Шермантаэль дор’Оровиль из рода Рейнольдов
Самое неприятное чувство – это чувство собственного бессилия.
Когда мы с мэтром Линкенкалем вернулись во дворец, меня уже ждали. Слуга вежливо склонился передо мной и сообщил, что отец примет меня в своем кабинете. Да, нам предстоит долгий разговор. Нужно будет подробно поведать ему о своем приключении и о том, что на меня было совершено покушение. В том, что это именно покушение, я абсолютно уверен. Нападавшие совершенно точно хотели меня убить. Захватить в плен они даже и не пытались. Только хотелось бы знать, кому это я так насолил?
Я уже протянул руку, чтобы открыть дверь в кабинет, как вдруг она сама стремительно распахнулась и оттуда выскочила нынешняя фаворитка отца леди Илманиэль. Редкостная стерва, если честно. У меня с ней весьма напряженные отношения, так как в свое время она метила на место моей невесты, но, потерпев неудачу, умудрилась втереться в фаворитки к отцу. К постели отца она шла напролом, устраняя потенциальных конкуренток. Просто поразительно, как в такой хорошенькой головке умещается столько изощренного коварства.
– Лэрра Илманиэль. – Я сделал шаг в сторону, пропуская ее, и чуть склонил подбородок.
– Ваше высочество. – Она холодно взглянула на меня. – Отец ждет вас.
Леди резко развернулась на каблуках и стремительно удалилась. Интересно, и что же это изменилось за время моего отсутствия, раз фаворитка отца позволяет себе разговаривать со мной в таком тоне?
Отец сидел за столом, устало откинувшись на спинку кресла.
– Можно? – Я прошел в комнату и поискал глазами, куда бы присесть.
– Проходи, Шермантаэль. Я уж и не надеялся тебя увидеть. Ничего не хочешь мне рассказать? – Он указал рукой на кресло перед столом. Потом оглядел меня и хмыкнул. Ах да, я все еще в одежде, принятой в мире Алеты.
– Хочу, отец, и многое. Для начала позволь узнать: меня хотя бы искали? Сколько меня не было?
– Почти два месяца. Только это я у тебя должен спрашивать, тебе не кажется? – Отец пристально взглянул на меня. – И позволь узнать, где же ты был все это время? Мэтр Линкенкаль уверял меня, что в Альзерате тебя все это время не было. Анрениэль вообще не в курсе, куда ты ехал и куда делся в итоге. Итак, я слушаю.
– Около двух месяцев… Ну что ж, хоть это хорошо. Значит, время здесь и в том мире, где я оказался, течет одинаково. Я боялся, что здесь могло пройти намного больше.
– В том мире? Ты в своем уме? Ты же прекрасно знаешь, что путешествовать в одиночку в другие миры запрещено ковеном магов. Надеюсь, об этом больше никто не знает? – Отец даже подался вперед.
– Погоди. Давай по порядку. Для начала я хотел бы узнать, что показало расследование по поводу моего исчезновения. Есть хоть какая-нибудь информация? Ну должно же быть хоть что-то?
– А ничего. Твой след потерялся на границе нашей территории с человеческими землями, в развалинах старой человеческой крепости. Там нашли твои вещи и оружие. Странно, что их не взяли. Остаточные магические следы показали, что был открыт портал, но куда – неизвестно. – Отец поморщился и покачал головой. – Рассказывай.
– Вот, значит, как. – Я мысленно присвистнул. Похоже, те, кто напал на меня, хорошо замели следы. Все-таки была нешуточная магическая битва. Хоть что-то, но должно было остаться. Пожалуй, об этом стоит послушать и мэтру Линкенкалю, но прежде всего – главе службы безопасности. – Отец, давай пригласим Мантериэля. Думаю, ему тоже стоит знать подробности нападения на меня. А о личном позже.
Отец кивнул и позвонил в колокольчик. Выслушав его указание, слуга исчез, и буквально через пять минут в кабинет вошел глава службы безопасности. Он, не сказав ни слова, изобразил подбородком поклон и сел на свободное кресло. Жуткий тип. У меня у самого мороз по коже от долгого общения с ним. Но дело свое он знает и не зря занимает этот пост вот уже полторы тысячи лет.
