленно зовя Ранура почувствовать меня и прийти поскорее. Но чуда пока не происходит.

Моего демона как не было, так и нет.

Странно. Он же сам говорил, что драгоценности подскажут ему, если я почувствую дискомфорт.

А тут что не сработало?

И сама же себе отвечаю: всё работает. Повреждений по сути у меня нет, сердце стучит отменно, я дышу. Поэтому, скорее всего, он и не дергается.

А по времени?

Ночь еще не наступила, раз в комнате не полная темнота, а мероприятие началось к вечеру. Значит, не так уж я и долго тут валяюсь. Вот и Рида тревогу пока не бьёт. А жаль. Мне уже надоело прохлаждаться…

И снова эта приторность… до жути бесячая.

Перевожу взгляд на окно, мечтая открыть его одним взглядом, чтобы проветрить помещение, и замечаю, как крышка на коробке начинается шевелиться.

Нет-нет-нет… только не это…

Да что за ерунда в очередной раз?

Ой, нет, кажется, не ерунда…

А пауки…

А-а-аа!!!!!!!!!!!!

Точно.

ПАУКИ… Большущие, чёрно-красные, размером с мою ладошку, мохнатые и глазастые. Они потихоньку приподнимают крышку и начинают выбираться наружу, выбрасывая вверх свои лапы.

Их шевелящиеся конечности заставляют волосы встать дыбом.

Без преувеличений.

Божечки, я чувствую, что мои волосы тоже пребывают в ужасе!

Вот теперь я не просто испугалась… Я готова выскочить из собственного тела и унестись куда подальше. Главное, очень-очень быстро.

Мерзость, жуть, страх!!!

Ранур, услышь! Молю, спаси меня, пожалуйста!

Ранур!!!

Кричу я мысленно, потому что не могу разомкнуть губ. А эти ужастики уже спускаются по креслу вниз. И вид у них совершенно не дружелюбный, судя по открытым челюстям с… ЗУБАМИ???

Ёё-ё-ёперный театр….

РАНУР!!!!!!!

Умоляю, миленький, родненький, найди меня, пожалуйста!

Чувствую, как слезы одна за другой стекают по щекам и тут же моргаю, чтобы видеть, как эти чудовища целенаправленно двигаются в мою сторону.

И вонь, эта вонь настолько ужасна, что голова начинает кружиться от недостатка кислорода.

РАНУР!!!!!!!!!

Зараза ты моя любимая, где ты есть, когда так нужен???

Меня же сейчас съедят!

А ты в наказание останешься со своими драконицами…

Бестолковое воображение уже во всю рисует, как мой демон-дракон, стоя у камня-алтаря, похожего на «грани», протягивает с улыбкой руку Айне, предлагая ей своё сердце, душу и самого себя. А эта курица высокомерная, распушив хвост и перья, медленно растягивает победную улыбку и, глядя прямо мне в глаза, ухмыляется: «Ты проиграла!».

Картина в голове такая яркая и реальная, что я с бешенством кидаю в Ранура всё своё отчаяние, разочарование, гнев и боль, представляя их сгустками кипящей энергии. Пусть поймет, как мне плохо.

И больно… сейчас будет… потому что первая дрянь, забравшись на ногу, находит участок открытой кожи между туфелькой и манжетой брюк и довольно разевает пасть.

* * *

Со мной впервые в жизни приключается такая дилемма, когда я теряюсь, как поступить: не то открыть глаза и смотреть, как мне сделает больно черно-красное мохнатое чудовище, не то зажмуриться, чтобы этого кошмара не видеть.

Вот же несправедливость!

Отражать эмоции я могу совершенно не напрягаясь, а мысленно запулить тварюшку в стену, чтоб от неё и мокрого месте не осталось — фигушки!

«Эта опция прокачки для Избранной Алёнушки недоступна…», — так и представляю высвечивающуюся надпись в мониторе у демиургов, создавших этот мир и закинувших меня в него.

Ладно, Алёнка, хватит мечтать!

Лучше вообрази, что это не укус зубастого паука, а обязательная прививка от гриппа. А раз грипп постоянно у нас видоизменяется: птичий, свиной, коровий, атипичный, уханьский. То и делают от него укольчик в чуть-чуть непривычном месте.

М-да, не легко, но что делать? Если больше ничего не получается…

Признаю себя стопроцентно слабой и несчастной девушкой и закрываю глаза, дабы не видеть разинутую пасть монстрика, а до кучи и его собратьев, решивших меня окружить.

Напрягаюсь, уже ощущая фантомную боль от первого укуса, как яркая вспышка разрезает пространство, ослепляя на секунду сквозь опущенные веки.

Что за?

Приоткрываю один глаз и в следующую секунду наслаждаюсь изумительным зрелищем, в котором пауки-мохнатики один за одним начинают вспыхивать бенгальскими огоньками… и симпатичненько так гореть, схлопываясь и исчезая.

Я же в этот момент со всей ответственностью себе признаюсь: я — не Гринпис. И предложи мне кто сшить из шкурок этих уродцев шубу, соглашусь с удовольствием!

Назло врагам, точнее паукам.

— Алёнушка, — слышу голос Ранура, а через секунду он склоняется ко мне.

Вижу его лицо, и сердце начинает болеть. Оно не просто обеспокоенное, нет. Там такая паника в глазах, такое цунами из страха и шока бушует, что я вновь устраиваю слезопотоп.

