Глава 5. Прошлое

Черника – По какому праву вы влезли в карету лекарей?! – наехал на меня толстоватый врачеватель, затащивший Минта в небольшое транспортное средство. – Он мой жених! Имею право! – отбилась, садясь возле головы неудачливого аптекаря. Гильдия проигнорировала происшествие. Никто из тех, кто находился в библиотеке, не пошевелил и пальцем! Все пришлось делать самой. Аристократы во главе с Каштаном просто со злорадными улыбками наблюдали, как я хлопочу вокруг зеленоволосого мужчины. Огромного, тяжелого мужчины. Горы мышц. – А он в хорошей форме, – крякнул худой врачеватель, напарник первого. – Мне бы так. – В хорошей, а по затылку все равно получил. Запускаю прозрачное зрение. Подозреваю трещину в черепе. – Полненький лекарь со смешным носом-картошкой оказался настоящим профессионалом, а я мысленно костерила себя по чем зря. – Давно он ударился? – Утром, в драке… Я сжимала в пальцах широкую ладонь Минта. И все из-за меня! Как я могла так беспечно отнестись к его состоянию?! Ведь думала сразу вызвать бригаду, но из-за первого тура решила отложить, а он выпил обезболивающее и не сразу почувствовал, насколько все плохо. – Эх, молодость, – покачал головой второй, тощий. – Вот помню, я когда-то неделю ходил с трещиной в виске, а потом мне резко как стало плохо… И дар врачевательский открылся, сам себя вылечил. Такие дела, – хохотнул он. – Ну что там? – Как и подозревал. Сотрясение, кожные покровы в норме, но есть гематома, кость не выдержала, несколько трещин и очаг. Похоже на удар твердым тупым предметом, – задумчиво протянул врачеватель, пока мы неслись на всей скорости в городскую больницу. – Один не справлюсь. Вы в состоянии оплатить услуги команды врачей? – Все что угодно. – Я испугалась пуще прежнего. – Только… нужно зафиксировать все в протоколе. Сумму лечения, описание травмы, дату. – А вы не лыком шиты, дамочка, – кивнул лекарь. – Поправится ваш жених, не переживайте. Будет еще краше прежнего, ни следа не останется. За ночь подлатаем. Можете даже остаться с ним в палате. Правда, койки одноместные, сами понимаете. Но за отдельную плату можно похлопотать. Я закивала, всем своим видом показывая, что не против. Мы быстро примчались в столичную больницу. Ее называние не имело ничего общего с алхимической символикой, потому что лекари и аптекари хоть и работали на одном поприще, все же разделяли свои направления. И довольно жестко. Пока на каталке Минта увозили в специальную комнату, где над ним будет трудиться несколько лекарей одновременно, используя свою магию, ко мне пристала администратор. – Ваше настоящее имя? – Элиза фон Кроу, – на автомате ответила, поглядывая в сторону удаляющейся каталки. Девушка деловито заполнила пробел в свитке на своем столе. – Имя вашего жениха? – Э-э… – протянула, понимая, что я ни фигового листочка не знаю про Минта! Только псевдоним, запах и свою нетипичную гормональную реакцию на зеленоволосого мужчину. – Так и записать? – безразлично отозвалась девушка с черным пучком волос на макушке. – Необычное имя. – Нет! Я не знаю! Просто, понимаете, мы обручились только сегодня утром и… – Тогда, где же ваши кольца? – Она уставилась на мои пальцы так, словно обладала тем самым прозрачным зрением лекарей. Вот только ни на безымянном пальце, ни тем более под его кожей я не носила того самого обручального кусочка металла. – А… он забыл. Да. Сделал предложение, а кольцо забыл, а я и согласилась, представьте себе, дурочка какая. Хи-хи. Я правда ощущала себя полной дурой. Кольца! Как я могла забыть про них?! Как распорядители соревнования поверили мне?! Видимо, Святой Листок сжалился надо мной, раз версия с обручением была принята комиссией, но это нужно срочно исправить, иначе могут возникнут проблемы. Только когда мне заниматься этим? – Знаете, запишите его как вам будет удобно. Утром он придет в себя, и мы скорректируем данные, хорошо? – Я вытащила из кошелька несколько бумажек на двадцать токенов. – Надеюсь, этого хватит, чтобы уладить все формальности? Нам нужна отдельная палата с двумя кроватями и питанием