Я, не отвлекаясь на лирические отступления, изложил события почти двухмесячной давности. О том, как выехал с группой сопровождающих телохранителей для проверки приграничных гарнизонов. О том, как внезапно началась гроза, причем сейчас у меня есть все основания полагать, что гроза эта имела магическое происхождение, очень уж вовремя она началась. Единственное место, где можно было укрыться, – это развалины старой человеческой крепости. Именно там на нас и напали. Магическая атака была внезапной и выкосила большую часть отряда сопровождающих. Затем в бой вступили некто с оружием.
– Позволь уточнить, что значит «некто»? Ты что же, не знаешь, с кем ты сражался? – подал голос Мантериэль.
– Да, представь себе. Все нападавшие были в плащах и колпаках с прорезями для глаз. Я даже не уверен в том, какой они расы. Но, мне кажется, что там были и эльфы, и люди. И… Не уверен, но один из нападавших фигурой напоминал орка. В общем, ерунда какая-то. Наемники? Пожалуй, это единственное объяснение столь разношерстой компании. – Я пожал плечами.
– Продолжай, – обронил отец.
– Да, собственно, все. Нас оставалось трое, их – около пятнадцати. А к концу битвы я остался один, мой магический резерв тоже уже был исчерпан. В самый последний момент я, открыв портал в столицу, использовал амулет, превращающий в животное, который мне перед отъездом вручил Анрениэль. Но что-то пошло не так, кто-то перехватил плетение портала, и меня забросило в другой мир в облике кота.
Мантериэль переглянулся с отцом, но промолчал.
– В какой мир тебя забросило? И почему тебе понадобилось столько времени на то, чтобы вернуться? – Отец встал и отошел к окну.
– А вот это самое интересное. Мир, в который я попал, местные жители называют Земля. И в нем абсолютно отсутствует нормальная магия. Те жалкие крупицы, которые там есть, могут использовать только приверженцы их богов. Там живут только люди и пара-тройка малых рас. Я не мог перекинуться в нормальный облик, потому что не имел ни малейшего доступа к потокам магических сил. Местный эфир в прямом смысле высасывал из моей ауры все, что имело хоть малейший намек на магию. Собственно, отец, я уже умирал. Выжил я чудом. Меня спасла местная девушка.
– Поподробнее? Что значит «умирал»? – Отец стремительно шагнул ко мне, потом передумал, вернулся к столу и снова сел напротив, внимательно глядя на меня.
– Э-э… отец, я полагаю, мы можем больше не задерживать лэрра Мантериэля. Все, что касается покушения, я уже рассказал. – Я выразительно глянул на отца. Вот уж совсем не хочется мне душу изливать в присутствии главы службы безопасности.
Отец кивнул, и Мантериэль бесшумно вышел, а я собрался и начал подробный рассказ.
Ну, почти подробный. Об обряде «Шанет моатти» я умолчал. По моей версии выходило, что у Алеты есть способности к магии, она сумела вернуть мне нормальный облик, вылечила, приютила, помогла там выжить. И я со своей стороны в качестве благодарности пообещал ей помочь с поступлением в Школу магии, а также отблагодарить финансово. Рассказал о том, как жил там, об их обычаях, о том, как отмечали праздник. О ее родителях. Особенно отца заинтересовало письмо, которое Алета получила от прабабушки, и внешний вид кольца.
– Хм… Очень интересная особа. И где же она? Мне кажется, тебе уже пора бы мне ее представить.
– Вот с этим как раз проблема. Именно поэтому я не сразу явился к тебе, а сначала примчался к мэтру Линкенкалю. Когда мы шли сюда через портал, уже во время переноса ее оторвало и выкинуло где-то в другом месте. Мэтр Линкенкаль уверяет, что она где-то здесь, в Альзерате. Но указать место не может. И я не знаю, что мне делать. Я ее кровник, мне нужно найти ее и спасти, пока она не попала в беду. – Я сердито вздохнул. – Не понимаю, как такое могло произойти. Войти в один портал и оказаться в разных местах…
– Да, это серьезно. Ну полагаю, вы с мэтром Линкенкалем найдете способ обнаружить ее. Кровник… А только ли это заставляет тебя ее искать? – Отец вдруг лукаво улыбнулся. – Она твоя любовница?