— Милая, родная, любимая, тише-тише, — прижимает к себе демон, укачивая в объятиях, и глубоко вдыхает воздух у моей макушки.

Я же бессовестно заливаю рубашку солёными ручейками.

— Ранур, отпусти её, дай осмотреть, — слышу где-то рядом голос Саджа.

Однако, угрожающий рык, издаваемый в груди, куда я уткнулась носом, явно предупреждает не подходить. Даже на меня производит впечатление. Пусть не страшно, но чуточку не по себе.

— Не пугай её, — тут же осаживает брата Закир. — Отодвинь демона и почувствуй, что Алёна не реагирует на тебя. У неё даже голова не держится.

Э-э-э, ну да. Ощущаю себя куклой из советских времен, которую, захотели, подняли, захотели, положили, она же только глазками моргает.

— Что? — брюнетик немного отстраняет меня от своей груди и заглядывает в глаза. — Алёнушка, ты меня боишься?

Нет.

Говорю мысленно, поскольку губы немы.

— Ну, вот, не боится, — подтверждает Ранур, считывая мои эмоции.

— Уверен? — ехидно переспрашивает рыжий великан. — А-то так-то она молчала.

— Алёна, посмотри на меня, — откуда-то сбоку слышу Саджа.

Блинчики-оладушки, да я бы с удовольствием, только голову мне поверните.

— Но её не кусали, — хмурится демон, повторно изучая меня с ног до головы, — я бы почувствовал.

— Не сомневаюсь. У вас, кажется, скоро связь без похода к алтарь-камню сама собой образуется. Вы же уже общение одними эмоциями освоили.

— Милая, посмотри на Саджа, пожалуйста, — просит Ранур, прищуриваясь.

Перевожу взгляд в ту сторону, откуда предположительно слышался голос блондинчика, но замечаю его, только когда он подходит совсем близко.

— А теперь на Закира.

Пытаюсь, результат аналогичный.

— Говорить не может, двигаться тоже, — перечисляет первый из высших драконов. Я же краем глаза фиксирую, что он держит мою руку. Хотя этого не ощущаю, как и самой конечности. — Ты что-то пила или ела?

Да. Райса угощала водой.

Моргаю глазами, глядя на своего жениха. Понимает и сразу сообщает остальным.

— Перемещайтесь в комнату Алёны и ждите нас, мы с Закиром выдвигаемся следом, — планирует следующие действия блондин. — Там уже спокойно разберёмся.

— Поскорее, — командует Ранур, стараясь скрыть одолевающую его панику, мне же мягче добавляет. — Закрой глаза, милая, и считай до пяти.

Делаю, как попросил, а за веками уже что-то ярко вспыхивает.

— На месте, — выдыхает мой высший, когда я дохожу до цифры «два». — Сейчас Садж придёт и тебе поможет. Он самый сильный лекарь в нашем королевстве. Не переживай.

Жених склоняется надо мной, поглаживая по щеке и успокаивая. Я же поднимаю глаза и замечаю свой родной балдахин над кроватью и… пауков на нём, таких же, как были в неизвестной каморке, где меня нашли.

Только крупнее раза в два. Они тихонько копошатся, а после по нитям начинают опускаться на спину Ранура, раскрывая пасти и демонстрируя немаленькие зубы.

Да что за ужасы происходят? Откуда их столько?

Перевожу взгляд на демона, а потом ему за спину. Пытаюсь глазами показать, что сзади опасность.

Мысленно кричу, умоляя его обернуться. Спастись.

Но он словно не слышит меня и не чувствует, а продолжает размеренно поглаживать.

Паника накрывает с головой. За этого брюнета я переживаю еще сильнее, чем за себя.

Ранур!!!

Миленький, сзади!

Но нет, он словно оглох или разорвал нашу связь.

Начинаю задыхаться от ужаса и вновь на секунду ощущаю своё тело, а потом сильнейшая приторная вонь выделяется из пор моего тела, забивая нос.

Только не это!

Мамочки!

— Вот теперь понятно, — раздаётся откуда-то сбоку серьезный голос Саджа, а пауки просто тают в воздухе, словно их кто-то стирает.

— Ты о чём? — резко оборачивается к блондину мой брюнет и хмурится. — И как вы вошли, если я вас обоих не услышал?

— Прости, братишка, нам пришлось воспользоваться скрывающим амулетом и немного напугать Алёну. Другого способа, чтобы выявить дрянь, которую в неё влили, не придумали.

— Что? — оборачивается ко мне демон, ловя взгляд, и в этот момент происходит щелчок.

Словно пробка вылетает из бутылки.

Я вновь чувствую его, а он меня. Да так, что эмоции с ног сбивают, пусть и лежу неподвижно.

— Поможешь моей единственной, а потом я тебе хвост откушу, — говорит тихо и безэмоционально Ранур, прожигая Саджа карими очами и сжимая до хруста кулаки.

Я же ощущаю, какую мощь гнева он в себе сейчас удерживает, чтобы не прибить чудо-родственничков.

М-да, уверена, мальчики повеселятся.

— И тебе тоже, — достаётся и Закиру.

— Ладно, только Избранную сначала восстановим, — подмигивает мне блондин, нисколько не пугаясь, и кладёт руку на лоб. — Найдите Аю, она скоро понадобится.