Глава 9
Никогда не думала, что утро первого января может начаться для меня с допроса. Даже не предполагала подобного. И вот на тебе! Уснуть не удалось, все время поднималась, смотрела в окно, не видно ли Алекса, а утром, когда удалось чуть придремать, на пороге возникла пара полицейских. Один за пятьдесят, в штатском, второй совсем молодой, в форме.
Впустила их, и те принялись задавать вопросы. Я рассказала, как было – Танька обещала прийти, но не пришла.
- И вы не перезвонили ей? Не поинтересовались, почему она опаздывает? – спросил молодой. Вообще большинство вопросов, местами глупых, исходила от него. Вчерашнего студента переполнял энтузиазм и желание отличиться. Его старший коллега в основном слушал, лишь изредка что-то уточнял.
Я покачала головой.
- Почему?
- Я была с мужчиной, - сказала им, решив, что лучше ответить как было, чем завраться и попасться на лжи.
- Что за мужчина?
- Какое это имеет значение?
- Имеет. Отвечайте…
- Мы в клубе познакомились…
- Стоп, - сказал тот, что старше. – То есть вы не беспокоились о том. Что она не пришла?
- Она часто меняла планы в последний момент. А тут – праздники и все такое. Знакомых у неё хватает. Решила заскочить на часик, засиделась, забылась – это про неё.
- Был кто-то, сознательно желающий ей зла? Может, бывший любовник или конкурент по работе?
- У неё этих любовников и конкурентов больше, чем грибов в лесу после дождя. Может, кто и желал.
- У неё могло быть при себе что-то, что могли попытаться отобрать силой?
- Что, например?
- Информация, составляющая коммерческую тайну, компромат на кого-то, наркотики…
- Насчет компромата – не знаю. Наркотики – вряд ли. Но если бы у неё было что-то такое, да хоть запись, где её босс признается в педофилии, зачем ей нести её ко мне? Зачем вы меня об этом спрашиваете? Ну напал на неё какой-то псих. Насильник или грабитель…
- Может, и так, - ответил полицейский. – Но её коллега говорит, что она стала нервной и будто бы чего-то боялась. Постоянно оглядывалась, отказывалась ходить через малолюдные места. Не пришла на корпоратив. Она решила, что у Татьяны что-то с психикой и уговаривала посетить психиатра.
- То есть кто-то ей угрожал?
- Мы не знаем. На неё напали рядом с соседним домом. Ударили по голове чем-то тяжелым. Но, скорее всего, появился нежданный свидетель, и преступник сбежал, а ваша подруга кое-как доковыляла до лавочки. Еще минут двадцать и её бы не спасли.
- Вы знаете кого-то по имени Алекс? – спросил молодой.
Меня передернуло.
- Алекс… Один Александр есть.
- Жилец того дома сказал, что слышал у дома ссору мужчины и женщины с упоминанием какого-то Алекса. Время более-менее совпадает, - объяснил старший. – Хоть, может, совпадение.
- С ней все хорошо? – поинтересовалась я.
- Врачи говорят, что она стабильна. Хоть без сознания. Можете проведать её.
Полицейские попрощались и ушли, попросив меня не выезжать из города.
Стоило рассказать им про Алекса?
Не знаю. Блин, я не знаю, кто он и что будет, если его найдет полиция. Если он преступник, то я становлюсь соучастницей…
А если нет…
Блин!
Лучше просто жить дальше, забыв про него как про прекрасный, но в то же время страшный сон. Идеально – и вовсе продать квартиру и переехать в другой город, а то и страну. Если выбрать город поменьше – еще и деньги ребенку останутся. И никогда больше не встречаться ни с ним, ни с Танькой. Стереть прошлое и начать заново…
Только Алекс не плохой человек. Не представляю его преступником. Может, попал в немилость к кому-то, но он сам…
А может, я себя обманываю.
В любом случае его нет, и вряд ли он вернется. О нем напоминали только порванные вещи в ванной, которые неплохо бы выбросить. Грустно, но все кончилось вот так. И иначе похоже быть не могло.
