Глава 8. Пояс алхимика

Минт Да! Она крепко зацепила меня, уж не знаю чем. Своей дерзкой манерой поведения, умениями в алхимии или трогательной доверчивостью. Возможно, старые травмы, запрятанные в моей душе, и понимание, с которым она отнеслась к ним. А может, надо всем властвовало физическое притяжение. Но слова доктора, спасшего мой многострадальный череп, звенели в ушах настойчивым вопросом. «Решил остепениться?» Пожалуй, так и есть. Она стеснялась, боялась, зажималась, но в Чернике плескалась храбрость, наполняя невероятным мужеством и потребностью раскрыть свой потенциал до конца. Честно говоря, я не ожидал, что она решится прийти в душ, однако малышка осмелилась приблизиться практически вплотную. И да, я пошел на хитрость, выведывая свойства воды, которые прекрасно знал. Информацию о нашем главном алхимическом «друге» проходят еще на первых лекциях после поступления в Академию Аптекарей. Девушка отвлеклась и подпустила меня даже ближе, чем я рассчитывал. Я успел погладить ее упругие ягодицы, поймать несколько стонов наслаждения, ставших музыкой для моих ушей. Жажда близости не собиралась успокаиваться, пришлось приложить немало сил, чтобы успокоить своего приятеля. Но господин Минт никогда не был насильником, и брать женщину вот так, когда она напряжена, испугана… Какое в этом удовольствие? Да и Черничка сразу заметно расслабилась. Убедившись, что она не шарахается от меня лично, а просто испытывает сложность с близостью и общением с противоположным полом, я решился на серьезный шаг. Какого черта, в конце концов? Она меня спасла, дважды. Один раз, когда представилась невестой, второй – когда вызвала бригаду лекарей. Пора брать быка за рога. Опустился на колени в чем мать родила и выдал корявое признание-предложение. – Я… – Черника замешкалась с ответом. На долю секунды, но этого хватило судьбе, чтобы все испортить. Из комнаты раздался звук разбитого стекла, он оказался громче шума падающей воды. Очень плохой знак для любого алхимика. Я встряхнул мокрой гривой, вскочил на ноги, обернулся во что попало и стремглав выбежал из ванной. – Да чтоб их! – окинул взглядом место происшествия. Оба наших драгоценных пояса валялись на полу возле кровати то ли растоптанными, то ли разбитыми. Запасы трав выпотрошены, ценные эликсиры, приготовленные для второго тура Игр Алхимиков, сейчас вовсю вытекали из треснутых баночек, образую однородную неприятную жижу коричневого цвета прямо посреди ковра. Преступник не мог далеко убежать! Я мгновенно запустил ноги в ботинки, попутно вляпавшись в ту самую лужу, и начал преследование по горячим следам. В прямом смысле. Он думал, что можно просто так взять и разбить мой пояс? Дубленую кожу защищал оберег, нашептанный мною лично под воздействием сильнейших трав, вплетенных в структуру ниток, сживающих изделие. Теперь недоброжелатель оставлял горящие следы, каждый отпечаток активно дымился и полыхал. Представляю, как у него сейчас печет ступни! Но некто улепетывал со всех ног, вереща проклятия по пути женским надрывным голоском. – Минт! – крикнула Черника мне вслед. Но я не мог терять и секунды, поэтому лишь быстрее припустил вперед, преследуя негодяя, совершившего такую подлость. О последствиях в виде разбитых склянок старался не думать. Поворот. Еще один. Коридор. В него я влетел, поскальзываясь на мыльной пене, стекающей с собственного мокрого тела, а после с меня слетело и наспех замотанное вокруг бедер полотенце, и именно в этот момент со всех сторон стали открываться двери палат, и из них выглядывали заспанные пациенты. Их лица постепенно вытягивались, меняя выражения с сонного на удивленные. Пожилые пациентки прищурились и восхищенно захлопали. Старички, наоборот, сопроводили мой забег недовольным ропотом, но тем не менее мне вслед понеслось радостное улюлюканье, относящееся, очевидно, к