на сутки. Девушка украдкой сгребла бумажки, но удручающе вздохнула. – К сожалению, таких палат сейчас нет. Единственное, что могу предложить, это одноместную с одной кроватью. Хотите – соглашайтесь, если нет – увы, не могу ничем помочь. Вот черт! Я мысленно выругалась. Сегодня все идет не по плану, сама Вселенная решила вставить в мои колеса всевозможные палки. Стоило только вспомнить бывшего, строившего глазки на первом ряду. Подумать только! А ведь… На глаза набежали слезы, но я приказала себе держаться! Каштан и то, что у него в штанах, меня больше не волнует. Пусть и выступил на щечках и ушах злой румянец, так это оттого, что не могла ему заехать между ног в тот момент! Это ж надо иметь такую наглость – сверлить глазами, когда я со мхом общаюсь. Да он цветет только у избранных аптекарей, его уговорить практически невозможно! Стыдно признаться, но мне пришлось представить свои эмоции от встречи с Минтом. Его запах, теплые ладони и пошлые шуточки, мягкую зелень глаз, которая говорила об обратном. Живой взгляд, где не было той похабщины, там мелькали искры страсти, каким-то образом они перекликались с моими, вызывая разряды электричества по всему телу. Трудно представить, мы знакомы только одно утро, но я… такое ощущение поймала, словно знаю его всю жизнь. Именно благодаря данной смеси чувств придирчивый мох согласился пустить цветы. – Пройдите на третий этаж, палата триста три. Не переживайте, подлечим вашего неизвестного жениха, под кодовым именем Минт Минтальный. – Администратор мне подмигнула. – Бери быка за рога, нельзя упускать такого красавчика. Повезло, что администратором работала молодая женщина, с интересами, свойственными всем девицам на выданье. Я брела в палату, волнуясь о судьбе Минта, и меня совсем не интересовали матримониальные планы. Отнюдь. Я все думала про первое испытание. Про ошибку Каштана и неслучившийся взрыв, и про препараты, доставшиеся Минту. Мне было противно видеть безразличие сообщества к простолюдину, ведь я видела – он отлично справился, а учитывая его состояние, так вообще, я бы сказала, что он совершил самый настоящий подвиг. С горьким сердцем я проигрывала в голове его эксперимент снова и снова. Как он стоял в напряженной позе, больше похожий на вылепленного из камня гиганта, чем на обычного человека. Широкие плечи склонились над алхимическим столом, и весь он подобрался, борясь с болью, как оказалось, а я-то думала, он просто занимается позерством, как это обычно делал Каштан. Мой бывший часто прибегал к подобным методам. Он обожал пускать пыль в глаза и провернул этот фокус со мной лично. А когда пыль осела, я уже оказалась слепа… Я зашла в палату, осмотрелась. Вид казенной мебели и белого постельного белья всколыхнул неприятные воспоминания о неудачном первом разе. Одно из свиданий закончилось в маленьком отеле. Сейчас сложно сказать, как Каштан уговорил меня пойти с ним. Влажные жаркие поцелуи, жадные касания его рук – тогда мне казалось, что так должно быть, а холод в сердце я оправдывала выгодностью сделки, как это делают аристократки. Ведь он был перспективным женихом и, конечно, пообещал прийти к моему отцу на следующий же день. – Дорогая, не могу больше терпеть. – Его карие глаза горели от неудовлетворенного желания, веснушки на лице раскраснелись, грудь с редкими рыжими волосами уже находилась слишком близко ко мне. Он потянул меня за правую руку, дальше… мало что помню. Боль. Кровь. Его пыхтение и свои слезы. Искреннее непонимание и неверие с его стороны. Он все никак не мог поверить, что я девственницей была. – Ну я пошел, мне еще зелья варить. – Влажный поцелуй в полураскрытые от удивления губы. Он исчез из моего дома так же быстро, как и пробрался в него. После я долго переживала произошедшее, лавку закрыла на три дня, пока приходила в себя, восстанавливая душу и тело эликсирами. Конечно, Каштан не пришел к моему отцу с предложением руки и сердца, о нет. Он явился при полном параде, с букетом белых роз, которые я терпеть не могла, наперевес к самому открытию лавки на четвертый день. Я дала