3.4

– А когда вы с Ивановым прекратили разыгрывать отношения? – спросила задумчиво, восстанавливая в памяти очередность событий.

– Ему же было важно, чтобы вся спланированная история выглядела естественно, потому он старательно отыгрывал свою роль. Ох, как он разорялся, что я подвела его, провалила задачу. Коллеги очень ждали корпоратив, а его пришлось отменить. Они недовольны, настроение в коллективе напряженное. Мы облажались по полной. Я учинила катастрофу века. И все в этом духе.

– Представляю, как он выпрыгивал из штанов. Уже успела оценить актерские данные нашего приятеля. С наслаждением смаковал момент, паразит. Ему бы только досадить нам. Откуда столько ненависти, а? – мой вопрос прозвучал риторически. Натура у Иванова подлая и ядовитая, и весь мир осведомлен об этом.

– Вобщем, угрожая судом, потребовал выплатить неустойку. Видите ли, во имя справедливости и наказания впервые идет на крайние меры: дает урок мне на будущее, теперь точно запомню, как вести дела.

– Да уж, научил он нас многому, – я вздохнула и с досадой потерла лоб.

– И тут мое драгоценное терпение лопнуло. Готова была задушить его от ненависти и оскорбленности. Я ткнула в ивановскую морду скринами его переписки с Дианой и торжествующе выдала, что знаю про них и их аферу. Грозилась, что они поплатятся за свой развод, – сжав кулаки вспоминала Лена.

– Как он отреагировал?

– Рассмеялся, от души, во весь голос. Потом больно схватил меня за подбородок и прошипел, что мои доказательства – пустышка. Никто мне не поверит. Зато договор мной подписан, а условия нарушены. Дал мне сутки на перечисление денег. Великодушный мужчина.

– Все равно понять не могу: почему ты молчала все это время?! Ты же могла сразу заявить Иванову, что в курсе их планов, не обязательно было дожидаться нокаута! – я вскрикнула и ударила ладонями по столу.

– Все просто. Сначала хотела обыграть противную парочку и назло провести злосчастный корпоратив. Но они опережали меня: я делала ход, они два. Короче, противников было двое, силы не равны. И ты включила начальницу, мои слова воспринимала в штыки, а потом и вовсе тайком вычеркнула из своего окружения, – Горкина ответила в том же повышенном тоне, что и я.

– Между прочим, ты только хамила и орала. От тебя ничего толком добиться нельзя было, – справедливо напомнила я.

– Только когда узнала, что ты тайком лишила меня должности, а гады добились, чего хотели. Я в принципе в то время готова была постоянно кричать, не замолкая. Ужасное чувство, – стиснув зубы Лена отвернулась, чтобы скрыть подступившие слезы. Но я-то хорошо ее знала, от меня их было не утаить. Сама еле сдерживалась, чтобы не разрыдаться.

– А ведь Иванов два раза приходил ко мне. Причем сначала пожаловал вусмерть пьяный. Упрекал, что я дружбу на деньги променяла. Тебя обидела. Чувство вины навязать пытался. Ты бы видела его спектакль. Ладно хоть в следующий раз трезвым явился. Вот тогда мне и удалось его расколоть. Сергей особо не старался скрыть реальную причину разговора. На самом деле, он всего лишь подстраховывался, урод. Хотел получить гарантии, что я не заявлю, куда следует. Не поверишь, расписку предложил мне написать! И все. Ничего больше нашего приятеля не волновало. Сразу испарился, как я пообещала закрыть глаза на случившееся.

– Вот это новости! Ай да команда, какие они все-таки молодцы! Ловко сработали! – сквозь слезы рассмеялась Лена.

– Хм… – я явно что-то упускала.

– Чего?

– Постой. Что-то не сходится, – я зацепилась за вдалеке крутящуюся юлой мысль.

– Думаешь, опять вру?

– Нет, конечно. Я благодарна тебе за правду. Дело в другом.

– В чем же? Говори уже, – подгоняла настороженная Лена.

– Если ему нужны были гаранти, значит, бой еще не проигран. Иванов просто так суетиться бы не стал. Лена, если ты в этом деле не соучастник, а пострадавшая, то я так просто его не оставлю. Хватаем все документы и мчимся к нашим юристам. Мы точно найдем лазейки и доказательства. Правда на нашей стороне.

– Алиса, я, конечно, рада твоему воинственному настрою. Но это твоя битва. Как-нибудь без меня.

– Почему моя? Наша. Задеты интересы обеих.

– И что мне с того? – Лена взяла сумку, приготовившись уходить.

– Как что? Мы добьемся справедливости!

– Я не ради мести сюда пришла. Мне нужно было, чтобы ты меня услышала. Так что я свое получила. Удаляюсь, – Лена развернулась и направилась к двери.

– Постой. Я виновата перед тобой, оправдываться не буду. Смысла нет. И ты наворотила дел из-за своей слабости, – попыталась остановить подругу. Не такая уж она и бывшая, как выяснилось.

– Я допустила грубую ошибку в рабочих моментах, но не предавала тебя. А вот ты…

– Помню. Хватит. Так и будем: ты, я, ты, я? Давай сделаем перерыв в обвинениях.

– К сожалению, пока что я не готова забыть при них. Мне нужно подумать обо всем. Если надумаю, наберу. Всего хорошего!

Я так и осталась в кабинете одна. Тишина давила, а вал мыслей долбил по вискам. Меня обвели вокруг пальца, затянули в подлые интриги. Без вопросов доверилась по сути чужому человеку и не выслушала близкую Лену.

Что творилось в моей голове последнее время? Закрыла лицо руками от стыда за собственное поведение. Правильно говорят, самый строгий суд мы вершим сами над собой. Вот я и винила себя за весь инцидент. Прояви я большую чуткость, сдержанность и осмотрительность, оспорить сделку удалось бы намного раньше, и дружба с Леной не пострадала бы. А так… Беда на беде.