Глава 22. Алиса

Никогда нельзя поддаваться порыву эмоций! Даже если они накрывают тебя с головой, как волны на роликах серфингистов!

Лучше бы я сунула голову под холодную воду! А теперь дороги назад нет. Я просидела в машине больше часа, но Бес, конечно, не побежал за мной, не обрывал мне телефон звонками.

Почему мы, женщины, так торопимся в отношениях? Может, научены горьким опытом других, которые годами живут с мужчинами без брака, а потом он женится на той, которую знает неделю.

И такие мысли были в моей голове, к сожалению. Я боялась, что для Беса я лишь домашняя зверушка, а когда он захочет детей и брак, то женится на равной себе. На москвичке с приданым, а не на девчонке, всего имущества которой цена меньше, чем  браслета, который он мне подарил.

Денег, благодаря тому же Бесу, на моей карте было теперь достаточно. Он закрыл все мои кредиты, все необходимое велел заказывать на сервисе, где у него нескончаемый депозит какой-то. Все мои траты на обеды и кофе в рабочие дни были ничтожно малы. Я даже подумывала купить Макару какой-нибудь подарок, но так и не определилась, что дарить. У него есть все.

Несмотря на то, что я прекрасно знаю, как Бес относится к предательству, и что под это определение вполне может попасть и мой уход, я надеялась, что он позвонит, найдет меня.

Поэтому заселилась в гостиницу по своему паспорту и чахла над телефоном. Но когда на часах было уже одиннадцать, поняла, что он не будет меня искать.

В отчаянии хотелось рвать на себе волосы, выдирать их клочьями из дурной головы, и я додумалась в этот поздний час позвонить Вике.

— Что ты сделала? — не разобрав моих слов сквозь рыдания, переспросила Вика.

— Ушла! Собрала только то, с чем пришла, и все! Сказала ему, что он… ко мне относится как к вещи. А он не ответил ничего, просто смотрел и молчал! Я сказала, что так больше не могу, — жаловалась я на бессердечного Макара.

— А от меня ты чего хочешь? — похолодел голос Вики.

Меня как ледяной водой окатило. Я ведь ее брата бросила, получается! И звоню ей, чтобы на него пожаловаться. Идиотка.

— Ничего… извини, — шмыгая носом, сбивчиво торопилась я закончить разговор.

В трубке послышался тяжелый вздох, шорох, будто Вика выбирается из постели, и я решила сказать ей, пока она не послала меня куда подальше:

— Я его так сильно люблю! Я не смогу без него, понимаешь?

— Что тебе ответить? Никто не знает, что теперь решит Макар, и никто не сможет повлиять на него, даже папа.

— Что же мне теперь делать? Я боюсь ему звонить. Боюсь, что он не ответит, и тогда я точно умру!

— Не делай ничего того, что ему может не понравиться, если хочешь оставить шанс помириться с ним. Больше ничем помочь не могу, извини, — ограничивается Вика одним советом и, попрощавшись, кладет трубку.

И почему до меня только сейчас доходит все то, что твердили мне сестры Макара? Да и сама я ведь не тупая и не слепая! Я же отчетливо понимала, что Бес изменил своей привычке спать одному, что, приходя домой, он первым делом вжимал меня в себя, так что не было сомнений в том, что он скучал. Что сотню раз мне говорили, что я первая девушка в жизни Макара и для него впустить в свою жизнь меня уже было большим шагом.

Теперь остается лишь лелеять эти воспоминания, листая наши селфи и фотки, которые я делала украдкой. Каждую минуту с ним рядом, каждый фильм, что мы не досмотрели ни разу до конца. Смотреть на его улыбку и теплый взгляд опушенных длинными ресницами глаз. До судорожных рыданий вспоминать, как было тепло и уютно в каменных объятиях сильных рук. Его запах, его кожу, насмешливый взгляд и улыбку. Жаркие ночи, которых оказалось слишком мало.

То, как он смешил меня постоянно и любил отправить в свой пацанский чат наши фотки, где мы дурачимся, и вместе хохотали над ответами, типа: «А не эта девчонка сегодня выложила метровое слово «SOS» на твоей лоджии гондонами?»

Сейчас мне кажется, что я раздула из шарика для гольфа целую планету. Мало ли, по какой причине он меня не взял с собой к родителям? Мы вместе были всего неделю до тех выходных! И за все время он не требовал от меня ничего сверхъестественного, а мне просто захотелось, чтобы он немного задумался над тем, что я тоже могу проводить время без него. Но все вышло из-под контроля. Внезапно, сбивая все мысли и очерняя душу обидой.

Я не отличаюсь от всех влюбленных женщин ничем. Конечно, я каждый вечер приезжала в «Айкон» в надежде увидеть его, несколько раз приезжала и к дому, придумывая кучу отмазок и до судорог боясь увидеть его с другой. Но все было тщетно, Бес как сквозь землю провалился. Звонить ему я не решилась, а его сестрам — было стыдно.

