Глава 30. Чувствовать его...

Александра Стайл

боль почти отступила. Все проблемы, навалившиеся на меня, стали несущественными, кроме одной – принятие своей пары. И это было личной проблемой только для меня —человека. Пантера же меня не понимала —  она была довольна решительными действиями своего самца и не видела в случившемся никакой трагедии. Благодушно помахивая хвостом, она жмурилась от удовольствия. Вот кто не ведает сомнений, а следует голым инстинктам! Природа указала ей на пару — выбор принят!

Моё же человеческое «Я» сопротивлялось формированию связи. Зная устои нашего мира, имея представление о характере Эдварда, его окружении и, самое основное, – о Главе Клана Грегоре Блеквуде, я не видела себя в этой семье на условиях равного партнёрства. А посему выходило, что у меня два пути — сдаться на милость Эдварда и стать… никем… пустым местом… лишить своего будущего ребенка полноценной семьи. Он никогда не сможет претендовать на наследство Блеквудов. Меркантильно, кто-то подумает? Нет — ответила бы я. Родители должны думать о будущем своих детей. И я бы не хотела такого клейма, как «бастард» для своего отпрыска. Блеквуды и Маккартеры будут иметь на него все права, в отличии от меня… А ведь многие альфы, в таком же статусе, что и я, не задумываясь, соглашаются на подобные условия. Собственный комфорт и сытая безбедная жизнь важнее. Но для себя этот пункт я отметала сразу.

Второй путь… С ним всё было не менее сложно. Он также предполагал признание нашей связи, но при этом я должна удерживаться на расстоянии от своей пары. Это был вдвойне сложный путь. Мне придётся ежечасно бороться со своим влечением, да ещё и удерживать постоянный контроль над пантерой, которая будет стремиться к своему самцу, в том числе, чтобы продолжить род. Эти задачи были из разряда почти невыполнимых. Почему почти? Потому что, если я уеду с Астаховыми в Нордию, которая, к тому же, отделена океаном от Центрального материка, то моя девочка не сможет за раз преодолеть такое расстояние, и я успею перехватить контроль на себя и вернуть её назад. Но с каждым разом зверь будет действовать всё хитрее и изворотливее. Будет отдаляться и замыкаться, сводить меня с ума, вынуждая сорваться с места и найти Эдварда… Мда, перспектива… И всё же, шанс есть.

Такой вариант возможного развития событий меня почти удовлетворил. Настроение улучшилось. Моя деятельная натура зашевелилась, выплывая из глубин подсознания. Стоило мне вернуться на привычный уровень, как я услышала его — ЗОВ. Он тонкой струной звенел внутри меня, вибрировал, не давая возможности отрешиться. Где-то там был Эдвард. Я прислушивалась к новым ощущениям и размышляла, когда по срокам лучше признать нашу связь так, чтобы он не успел меня найти. Мои мысли были прерваны острым, непонятно откуда возникшим чувством тревоги. Таким сильным, что меня вытолкнуло из полудрёмы и я встрепенулась, подскочила на четыре лапы и ошалело завертела головой, силясь понять, где опасность.

Под тяжёлым телом пантеры прогнулось мягкое ложе, лапы запутались в покрывале, и я слетела с кровати. В падении сгруппировалась и по-кошачьи приземлилась на все четыре лапы на пол, с грохотом сметая стул со своего пути. На шум в комнату влетели Астаховы. Мужчины с двух сторон прикрывали свою жену, оберегая от малейшей опасности. Но я не представляла опасности. Обратный оборот произошёл почти спонтанно. Прикрытая только распущенными волосами, я судорожно пыталась подняться с пола, но сил в человеческом теле не было, словно что-то давило и душило меня. Или не меня… Понимание этого оглушило. В ушах стоял звон, голоса оборотней, которые наперебой что-то меня спрашивали, звучали каким-то эхом, смысл фраз доходил не сразу. От боли в груди по щекам катились слёзы. Но эта боль была не физической — так болит душа, которая знает, что такое потеря. Что-то мягкое скользнуло мне на спину, и я взлетела вверх. Сквозь пелену слёз увидела, как старший муж Виктории несёт меня на постель. Надо мной нависла альфа, обеспокоенно хмурясь и заглядывая в глаза. От её прикосновений стало несколько легче. Окружающий мир перестал плыть и двоиться. Слова, которые она говорила мне, стали складываться в предложения с понятным смыслом.

— Александра, что произошло? — её голос звучал встревоженно.