– Нет. Пока нет. Я не мог себе позволить платить ей за все то, что она для меня сделала, своим телом. Отец, пойми, я был полностью на ее содержании. У меня даже одежды не было, я в прямом смысле этого слова оказался у нее голый, безоружный, бездомный… – Я покачал головой. – Но у меня на нее большие планы. И я серьезно рассчитываю сделать ее своей официальной любовницей.
– Вот даже как? – Отец хмыкнул. – Ну что ж, это тебе решать. Но ты уверен, что человеческая девушка хорошо подходит на эту роль? Смертные так недолговечны.
Да уж, вот как, интересно, мне теперь объяснять, что Алета уже не смертная? Про то, что она моя моатти и теперь бессмертна, лучше молчать до последнего. Я даже думать не хочу, что будет, если информация об этом всплывет.
– Ну она обладает сильными магическими способностями. Надеюсь, после обучения можно будет придумать, как продлить ее жизнь на максимальный срок. – Ладно, обойдемся малой ложью. – Как бы то ни было, она мне очень дорога и я приложу все силы, чтобы сделать ее счастливой.
Отец прошелся по комнате, остановился и с улыбкой оглядел меня. Потом его взгляд зацепился за браслет, который мне подарила Алета. И его брови поползли вверх, а улыбка завяла.
– Что это, позволь-ка мне спросить? – Он кивнул на браслет.
– Это подарок Алеты на их местный праздник.
– Браслет? Подарок мужчине? И ты его принял?
– Ну как тебе сказать. Сначала у меня были сомнения, я испугался, что это брачный браслет. Но позднее все выяснилось. В мире Алеты брачных браслетов не существует, они на свадьбе обмениваются кольцами. – Я вспомнил ту сцену, и мне снова стало стыдно, таким дураком я себя тогда чувствовал.
– Вот как. У них… А у нас? Ты об этом подумал? Позволь-ка я взгляну на него, сними его, пожалуйста. – Отец протянул руку.
Я дотронулся пальцами до застежки браслета, но просто не мог заставить себя снять его с руки. Ощущение было такое… словно мне предстоит оторвать кусочек от себя и отдать. Это был ее подарок, и я просто физически чувствовал дискомфорт от мысли, чтобы снять и передать его кому-то. А отец стоял и ждал. Я помялся и, не снимая браслета, молча вытянул руку, давая отцу возможность рассмотреть. Отец недоуменно дернул бровями.
– Ты ничего не хочешь мне объяснить? Ты умудрился обручиться с человеческой девушкой? Ты в своем уме, Шермантаэль? – резко спросил он.
– Нет, мы не обручены. Хотя видят боги, она заслуживает большего, чем роль любовницы, пусть и официальной. Но мы не обручались.
– Ты уверен? Она тебе надела браслет?
– Э, ну да. Сначала она его надела. Потом я объяснил, что не могу на ней жениться, и попросил снять браслет, что Алета и сделала.
– А почему ты сам не снял его?
– Не смог, там хитрая застежка, я растерялся и не знал, как ее расстегнуть. – Я поморщился, вспоминая.
– А как потом браслет оказался у тебя на руке?
– Я сам его надел.
– Когда? Как это выглядело, что было до и после того, как ты надел браслет? Подробнее, – резко приказал отец.
Он напряженно выспрашивал подробности, а я недоумевал, почему он так прицепился к этой истории. При этом он крепко держал мою руку и внимательно разглядывал подарок.
– Отец, ну какая разница? Мы целовались. Я, если честно, совсем голову потерял в тот момент, и если бы нас не застукали, то, боюсь, мы бы все-таки оказались в одной постели. Потом Алета ушла, а я думал о том, что, наверное, именно так чувствуют себя, когда встречают свою элиантэ. И о том, как бы я хотел, чтобы моей элиантэ оказалась она. И надел браслет, чтобы у меня остался ее подарок.
– Прости, сын, но я должен тебе сказать, что ты идиот! Ты сам ничего не чувствуешь?