Почувствовала, как слеза сама сорвалась с глаза, проползла по щеке, коснулась губ.
Только плакать не надо.
За кем? За тем, чьего имени не знаю?
А вот Матильда просится на улицу. Надо бы вывести. Заодно не помешает купить себе чего-то вкусненького. Денег мало, заплатить бы коммуналку, но хочется хоть чем-то себя порадовать. Хоть в Новый год. А завтра проведаю Таньку. Почему-то не хотелось её видеть, будто чуяла от неё какую-то опасность, но проведаю. Какая-никакая, а подруга. Больше друзей у меня и нет.
Оделась, спустилась вниз. Снег все падал, будто именно сегодня, первого января, зима все-таки решила, что хватит ей задерживаться. Медленно, с Матильдой направилась в сторону небольшого продуктового магазинчика через улицу.
Все вокруг пустовало. На остановке пара человек вместо пары десятков, лишь изредка проезжающие машины, да и те – такси, развозящие людей по домам после пьянок.
А холодно-то как!
Зашла в магазин, купила немного конфет, шоколадку. Ужасно хотелось стоявший в витрине торт, но где там? Последние деньги за него отдать не выход.
Вышла из магазина, медленно пошла домой, по пути останавливаясь, давая Мальвине возможность погулять. Дошла до входа в подъезд, остановилась. Сама не знаю зачем. Может, потому, что надеялась среди снега увидеть Алекса…
Понимала, что не увижу, но все равно надеялась. Будто это стало каким-то ритуалом, рефлексом. Который исполняешь ни капли не задумываясь.
Поняв, что это бессмысленно, поднялась наверх, чуть не сбила входящего в лифт Петра Романовича.
- С Новым годом! – поздравил он.
- И вас с Новым годом.
- Как там твой…
- Да не очень. Не случилось…
- Да любит он тебя. Не зря под подъездом стоял.
- То есть? Под каким подъездом?
- Да под нашим. Пять минут назад выходил мусор вынести, видел его. Он еще поздоровался, с праздником поздравил.
***
Почти сбив с ног Петра Романовича повторно, я ворвалась в квартиру. Обычно если иду недалеко дверь на замок давненько не закрываю – воровать нечего, а открывать старый замок трудно. Но после всей истории с Алексом закрыла. Пришлось помучиться – ключ прокручивался раза-так с десятого. Одновременно осознала, что оборотня в квартире нет. Вскрыл замок, зашел и закрыл изнутри?
- Алекс! – заорала на всю лестничную площадку, наверняка заставив понервничать пару-тройку соседей. – Алекс! Ты тут?
Никого.
Блин!
Бросилась к окну, откуда открывался вид на вход в подъезд и всегда можно было рассмотреть, кто приходит и уходит. Никого. Только женщина лет шестидесяти, а то и семидесяти с первого этажа неся в руках два огромных пакета, открывала дверь ногой.
Ошибся Петр Романович. Попутал. Может, это был один из студентов, снимающих квартиру на верхних этажах. Или недавно поселившийся тут ветеринар. Внешне им до Алекса далеко, но сосед не молод, мог напутать.
- Больше так не шути, - фыркнула вслух.
А если и впрямь Алекс? Почему не подождал? Почему вообще заходил? Забыл что-то и хотел вернуть? У него только рваная одежда с собой была. Да нет, не может быть.
Накормив Мальвину, я решила приготовить что-то и себе. Взгляд упал на оставшиеся пельмени. Пока они варились. Немного полакомилась сладостями. Включила телевизор. Телепрограмма изобиловала новогодними фильмами, мультфильмами и концертами. Остановилась на фильме «Рождество на двоих». Видела его, но «Один дома» и «Гарри Поттер» были уж совсем засмотрены до дыр.
Кино о девушке, полюбившей парня, а тот оказался призраком…
Может, и Алекса никакого нет было? Вдруг он тоже призрак? Никогда не думала о загробной жизни всерьез. Может, есть, а может, и нет, плевать. Но если он погиб, и является мне как дух? Чувствует вину за то. Что мне одной растить нашего ребенка…
Бред собачий.