моему голому заду, однако отвлекаться было некогда. Я устремился к лестнице, на ней явственно был отпечатан след из дымящихся шагов, по которым я мчался почти нога в ногу. И, наконец, на повороте в вестибюль, я настиг того, кто так старательно убегал от меня. – Ты! Я схватил за руки хрупкую фигуру, повернул на себя одним диким движением, сразу узнавая во вредителе больничную администраторшу. – Ты что наделала?! – потряс красную от стыда девчонку за плечи. – Ты хоть понимаешь, что запорола мне второе испытание?! Но в широко раскрытых глазах не было и капли раскаянья. Она только отвернулась в сторону, полностью проигнорировав мое негодование. – Дэниэл! – сзади догнала Черника, обернула мой пояс новым полотенцем, старательно не глядя вниз. – Что случилось? – Спроси у нее. – Во мне клокотала злость. Месяцы кропотливых трудов пошли прахом! На этаже появилось новое действующее лицо. Господин Лорр, как всегда свежий, будто и не лежал только что в постели. – Что здесь происходит? – строго спросил лекарь, осматриваясь по сторонам. – Почему половина моей больницы покрыта следами неизвестного алхимического происхождения? Я сделал долгий выдох, успокаивая сердце, стремясь усмирить гнев, клокочущий внутри жуткой разгневанной ретортой, полной алхимического огня. – Эта женщина проникла ко мне в палату, а затем воспользовалась случаем и разбила наши алхимические пояса. Там были зелья, подготовленные специально для второго тура Игр Алхимиков. Господин Лорр приблизился, пытливо вглядываясь в лицо девушки. Та хмыкнула и вздернула нос, демонстрируя полное пренебрежение. – Кто она такая? Впервые вижу. – Он пожал плечами. В коридоре уже столпились не только пациенты, но и медсестры в белых халатах. – Она работала у вас на стойке регистрации, когда привезли господина Минта, – высказалась одна из зрительниц. – Кажется, ее только сегодня наняли. Элиза не выдержала и вмешалась в разговор. Она подошла к преступнице, посмотрела вниз, я проследил за ее взглядом. На ногах администраторши буквально таяли объемные каучуковые тапочки. Очевидно, мой заговор смешался с эликсирами, усилив их свойства. Девушка зашипела и переступила с ноги на ногу. – Ладно, если тебе не угодил Дэниэл, но мои-то склянки почему разбила? Ножки-то не печет, милочка? Небось всю подошву разъело. Там ведь одно мое зелье было, шибко противное, готовила его для второго тура. Если на кожу попадет, оставляет рытвину глубокую в виде химического ожога. Оно не предназначено для такого использования! – Черничная Королева скрестила руки под грудью. В пижаме она выглядела не так грозно, как в своем шелковом платье и на острых шпильках. Преступница снова переступила на месте, поджав одну из ступней. Зашипела от боли. Точно! Молодец, Черника. – Расскажи, зачем поступила так, и я посыплю твои ноги нейтрализатором. Если, конечно, он уцелел, ведь он лежит в поясе. Лиза, сможешь сходить проверить, дорогая? При слове «дорогая» администраторша скривилась. Значит, основной мотив – ревность? Элиза бросила на девушку уничтожающий взгляд, но деловито отправилась в нашу палату. – Правда поможете? – Она всхлипнула от боли. – Жжет! Она стала прыгать на месте. Но убегать не собиралась. – Да. Выкладывай. – Мне заплатили хорошую сумму, господин. Девушка крутилась на месте, словно уж, попавший на сковороду, стремясь избавиться от постоянной боли. От ее обуви с громким шлепком отвалилась подошва. Но кислота успела просочиться сквозь швы на больничных тапочках из плотного каучука, так что ступни продолжали получать глубокие болезненные ожоги. – Кто заплатил? – Я сжал кулаки, уже догадываясь об ответе. – Не знаю. Записку оставили анонимно, текст с заданием и деньги, прямо на стойке. К тому же я видела, как вы общаетесь с этой… этой… низшей! – В темных глазах девушки мелькнул недобрый огонек. Пышные ресницы, обрамляющие