– Да что я должен чувствовать? Я с ума схожу от беспокойства о том, где она и что с ней произошло. Я обещал девушке свою защиту и помощь, а в итоге она одна неизвестно где в чужом мире. Без оружия, без еды, без осведомленности об Альзерате и малейших познаний в магии. Что я должен, по-твоему, чувствовать? – Я резко выдернул руку и сердито зашагал по комнате.
Отец молча наблюдал за мной.
– А ты когда-нибудь встречал свою элиантэ? – решил поинтересоваться я.
– Мне казалось, что да, но ее уже нет в живых. Это была человеческая девушка. – Он грустно усмехнулся.
Надо же, никогда не думал, что он способен относиться к смертным с иными чувствами, кроме презрения. Как много я, оказывается, не знаю о своем отце.
– Прости. – Я заглянул ему в глаза, в которых сейчас появилась грусть. – Скажи, а есть какие-нибудь заклинания, которые помогли бы понять, элиантэ ли она? Как узнать, не ошибаешься ли? Или найти ее?
– Шер, это совсем несложно. Но проверка… Когда любишь, – веришь и надеешься до последнего. Я в свое время предпочел не узнавать истину, я просто был влюблен. А найти и ускорить встречу… Заклинание-то есть. Но то существо, в котором ты надеешься увидеть свою элиантэ, тоже должно верить, что и ты ее судьба. Смертные же не знают об этом или могут быть не уверены. А, не зная, она может не сделать шаг навстречу, и ты не сможешь убедиться, сработало ли заклинание. Ты уверен, что эта девочка уже разобралась в своих чувствах к тебе, если они у нее вообще есть? Ведь, я так понимаю, пока что между вами ничего не было? И мысли об элиантэ – это лишь твои мысли?
– Да, мои. И все же позволь мне узнать заклинание.
– Не используй его без нужды. Лучше надеяться. Оно совсем простое:
– Спасибо, отец. Я запомню. – Я помялся, не зная, как бы уйти.
– Иди, Шермантаэль. Отдыхай. И вот еще что. Мне, вероятно, стоило бы тебя поздравить или, наоборот, устроить скандал. Я пока даже не пойму, как мне отнестись к тому, что произошло. – Он помедлил и стал медленно ронять слова: – Этот браслет… Странно, что ты сам этого не видишь и не понимаешь. Это уже не просто подарок. У тебя теперь есть невеста, Шермантаэль. На которой ты не можешь жениться.
Я вышел из кабинета отца совершенно ошеломленный и прислонился к стене в коридоре. Как?! Как такое возможно?! Она не делала мне предложения, я его не принимал. Каким немыслимым образом мы можем быть обручены? Ну то есть, я бы с радостью женился на ней, если бы мне это позволял мой статус. Но как мне быть сейчас? Кстати, Алета об этом еще не знает, и что-то мне подсказывает, что она совсем не обрадуется этому факту. Она решительно настроена на учебу, а не на замужество.
Уже на пути к моим покоям меня снова перехватили. На этот раз – Анрениэль. Я радостно улыбнулся: вот уж кого рад видеть. Вдвоем мы что-нибудь непременно придумаем. Не останавливаясь, я подхватил друга под руку и быстрым шагом направился в свои покои. Анре удивленно пожал плечами, но послушно пошел со мной, не пытаясь задавать вопросы в коридоре. Ведь и у стен есть уши, уж нам ли об этом не знать?
В своей комнате я наконец-то расслабился. Молча кивнул Анре, чтобы он располагался, и сам с облегчением упал в кресло.
– Дружище, с меня бутылка лучшего вина. Твой амулет в прямом смысле слова спас мне жизнь. Надеюсь, ты знаешь, где еще можно достать такие? Очень нужная вещь, как оказалось… Кто бы мог подумать.
– Рассказывай, Шер. Тебя не было почти два месяца, ты не представляешь, сколько со мной беседовал Мантериэль. Владыка поднял на уши всю службу безопасности, приглашал даже представителя ковена магов в помощь мэтру Линкенкалю. Но ты как в воду канул.
И я рассказал. С самого начала, подробно, не упуская никаких деталей. Так что разговор затянулся до самого вечера.