себе обещание, что больше никогда не позволю ни одному мужчине прикоснуться ко мне без моего однозначного и твердого «да». – Повторим? – Он самодовольно ухмыльнулся, а меня едва не стошнило от его улыбки. Повторить что? Те нелепые движения? Пыхтение и стоны с его стороны? Боль и унижение, которые я ощутила в полной мере? – Нет, Каштан. Прошу, больше не появляйся в моей лавке. – Я говорила дрожащим голосом, вцепившись в столешницу до белых костяшек на пальцах. Нас разделял прилавок. Он же стал моей единственной защитой. – В чем дело, Ягодка? – Отказ ему совсем не понравился. Вылощенный образ рассыпался розовыми осколками прямо на глазах. – Неужели ты обиделась, что я не пришел к твоему отцу? Я молчала. Пожалуй, да. Но чем больше узнавала Каштана, тем сильнее убеждалась, что судьба решила распорядиться иначе. Она готовила для меня лучшего мужчину, чем Каштан. – У меня было три дня, чтобы подумать о… – Я запнулась. – Чтобы подумать. А знаешь, это интересно. К моему отцу ты не пришел. Зато поступило несколько писем от довольно именитых аристократок. И все они заявляли, что являются твоими официальным фаворитками, более того, регулярно получают от тебя содержание. – А, я понял. – Каштан облокотился на стойку, положив на нее безвкусный букет. – Ты просто желаешь быть одной из них? Прости, милая Черника, но места все давно заняты. Я нарасхват, знаешь ли, особенно после того как получил титул Лучшего Аптекаря, я ни одной ночи не провел в одиночестве. Где-то за дверью лавки стояли дружки Каштана. Терн, высокий с чуть зеленоватыми длинными волосами и нелепой худощавой фигурой, и Ягель, с очень короткими кудрявыми завитками на голове, наоборот, полненький и низкий. Оба представители высшей аристократии, одних из самых именитых алхимических родов. – Нет, Каштан. Я не желаю быть твоей любовницей. Пока единственное, чего хочу, это чтобы ты убрался из моей лавки и больше никогда не появлялся здесь! Карие глаза сверкнули холодным серым светом. Я невольно отшатнулась назад, чем он и воспользовался. Перемахнул через столешницу, повалив пузырьки и листы со стоимостью товаров, прижался ко мне всем телом, не обращая внимания на звон стекла вокруг. – Никто не смеет отказывать мне, Ягодка. Ты понимаешь, что творишь? Я выбрал тебя, признаться, не ожидал застать девственницу, все же ты такая красотка, но мне понравилось, как ты вела себя в постели. Эти трогательные слезы, мягкие округлости. Редко у какой девушки столь красивая грудь. – Жесткие пальцы вцепились в подбородок. Я хотела отвернуться, но он впился в меня, как клещ, не давая пошевелиться. – Это не важно. Потому что мне не понравилось, – огрызнулась, снова пытаясь вырваться, но он только сжал сильнее, оставляя синяки на подбородке. – Куда ты собралась, милочка? Я сейчас буду доказывать тебе, как сильно ты ошиблась. Первый раз всегда такой, неловкий, болезненный, но ведь мы можем повторить. Давай? Прямо сейчас. Осознав, что именно он предлагает, я ощутила, как по телу распространяется волна липкого противного страха. – Нет! Каштан! Прекрати! Я всем расскажу, какой ты подонок! – Истерика начала накрывать медленно, но верно. Он же рывком развернул меня лицом к стеллажу и начал копошиться сзади. Грубые пальцы задрали юбку, коснулись белья. Ну нет! Я не позволю ему сделать это со мной! Не знаю, откуда во мне тогда взялись силы для отпора. Высокий аристократ отлетел в сторону, я попыталась сбежать, но он дернул меня за правую руку, на этот раз гораздо сильнее. Резкий рывок – и я услышала, как кость хрустнула под его сильными пальцами. Из глаз брызнули слезы, я упала на пол, баюкая руку. – Будешь знать, как отказывать мне, женщина. Брать тебя сопливую и в слезах уже нет никакого желания. Каштан поправил на себе брюки, бросил на меня уничижительный взгляд, помахал дружкам и исчез из моей жизни. А на следующий день все газеты порочили мое имя на всех страницах, на всех полосах известных изданий. Погрузившись в травмирующие воспоминания, я присела на кровать и как-то незаметно для себя провалилась в тревожный сон.