Резюмируя всю эту историю, я понимаю, как много сделал для меня Макар и как мало просил взамен. Всего лишь быть с ним и не играть грязно на нервах в попытке вызвать ревность.

Спустя неделю я уже смирилась с тем, что мне его не вернуть и рассчитывать на помощь Вики и Милены не стоит. Надо было слушать их, когда они мне говорили, что Макар никогда не пустил бы в свою жизнь меня, если бы не испытывал ко мне чувств. Я знала, что Макар не из тех мужчин, что позволяют собой манипулировать, и все равно сглупила.

Понедельник самый суматошный и перегруженный задачами день, и по закону подлости именно сегодня мне позвонила Вика, с первой секунды огорошив:

— Алиска! Срочно приезжай ко мне! Адрес скину!

— Я еще не закончила работу…

— Ты хочешь помириться с Макаром или нет?

— Хочу, а как? — мгновенно мое тело охватывает жар.

— Приезжай и узнаешь! — отрезает Вика и со скоростью пулемета наговаривает мне адрес.

Оказалось, что шанс помириться с Макаром для меня дороже работы. Я, не раздумывая, полетела к Вике. Она скинула мне и код от подъезда и подробный адрес.

Я сильно нервничала, что в офисе отследят мой трекинг и поймут, что я была не на маршруте, но пересилить желание найти Беса не могла.

Едва распахнула входную дверь, как мое сердце сделало прыжок с переворотом в горле.

Взгляд зацепился за носы дорогих ботинок, скользнул на идеально выглаженные стрелки брюк, тускло поблескивающую пряжку ремня, белую футболку-поло с коротким рукавом на могучем торсе.

Любимые татуировки замелькали перед глазами, размазываясь пятнами. Легкая небритость Макара пробудила воспоминания, фантомно покалывая кожу на шее, щеках, груди. Чувственные губы разомкнулись, голодный взгляд Беса никак не мог определиться, где ему задержаться.

— Заебись, не зря голову помыл, — дергается уголок Макара в попытке ухмыльнуться. — Прогуливаешь работу, Лис-с-са?

Его взгляд холодный, отстраненный. Такой же как в тот день, когда я с ним впервые встретилась. Я снова далеко за границами мира Беса, он снова закрыт для меня.

— Эм… нет… у меня сейчас другой режим, — не могу сообразить я, что ответить, чтобы не подставить Вику.

— Какой? Режим вибрации, я надеюсь? — стремительно набирает голос Беса хриплого звучания.

Боже! Как же я скучаю по его сарказму! Готова душу Бесу продать, лишь бы слышать его до конца жизни!

Воздух комком сбился в горле, и я не могу сдвинуться с места, застыв перед двухметровым парнем. Гора тестостерона тоже зависла, погружая меня в огненный столб исходящих от него импульсов.

Не могу унять волнение и оглушающе бьющееся сердце.

Я не знаю, как мои дрожащие пальцы оказались на его запястьях и трепетно скользнули вверх, ощупывая гладкую, горячую кожу. Не знаю, и в какой момент его ладони накрыли мои запястья, и каким образом наши руки начали переплетаться, сближая нас каждую долбаную долгую секунду на миллиметр.

Мою кожу лижет пламя исходящего от него тепла. Безмерно не хватает его прежних собственнических замашек, когда он просто облапывал, меня и тащил к любой удобной поверхности.

Макар склоняет ко мне голову, и я сдвигаю с его лба завиток отросшей челки, безотчетно протянув к ней руку.

Он не целует меня, просто закрывает глаза, глубоко дыша в сантиметре от моего лица. Словно дикий зверь обнюхивает мою кожу, цепляет кончиком носа лоб, висок, скользит ниже, утыкаясь в мои волосы над ухом.

— Я глупая, знаю, — шепчу я тихо, — прости. Даже если поздно, я все равно скажу тебе. Я влюбилась в тебя практически сразу. Смотрела на тебя и мечтать не смела, что ты обратишь на меня внимание. И не верила, что ты со мной всерьез. Понимаю, что неправильно было давить на тебя, но мне хотелось заполучить тебя себе всего побыстрее, понимаешь?

Тяжелый выдох Беса гонит мурашек по голове, будто мне массаж штуковиной из проволоки делают. Широкие ладони соскальзывают с моих плеч на спину и с силой сжимают, впечатывая мое дрожащее тело в жесткий торс Макара.

Да! Пожалуйста, держи меня крепче и не отпускай! Внутри меня разгоняются черные тучи, впуская согревающие лучи. Он снова близко, снова закатал меня в каменный мешок и снова на моем бедре горит отпечаток твердого доказательства, что он скучал по мне так же сильно, как раньше.

Почувствовав его отклик, я крепче обвиваю его шею, и меня разрывает потоком признаний, разбавленных теми мыслями, что я варила в своей голове, но не планировала кому-либо их озвучивать.