– Да уж, Шер. Умеешь ты влипать в истории, ничего не скажешь. Что будешь делать, когда твой отец узнает про обряд «Шанет моатти»? Ведь я так понимаю, что эта девчонка теперь бессмертная? Мало того, у нее ведь еще и твои способности. – Анре покачал головой.
– Пока не знаю. Давай будем решать проблемы по мере поступления. Сейчас главная задача – найти ее. Она здесь, в Альзерате, в этом я уверен. И пока что не пострадала, я чувствую. Но надо найти ее как можно быстрее. – Я нервно вскочил и подошел к окну.
Ого, уже почти ночь. Надо побеспокоиться насчет ужина и ванны. Я позвонил в колокольчик и отдал распоряжения. Потом прошел к гардеробу, чтобы вынуть какие-нибудь вещи и переодеться наконец в привычную одежду. А по дороге споткнулся о сумку с припасами, которую мы с Алетой взяли в дорогу, и чуть не взвыл в голос. Демоны, это ведь значит, что вся еда осталась у меня. А у нее нет вообще ничего, кроме фляги с кофе. Что же делать? Надо срочно попасть в библиотеку и попытаться найти ту книгу заклинаний, в которой я вычитал про обряд «Шанет моатти».
Я с досадой пнул сумку, она опрокинулась и оттуда выпал портрет Алеты, запрятанный в стеклянный корпус. Она называла эти портреты фотографиями. Кстати, отличная вещь: мгновенно полученное изображение, которое потом переносили на специальную бумагу. За то время, что я был у нее, она много фотографировала меня, и тогда у Олега мы все вместе фотографировались. Но альбом с теми портретами остался у Алеты в сумке. А этот я стащил из ее квартиры, пока мы собирали вещи. На нем была Алета. Сделан портрет был летом, судя по траве и зеленым деревьям вокруг. А она была на нем такая счастливая – смеющиеся яркие глаза, чуть растрепанная ветром, отливающая медными искрами копна волос, в которых запутались солнечные зайчики, и озорная заразительная улыбка. Тот, кто ее сфотографировал, поймал очень удачный момент. Девушка вся просто светилась от счастья, и невольно хотелось улыбнуться ей в ответ и разделить с ней эту радость.
Я бережно поднял стеклянный корпус с портретом Алеты и поставил на стол. Анре, который внимательно наблюдал за мной, встал и тоже подошел поближе. Протянул руку и вопросительно взглянул на меня, спрашивая разрешения. Я кивнул, и он, взяв в руки портрет, стал его рассматривать.
– Это она?
– Да, это Алета.
– Славная малышка. – Вот и Анре не выдержал, улыбнулся ей в ответ, и пальцем погладил изображение, а у меня в груди поднялась глухая волна раздражения. Мне было безумно неприятно, что кто-то касается ее руками, пусть даже не ее самой, а всего лишь ее портрета.
– Эта малышка спасла мне жизнь. И, как оказывается теперь, она моя невеста. Хотя видят боги, я не знаю, что мне с этим делать, – мне никто не позволит на ней жениться. А она вообще еще об этом не знает. – Я ревниво вынул портрет из рук Анре и поставил его на стол у стены, чтобы не смахнуть случайно на пол. – Ладно, Анре. Я, с твоего позволения, приведу себя в порядок, а потом приходи на ужин. И… У меня к тебе просьба. Помоги мне попасть в библиотеку. Прикроешь меня?
Анре закатил глаза и демонстративно вздохнул. Но потом улыбнулся и ушел, кивнув на прощанье.
Когда дворец наконец затих и все легли спать, мы с Анре пошли в библиотеку. Оставив его на карауле, я тайком пробрался в запретную часть. Надеюсь, мне удастся сделать это без шума. Прошло много столетий, я больше не был здесь ни разу с того памятного дня, но мне нужна эта книга… Проблемы начались сразу. Мэтр Линкенкаль не зря считается сильнейшим магом, мне до него еще расти и расти, поэтому я практически сразу наткнулся на ловушки и блокировку.
