Глава 30. С меня хватит

Он сидит, развалившись на диване как у себя дома. В зубах тлеет сигарета, когда он втягивает дым. В руке – ополовиненная бутылка водки.

Ужас становится запредельным. Мой бывший ещё и пьян…

Бежать некуда. Олег быстро меня догонит. И, в отличие от Бориса, Олег имеет возможность схватить меня без последствий. Силой запихнуть в машину, даже если я буду кричать.

Он – мент при погонах. Ему можно всё.

- Что ты здесь делаешь? – хриплю, понемногу отступая и шаря глазами в поисках защиты.

Но в пределах видимости нет ни ножей, ни кочерги. Ни тяжёлых предметов. Всё убрал.

Олег медленно выдыхает дым, следя за мной страшным взглядом, как псих.

- Ты где шлялась ночью? – цедит презрительно, и у меня по спине стекают мурашки. – Уже нашла мне замену?

- Да что ты такое говоришь… - пыхчу возмущённо.

Оправдываться нет смысла, но если я этого не сделаю, он будет только злее.

- Я заблудилась в лесу. Ушла вчера погулять и… Пришлось в лесной сторожке ночевать, а то бы насмерть замёрзла.

- Пизди дальше, - выдыхает едкий дым жёстче. Заводится.

Меня поколачивать начинает. Я снова в ловушке. Не вижу выхода. Как справиться с этим мерзавцем одной?

- Зачем ты приехал, Олег? – выдыхаю нервно. – Я же написала тебе, что ушла. После того что ты сделал между нами ничего уже быть не может. Неужели не ясно?

Поразительно, как долго я терпела этого абьюзера. Ещё и верила, что он меня любит.

- Рассталась со мной по смс, - ледяной тон Олега заставляет поёжиться. – Серьёзно?

- Ну, хорошо, - отчаянно сохраняю присутствие духа, нельзя поддаваться панике. – Ты здесь, я говорю тебе это в глаза. Между нами всё кончено, Олег. Давай разойдёмся как взрослые люди, без скандалов и упрёков. Я устала терпеть твою ревность, а теперь ещё и насилие. С меня хватит.

Трогаю скулу, которая ещё побаливает после той пощёчины. Не могу выкинуть из памяти, как он замахивается. И спрашивается, за что?

Раньше я думала, ревность – это проявление его сильной любви.

Но когда Олег обвинил меня в связи с соседом-пенсионером, я предложила ему сходить к психиатру.

Все мужики, по его мнению, на меня похотливо смотрели, а я им «повод давала». Любая моя вежливая беседа – это я «кокетничала». Деловая встреча или дружеские посиделки – это я «на блядки пошла».

Неоднократно вставал вопрос о моей карьере.

«В школе слишком много учителей-мужиков. Охранники – эти уж точно к тебе в трусы лезут. Физрук – давно глаз положил».

Я пыталась найти компромисс, но репетиторство Олегу не понравилось тоже. Ведь у всех моих учеников были отцы. И они, конечно же, сразу хотели заняться со мной сексом!

На мои обиды, что он считает меня какой-то потаскухой, Олежек заявлял, что просто хорошо знает мужчин. Видят бабу – сразу хотят её трахнуть. Особенно такую, как я, «с ногами и сиськами».

Я велась. Обвинения заканчивались комплиментами, и я прощала. До поры до времени мне даже льстила эта его одержимость. Я чувствовала себя желанной, красивой.

Пока не дошло до рукоприкладства. До требования, которое стало последней каплей: бросить работу, сидеть дома и вообще не общаться ни с кем. Ни с подругами, ни с мужчинами. Ведь первые приводят на встречи своих «ёбарей».

- Хватит будет, только когда я решу, - Олег грохает бутылку на стол.

От этого жеста и резкого звука я аж подпрыгиваю. Пульс долбит в виски, на лице проступает испарина.

Олег встаёт, щелчком отшвыривает сигарету в сторону. В деревянном доме это сродни приговору, если не повезёт.

Я цепенею, глядя на приближение бывшего. Отшатываюсь назад, но упираюсь в бабушкин сервант.

- Не смей снова меня бить, - сжимаю беспомощно кулаки, задыхаясь от паники.

- Ну что ты, любимая, - ухмыляется Олег и показывает диванную подушку, которую захватил с собой. – Ты же ничего плохого не сделала. Это просто недоразумение. Сейчас ты соберёшь свои вещи, и мы поедем домой…

А если откажусь, он… что?..

Сглатываю ком. Облизываю пересохшие губы. Сердце колотится как бешеное, ватные ноги врастают в пол. Каждый нерв натянут звенящей струной.

- Олег… - шепчу умоляюще, глядя в его страшные глаза, в которых горит чистое зло. – Не надо…

- Нам было так хорошо вместе, - подходит вплотную, и меня накрывает перегаром из его рта: ядрёной смесью крепкого алкоголя и табака. – Но ты опять всё испортила.

- Я?.. – ахаю, глядя снизу вверх.

Олег обхватывает моё горло и медленно гладит кожу. Взгляд направлен туда же. Тёмный, опасный прищур, от которого по коже ледяные мурашки страха.

Касание обманчиво лёгкое, но пальцы напряжены и нервно подрагивают.

В этом жесте так много угрозы, что душа ухает в пятки. А что если он видит следы нашей с Аверьянычем бурной ночи? Я же даже в зеркале не проверила…

- Ну что тебе не сиделось дома, - цедит Олег раздражённо и надавливает на две точки, перекрывая мне кислород.

Вцепляюсь ему в руку и царапаюсь бешеной кошкой. Бью и толкаю бывшего в грудь.

Пьяный, он нетвёрдо покачивается и выплёвывает ругательство.

Всё, маски сброшены. Решить конфликт миром – с помощью моей очередной уступки – не получится.

Толкаю Олега снова и дёргаюсь в сторону, пытаясь сбежать.

Он роняет подушку, но успевает схватить меня за ворот свитера. Пришпиливает обратно к серванту, и тот качается от удара. Посуда со звоном бьётся.

Залепляю ублюдку пощёчину, вторую. Вижу, как он звереет, но остановиться уже не могу.

Сегодня я не веду себя, как всегда. На этот раз я даю сдачи.

С бешеным рычанием Олег замахивается, и мне прилетает совсем не пощёчина.

Это настоящий, сильный удар. Ладонью или кулаком – не важно, из глаз сыплются искры. Звуки уходят, свет меркнет.