Может, духи и существуют, но секс с Алексом точно не был похож на таковой с бесплотным призраком.
Сняла пельмени, собралась поесть, услышала звук звонящего телефона.
Танька…
Пришла в себя?
- Тань…
- У меня в квартире, - послышался тихий шепот. – В верхнем шкафчике стола. Забери…
Связь прекратилась. Набрала еще раз.
- Тань…
- Извините, кто вы? – спросил женский голос, явно принадлежавший не ей.
- Оксана. Её подруга. Что с ней?
- Она пришла в себя. Говорила, чтобы позвали вас. Потом потребовала телефон. И снова отключилась.
- Я сейчас подъеду.
Пельмени так и остались стыть на столике, а я пулей оделась и вылетела из квартиры.
С Танькой мы познакомились, когда она, еще будучи студенткой, снимала квартиру двумя этажами надо мной. Тогда она была совсем другой. Скромная, немного неряшливая. Две её сокурсницы, делившие с ней жилье, даже подшучивали над ней. До сих пор помню её в большеватом пальто, нелепой шапке, с родинкой на щеке и миллионом комплексов в голове.
Мысли о том, что она некрасивая, что никого не найдет, останется одна, даже на работу нормальную не попадет никак не хотели уходить из её головы.
Иногда мы сидели у дома на лавочке или гуляли в парке неподалеку. Обсуждали все подряд. Нам было интересно друг с другом. А потом, когда её учеба подходила к концу, она исчезла. Я нервничала, и в полицию звонила, и в больницы, и в её институт ходила – никто не знал, куда она делась. Даже на выпускные экзамены не пришла.
Объявилась Танька через полгода. А может, это была и не Танька, а её сестра-близнец? Она изменилась так, что и о таком не грех подумать. Вроде и то же самое пальто, ставшее еще больше, и нелепая шапка, и лицо, а внутри – другой человек. Не тот взгляд. Не та мимика, все не то. Понятия не имею, что с ней произошло, но скромную девочку было не узнать. В неё будто демон вселился. Казалось. Она готова на все ради своих целей.
Вскоре дурацкая шапка ушла на свалку, серое пальто до сих пор валяется у меня в шкафу, а родинка была выведена. Через год Таньку было не узнать и внешне. Теперь она работала в крупной фирме с огромным офисом в центре города и ездила на выходные в Париж и Рим. Затем фирма обанкротилась, но Танька оказалась от этого только в выигрыше, да и быстро нашла другую работу.
Иногда казалось. Что она общается со мной только чтобы посмотреть свысока на свое прошлое. Посмотреть и усмехнуться ему в лицо. Иногда она мне даже помогала – устроиться на работу, например. Но как-то не ладилось. Там, куда она меня устраивала был один закон – сожри или сожрут тебя. А мне это не подходило.
Наверное, только такие, как она, и добиваются чего-то, а такие, как я. До конца жизни существуют на пособия в маленькой квартирке в не самом благополучном районе.
В больницу я вбежала как ошпаренная. Женщина за стойкой сказала подняться на третий этаж, но там встретил врач – высокий, худой мужчина слегка за сорок.
- К ней нельзя. Она без сознания, - фыркнул он.
- Но она просила прийти…
- Вот когда очнется – тогда и приходите. Сейчас она все равно вас не увидит и не услышит.
Зараза!
Медленно и лениво я направилась к выходу. Зря только прокаталась. Но ничего, все равно дома сидеть…
- Постойте, - окликнула меня невысокая худенькая медсестра. Кажется. Именно с ней я говорила по телефону. – Это вы Оксана? К Татьяне?
- Да, я…
- Она просила передать вам это, - медсестра вынула из-под столика небольшую сумочку. Танькину. У неё этих сумок наверняка штук сто, но эта её любимая – черная с тиснением. – Полиция её нашла где-то рядом с местом, где на Татьяну напали. Принесли сюда. А она просила передать вам.
Я заглянула внутрь. Косметика, прокладки, одноразовые платки. Кошелька не было. Может, все-таки ограбление? Зато были ключи. И она просила меня что-то забрать у неё в квартире.