Провозившись три часа, так и не смог вскрыть ни одну из них. Хейстар! Скоро уже утро наступит, и нас обязательно здесь застукают. Кажется, придется пока отложить наш визит, попробую днем поискать что-нибудь в библиотеке и еще раз побеседовать с мэтром. Ну должны же быть способы найти того, кто выпал из портала на полпути?
Последующая ночь и еще два дня прошли по одному и тому же сценарию. Днем я переворачивал горы книг в библиотеке, Анре помогал мне, а ночью мы снова шли в закрытую часть, и я пытался взломать запоры на дверях. Но все впустую. Мэтр Линкенкаль тоже никак не смог мне помочь, хотя за эти дни я его буквально задергал. Я предлагал вещи моей спутницы, надеясь, что по ним удастся обнаружить след, намекал, что, вероятно, она моя элиантэ и, возможно, поможет заклинание, которому научил меня отец. Все впустую. Три дня прошло, а мы так и не продвинулись в наших поисках. Единственное, что меня утешало, так это то, что я по-прежнему чувствовал: она жива. Ну хоть что-то.
К вечеру третьего дня уже просто падал от недосыпа и решил, что сначала посплю, а на очередную попытку взломать запирающие заклинания мы пойдем позднее, когда все заснут. Отключился я сразу же, как коснулся головой подушки. Сначала мне снились кошмары, а потом они плавно перетекли в какой-то непонятный сон.
Я сидел у костра с каким-то странным крылатым парнем. Мы что-то пили. А потом… этого еще не хватало… он поцеловал меня!!! Граххен тош! Рахаа мердок! Да что это со мной? Никогда мне не нравились мужчины. Что вообще происходит?! И самое кошмарное – мне понравился этот поцелуй. Я проснулся и в ужасе подскочил на кровати. Хейстар!
На губах я все еще чувствовал то, что ощущал и во сне, вкус одновременно и сладкий, и горьковатый. Какой ужас… Меня передернуло от омерзения.
И вдруг до меня дошло. Это ведь были не мои чувства, не мои ощущения. Я видел сейчас глазами моей моатти и чувствовал то, что чувствовала она. Да что же это?! Я тут с ума схожу, пытаясь найти способ вернуть ее, не сплю ночами, а в это время какой-то неизвестный парень ее целует? Ах ты сволочь белобрысая… Да кто ж тебе позволил?! И, судя по ощущениям, этой маленькой негоднице его поцелуй понравился. Все! Убью! Обоих! Да как она может?!
Красная пелена наползла на глаза. Убью гаденыша. Хейстар! Вот найду и убью! Никто не смеет к ней прикасаться, не для того я столько недель ждал, чтобы сейчас какой-то пацан увел ее у меня из-под носа. Да и, в конце концов, она моя невеста. Пусть даже она об этом не знает, пусть даже наш брак невозможен. Это неважно.
Я вскочил и заметался по комнате, одеваясь и собирая оружие. Ну все, плевать на гнев отца и мэтра Линкенкаля, переживу, не в первый раз. Расскажу, что она моя моатти, и пусть говорят, как мне до нее добраться. Я почти бегом направился в лабораторию мэтра, но слуга сказал, что он у отца в кабинете. Отлично, вот пусть сейчас сразу оба и говорят.
Ворвался в кабинет без стука – не до церемоний. Отец и мэтр, благодушно развалившись в креслах, пили, и, судя по их виду и количеству пустых бутылок, уже давно и весьма плодотворно. О как. Что празднуют, интересно? На грохот двери они оба оглянулись, и отец удивленно приподнял одну бровь.
– Шер? Ты куда-то собрался? – Он оглядел меня с ног до головы.
– Отец, мэтр. – Я почтительно кивнул. – Мне необходимо с вами поговорить. Я снова по поводу поисков моей спутницы. Мне срочно нужно ее найти. Это очень важно.
– Шермантаэль, как же ты меня уже утомил за эти дни. Ну не могу я найти ее, хотя сделал все, что в моих силах. Она здесь, в Альзерате, больше я тебе ничего не могу сказать. – Мэтр Линкенкаль закатил глаза и вздохнул.
– Хорошо, я понял. Ну а, допустим… – Я набрал в грудь побольше воздуха и рискнул озвучить: – Ну вот если бы, например, она была моей моатти? Тогда был бы способ найти ее?