их, теперь не казались мне симпатичными, нет, так же, как и тонкие черты лица и ее растрепанные от погони волосы. Мне виделась огромная паучиха на месте преступницы, и я ничего не мог с собой поделать. Тем временем она продолжала: – «Леди Элиза»! Не смешите! – Она закатила глаза. – Кровь словно разбавленный кисель! Да у меня лордов в роду и то было больше! И вы выбрали ее?! А как вы смотрели на меня? «А как я смотрел?» – подумал про себя, вспоминая. Ничего не значащий флирт, я воспользовался девчонкой, только и всего. И, кажется, пришло время поплатиться за это. – В палату к себе пригласили якобы вещи отнести, комплимент сделали на счет работы, визитки дали. Думаете, я намеков не понимаю? А вы там, с ней… да в таком виде, а потом из ванной хиханьки да хаханьки. И звуки поцелуев, а может, чего еще… Не выдержала я! Мне задание дали пару пузырьков разбить, но я решила не мелочиться, бахнула все! Черт! Хорошо, что Элиза не слышала этой отповеди. Иначе не видать девушке нейтрализатора… Я уже достаточно хорошо понял ее характер. – Оформите приказ об увольнении, такие работники нам не нужны, – лениво велел господин Лорр, все еще стоящий рядом. Девушка нечленораздельно выругалась, воя от боли. – Думаю, следует вызвать патрульных и зафиксировать нарушение. Где эта записка? Ее необходимо передать службе правопорядка как доказательство. Надеюсь, это поможет вам смягчить мнение комиссии на Играх. – Вряд ли. Но спасибо. В последнее время вокруг меня слишком много… нарушений. Глядишь, к концу Соревнований наберется хорошая такая стопка для ареста одного интересного алхимика. Девушка продолжала приплясывать от боли. – Да сними ты уже эти тапки и встань на чистое! – рявкнул я, злясь совсем не на нее. Она была жертвой большого плана, как и мы все. – Будет тебе известно, в уважаемом алхимике Минте не течет и капли крови аристократов. А ты, такая родовитая, все равно опустилась до преступления? Администраторша заскулила, изменилась в лице, выскочила из остатков тапочек, выполнив мою просьбу. Тут уже подоспела и Элиза с маленьким тканевым мешочком. – Повезло тебе, реактив остался цел. – Черника осторожно приспустила завязку на мешочке, села на пол возле глупой девчонки, повредившей ноги. Отточенными до автоматизма движениями набрала в щепотку нужное количество порошка и быстро обсыпала ступни девушки. – Подними ногу, – скомандовала моя все еще неофициальная невеста таким тоном, что у преступницы не возникло и малейшей мысли к сопротивлению. – Теперь другую. Я не переставал восхищаться своей новой партнершей. Аристократка опустилась на колени перед кем? Наверняка девчонка соврала на счет своего происхождения, иначе не работала бы на стойке администрации в больнице. Обычная грязнокровка, как и я сам, мечтающая выбиться в люди. Только, в отличие от нее, я пробивался трудом и талантом. Черника действовала, исходя из необходимости. Алхимик всегда готов ко всем последствиям собственных эликсиров. Поэтому, изготавливая зелье, мы всегда тратим драгоценное время на приготовление антидота. В данном случае нейтрализатора. Порошок равномерно покрыл разъеденную до мяса кожу. Он вспенился, нейтрализуя активную кислоту. Девушка шипела, плакала и закусывала губу от боли, однако, когда реакция прекратилась, сразу затихла, неверяще глядя на собственные ноги. – Не больно. Мне больше… не больно. Спасибо. Спасибо вам, леди Черника, простите. Простите меня, умоляю! Не знаю, что на меня нашло! – Будешь объяснять это патрульным, – холодно ответила Элиза. – Я сделала то, что должно, а теперь пойду писать заявление. Моя партнерша снова превратилась в отстраненного, эмоционально холодного алхимика, увлеченного исключительно работой. Я нахмурился. Мне не нравилась эта резкая перемена в ее настроении. – Давайте пройдем в мой кабинет, – пригласил господин Лорр. Я