— Я так ревновала тебя не только к Лизе. Ко всем вокруг! Мне захотелось, чтобы ты меня называл своей Куколкой не только дома, но чтобы все видели, что ты… мой. Только мой! И твоя семья… я обиделась так глупо на тебя, потому что… ты знаешь, как давно у меня нет семьи? Я скучаю по тем временам, когда она была большая. Когда мы собирались в доме дедушки все вместе. А сейчас у меня ничего этого нет... ни семьи, ни даже дома. Мне не хватает этого шума, тепла и семейной атмосферы, которую не заменить ничем. И мне было так одиноко и больно до слез, когда я смотрела на канале Вики, как у вас дома здорово.

Жмусь к самому особенному мужчине на планете и реву, роняя слезы ему за воротник. Они как хрустальные змейки стекают по его коже, собираясь в углублении плеча. Я дрожу, ноги подкашиваются, словно из них вынули кости.

— Лис-са, — шепчет Макар, ожидая, когда я подниму на него взгляд.

Острые грани его лица смягчились, будто его солнечными лучами изнутри прогрело. Бес ласково касается моего подбородка тыльной стороной пальцев и наклоняется к губам, всего на долю секунды дав мне снова почувствовать его желанные губы на своих. Этого ничтожно мало! Как после наркоза вместо воды промочить губы влажным бинтом.

Отстраняется, распахнув ресницы и посмотрев в мои глаза, отворачивается в сторону. Я даже не слышала, как к нам притопал Викин малыш, но для Беса это, конечно, не стало сюрпризом.

— На! — протянул пухлые ручки вверх Платон, просясь на руки к Макару.

Вот бы мне такое волшебное заклинание — «На! Бери, меня полностью!» — и все, ты уже спрятана от любой опасности, эти руки тебя не бросят и не дадут в обиду. Они умеют быть нежными и страстными, заботливыми и требовательными. Что же сложного было просто это ценить и беречь?

Макару действительно можно доверить самое бесценное сокровище в жизни, особенно таких крох, которые еще не утратили способность чувствовать на уровне тонкой материи.

— Вика! Где его поводок? — возмущенно спросил Бес, поднимая на руки Плута.

Теперь меня умиляет эта картинка крошечного малыша в громадных руках Беса. Он любит этого Плута всей душой. Той, в которую дано заглянуть не каждому, той, где спрятаны секреты Беса за семью бронированными дверями, и стоит туда заглянуть — назад тебе уже не захочется.

— Дай! — интенсивно сжимая и разжимая пальчики, потребовал что-то у меня Платон, вертясь на руке Макара.

— Ах ты мажор мелкий! Это моя Куколка! — напускает строгости на лицо Макар, а в глазах мои обожаемые бесята скачут, размахивая яркими неоновыми лучами.

— Макар… я… пойдешь со мной на рок-фестиваль? — решаюсь я пригласить его на свидание, терять-то уже нечего.

В глазах Беса вспыхивает интерес, но ответить он мне не успевает. В проеме прихожей появляется Вика с сумкой, на которой вытеснено «П.А. Аристов». Видимо, там прибамбасы Платона и он куда-то едет с Макаром.

— Что так долго, Алиса? — с упреком круглит глаза на меня Вика.

Прищур серо-зеленых глаз Макара ее не пугает, она спокойно передает сумку Бесу, совершенно не парясь, что он понял, как я тут оказалась с ним в одно время.

Пока я отвечаю Вике, Макар перекидывает через плечо сумку, разворачивается к двери, оставив мое сердце замершим в груди. Сделав пару шагов, он остановился и, повернувшись в полкорпуса, ответил мне:

— Рок-фестиваль, Куколка, место, где люди очень шумные.

От ответа Беса я начинаю паниковать, что выбрала самое неподходящее место свидания, для человека с острым слухом.

Но спустя секундную паузу на его лице снова расплывается нахальная улыбка.

— Заеду в десять, Лис-са, научу тебя кричать! - ласкает мои уши его хриплый голос.

Передернутый туманом взгляд, обещает, что уроки будут жаркими.

Не могу сдержать ответной улыбки и теряю способность говорить от радости. Просто улыбаюсь, от волнения прикусив нижнюю губу, и киваю ему. Я уже готова кричать от счастья, и никакой фестиваль таких эмоций во мне не вызовет, но лучше пусть научит.

Мускулистые ноги в дорогих ботинках переступают порог, за идеальной задницей под натянутой тканью брюк, захлопывается дверь, а меня размазывает по стене. Ноги совершенно не выдерживают шторма эмоций в груди, гнутся как поролоновые.

Он приедет! Помимо того, что у меня голову кружит, душа улетает в рай и сердце тонет в океане любви, еще меня посещает мысль, что в его глазах я увидела даже больше, чем рассчитывала. В последний момент, когда он уже отворачивался к двери, они светились счастьем, как мои, будто я смотрю в зеркало.