– Мальчик, если бы она была твоей моатти, ее вообще не надо было бы искать. Ты бы просто представил ее перед собой и шагнул к ней. И в тот же миг вы оказались бы рядом. Даже портал не нужен. – Мэтр фыркнул и расслабленно улыбнулся.
И тут до него дошло, что именно я сказал. Они с отцом переглянулись, Линкенкаль начал вставать с кресла, а отец резко посерьезнел. Но я, не обращая на это внимания, мысленно представил перед собой Алету такой, какой она была в тот момент, когда мы выходили из ее дома, чтобы открыть портал в Альзерат. И сделал шаг.
В спину я еще успел услышать возмущенную реплику мэтра:
– Шермантаэль!
И рев отца:
– Шер, поганец, стой!
А в следующую секунду я стоял уже где-то в другом месте. Прямо у меня на глазах моя невеста щупала бок и крыло того самого белобрысого парня, и он, хихикая, вяло вырывался. А у меня даже голос пропал от ярости…
– Алета! А ну отойди от него!
Услышав меня, она от неожиданности подскочила, споткнулась и начала падать, а этот крылатый подхватил ее и обнял.
Я едва сдерживался, чтобы не выхватить клинки. А с языка рвалось: «Она – моя женщина!»
– Шер!!! Как же я рада тебя видеть! – Алета наконец повернулась и, увидев меня, бросилась навстречу и попыталась обнять за шею.
Ну уж нет! Я крепко схватил ее за плечи. Меня просто колотило от абсурдности ситуации, от того, что я нашел ее, от того, что она не одна…
Я тряс ее и боялся хоть на секунду выпустить из рук. Боги, да она пьяная?! Она же на ногах едва стоит, и язык заплетается. И на кого она похожа? Почему такая грязная и растрепанная? Где ее вообще носило все эти дни? Похудела, даже щеки ввалились, на лице одни глаза остались. У меня аж сердце защемило…
Я ослабил хватку, и Алета, вырвавшись, повисла у меня на шее, закинув голову и счастливо глядя мне в глаза. А я приподнял ее и прижал к себе.
– Да ты ревнуешь? Ну просто тигр, Шеррр-Хан ты мой! – И она чмокнула меня в нос.
Шер-Хан? Это еще что? Надо потом узнать у нее, наверняка какую-нибудь хитрую гадость, ведомую только ей, придумала, вон хихикает как.
Я опустил ее на землю, не выпуская из объятий. Все это время этот белобрысый крылатый парень стоял и, ничего не говоря, смотрел на нас. И в его глазах застыло какое-то странное выражение – не то сожаление, не то зависть. А Алета повернулась и с улыбкой представила нас:
– Шер, познакомься, это Илмар – мой друг. А это Альф – мой питомец и спутник.
Ну-ну, друг, это мы еще проверим. Спутник? Я поискал глазами, кто тут есть еще и что это за спутник и питомец, которым она успела обзавестись. И увидел щенка монимонта. Он сидел в обманчиво спокойной позе, но я-то знал, что в любую секунду этот такой милый с виду малыш может превратиться в опаснейшее существо, если только хотя бы заподозрит, что его хозяйке угрожает опасность. Нет, я с ней все-таки и вправду с ума сойду. Где? Как? Я не видел ее всего три дня, а она уже успела обзавестись редчайшим телохранителем, которые ценятся на вес золота в прямом смысле этого слова. У дроу монимонты есть только у отца и у моего прадеда. Я только головой покачал.
Тем временем эта неугомонная девчонка утащила меня к костру. Илмар молча надел рубашку и последовал за нами, не пытаясь общаться или отстаивать свои права на Алету. А она вела себя как ни в чем не бывало, и я понемногу стал расслабляться. Кажется, все не так плохо, как я себе вообразил.
– Илмар, это мой друг, про которого я тебе говорила. А сейчас давайте пить за знакомство. – Алета засмеялась. – Илмар, угостишь нас еще? Видишь, сколько у тебя сегодня гостей.
Парень, ничего не говоря, пожал плечами, иронично улыбнулся, подняв одну бровь, и протянул ей бурдюк.