кивнул. Очень разумно. Нечего устраивать сцену на потеху толпе. Два крупных санитара, взявшихся словно из ниоткуда, подхватили под руки раненую девушку и поволокли на второй этаж. Мы с Черникой отправились следом. В светлом кабинете главы больницы ничего не изменилось. Я был здесь однажды, когда пожилой господин Лорр пытался вправить мне мозги на тему распутства. К сожалению, мой нижний мозг оказался глух к его призывам, и я еще не раз попадал в больницу, слава Святому Листку, не по причине интимных заболеваний, а по поводу драк и прочих связанных с любовными делами разборок. Здесь стоял большой стол в форме буквы П, за которым проводились медицинские планерки и совещания, на широком подоконнике позади уместились в разномастных горшках редкие целебные растения, и некоторые из них посадил лично я в благодарность за не оставшиеся шрамы и сращенные переломы. Вообще алхимики в силу профессии нередко попадали в больницы, а эта была одной из лучших в столице. – Да-а-а, – протянул господин Лорр, садясь на свое место. – Задал ты мне задачку. Минт, – его строгий взгляд метнулся ко мне, – от тебя всегда одни проблемы. Оденься. Возьми что-нибудь у меня, там, в шкафу. Скоро здесь будут законники. А вы, леди, – теперь уже он смотрел на Чернику, и в глазах старика мелькнули теплые искорки, – просто неподражаемы. Спасибо за вашу помощь. Полотенце пришлось как нельзя кстати, но, боюсь, ушлые пациенты успели сделать несколько скандальных снимков. Впрочем, вам не привыкать, верно? Черника угрюмо промолчала, но села за стол. Она взяла кипенно-белый листок из стопки рядом с господином Лорром и уже вовсю карябала на нем заявление. Если подумать, я действительно подкинул ей проблем, особенно, если кто-то и правда успел сделать несколько кадров. Святой Листок! Лишь бы она дала мне еще один шанс, я приложу все усилия, чтобы завоевать свою Ягодку. Я тихо проследовал в соседнюю комнату, выискивая, что надеть. Ростом я вышел на славу, поэтому единственное, что смог найти, – это объемная футболка белого цвета и такие же огромные шорты. Ладно, сойдет. Как говорится, вне леса и травинка – дерево. Когда вернулся, за столом появились новые лица. Пара мужчин в форме пытливо вглядывались в лицо преступницы. – Это второй пострадавший, офицер, – сказала Черника, натянув на себя маску холодной и далекой от мира простых смертных аристократки. Надо сказать, у нее это мастерски получалось. Даже учитывая, что она сидела за столом в пижаме. – Понятно. Значит, вы утверждаете, что эта женщина… – Меня зовут Маэль Харрис, – вставила бывшая администраторша. Кто-то успел заботливо перевязать ее ноги. Она сделала страдальческое лицо, усердно выдавливая из себя слезы. – Эта женщина, Маэль Харрис, проникла в палату и разбила ваши алхимические пояса. – Офицер нахмурился, вглядываясь в заявление Элизы. – Если верить описи, пострадали очень редкие зелья. Но кто может это подтвердить, ведь они смешались в одну лужу? К тому же мы только что были на месте преступления, ковер насквозь прожжен. Там ни осталось и капли жидкости. Я скрипнул зубами. Неужели весь город решил ополчиться против нас с Черникой? – Подтверждаю, – вставил свое слово господин Лорр. – Этого достаточно? Минт был моим пациентом, а девушка – его невеста, они оба знаменитые алхимики, можете проверить, офицер. Кстати, как вас зовут? – Кайден Сорр, – представился законник. – Но я вижу, что в результате инцидента больше всего пострадала именно Маэль. Ее ноги обожжены, руки в царапинах. – Призовите свидетелей, она призналась, что за деньги сделала это. Есть записка. Вы ее к делу приобщили? К тому же я пока не успел подготовить полный перечень разбитых эликсиров, мне нужно сходить в палату и все тщательно проверить. – Господин… Минт, верно? Его тон мне не понравился. – Совершенно верно. Ночь обещала быть долгой.