Мужчины встали за спиной альфы, когда она присела на край кровати, на которую меня водрузил старший оборотень. Оба самца злились. Я остро чувствовала их агрессию и инстинктивно оскалилась, глядя на них. Рычание вырвалось из глотки, причиняя боль, словно осколки царапнули изнутри.

Виктория резко развернулась к мужьям и что-то коротко сказала на родном языке. Мужчины послушались и отступили, хотя оба были крайне недовольны тем, что их жена оставалась со мной наедине. Четыре альфы в одном месте — это перебор. Даже несмотря на то, что я была так слаба и не владела собой, для них я была чужачкой и несла угрозу, как альфа и как представитель другого вида. К тому же, они не знали, что от меня ожидать, а как известно, неопределённость пугает.

— Ты понимаешь, о чём я тебя спрашиваю? — альфа потормошила меня за руку, привлекая к себе внимание. Мой плавающий взгляд с трудом сосредоточился на ней. Серо-зелёные глаза по-волчьи поблескивали. Я чувствовала её волчицу.

— Я не понимаю… — прохрипела, с трудом выталкивая слова, словно ещё не полностью завершила оборот. — Эдвард…

— Что Эдвард? — она нетерпеливо подгоняла меня продолжить мысль.

— С ним что-то произошло… — я сама не понимала, откуда было это знание. Но я так ощущала всем своим естеством. — Что со мной? — моё состояние меня не пугало, но оно было ненормальным, это уж точно. Я никогда не слышала, чтобы метка так приживалась. Чувствовать друг друга в паре оборотни могли не сразу, проходили месяцы, а у некоторых годы. А с момента, когда Эдвард меня пометил, прошло… Действительно, сколько? С трудом удерживая взгляд на лице Виктории, я ждала ответ.

— Я не знаток тонкостей учений о метках оборотней, — фыркнула она. Чувствовалось напряжение во всей её позе. — Но по всему выходит, что у тебя идёт ускоренное приживание метки. Твоя животная половина целиком и полностью приняла самца и уже принадлежит ему. Поэтому ты чувствуешь его. Тебе хватило суток.

Мне казалось, что прошло пару часов с того момента, когда я первый раз очутилась на кровати в апартаментах Астаховых. Шарг! Джейсон извёлся там один дома, ожидая меня. Я постаралась приподняться. Тело уже немного слушалось. Но в висках стучала кровь, подкатывала тошнота, вязкой слюной наполняя рот, и меня вырвало чёрной жижей, только и успела свеситься с кровати вниз головой.

— Он в опасности… Ему плохо… — дрожащим от напряжения, но уже человеческим голосом приглушённо сказала ей. Рукой вытерла шершавые губы и села в постели, натягивая на плечи покрывало, в которое меня завернул муж Виктории.

— Ты уверена? — на красивом лице альфы появилось выражение глубокой задумчивости. — Хотя, о чём я спрашиваю. Конечно же, уверена. Ведь ты теперь его чувствуешь. Я постараюсь что-либо узнать. А тебе советую немного полежать, набраться сил.

Сил хватило лишь кивнуть ей в ответ. Спорить не было смысла — она была права. Моё тело не слушалось меня. Далеко я не уйду в таком состоянии, но предупредить друга нужно.

— Виктория! — окликнула её у выхода из комнаты. — Можно мне мои вещи?

— Я дам тебе женские, если ты не против, — смерив меня взглядом, альфа снова взялась за ручку двери. И опять я её притормозила.

— Мне нужен новый телефон. Мой разбился, — голос звучал немногим лучше, но говорить было уже не так больно. — Он где-то в вещах.

Виктория согласно махнула и наконец-то вышла. А я упала на спину, и уставилась в своё отражение на глянцевом натяжном потолке. Чёрный глянец отражал всё и, визуально увеличивая пространство в два раза, делал помещение нереально просторным. Но в отражении я видела не только себя. Перед глазами всплывал чёткий портрет Эдварда. Образ не был статичным. Хороводом сменялись моменты наших встреч, и каждый раз я видела его невозможно синие глаза в обрамлении чёрных пушистых ресниц, словно подведённых тушью. Хотелось выть от бессилия, но уже не по причине того, что Эдвард оставил нежеланную метку, — нет, а из-за того, что я не понимала, где он и что с ним происходит.

Дверь приоткрылась и вошёл младший светловолосый мужчина. Он протянул мне ворох одежды и коробку с новым смартфоном. Я благодарно кивнула и взглядом попросила положить вещи в ноги, чтобы не прикоснуться к нему ненароком. Зачем провоцировать зверя? Я была взвинчена и, наверняка, волк это чувствовал. Провожая взглядом его удаляющуюся спину, я подумала о том, как всё-таки сильна любовь мужей к Виктории, если они, два альфа-самца, уживаются вместе. История их взаимоотношений была легендой. Я знала, что старший муж был вожаком крупной северной стаи, а вот о младшем информация отсутствовала.

Виктория передала мене лёгкий тёмно-синий брючный костюм, белую футболку и туфли из мягкой кожи на низком ходу. Пиджак имел рукава в три четверти и одну крупную пуговицу. Одежда подошла мне в самый раз. Но прежде, чем одеться, я отправилась в душ. Вода смыла посторонние запахи, полностью раскрывая мой естественный аромат, в котором теперь чётко ощущались две составляющие — моя и Эдварда. На удивление, такое сочетание казалось гармоничным. Мужские нотки аромата успокаивали, придавая обманчивую уверенность в том, что он рядом и способен защитить. Последнее диссонировало с моим внутренним чувством беспокойства за Блеквуда. Мысли снова вернулись к нему. Сложно было представить, что могло произойти с таким сильным альфой.

После душа и переодевания я отдышалась и переждала очередной приступ головокружения. Следующим этапом стало восстановление связи с внешним миром. Я извлекла сим-карту из своего разбитого телефона и вставила её в новый аппарат.

Стоило его включить, как стали приходить извещения о непринятых звонках и смс в огромном количестве. Больше всего звонков было от друга, но было сообщение и от Мартина, в котором он ругался, что со мной нет связи и назначал встречу на… сегодня, как сказала мне дата на календаре. Последние пять пропущенных звонков были от детектива. С него-то я и начала, выделив общение с ним, как приоритетное направление. Короткие гудки свидетельствовали о том, что линия занята. Я нажала сброс и почти сразу же раздался мелодичный сигнал вызова с незнакомого номера.

— Я вас слушаю, — приняла вызов.

— Детка, я не мог с тобой связаться, — в динамике раздался знакомый и родной голос отца. Я тупо посмотрела на смартфон, не соображая, как такое возможно, и не сошла ли я с ума после всех событий.

— Папа? — осторожно переспросила, словно ступая по тонкому льду, даже тело напряглось, как перед ударом.

— Где ты? Почему твой телефон не отвечал?

Горло перехватило от нервного спазма и с ресниц капнули слёзы облегчения.

— Телефон разбился, — прошептала. — Я не знаю, где мама.

— Я поэтому и звонил, чтобы сказать тебе, что с мамой всё в порядке. То, что произошло… — он замолчал, словно подбирая слова. — Это недоразумение. Мы всё прояснили и помирились.

— А можно… — я не успела договорить, как в динамике раздался голос мамы.

— Лекса, прости меня. Я не хотела тебя пугать. То, что я тебе наговорила — всё это было обычной омежьей истерикой, — она неестественно рассмеялась. — Я где-то у тебя потеряла ключ от дома. Найдёшь, приезжай через южный вокзал. Поезд отправляется с платформы «В» девять или одиннадцать, уточнишь сама. Мартин ждёт тебя. Но, милая, будь осторожна, кругом одни бандиты. Я люблю тебя. До встречи.

Связь оборвалась, а я смотрела на ещё не погасший экран смартфона, как на седьмое чудо света. В голове крутились слова родителей и последние напутствия мамы. Что-то было не так. Но что именно? Я уже давно вышла из того возраста, когда мама давала мне подобные подробные инструкции. О ключе так вообще ерунда. У меня был свой собственный — универсальная отмычка для замков той системы, которые обычно устанавливал отец, когда мы переезжали на новое место в новый дом. Ключ, что она мне оставила, и близко не подходил к замку от дома. Из этого сам напрашивался вывод — она не могла сказать прямым текстом, а намекала, что этот ключ что-то открывает на южном вокзале. Вероятно, ячейку камеры хранения в зале «В», как я и думала, только с вокзалом ошиблась.

В мышцах всё ещё была слабость, но я встала на ноги и медленно, шаг за шагом, преодолела путь к выходу. От усилия даже в пот бросило. Но я смогла — вышла в общую гостиную, где разговаривали двое: Виктория Астахова и Дерек Маккартер — Глава второго по величине после Блеквудов Клана.